Часть 28
22 февраля 2024 г., 23:05
I don’t want to be afraid the deeper that I go
It takes my breath away…
Ever thought of calling when you had a few? 'Cause I always do
- Так и сказала?! - Оффа заговорщицки хохотала и хлопала себя по коленке ладонью. - Так ему, этому конспиратору, пусть знает наших! - Да уж, это же прямейший путь к сердцу мужчины. Саботаж. - Ой, все прямые пути знает фрау Агнетта. А это, уж если и путь, то к равенству. Если он человек и ты человек, то ты имеешь право – и говорить, и задавать вопросы. И ходить на факультативы, уж тем более. А если ты ему ученица, то конечно. Будешь бегать, и в ножки кланяться, и слово бояться молвить. - Фрау Оффа! Пива! – проскрипел Грег у прилавка, и брюнетка, коротко улыбнувшись, кивнула. - Мигом! - Сиди, я налью, - махнула подруге Гермиона, вставая с низкого стула на барменской стороне прилавка и появляясь будто бы из-ниоткуда. Подруга упала обратно и вытянула ноги, потягиваясь. Гермиона вернулась на привычное место рука об руку с Оффой как-то сама собой. Не сговариваясь, девушки продолжили работать в старом размеренном темпе, деля обязанности на два и обслуживая гостей либо вместе, либо по очереди. - Грег, пиво! – звонко сказала Гермиона, выставляя пинту, и, протерев стойку, снова повернулась к Оффе: - Так где, говоришь, сегодня фрау? - В Вене с фрау Лорой! Её – фрау Агнетты - Ричард купил им билеты в «Фолькстеатр». Потом, наверное, поведет в ресторан. Ну и молодец, хоть мать увидит. А то совсем заучился в своей «Фатерлянде». А ты, дорогая? Ты к нам надолго? - Мерлин, Оффа, я бы к вам «навсегда»… Но, к моему сожалению, я здесь всего лишь на свой максимум – выходные. У нас, в Хогвартсе, не принято ночевать дома. Но молодых учителей «облизывают». Поэтому я тяну все возможные плюшки. - Выходные… - задумчиво повторила подруга. – Я смотрю, ты не стремишься к близости со своим Снейпом, - усмехнулась брюнетка, и Гермиона отмахнулась от нее, как от дразнящей мошки. - Обойдется. Может, мне ему еще сказку на ночь прочитать? Гермиона не была уверена, из какого уголка ее души шла подобная спесь, но иногда просто не могла себя остановить. Слова вырывались сами и кусали каждого на пути. - Правильно. Лучше дождись фрау Агнетты и поведай ей свои достижения. А пока ее нет, закрой со мной смену и отчаль в лес, извиняться перед Ветром. Гермиона прикусила нижнюю губу и нервно цокнула языком. - Да. И, черт возьми, это все равно звучит лучше, чем все, что я делаю целые выходные в Англии!***
Северус Снейп шел по улочкам пятничного Лондона, конечно, гудящего и заведенного уже сейчас, в четыре часа дня, и со сдержанным интересом озирался по сторонам. Его поражала веселая раскрепощенность магглов, по сравнению с волшебниками. По крайней мере, это относилось к молодым людям. Лондонская молодежь смеялась громко, флиртовала открыто и высказывалась прямо. По правде говоря, лондонские студенты и молодые мужчины напоминали зельевару Ковенхорнских весельчаков (любого возраста). А ведь он, Северус Снейп, сам недалеко ушел от маггловских «молодых мужчин». По возрасту. Однако по уровню раскрепощенности трудно было найти образцы различнее. Но, Мерлин бы его побрал, в последнее время маг все чаще впадал в детство и, по его ощущениям, был уже в шаге от того, чтобы начать дергать кого-нибудь за косички. Кого-нибудь… Моргана, что это были за игры, в которые она играла?.. Северус Снейп мог понять прятки, мог понять догонялки и «негляделки» - эти игры были ему знакомы с детства - он забавлялся ими всю жизнь. Но «Игра в Нормальных Людей» была за пределами его понимания. И, что печальнее, зоны комфорта. В последние пару месяцев зельевар все чаще вспоминал юность. Школьные годы и отрочество. Он был тяжелым подростком. Теперь он это видел. Должно быть, безрадостное детство и факультетская борьба совсем с этим не помогли. Однако у него были друзья, совершенно тогда еще незлобливые, пускай и слегка озабоченные «чистотой» своего круга общения. И поэтому смотревшие порой на других свысока. Конечно, друзьями этими были Люциус Малфой со своей аристократической компанией. Но каким бы снобом ни был тогда Люциус, он никогда не принижал Северуса за его происхождение. Он был настоящим другом. И, должно быть, остается по сей день. Пускай сейчас Малфой был за границей и их не связывал ни камин, ни переписка, Северуса Снейпа не покидало ощущение, что однажды он снова появится в его жизни – непременно и нежданно. И ох, сколько зельевару нужно будет ему рассказать… Так или иначе, маг все чаще вспоминал школьные годы и многочисленные ухаживания Люциуса за прекрасными слизеринскими – и даже не только слизеринскими – леди. Сам Северус всегда смотрел на его уверенные пассы восхищенно