Снежное зерно

Вайтнесс была готова вырвать сердца этих стражников голыми зубами. И единственным, что её останавливало, было то, что она находится на абсолютно незнакомой и враждебной ей территории. Поэтому вместо того, чтобы избавиться от помехи на месте, она не разжимала зубы и размышляла, как можно выйти из этой ситуации по-тихому. Стража закинула её в небольшую камеру, и стала охранять у решётки, достаточно близко, чтобы не упустить ни одного её движения, но и достаточно далеко, чтобы до них было не достать. А вот длинные копья со спиралевидными наконечниками до неё доставали бы прекрасно. Впрочем, Вайтнесс этого проверять не стала, у неё уже назрел план. Он, конечно, осложнял возвращение в подводное королевство при следующих попытках отыскать предателя, но нет ничего невозможного. Нужно лишь только выбраться из плена. А план был предельно прост. Вот-вот должна была кончиться дозировка зелья, и начаться трансформация обратно в пегаску. У неё были с собой запасы, и она могла бы выпить ещё и не выдать своего секрета, но если особая пленница принца внезапно начнёт захлёбываться, то её точно попытаются спасти, а вряд ли у них в шаговой доступности подушка с воздухом или своё собственное оборотное зелье. Из общения с Эдуардом Вайтнесс знала, что разговорные пузыри русалов не подходят для дыхания, потому оставался один выход — поднять её на поверхность. А уж там-то поджидает Литл Приг, с её помощью избавиться от конвойных не представит труда. Неприятная, напоминающая перекрученную боль судорога прошла по её телу, а значит, началась трансформация. Вайтнесс постучала копытом по решётке, привлекая внимание стражника, и выразительно двинула бровями. У того при виде происходящего просто отпала челюсть. Убедившись, что ему не мерещится, и то что пленница уже начинает задыхаться, он отпер клетку, а второй страж тут же выдернул её за крыло. Русалы оказались даже быстрее, чем она ожидала: буквально через пару минут, когда она начинала терять сознание, её выкинули на мелководье. Тем не менее, оба стражника следовали за ней, встав по обе стороны, а левый наступил копытом ей на крыло. Другой озирался по сторонам, пытаясь убедиться в отсутствии сообщников. Ближе к горизонту на волнах качалась одинокая яхточка, но больше никого не было видно. Видимо успокоившись, стражи сосредоточили своё внимание на пленнице, которая мастерски делала вид, что продолжает откашливать воду. Хорошенько отдышавшись, Вайтнесс резко подняла голову и боднула одного из стражников в нос. В прибойные волны упала пара капель голубой крови. Второй, стоящий на её крыле, тут же среагировал, прихватив пегаску под животом, но так как это занимало все его конечности, они оба завалились на бок, и это просто дало Вайтнесс опору, чтобы хорошенько лягнуть другого стража в рёбра. Тем же самым движением оттолкнувшись от него, перекатиться и придавить своего пленителя. Пышная грива зажала морду, и не давала жабрам работать, но он всё же её не отпускал, пытаясь сжать сильнее и снова придушить. Вайтнесс прекрасно прочувствовала, как под её копытами хрустнули рёбра первого стража, но это всё же не означало, что он не попытается помочь своему напарнику. А потому следовало уровнять силы: — Приг! — воскликнула она, и вскоре на пляже показалась огромная зелёная пони, которая, не задавая никаких вопросов, закончила работу. Встав и отряхнувшись, Вайтнесс уложила гриву. — Это был Эдуард, — злобно процедила она. — Никто другой в этой бочке с селёдками не стал бы кидать меня в темницу, просто увидев проплывающей рядом с дворцом. Этот подонок не только меня обворовал, но ещё и бросил меня в камеру! Приг в готовности хрустнула плечами. — Сейчас мы возвращаемся