Широко закрытые

Паб был пуст и закрыт на ночь. Большие часы показывали десять минут двенадцатого, но этого невозможно было рассмотреть с расстояния дальшего, чем полметра. Весь первый этаж замер, окутанный тьмой, и только барная стойка была прекрасно освещена свечами. Посередине нее стоял на горелке небольшой котелок, а вокруг расположился целый перечень трав и скляночек. После той первой вылазки с Оффой гриффиндорка окончательно убедилась в необходимости поднатаскать себя в зельеварении. Мало того, что в школе этот предмет был для нее то Сциллой, то Харибдой – или, возможно, не сам предмет, а его преподаватели – так еще и последний курс, проведенный в бегах, окончательно подорвал и уничтожил ту шаткую систему знаний, которая еще держалась у нее в голове. Не говоря уже о том, она не просто так всегда восхищалась ремеслом зельеваров: Гермиона никогда не могла бы заниматься этим ремеслом сама. Зельеварение в ее системе ассоциаций было гораздо ближе к прорицаниям, чем к древним рунам и нумерологии. Оно требовало предположений и экспериментов – а Гермиона так не любила экспериментов! Она любила алгоритмы, она любила аксиомы… в ней просто не было надлежащего творческого потенциала и дерзости для создания. По крайней мере, так она объясняла себе свою беспомощность в «зельях». То ли дело Оффа. Чем дольше Гермиона наблюдала за ней, тем больше ей казалось, что нет ничего такого, что эта волшебница не умеет делать. От штруделей до обрядов некромантии – эта девушка могла все! Ответ на Гермионины страдания мог показаться очевидным: попросить помощи у всемогущей Оффы. Но как же, как она могла такое сделать? Она – Гермиона Грейнджер, у которой консультировался в свое время весь Хогвартс?.. Нет, Гермиона не могла допустить такого унижения! Больше чем признания своих неспособностей гриффиндорка боялась только того, что Оффа может о них узнать. Поэтому Гермионе ничего не оставалось, кроме как практиковаться здесь, на первом этаже по ночам. Практически неделю ей пришлось закупаться ингредиентами – всеми наугад, которые могут понадобиться – а задача эта, здесь, в глуши, была не такая простая. К тому же хобби в виде зельеварения всегда встает в копеечку, так что спасибо фрау Агнетте, которая платила ей исправно и щедро. Да, а Гермиона уже понадеялась накопить сумму… «Размечталась». В общем около недели Гермиона только собиралась с мыслями, а затем, когда начала занятия в своей «ночной школе», поняла, что уж точно не сможет «проводить занятия» ежедневно. Все таки работу никто не отменял, а Оффа очень четко чувствовала уровень ее работоспособности. Наверное, Гермиона становилась чересчур раздражительной, когда спать ей доводилось только половину ночи. Начала девушка с таких азов, что даже произносить было стыдно. Перечитала свои учебники – первые три курса – и поупражнялась на самых элементарных зельях, но и их порой приходилось срочно посылать в тартарары – чтобы не погибнуть самой и не унести жизни невинных. Сегодня девушка направила все внимание на зелье невидимости. Она старалась выбирать что-нибудь полезное или практически применимое. Иными словами, «любовные зелья» она не перечитывала. Котел бурлил перед ней бодро, и волшебница была полностью сосредоточена на строчках рецепта, надолго замерев ровным углом девяносто градусов и спрятав лицо в развороте. Кажется, уже пора была добавлять веточку горца, поэтому девушка, так и не выпрямляясь, протянула руку к стопке трав. Скосив глаза, она отыскала нужную ветку и уже заносила руку с ней над котлом, когда тишину прорезал спокойный голос откуда-то из темноты: - Их советуют разреза́ть вдоль. Если вы заинтересованы в качестве и продлении срока действия, конечно. Гермиона так вздрогнула от неожиданности, что резкий вдох ее разнесся по всему этажу как вскрик, и одновременно с ним ударилась о стол книга, еще секундой ранее стоявшая прислоненной к большой кастрюле. - Мерлин! – пискнула она, отпрыгнув назад и не убирая ладони с сердца. – Что?! Девушка отчаянно щурилась, пытаясь разглядеть неожиданного свидетеля в темноте перед стойкой, но больше сил уходило на успокоение совсем сорвавшегося ее дыхания.