и издалека, искренне поражаясь умениям друга и с каждым разом убеждаясь все тверже, что сам он такими талантами не обладает. С каждым годом после ссоры с Лили Эванс и каждой девушкой Люциуса он закрывался всё больше и все старательнее избегал контактов. Северус Снейп по натуре своей был интровертом. А по биографии – раненым ребенком. Обиженным подростком. Обманутым молодым человеком. В его жизни не было места на чьи-то чужие переживания. Он не справлялся со своими. Однако к неизменному искреннему удивлению Северуса, на протяжении школьных лет с ним пыталась завязать отношения не одна юная слизеринка. Он, конечно, не понимал, какую социальную ценность он может представлять на фоне богатого на все жизненные и физиологические ресурсы Люциуса Малфоя, однако Северус Снейп всегда предполагал, что на время их интереса в нем, друг его был занят. Может, он, Северус, был выгодным местом для ожидания или брони... В любом случае это не отменяло факта: с ним пытались познакомиться и его пытались узнать «поближе», и каждый раз Северус сам не узнавал себя. Люциус смеялся: "Дружище, опять ты своего двойника выпустил общаться с девушками?" - и шутка была недалека от истины. В Северусе Снейпе, разговаривавшим с этими слизеринками, не оставалось ничего от настоящего Северуса Снейпа. Он вдруг забывал темы и слова всех интересных бесед, терялся, когда его спрашивали о хобби, хотя им всегда было зельеварение, и невозможно было из него вытянуть ни строчки. Молодой волшебник превращался в безликую кулису, и девушкам не оставалось ничего, кроме как бросить свои попытки и оставить парня наедине с его молчанием. Северус Снейп абсолютно не мог выносить романтическую близость. Он чувствовал непривычную наполненность личного пространства и практически трещал по швам. Он терпел беспричинную тревогу, кричащую в ушах, пока его не начинало подташнивать, словно от интоксикации или удушья. Северус Снейп не умел. Близости. Мужчина отряхнулся от мыслей и пошире расправил плечи. Черные пряди его волос медленно разошлись с его лба под напором ветра. Сегодня зельевар планировал открыть новое место культурного просвещения и приобрести билет на следующий спектакль. Планировал. Однако меланхоличность его нынешнего внутреннего монолога навевала варианты совсем иного досуга… Хотелось не мигая смотреть в стену или пить. Хотелось получить каких-нибудь ответов. И Северус Снейп, пройдя пару десятков метров вдоль дороги и оценив количество маггловских купюр в кармане, свернул. В паб.***
- А как твои дела, Оффа? – со значением спросила Гермиона, и подруга в ответ на это вскинула удивленно брови. - В каком это смысле? Гермиона отыгрывала невинность на лице и прилагала все усилия, чтобы выглядеть увлеченной своим ванильным брецелем больше, чем заданным только что вопросом. - В самом обычном, - хлопнула глазами на брюнетку волшебница в лучшей из традиций Луны Лавгуд, так что нетренированный глаз бы не отличил. - Не-ет, когда этот вопрос задается в «самом обычном» из смыслов никто из собеседников не хлопает недоуменно глазками и не улыбается ни с какими намеками! - И ничего я не «хлопаю глазками»!.. - Вот опять!! Гермиона Грейнджер, отвечай мне сейчас же, что происходит и что такое новое ты хочешь от меня услышать! - Да ничего не происходит! – быстро ответила гриффиндорка. Оффа выглядела настороженно и смотрела крайне подозрительно. Кружку кофе свою она отставила на стойку и теперь облокотилась на нее, сцепив руки в замок перед собой и не сводя внимательных глаз с Гермионы. – Просто… Я подумала, может, за время моего отсутствия в Ковенхорне появился какой-нибудь молодой волшебник, который... Который привлек твое внимание… Подруга медленно сощурила глаза и склонила голову набок. - Ах во-от оно что… Интересно, и почему это тебя так вдруг заинтересовал этот вопрос? - Ну как почему, - вскинула плечи Гермиона, оторвав от своего кренделька размером с внушительную тарелку сахарный кончик. – И вообще, меня всегда интересует этот вопрос!.. - Я скажу тебе, почему, - усмехнулась Оффа. – Потому что вы, влюбленные, как только находите своего ненаглядного, таким счастьем преисполняетесь, что считаете своим долгом найти такое же счастье для всех «свободных» вокруг – непременно и немедленно! Гермиона слегка зарделась и быстро спряталась за своей кружкой апельсинового сока. - Ну, даже если и так… А что в этом плохого! Оффа поменяла опорную ногу, скрестив тонкие щиколотки. - Ничего плохого, дорогая. Просто «счастье для всех одиноких в мире». Звучит утопично, не находишь? Гермиона задержала взгляд на лице подруги, но, к своему облегчению, не увидела в них ни грустинки, ни нотки боли. Она выглядела привычно. Так, словно констатировала факт. - Нет, - тихо, словно отвечая по секрету, сказала гриффиндорка. – Не нахожу. И, знаешь что, я тебе докажу! Только где бы найти мужчин… Подруга усмехнулась с нее, как родители усмехаются с заявлений детей о их будущей профессии «космонавтов». «Эти отчаянные влюбленные…» - Я знаю! – вскликнула вдруг Гермиона, быстро возвращая Оффу из ее радикально реалистических мыслей. – Когда-нибудь нам с тобой обязательно нужно будет выбраться в бар!***
