Их неповторимый язык любви❤️

♬ Majid Jordan — Waves of Blue ♬

Входная дверь хлопнула так, что стёкла чуть не повылетали даже у соседей несколькими этажами выше. Нурлан удивлённо взглянул в сторону коридора, ожидая появление виновника всего этого шума. Таким Лёшу он помнил три, от силы — четыре раза. Обычно Щербаков был примером спокойствия и радушия поздними вечерами, когда они оба возвращались уставшими домой после долгих съёмок или другой работы над многочисленными проектами. Нынешнее поведение было явно исключением из правил. Первый раз разрушительный ураган «Алексей» ворвался в их совместную квартиру месяца через два после того, как они начали жить вместе. Тогда любимого «Марка» сильно поцарапала другая тачка на парковке возле торгового центра, и кто-то специально коряво написал на грязном лобовом «Я паркуюсь как баба». Кто-то, кто знал, что это была машина Щербакова, и кто явно ненавидел Лёшино творчество, потому что припаркована тойота была практически образцово. Виновники тогда пойманы не были, а они чуть не разошлись, потому что у Сабурова день тоже выдался тяжёлым, и он был вовсе не в настроении выслушивать неуёмного Щербакова, лившийся из которого поток матов превышал все допустимые скоростные лимиты. Ещё раза два сильно взвинченным Лёша попадал домой после особенно утомительных гастрольных туров, когда они долго не виделись, и к тому же, кто-то из его родственников подливал масла в огонь постоянными расспросами об их отношениях. Именно в один из тех разов Нурлан как раз и разработал стратегию, которая тогда подействовала безотказно, и которая не должна была подвести и сейчас. Дождавшись, когда светловолосый ураган пронесётся по ближайшим комнатам в поисках того, кто сможет вынести его напор, и, не найдя, завернёт на кухню, Нурлан, мягко улыбаясь, протянул Лёше стакан с его любимым соком, сразу закрывая источник надвигающейся словесной бури. Ничего не говорил и пока ни о чём не спрашивал. Просто обошёл неспокойного Щербакова и стал у него за спиной, обнимая своими длинными руками и умещая их на напряжённом животе. Прижался медленно сзади и еле весомо поцеловал в русую макушку. Всё тело Лёши дрожало от сильного негодования и выплёскивающегося наружу возмущения. — Малыш, я так рад, что ты уже дома, — низкие, обволакивающие теплом нотки заполнили кухню. — Блять! Они же ебанутые!.. — Тшшшш. Всё хорошо, Лёш, — Нурлан прижался к нему сзади сильнее и, склонившись ниже, еле ощутимо провёл носом за ухом, в конце чуть прихватывая мочку губами. — Ты уже дома…со мной. Лёша хотел сказать что-то ещё совсем нелицеприятное, но передумал и снова припал к стакану, допивая оставшийся сок. После он, опять что-то вспомнив, попытался отстраниться, чтобы повернуться к Сабурову лицом: — Нет, Нур, ну, ты только послушай! Как же они… — Любимый мой, давай ты мне потом расскажешь? Ладно? Я тут как раз в ванную собирался. Составишь мне компанию? Щербаков хотел продолжить своё гневное выступление, но отголоски урагана захлебнулись в бархатистом тембре и тёплом свечении тёмных глаз. Всё ещё обнимая Лёшу со спины, Нурлан стал плавно подталкивать его в сторону ванной комнаты. Зайдя внутрь, он сразу включил сильный напор, настраивая тёплую, на грани с горячей, воду, чтоб гулкий шум струй помог прервать рвущиеся наружу возмущения. Легко посадив светловолосого на стиральную машину, Нурлан, как бы невзначай, скинул свою чёрную футболку, зная, что это не оставит Щербакова равнодушным, в каком бы паршивом настроении он ни был. Потом кинул в огромную, набиравшуюся тёплой водой ванну немного соли и кусочек твёрдой пены с любимым Лёшиным ароматом. Пока поверхность воды покрывалась мелкими пузырьками и пушистой белой пеной, Сабуров подошёл снова к Лёше, кладя ему руки на бёдра и притягивая ближе к себе, совсем на край. — Нурик, можно я тебе расскажу, что за ху… — Успеешь ещё, малыш, — Нурлан положил свой указательный палец на Лёшины губы. — Всё успеешь рассказать. Я хочу, чтоб ты сейчас расслабился. Иди ко мне. Темноволосый прильнул к мягким губам своими и начал медленно целовать, стягивая при этом чужую футболку, а потом и джинсы с бельём. Не прерывая поцелуй, Нурлан медленно потянул светловолосого за собой к ванне и, проверив температуру, заставил Лёшу переступить через бортик и опуститься в расслабляющую жидкость к себе спиной. — Давай, откинься назад. Я разомну немного. Ты такой напряжённый. Сабуров заставил Щербакова лечь на бортик, раскинув руки в стороны и положив голову на заботливо подложенное под неё полотенце. Лёша ненадолго прикрыл глаза от приятно