​ Однако вскоре человек напротив ступил в круг света ее «лаборатории», и Гермиона не сдержала гримасы удивления: это был не кто иной, как их загадочный постоялец. - Прошу прощения, фрау, я не хотел вас напугать. - И часто вы наблюдаете за девушками из темноты?! – нервно усмехнулась Гермиона, все еще держась за сердце и не делая ни шага вперед. Волшебник усмехнулся в ответ, и, подняв на нее голову ответил: - Обычно занятия девушек не привлекают моего внимания. Гермиона сдвинула брови, всматриваясь в его лицо. Как оказалось, она удивительно хорошо его запомнила в ту далекую случайную встречу в свой первый рабочий день. Прямой нос и голубые глаза – ничем не угрожающие: спокойные, но, кажется, заинтересованные. Волосы светлые, лежат волнами. - Демен Хирш, - тихо произнес он, поставив оба локтя на стойку, - А вы, фрау?.. - Иннид, - также тихо ответила Гермиона, опуская руки и делая шаг обратно, к котлу, - Вайс. После ее ответа уместно бы прозвучала фраза: «Приятно познакомиться», но он ничего не ответил, только слегка прищурился, всматриваясь в ее лицо. Гермиона вдруг почувствовала себя неловко, и принялась усердно делать вид, что что-то делает. - Так, вы говорили… Разрезать вдоль?.. - Да, - быстро ожил парень. – Любые ветви и стебли принято разделывать именно так. Девушка бросила еще один быстрый взгляд на его лицо, но волшебник теперь внимательно разглядывал стопки ее ингредиентов, и был, очевидно, захвачен этим занятием. - А вы, дайте предположу, профессионал? - Есть хобби, - кивнул он, не отрывая взгляд от трав. Гриффиндорка ощутимо упала духом и в ответ выдавила только: - От таких увлеченных я как раз и пыталась спрятаться. - Есть что прятать? Девушка лишь неявно сощурилась в ответ. - Что вы здесь делаете? Я думала, что подождала достаточно, чтобы помещение освободилось. Он наконец оторвал взгляд от стола и снова поднял его на девушку. - Я в общем-то тоже был такого мнения. Я использовал тишину этой залы с самого момента своего заселения и, честно говоря, был крайне удивлен увидеть, что у меня появился единомышленник. Гермиона вдруг вспомнила то раннее утро, когда застала его здесь с чашкой кофе. Может быть, он не пришел раньше нее, а не ушел с ночи?.. - Неужели?.. И часто вы?.. - Теперь реже, - ответил он, и уголок его губы незаметно дернулся. – Несколько раз просто не спускался, заметив свет. А сегодня… Решил заглянуть. Гермиона замерла в стыдливой скованности. Мерлин, мало ей было унижения, что она учит школьную программу зелий под покровом ночи, а теперь она еще и оказалась поймана за этим действом. Что за тип, вот почему он так бесит Оффу: подсознательно. - Что ж, - резко начала она, - тогда не буду портить вашу тишину. После этого девушка быстро затушила горелку, и света, освещавшего их лица, стало значительно меньше. Однако герр собеседник лишь звонко усмехнулся в ответ: - Не стоит, это я пойду. А вам, полагаю, удачи, - и, неторопливо развернувшись, он растворился во тьме. Гермиона еще какое-то время смурно буравила взглядом пространство, после чего снова зажгла горелку и поставила учебник обратно, на кастрюлю. ​ ​