Северус Снейп скованно сидел за баром с пинтой какого-то из газированных алкоголей на высоком мягко обитом стуле и выглядел «не в своей тарелке». Вся его поза говорила неуверенностью, зажатостью и какой-то крайне умилительной застенчивостью: должен ли я тут находиться? Пристойно ли? И «не разоблачат ли во мне магглы «чужого»?» Однако в заведении было приятно. По количеству свободных столиков нетрудно было догадаться, что здешний пятничный «час пик» еще не настал: барная стойка была абсолютно свободна, за исключением стула зельевара, в дальнем углу расположились две красиво одетые девушки, начавшие свой вечер с салата и двух нежно-розовых коктейлей, мужчина лет пятидесяти сидел за столиком один и наслаждался своим стейком, и, в общем-то, это были единственные посетители на данный момент. Бармен, молодой мужчина лет тридцати, выглядел крайне современно и привлекательно – этого нельзя было отнять – в своей черной обтягивающей футболке и именном фартуке заведения, со своими собранными в низкий хвост кудрями и подкрученными идеально вверх на концах усами. Северус Снейп сидел со своей пинтой и медленно тянул из нее эль. Мысли его, упаднические, потихоньку сменялись насущными: о настоящем - и мужчина крутил в голове вопрос: «Может ли происходящее между ним и Гермионой Грейнджер значить больше, чем он позволяет себе думать?» - Тяжелый день, ха? – обратился к нему бармен, и Снейп тихо усмехнулся в ответ. - Лучше бы день. - Понимаю, - кивнул парень. – Размышляющие над смыслом мироздания и женскими намеками за этим баром - постоянный контингент. - Что же, значит женщинам над мужскими намеками размышлять не приходится? Парень потирал белоснежным полотенцем рюмку и улыбался заразительно. - Исходя из трех лет моих наблюдений, друг, мужчины не умеют делать намеков. Так же как и понимать. - То есть? – вскинул бровь зельевар. - То есть девушки за этим баром жалуются только на одно: что касается намеков, английские мужчины толстолобые, как пробки! - Неужели. - И не говори. Пока ни один из представительных джентльменов, кому я это сказал, не поверил, - бармен усмехнулся, звонко впечатав рюмку в столешницу. – Наверное, в этом вся проблема. Дверь паба за спиной зельевара распахнулась, впуская двух парней лет тридцати, и бармен ненадолго обратил все свое внимание к ним, предоставляя тем самым магу время всё обдумать. Могло ли быть так, что то, что он видел в ее поведении не было тем, что она на самом деле показывала? Как бедная Корделия в «Короле Лир»… Опять, опять эта параллель. Разве это было вероятно?.. - Так что тебя так терзает, друг? – вернулся вдруг в его внутренний диалог голос собеседника. Северус поднял на парня голову и изобразил на лице выражение «всё сложно». - Девушка морочит голову? Расставание? Развод? Пауза? - Ам, - запнулся было маг, не начав и слова. - Скорее вечное вступление… - Оу… - вполне искренне сдвинул брови парень. – Сочувствую. Водит за нос? Дает ложные надежды? Динамит? Мужчина неловко пересел на стуле в позу поудобнее. Ему был непривычен сам факт обсуждения личной жизни, тем более обсуждения ее с первым встречным, однако бармен выглядел так органично: сцепив руки на стойке перед собой и чуть склонившись к Северусу, как бы обеспечивая тому приватность, что, успокоив мысли, мужчина ответил: - Честно говоря, ничего из этого. Возможно, ничего вообще. В этом все дело, полагаю. Я не знаю. - Стив, - произнес парень спустя пару минут тишины. – Можно звать «Ви». Или «Стиви». Зельевар вскинул уголок губы, протягивая парню руку. - Северус. - Уау. С таким именем, полагаю, она все-таки заинтересована, друг. Зельевар усмехнулся в ответ. - Полагаю, ее сложно удивить. - Как и всех их. Так расскажи мне. Что конкретно тебя смущает. Северус Снейп поборол очередной приступ английской эмоциональной неприступности и задумался глубже, чем сам ожидал. - Она.. Она гораздо младше. - Ты тоже выглядишь бодрячком. - Она моя бывшая студентка. - И где мы этого не видели? - Она… Но волшебник не сумел сформулировать никакой другой причины. - Что она делает? Что такое ты мог воспринять не так? Снова молчание и снова продолжительный выдох. - Она… Проявляет интерес. - К предмету?? – хохотнул Стив. - Нет! К моим… Внеклассным… Занятиям. - Хорошо. Еще? - Она уделяет мне