накатившего тепла и ароматной, мягкой пены. Встав на колени позади своего неугомонного чуда, Нурлан начал неспешно разминать совсем затвердевшие от напряжения мышцы плеч, заходя иногда вперёд на упругие пластины грудных мышц. Гладил, чуть придавливая и растирая кожу, разгоняя быстрее кровь. Потом вплёлся пальцами обеих рук в светлые волосы, массируя с нажимом кожу головы и заставляя Лёшу тихо застонать от чересчур приятных касаний, вызвавших мурашки, расползающиеся хаотичными волнами вниз по всему телу. — Вот так, Лёш. Просто лежи и наслаждайся. Тебе хорошо? — Очень хорошо, — не открывая глаз, Лёша расплылся в довольной улыбке. Нурлан чувствовал, как с плеч светловолосого стремительно спадало напряжение, а светлые ресницы уже не вздрагивали резко — градус кипевшего внутри возмущения однозначно снизился. Придвинувшись к Лёше совсем близко, Сабуров мягко коснулся его щеки своими губами, а потом начал медленно целовать, вынуждая того повернуть к нему голову и подставиться под желанный, нежный поцелуй. Продолжая массировать одной рукой мышцы груди и плавно спускаясь к уже затвердевшему от накатывающего возбуждения соску, Нурлан запустил вторую руку в светлые волосы на затылке и проходился языком по Лёшиным губам, проникал глубоко внутрь, чувствовал томную вибрацию от всё чаще вырывающихся стонов. Лёша чуть приоткрыл глаза и уже совсем расфокусированным взглядом всматривался в лицо Нурлана. — Ты залезешь ко мне? — Только если ты этого хочешь, — хриплый голос звучал совсем сладко и расслабляюще. — Очень хочу… Нурлан поцеловал Лёшу ещё несколько раз, слегка прихватывая и оттягивая его нижнюю губу, а потом медленно поднялся и ещё медленнее начал спускать свои домашние штаны вниз. Видел, что светловолосый повернул голову назад и наблюдал за ним. Сабуров не смог отказать себе в удовольствии вызвать ещё несколько горячих волн возбуждения у своего мальчика. Щербаков глянул на уже довольно крепко вставший член за своей спиной и быстро отвернулся, глубоко вдыхая и быстро выдыхая. Нурлан улыбнулся и прошёлся несколько раз кистью по слегка ноющему органу, настраиваясь на приятное продолжение. Когда Лёша отодвинулся немного от бортика к центру ванны, Нурлан залез внутрь и сел, устраиваясь у светловолосого за спиной. Потом притянул его, усаживая себе на бёдра, обнимая и снова кладя ладони ему на живот. Щербаков, запрокинув голову, положил её Нурлану на плечо, снова закрывая глаза и растворяясь уже и в блаженном тепле тела под собой. — Мой малыш просто устал, — Сабуров водил носом по светлым, спутавшимся волосам, потом медленно целовал влажные висок и щёку, — я о тебе позабочусь. — Ммммм, — Лёша ничего не отвечал, полностью распластавшись на груди Нурлана и позволяя ему делать с собой всё, что тому вздумается. Сабуров тем временем уже спустился ласковыми круговыми поглаживаниями с живота ниже и, ещё не касаясь отменно стоящего члена светловолосого, гладил, сжимая внутреннюю поверхность бёдер, заходя еле заметными прикосновениями ещё ниже и заставляя Лёшу раздвинуть ноги шире. — Ты молодец. Просто расслабься. Хорошо? — Конечно, Нурик, — Лёша снова издал то ли стон, то ли всхлип и повернул голову, чтобы растерянно поцеловать Нурлана куда-то в скулу. — Можно я тебя поглажу там? — несколько пальцев уже кружили вокруг сжатых мышц входа, не касаясь совсем близко, но неизбежно нагоняя ещё большее возбуждение недвусмысленными намёками. — Нужно, Нурик…нужно, — свирепый ураган «Алексей» стих, окончательно превратившись в полный штиль, тихо урча беспомощным котёнком. Один палец начал медленно гладить круговые мышцы, периодически дразня кожу коротким ногтем. Затем палец неспешно проник внутрь и начал разминать и разогревать эластичные стенки в ещё нераспустившейся тесноте. Лёша чуть больше прогнулся в пояснице и шире развёл ноги, сильнее запрокидывая голову на родное плечо. — Ты такой узкий, всегда такой узкий… — обволакивающий негой низкий голос заставил всё внизу потяжелеть в разы, а второй палец, присоединившийся к первому, — застонать Лёшу совсем громко. Ритмично двигаясь внутри уже двумя пальцами, Нурлан неспешно тёрся своим твёрдым, льнущим к любимому телу над собой, членом о Лёшины ягодицы и через силу сдерживал чрезмерное возбуждение. — Малыш, можно я войду внутрь? — он сказал это с сильным придыханием, заставляя неконтролируемую дрожь пробежать по спине светловолосого. — Да, конечно… — Лёша судорожно вцепился пальцами в бортик, стараясь не кончить раньше времени. Нурлан вытащил пальцы и на короткое время отсадил от себя Лёшу в сторону. Закрутив оба крана, брюнет