домой. Русалёныш об этом пожалеет! Немного дав крыльям просохнуть, Вайтнесс перелетела на далёкую яхту и подогнала её к берегу. * * * Не будь Лайт уже под водой, он бы рыдал. Но сейчас это казалось каким-то бессмысленным занятием, а потому он просто мысленно проклинал и Метелицу, и русалочье царство, и Гармонию, и вообще всё на свете. Его тащили неизвестно куда, причём делал это тот самый русал, что уже пытался убить его минимум трижды! И Лайт был уверен, что перед ним как раз и есть тот самый принц Эдуард, Дискорд бы его побрал. Умудрившись немного вывернуться, Лайт попытался лягнуть своего преследователя, но копыта лишь по косой задели покрытый чешуёй бок. — Отпусти меня, скотина! — пробулькал он, хотя без пузыря его и нельзя было разобрать. Как будто в довершение его бед, на Эдуарде теперь красовалось такое же коралловое ожерелье, что и на его отце, которое противно тёрлось Лайту об висок. Были, правда, и плюсы ситуации — он прекрасно видел, куда его тащат, и в принципе силуэт дворца возвышался над морским дном, так что в случае чего понятно, куда сбежать. Плыли они на удивление недолго. Вскоре обзор закрыли гнилые, покрытые водорослями и моллюсками доски, и Лайт пронаблюдал, как мимо него проскользила дорогая, но старая покорёженная мебель, явно принадлежащая наземным жителям. Вскоре мебель сменилась книгами, и жеребёнок смекнул, что это, должно быть, один из тех затонувших кораблей, о которых упоминал король. Интересно, как много их рассыпано по дну, и как долго будут его искать. Русал остановился, и резко откинул его от себя, загоняя в огромный массивный пустой шкаф без полок, и тут же закрывая двери, перекрывая их вполне себе новым и крепким засовом. Разбухшее дерево тоже не выглядело так, будто бы готово поддаться жеребёнку, но в нём образовались достаточно большие щели, чтобы Лайт без проблем мог видеть своего похитителя. Эдуард заметался по библиотеке, в поисках чего-то, подхватил лежащую на столе книгу и судорожно начал её листать, бормоча себе что-то на этом странном скрипучем свистящем языке. Ни на что особо не надеясь, Лайт всё-таки попытался попинать двери шкафа. Принц обернулся к нему, ожерелье его засветилось, и вдруг вода из шкафа начала стремительно уходить, сдерживаемая невидимой стеной аккурат за его дверьми. Лайт опустился на дно, но сидеть смирно был не намерен: тут же встав на задние ноги, он несколько раз треснул копытом по ближайшей трещине. Разбухшее и позеленевшее дерево оказалось крепче, чем на вид, но вскоре послушно отломилось по контуру другой, тоненькой трещинки рядом. Увы, образовавшегося окошка было достаточно только для того, чтобы сунуть туда морду. Теперь, когда у него была возможность оценить обстановку, он обратил внимание на появившийся на лбу вес: у него на роге сомкнулось блокирующее кольцо. Лайт выругался сквозь зубы. Сообразив, что Эдуард создал один большой пузырь для общения, единорожик решил хотя бы высказать похитителю всё, что он о нём думает. — Хей, я слышал, ты наземников не любишь? А ты никогда не задумывался, рыбья голова, что если ты угробишь к чейнджлингам Фенум, то тебе и самому по хвосту прилетит? Мордашка похитителя недовольно дёрнулась, но он проигнорировал слова жеребёнка. — И вообще, ты же вроде принц, — продолжал Лайт. — Разве ты не должен быть благородным и заботиться о народе? Вот тут русал резко захлопнул книгу и обратил внимание на Гонца. — Я и так о тебе забочусь. Я пытаюсь найти заклинание, чтобы счистить с тебя эту гадость, и спокойно, без всяких приключений отправить домой. — Из тебя выйдет ужасный политик, — мёртвым тоном констатировал Сноу Лайт. — Ты не можешь пытаться убедить меня, что заботишься обо мне, после того, как пытался