внимание. Больше, чем я того требую и, честно говоря, заслуживаю. - Вот это уже другой разговор, - кивнул бармен, уводя из-под носа Снейпа пустую пинту. – Повторяем? – спросил он, подняв ее вверх. Мужчина смурно кивнул. - Ну конечно. Момент! И снова Северус Снейп оказался погружен в мысли. По какой еще причине Гермиона Грейнджер могла интересоваться его личностью? Тягать его рычажки и смотреть на реакцию? Зачем еще она приходила к нему в этом знакомом до боли платье Иннид Вайс?? - Принимай, - весело сказал Стиви, пуская к Снейпу пинту скользить самой по столу. Какое-то время парень молчал, наблюдая, как Северус планомерно, значительными глотками опустошает пинту. А потом, когда маг впечатал ее в бар, утирая губы кулаком, задал наконец их, мужчин, главный вопрос: - Так в чем же тогда, друг, твоя проблема??***
- Давай, давай, Гермиона! Спокойнее! - Да, я сейчас разорвусь от спокойствия!! Волшебницы расположились на поляне темнеющего австрийского леса и в данный момент отчаянно пытались удержать в своих руках сгустки ветра, поднимающие в воздух хвою. Вернее, пыталась Гермиона. Оффа справилась с этим заданием на ура и без всяких осложнений и долго еще восторженно смеялась, глядя на свои ладони. Теперь же настала очередь гриффиндорки, и ее проблемы начались сразу же, как она подступила трясущимися в коленках ногами к центру поляны. - Ау! Оффа, я ничего не вижу! Ветер хлестал ее лицо и плечи и, вместо того чтобы кружиться идеальными сферами над подушечками ее пальцев, как он кружился у подруги, ветер штурмовал ее глаза каждой случайной песчинкой и хвоинкой, и Гермиона уже всерьез боялась закашляться и не прекратить. - Оффа! Подруга застыла неподалеку, ладонь прикрывает губы и выражение лица говорит что-то наподобие: «Дорогая, я ничем не могу тебе помочь». - Бросай! - Что?! - Бросай его! Выпусти из рук! - Не то чтобы он у меня в руках, скорее я у него! - Представь в голове и бросай!! Гермиона отчаянно зажмурилась, что давно пора было сделать, чтобы после из глаз не пришлось высыпать песок, и быстро нарисовала в воображении картину: она стоит в центре поляны, и ветер, проходя через все ее тело, концентрируется на ладонях. Гриффиндорка же, видимым усилием мысли и тела, удерживает его перед собой. И, когда девушка достаточно поверила в эту картину, она выбросила руки вперед и вниз, и тут же сложилась пополам, упирая ладони в колени. Ветер еще несколько секунд расходился свистящим вихрем по поляне, после чего, вскинув волосы девушек и качнув ветки, стих. Повисла тишина. Мерный шепот хвои не выделялся из нее, и Гермиона еще какое-то время привыкала к отсутствию рева ветра в ушах. Когда же она подняла взгляд на подругу, Оффа прочитала в нем отчаяние. И боль. - Это ничего не значит, Ни. Скоро у тебя с Ним всё встанет на свои места.***
Эта компания зашла в заведение, когда Северус Снейп был уже в крайней степени мыслительного ступора, отчаяния и замешательства, уронил лоб на два кулака и изредка постукивал им по костяшкам. Четверка громких мужских голосов заполнила паб и, сперва как бы ненароком, а после уже целенаправленно вывела зельевара из ступора: - Эй, брат! Брат!!! Северус встрепенулся и поднял голову с рук. Через весь зал, из дальнего угла паба ему махал маггл лет тридцати пяти, и друзья его, тоже улыбающиеся, смотрели на мага с интересом. Северус Снейп бросил взгляд на бармена, загадочно улыбавшегося, потирая свои пинты, и тот подмигнул ему, ответив на немой вопрос коротким кивком. Мужчина медленно повернулся на своем стуле и двинулся в сторону дальнего столика. Когда зельевар подошёл к компании, парень со стильно уложенными чёрными волосами в чёрной футболке, тот самый, который окликнул его, постучал ладонью рядом с собой, приглашая сесть. Столик их был расположен на невысоком "пьедестале", как и все столики вдоль этой стены паба, и окружён чёрным кожаным диваном буквой "П" и резным деревянным ограждением, прекрасно создававшим атмосферу уединенности. - Ты ничего не подумай, - усмехнулся парень, как только Северус опустился на диван с краю, рядом с ним, - просто у нас традиция! Снейп вскинул бровь и окинул взглядом компанию. - Да! - кивнул молодой человек напротив. Он был одет в белую рубашку с темно-зелёной жилеткой и волосы его, пшеничного цвета, спускались на плечи неявными волнами. - Каждый раз, когда мы с парнями приходим сюда, мы спасаем от одиночества и отчаяния одного бедолагу. - Хах! А ты, брат, уж извини, если что... - вступил третий молодой человек - в кепи, с коротко стриженными тёмными волосами и с бородкой. - Но выглядел так, как будто тебя не помешало бы "спасти"! Закончил говорить парень, сидящий по другую руку его соседа. В красной клетчатой рубашке и с чёрной