дотянулся до чёрного тюбика с золотыми буквами, который стоял на дальнем бортике ванны и, привстав, обильно смазал свой член. Приподнял Лёшу на колени и, заставив его опереться ладонями на противоположный бортик, хорошо раздвинул его ягодицы. Обвёл блестящей головкой расслабленные мышцы, а потом плавно толкнулся внутрь, входя почти полностью. Низкий, тихий стон слетел с Лёшиных губ и отдался гулким эхом в тишине комнаты. — Присядешь сверху? Держа Лёшу за бёдра, Сабуров начал медленно опускаться обратно в воду, утягивая Щербакова за собой. Они опустились снова во влажное тепло с остатками пены на поверхности, и Лёша насадился до конца, вновь откидываясь головой на плечо Нурлана. Дав им обоим время насладиться: кому — влажной теснотой, а кому — приятной наполненностью, Сабуров взялся обеими руками под Лёшины ягодицы, чуть приподнимая его на себе и упираясь пятками в рельефное дно ванны, начал плавно двигаться в нём, чуть приподнимая и опуская таз. Лёша вцепился обеими руками в бортики ванны и пронзительно стонал в голос, не в силах скрыть вспышки удовольствия. Иногда Нурлан делал паузы, опуская светловолосого полностью себе на член, начиная ритмично ласкать его возбуждённый орган и заставляя Лёшу выгибаться сильнее и крепче цепляться за светлую поверхность из акрила. Ощущая максимальное напряжение внизу живота светловолосого, Сабуров начал толкаться снизу-вверх совсем стремительно, выплёскивая на пол с каждым толчком немного воды и с каждым разом беспощаднее проходясь по передней стенке заднего прохода Лёши. — Давай, малыш, не сдерживайся. Лёша уже и не пытался. Крупная дрожь охватила его тело, он непроизвольно вцепился в свой совсем вытянувшийся член, из которого в воду с окончательно осевшей пеной выплёскивались мутные капли, терявшиеся в огромном объёме воды. Сильное сжатие мышц заднего прохода Лёши помогло и Нурлану. Он крепко прижал его к себе, кончая внутри светловолосого и не отпуская его какое-то время. Так тепло и влажно, невероятно приятно. — Всё хорошо? — Сабуров поцеловал Лёшу за ухом, и тот повернул к нему голову, целуя его в нос. — Всё заебись, Нурик. — Давай тебя немного помоем. Поможешь мне? Нурлан приподнял Лёшу с себя, освобождая свой уже расслабляющийся член, и, запустив аккуратно внутрь светловолосого сразу два пальца, начал медленно промывать, убирая своё семя. — Ты такой молодец. Всегда такой отзывчивый. Лёша только тихо мычал, приходя в себя после оргазма и всё ещё продолжающихся нежных прикосновений. Когда Нурлан закончил, он опустил Лёшу обратно на себя и обнял, обхватывая за плечи спереди своими длинными руками. Они оба практически полностью были под водой, наслаждаясь теплом друг друга и расслабленностью во всех мышцах. — Всё ещё хочешь рассказать, что произошло? — Нурлан легонько водил носом по Лёшиному уху. Тот согласно промычал, пребывая в полном спокойствии. Ни одна мышца, если не считать языка, не напряглась в его теле. — Я же сегодня собирался на интервью к очередной недоблогерше… — И что? — А она как заладила: «вы такие друзья с Нурланом», «почему вы так дружите?», «в чём секрет вашей дружбы?», «вы всегда вместе на всех видео…», — Лёша попытался спародировать неприятно-высокий женский голос. — А ты? — Я ей полчаса рассказывал, что у нас много общих интересов, что мы смеёмся над одними и теми же шутками, что мы много времени проводим вместе, и так далее… — А она? — Опять заладила: «нет, по вам видно, что секрет в чём-то другом», «вы как-то по-особенному смотрите друг на друга, не так, как остальные парни из ЧБД»… — И? — Короче, она меня довела, и я ей говорю: «Мы такие друзья, потому что мы постоянно трахаемся». В ванной на несколько секунд повисла тишина, после которой по комнате эхом рассыпался низкий смех Сабурова. Чуть успокоившись, он спросил: — И ты из-за этого так завёлся? — Нет. Она, блять, мне не поверила в итоге. Сказала: «Ох, уж эти Ваши шуточки, Алексей. Не хотите говорить, как хотите!». Ну, ебанутая! Ты прикинь. Говорю ей прямым текстом, а она не верит. Нурлан снова громко рассмеялся, наполняя пространство хохотом. Лёша улыбнулся, поворачиваясь к нему лицом. — Нурик, то, что у нас с тобой самый охренительный трах, который когда-либо был в моей жизни, не значит же, что мы не останемся друзьями? — Конечно, нет, Лёш. Но я запомню: охренительный трах — залог крепкой дружбы. Остальным пацанам, главное, не говори об этом. Нурлан коротко поцеловал Лёшу, удобнее усаживая его на своих бёдрах. — Будем дружить и дальше. Иди сюда, малыш. — А они, блять, не верят… В чём секрет вашей дружбы, в чём секрет?..