четыре или столько там раз убить. Мы недостаточно близки, чтобы это сработало. Русал нахмурился и обнажил острые зубы. — Да вы земные только и делаете, что нам мешаете! Загрязняете воду, вылавливайте лучшую рыбу, водите свои корабли! Единственное, что в вас есть достойное, это то, что вы превращаетесь в неплохой корм для рыбок! — Сходи к врачу, если больной, я-то тут при чём? Мне твой отец кстати рассказал, что ты в очереди на трон девятнадцатый, как ты вообще собираешься туда попасть? — По закону морского королевства, — объявил принц, гордо задрав нос. — Король имеет право выбрать любого из своих отпрысков наследником! И это, конечно же, буду я! Я умён! Я вижу то, чего не видит даже отец! И, кроме того, моя мать родом из азиатских морей! А значит, поставить на престол именно меня — укрепить союз королевств! Лайт уткнулся лбом в стенку шкафа и истерически засмеялся. — Да скорее меня выберут принцессой Эквестрии, чем тебя королём… Как бы там не называлось ваше королевство! Я знаю тебя две минуты, и уже готов с уверенностью заявить, что даже стражники во дворце лучше бы справились с работой правителя, чем ты! Эдуард резко рванулся, ударив копытами по дверям шкафа и заставив жеребёнка отпрянуть. — Ты без понятия, о чём ты говоришь, плебей! И раз уж из-за отсутствия разума ты не можешь принести пользу не только морю, но и земле, то вместо того, чтобы снимать заклятие, я просто тебя утоплю! Его ожерелье засветилось, но сердце Лайта не упало в копыта, как он этого ожидал. Он прошёл так много, и так много раз избегал верной смерти, что погибнуть сейчас от копыт какого-то хлыща было бы просто глупо. Сам от себя не ожидая, он подскочил к трещине, ударившись мордой об морду похитителя: — Посмотри на себя, будущий король! Даже жеребёнка утопить сам не можешь! Трус, нацепил на меня кольцо, а теперь топишь — магией! Ты собираешься убить весь наземный мир, а сам не можешь победить даже одного-единственного пони, запертого в шкафу на дне морском! Да ты просто жалок. Сними меня кольцо, и докажи, что можешь защитить свою честь! Уже порядком взбешённый Эдуард одним могучим пинком вытолкнул засов из петель, вода снова хлынула в шкаф, подхватывая Сноу Лайта. Тот, не теряя времени, оттолкнулся от задней стенки копытами, и накинулся на своего противника, метя копытами в его шею, где проглядывали жабры. Победить крепкого, всю жизнь проведшего в воде русала шансов у него, конечно же, не было, но если перекрыть ему дыхание, то появится возможность выиграть себе хоть немного времени. Не ожидавший такой прыти от пленника Эдуард не успел защититься, но тут же вцепился мелкими острыми зубами в плечо жеребёнка, и его пасть набила густая длинная якутская шерсть, и хоть он почувствовал, что прокусил кожу, большого урона это точно не доставило. Извернувшись, Лайт лягнул противника в живот, пытаясь сбить ему дыхание. Чтобы не уступать, Лайт тоже вцепился зубами в плавник на голове Эдуарда, прорывая кожаную перепонку и крепко сжимая челюсти. Держаться за шею приходилось уже изо всех сил, потому что русал всё-таки явно был мощнее. В полудраке они дрейфовали в тот самый шкаф, из которого Лайт недавно выскочил. Увидев в этом свою возможность, единорог немного изменил хватку и подставил под новый укус принца свой рог. Русалочьи зубы проскрипели по кольцу, захватили его, и теперь оставалось только дёрнуться, оттолкнувшись всеми четырьмя копытами от тела русала. Лайт выплыл из шкафа, оставляя блокиратор в пасти Эдуарда, и тут же телекинезом захлопнул двери. Принц, попытавшийся догнать свою жертву, впечатался в них мордой, заставляя весь шкаф содрогнуться, и даже вставленный на своё место засов, кажется, не мог удержать его надолго. С