панковской банданой с черепками. "Эта удивительная лондонская молодёжь..." - снова подумал про себя зельевар, и, положив руки в замке на стол, ответил: - Северус. Благодарю за приглашение. И да. Возможно, вы правы. Вся четверка окинула его довольным взглядом. - Тогда первым делом, прошу прощения... - произнес его сосед. - СТИИИВ! Пять пинт нашего! И Стив за барной стойкой весело усмехнулся, кивая. - Ну а теперь можно и представиться. Я Риччи, - снова вступил парень. С лица он немного напоминал Северусу Люциуса: такие же красивые правильные черты, только брови и волосы его, темные, создавали с образом друга явственный контраст. - Этот, в средневековой амуниции, Эдди... Парень кивнул головой на молодого человека напротив. Тот, действительно, выглядел несколько чересчур "собранно" для данной обстановки; рубаха его, белоснежная, с крайне свободными в плечах рукавами, и приталенный тканевый жилет рисовали в воображении картинки средневековья, и оттого так приближали Эда к зельевару (со всем привычным ему волшебным миром). Сам Эдди шире улыбнулся Северусу и коротко сощурил глаза, кивая. - Карл, наш главный альфа-самец... - Хотя это звание мы с Риччи делим пополам! Карл, сидящий с Эдом, кроме темно-серого, исключительно лондонского кепи имел при себе стильный, с иголочки ярко синий пиджак, и мог бы выглядеть крайне неуместно вычурно, если бы под расстегнутым пиджаком не виднелась свободная белая футболка. И да. С виду он абсолютно отвечал званию "главного альфа-самца". - И, наконец, наш Тимми, - парень в бандане чуть откинул голову назад, оказавшись под взглядом Северуса. Красивые русые брови его идеальными точеными контурами прорисовывали дуги. Из-под нижней полоски банданы вились вниз случайные белые пряди кудрей, падая на висок или обрамляя лицо. Он выглядел как рок-звезда или знаменитость, и Северус, одетый, привычно, в черные рубашку и брюки, вдруг удивился: как это его занесло в такую компанию?.. - Тимми у нас привередливый, важный как черт знает кто, и потому никакая женщина не удостоилась чести коснуться его дружка, и носит он теперь гордое звание вечного девственника! - Очень смешно, Рич, - стоически ответил парень. - И я не привередливый. Я просто не хочу кидаться на первую встречную. - Ну, и что я неправильно сказал? Зельевар усмехнулся, и на стол перед ними тут же опустился поднос с напитками. - Как раз вовремя, Стиви! Ну что, может, с нами сядешь?? Бармен весело хмыкнул, забирая быстро опустевший поднос. - Я бы с радостью, да кто же вам тогда наливать будет. Давайте без меня, ребята! - Всегда отказывается, - шепнул Снейпу Риччи, и, когда они, с пинтами наизготовку, повернулись к компании, все уже были готовы к испитию. - Тост! - громко произнес Карл, утыкая локти в поверхность стола и уезжая по нему немного вперёд. - За весёлый вечер пятницы! - За веселый! - Вечер! - Пятницы! – повторили хором собравшиеся, и тосту их вторил озорной стеклянный звон. - Ну что, Северус, - усмехнулся Тимми, отставив пинту и будто повторив позу Карла, поставив локти на стол. – Что заставило тебя размышлять так отчаянно о смысле жизни за этим баром? Мужчина хмыкнул, неопределенно качнув головой и тут же вернув ее обратно. За последнюю жизнь в волшебном мире его любовными делами не интересовалось столько людей, сколько за один час в маггловском баре. Зельевар не уставал поражаться: что это были за люди! Никакого притворства, никакой наигранности… Оказывается, и так – откровенно - можно жить. - Да, - вступил застенчивый Эд. – Честно говоря, мы не так часто замечаем на этом баре «нуждающихся». Чаще всего это просто мужики, счастливые выбраться куда-то без жён и насладиться наконец тишиной. Но ты выглядел… Крайне озадаченно. Северус усмехнулся в ответ, опуская глаза куда-то в угол стола. Третья пинта в нем говорила расслабленностью и слегка размывала зрение, оставляя при движении взгляда замедленный шлейф. Кажется, он совсем отвык пить – если маггловское пиво давало в голову практически так же сильно, как стакан огневиски… Странный побочный эффект… Чем больше размывалась реальность вокруг, тем больше в его голове проецировалось лицо… - Поэтому да… Поэтому мы и спрашиваем, - договорил Эдди. – Если это не секрет, конечно. И эта короткая оговорка абсолютно расположила к ним Северуса. - Кажется, в этом пабе у меня ни от кого больше нет секретов… И, в общем-то, вряд ли о причинах тяжело догадаться. Я прав? – слегка изогнул бровь Северус, и вся компания понимающе усмехнулась. - Да, - ответил Тимми. – Причина всегда одна. И зельевар склонил голову в согласии и капитуляции. - Бабы, - уверенно завершил Карл, и - за ширмой бороды его - губы закрутились в улыбку.***
- Попробуй еще раз: медленно вдыхаешь носом и представляешь, как ветер в тебе расходится по телу магией… Все та же поляна теперь выглядела абсолютно другой и незнакомой. В темноте леса пахло сыростью, землей и холодом, но девушки бросили на себя согревающие заклятия и так сосредоточились на цели: вернуть Гермиону на верный путь – что совсем перестали замечать какие-либо сопутствующие неудобства. По периметру поляны горели защищенные от ветра заклинанием свечи, и освещения хватало для минимальной прорисовки очертаний. - Потом то, что мы пытались делать до этого: концентрируешься на руках и направляешь туда потоки… Гермиона выглядела вымотанной и истощенной, под глазами ее синими месяцами залегли тени. - Дорогая… - гриффиндорка запоздало подняла на подругу взгляд. – Ты… Уверена? Может повременим с этими «сферами», если ты устала – то не нужно. Просто хватит на сегодня. - Нет, со мной всё нормально, я буду пробовать… - Гермиона… - Сейчас, только отдышусь чуть-чуть… - Ни… - Я смогу, я уже поняла, что нужно делать, я… - Гермиона! Волшебница замолчала и немного более ясным взглядом посмотрела на подругу. - Я же вижу, что ты устала. Вообще-то, это мягко сказано. Ты еле на ногах стоишь. Зачем себя мучить? У нас все выходные впереди, мы можем позволить себе не доводить себя до обмороков. За-чем? - Оффа, я сказала нет! И я ни до чего себя не довожу. Я хочу попробовать сейчас… И Гермиона, зажмурившись, втянула носом воздух. Брюнетка сразу же поняла, что подруга начала «упражнение». Это было самой безапелляционной точкой, которую могла поставить гриффиндорка: прерывать медитацию при такой энергетической нестабильности было опасно. Пух ее волос качнуло случайным дуновением. Поток воздуха на выдохе вдруг стал неровным и рваным. Однако Гермиона не разомкнула глаз и продолжила сосредоточенную умственную работу. Оффа, наблюдавшая за волшебницей напряженно, тут же почувствовала опасно неконтролируемый сквозняк в животе. Всё снова шло к уже знакомому исходу, однако подруга напротив старательно игнорировала эти предупреждения. Руки Гермионы медленно поднялись ладонями вверх и кроны над ними и вокруг тут же наполнились гулом. В отдалении затрещали стволы. Гермиона Грейнждер, старающаяся сдержать гримасу страха, стояла в самом эпицентре поднимающегося вихря и отчаянно пыталась собрать ветер вокруг в две аккуратные сферы. У нее не получалось. - Гермиона! – крикнула сквозь дикий рёв брюнетка, однако подруга не двинулась. – Гермиона, бросай! - Нет, у меня получится! – махнула головой волшебница, и пара острых веток полоснула ее по лицу. Оффу все листья и колючки облетали по широкой дуге. - Пожалуйста, Ни! Ну почему нам просто не закончить с этим в другой раз?! - Потому что!.. – вскрикнула Гермиона, уже немного сгибаясь и медленно, как бы нехотя, отходя назад. – Потому что… Потому что я боюсь! Потому что мне кажется, что если я не справлюсь с этим сейчас, я не смогу никогда! Потому что мне страшно! Как будто мало того, что я всегда была слабее тебя, что я и так не справлялась со всей этой магией, - я еще и умудрилась сама лично всё испортить и навсегда похоронить свои шансы! Я боюсь! – срывающимся голосом сквозь мутный вихрь повторила Гермиона, и горло и сердце Оффы сжало словно ледяными тисками. – Потому что мне кажется, что я… Слабая… Девушка опала на хвою леса, обессилено уронив руки, словно подрубленная под корень. Ветер вокруг девушек стих в одночасье. Волшебница болезненно всхлипнула, и легкое дуновение в ответ на это мягко скользнуло по ее щеке.***
Северус Снейп кивнул, хотя сам предпочел бы выразиться учтивее. Риччи усмехнулся понимающе, то ли в знак того, что разделяет чувства нового знакомого, то ли самому себе, в знак совпадения жизненного опыта. - О, эти разговоры не стихают в данном заведении, Сев… Ты же не против, если я сокращу до «Сев»?? - Отношения, расставания, секс, отсутствие секса, чувства, отсутствие чувств - как же без этого… В нашем пабе все одинаково значительно. Потому что всё одинаково насущно, - закончил Риччи, и Северус кивнул одновременно и тому – на «можно «Сев»?» и другому. - Но, справедливости ради, стоит отметить, что многие выходили отсюда не только просветленными, но и преуспевшими. Находили себе прекрасную спутницу и удалялись с ней под ручку с насыщенного вечера на, несомненно, приятную ночь… - прелестно соединив пальцы подушечка к подушечке добавил Эд, как бы заговорщицки. - А кто-то "умирал" посреди разговора и был отправлен добрыми незнакомцами по сомнительному, названному сквозь сонное мычание адресу в такси. Ночь в пятничном пабе это как шоу на выживание: шанс выжить равен шансу проиграть и нет абсолютно никаких гарантий! – Тим в этой команде явно играл реалиста, но именно его точку зрения