дерева полетели щепки, и жеребёнок решил, что пора отсюда убираться. По дороге он схватил книгу, в которой рылся его противник. Если она содержала информацию про Снежных Гонцов, то может именно в ней он и откопал это страшное заклинание! Уши пронзала морская брань, а он изо всех сил грёб обратно к замку, помогая себе телекинезом. * * * К счастью, переговоры с делегацией были лёгкими. Король сделал несколько уступок, понимая, что сейчас решить проблему с земным жеребёнком для него важнее, и не стоит задерживаться на мелочных вопросах. Покидая конференц-зал, он встретил леди Мию, и тут же отплыл с ней в сторону. — Всё прошло успешно? — спросил он, опасаясь конкретики, чтобы никто не мог начать толки. — Я проводила юнца до конца тайного хода и перепоручила его страже. Он должен находиться на пляже, близ Скалы Лагу. — Я должен его проведать! — Позвольте вас сопровождать. Они вместе направились к поверхности, и леди Мия ни на секунду не опасалась за своё благополучие. Она уже успела подкупить двух стражников, чтобы те признали, что упустили жеребёнка. Однако, когда они поднялись на поверхность, их обоих ждал сюрприз: два тела и ещё не до конца размытые волной следы копыт на песке. — Его похитили! — с искренним изумлением произнесла леди Мия. — Но кто?! — в не меньшем изумлении вторил ей Алрой. Быстро сообразив, на кого бы можно спихнуть этакое дело, русалка рассказала королю о подозрительной особе, напугавшей Эдуарда, которая должна была сейчас содержаться в королевской темнице. Однако, по прибытии на место выяснилось, что камера пуста. — Кажется, разобраться, что случилось, мы теперь сможем лишь поймав Эдуарда, — подвёл итог русал. — Я уже приказал его разыскивать. В эту минуту их прервали известием, что какой-то земной жеребёнок крутиться у царских палат и требует короля. Озадаченные ещё более чем прежде, Алрой и леди Мия направились к покоям. Впрочем, акулья русалка осталась за дверями. Вскрик радости и облегчения вырвался из груди короля, когда он увидел, что именно Сноу Лайт вернулся к нему в замок. Он подплыл к Гонцу и положил копыта ему на плечи. — Я так рад, что ты в порядке! Скажи мне дитя, ты был похищен? — Да, — кивнул Лайт. — Эдуард взял меня в плен. Мне удалось сбежать, а ещё я принёс вам это. Он протянул королю древнюю книгу. — Сейчас принц в одной из затонувших библиотек. Направьте скорее туда стражников, в этот раз я уж точно сбежал по воле чуда! И давайте скорее направляться к острову, я не выдержу, если произойдёт ещё хоть что-нибудь! — Конечно, — согласился король. — Ты цел? Тебе не нужна помощь или отдых? — Мне очень нужен отдых, но я всё же предпочёл бы закончить дело. Эдуард меня немножко помял и покусал, но в целом я здоров! Хоть и мёртв внутри… Не теряя больше ни минуты, Алрой с группой стражников лично сопроводили Лайта к поверхности, по дороге предупредив о загадочном побеге и возможной союзнице Эдуарда. * * * Принц Эдуард издали смотрел на родной дом. Замок и библиотека остались далеко позади, раз жеребчик сбежал, то возвратиться было уже невозможно. Его тут же схватят. Оставалось только пускаться в бега. К счастью, он знал куда направиться. Раз Вайтнесс теперь в плену, а Литл Приг скорее всего ждёт её на поверхности, то их бунгало у скалистой бухты должно пустовать. Там-то его ни одна живая душа не найдёт. Взмахнув зелёным хвостом, Эдуард повернулся спиной к королевскому замку и поплыл в известном направлении. За оставшейся в плену Вайтнесс он вернётся когда-нибудь позже, когда придумает, что сделать, чтобы она его простила. А мама должна отвести от себя все подозрения. Значит, дома у него ещё остаётся верный и довольно могущественный союзник, который всегда его защитит…