разделял Северус. В конце концов, он не видел счастливых исходов. - Так что, брат? – вскинул на него подбородок Карл, отпивая пиво. – Какая из насущных проблем привела сюда тебя? Вся четверка остановила на нем взгляд, ожидая ответа, и маг, слегка смутившись, сделал еще глоток. - Полагаю, никакая. Полагаю, у меня нет проблемы. Потому что гораздо более велика вероятность, что я всё надумал сам. - ООО! За столом поднялся гомон вперемешку с присвистыванием, и зельевар, конечно же не поняв причины, вскинул бровь. - Поздравляю, Сев, последний человек, который говорил нам эту фразу вот уже пятый год как женат. Сердце мужчины, бьющееся всегда равномерно, вдруг пропустило удар. «Почему? Что это значит?!» - но лицо его сохранило спокойствие. - Я думаю, ты догадываешься, что сейчас мы потребуем подробностей… - выжидающе улыбнулся Тимми, и, Северус, тут же заметив на лицах остальных такую же улыбку, придвинул поближе пинту и прочистил горло, начиная свой рассказ. Его с Гермионой Грейнджер «любовная» история была рассказана последовательно, поэтапно, с веселыми перерывами на шутки от парней, однако в чертах достаточно общих, чтобы не оставить мага в опустошении и тревожном ощущении излишней открытости. Из всего его повествования проблема снова выходила только одна: его проклятая нерешительность! - Знаешь, ты реально чересчур много думаешь, друг, вот что я тебе скажу. Таков был вердикт Карла и, судя по озадаченным лицам друзей, все остальные разделяли его мнение. - Не то чтобы это плохо, но в таких делах на одних только рассуждениях да выводах далеко не уедешь… - Да даже не в том дело! – вступил Рич, закидывая в рот пару картофелин по-деревенски из лотка, заказанного и принесенного во время рассказа зельевара. – Главный вопрос тут ты! Тебя послушать, так это не она «всё никак не может в тебя втюриться», а ты – в себя же! «А кто я, а что я, а сколько мне лет»… От твоего «почему» идет ее «а зачем», а этот ход мыслей нам совсем не подходит! Сдается мне, ты смотришь на себя своими глазами, а не ее; а для парня (практически любого) это – крайне невыгодная обзорная точка! Эдди, а ты что скажешь? Эдди резко вскинул на друга взгляд и брови, отвлекшись от блюда с мясной нарезкой, и, дожевав чесночную булку, ответил: - Во-первых, мне очень лестно, что я первый, кого ты вспомнил при упоминании закомплексованных парней; во-вторых, мне не кажется, что всё не так плохо, как вы говорите. Судя по рассказу, Гермиона тоже девушка… Сдержанная. И уж точно не похожа на Карловых жриц, чтобы бросаться на кого-то с разбегу. - И голой, - хохотнул из угла дивана Тимми, вызывая цепочку усмешек по столу. - И хвала небесам, наши с Севом вкусы не совпадают, - важно парировал Карл, невесомо поправляя кепи. - О да! Потому что в таком случае тебе наконец-то нашелся бы достойный соперник! Карл вскинул на Тима брови в немом вопросе и с легкой ноткой претензии. Снейп, в свою очередь, тоже остановил на лице парня взгляд. Удивленный. - Не в обиду Северусу, но почему это именно он мне вдруг соперник? - Потому что посмотри на него! Он загадочный незнакомец! В черном! Я бы сам ему дал! - ООО, ИЗ УСТ ТИММИ – ЭТО ЗАЯВЛЕНИЕ, - загоготал Риччи, Эд отрывочно посмеивался над пинтой. - Я польщен… - осилил Северус в перерывах между беззвучным смехом. Карл удерживал оскорбленную гримасу стоически. - Ну и что? Зато у меня «стайл»! - А у него «т-а-й-н-а»!! И парень отмахнулся от друга непримиримо. На какое-то время беседа перетекла в нейтральное русло цен и быта. Пятерке молодых мужчин необходима была пауза на «подкрепиться», чтобы продолжить обстоятельную беседу, и стейки, картофель, луковые кольца, различные нарезки и сырные шарики окончательно поглотили их внимание. - А знаешь, что я подумал, Северус, это как у меня с бывшей, - обернулся вдруг Риччи. – В нашей компании же как: два девственника, - он указал взглядом на Эда и Тимми, - и два бабника, никаких золотых середин… - Ой завали уже, Рич! - Хаха! - Да-а, - протянул Эд, - и из двух «бабников» только один держит высокую эмоциональную планку и добросовестно забывает имена своих пассий сразу же, как они покинут его кровать… А второй повстречается месяц, а потом три года начинает фразы с «это как у меня с бывшей…» - Очень смешно. - Вот именно. - В общем, ее звали Джесс, и я тягался за ней месяца два, прежде чем у нас закрутилось. Первое время всё было шикарно. Прогулки без места назначения, кафешки, киношки, парки… И секс, черт возьми, какой секс… Снейп слушал историю парня с ноткой тревожности и зависти. Тревожности - потому что такое начало с подобных высот может идти только вниз. Зависти – потому что у самого его не было подобных историй для рассказа. - Я приходил к ней каждую ночь и ни разу не уходил… Разочарованным. Очередной его глоток из пинты драматически затянулся, и Эд, Карл и Тимми одновременно скорчили магу страдальческие рожи, которые, к его удивлению, ускользнули от расфокусированного взгляда друга. Зельевар постарался сдержать улыбку в ответ. - Пока все не схлопнулось, - продолжил Риччи. - Вообще-то до конца было еще далеко. Но я почувствовал сразу – сразу. Без всяких слов и знаков. Она просто остыла. И продолжался секс, и продолжались звонки, и кафешки. А ее в них было всё меньше. Не по количеству. По ощущению. Северус Снейп невесело хмыкнул и сделал быстрый глоток. - Да. Мне это знакомо. Молодые люди напротив уже не валяли дурака, но выглядели слегка скучающими. Да… Кажется, они действительно слышали эту историю… Не единожды. - Так вот к чему я веду, Северус. Если малейшее отдаление бьет сразу – как кувалдой… Значит такая же штука и с приближениями. - Глубоко, Рич, ты сегодня превзошел сам себя, - тихо шепнул Тимми. Карл молчал, но выглядел особенно удивленным. - Ты понимаешь, о чем я, брат? Если тебе так настойчиво кажется… То, похоже, тебе не кажется. Мужчина вдруг почувствовал невозможный прилив трепета и щекотки где-то в животе. Это ли было не… Счастье? - Кхм… Тим, - заговорил вдруг маг. – Кажется, из всех присутствующих, моя… Любовная история больше всего похожа на твою. Это правда? Что рассказал Риччи? Тимми усмехнулся в ответ, попутно бросая прищур на друга. - Ну, за исключением всего того, что он сказал, да. Правда. - То есть… Ты тоже никогда не… Ам… Не состоял в отношениях? - Хах! Нет. Не состоял, - широко улыбнулся парень, подтягивая к себе луковые кольца. - А можно… Услышать подробнее? - Хоо, ты выбрал самую скучную из историй, Сев! - Хм… Странно. Мне казалось, это твои рассказы все одинаковые, - парировал Карлу Эд. – И длятся одну ночь. Их бесконечная словесная борьба поражала Северуса бойкостью и изобретательностью, и, маг полагал, вряд ли когда-либо стихала. - Честно говоря, мне кажется, нету никакой истории. И уж точно никакая «привередливость» или «гордость» не имеет к моей личной жизни… - «Скорее смерти!» - хохотнул Карл, одновременно с Риччи. -…никакого отношения. Я начал ходить по барам с этими бабуинами, - парень кивнул на друзей, исключив из кивка Эда, – с шестнадцати лет. У Рича тогда уже была девушка, и на наши «выходы» она частенько звала подруг. - А где был я?? - вклинился Эд. - Ты был с нами, но поскольку на тот момент встречался с Нэнси, других девушек игнорировал так старательно, что вон забыл. Итак, мы не вылазили из клубов, не говоря уже о локальных тусовках и андеграунд-концертах, и, честно говоря, скажем так, я никогда не скучал в одиночку. В общем-то я не "скучал" сколько себя помню, ещё со школы. Но тогда меня мало интересовали девчонки в каком-либо плане, кроме дружеского. Потом, скажем так, мы все выросли, но... Не знаю. У меня не прибавилось интереса. В отличие от них. - Его бы проблемы, да всем нам в уши да? - усмехнулся Снейпу на ухо Риччи, и маг вскинул уголок кубы в ответ. - Это странное ощущение... - продолжал Тим задумчиво, в перерывах протягивая пиво. - Почему-то девушкам всегда казалось, если я дружу с Карлом - меня можно лапать так же открыто, как Карла, или - если я дружу с Риччи - меня можно заинтересовать теми же темами и намёками... Не знаю, мне это всегда казалось странным. Я не слишком открытый человек, полагаю, мне нужно больше времени, чтобы перейти к такому общению. Но чаще всего - они с этого начинали. Повторяю, моя история не кажется мне достойной рассказа. Очевидно, я просто ищу не в тех местах, но все равно продолжаю в них появляться. А, может, жду, что в один день все свалится с неба само. В любом случае, я всегда говорил, что если захотеть достаточно сильно, ты сделаешь все, пока не достигнешь цели. Поэтому... Видимо, я пока не слишком хочу. - Да, Тим, - усмехнулся после недолгой паузы Эдди, протягивая под столом ногу и пихая икру друга ребром подошвы в знак ободрения. - надо было тебе со мной в школьные клубы по интересам ходить, да на исторические фестивали ездить. Там девушки либо с мечами - точно тебя лапать не станут - либо с гончарной мастерской - застенчивее точно не найдешь. - Это как у меня с!.. - Заткнись, Риччи! Загалдел вдруг стол. - Хаха! А ты, Сев, лучше послушай меня! - и Карл, подмигнув зельевару, медленно поднялся с дивана. – Во всем нашем сегодняшнем разговоре главнее всего было разнообразие. Но, что я тебе скажу... Женщины любят, когда их любят! И веселиться! А то и другое можно найти только в одной вещи... ПОДКАТ! Компания, вся, включая Северуса Снейпа, захохотала, и Эд, не переставая смеяться, соскользнул с дивана, пропуская Карла выйти на "подиум" перед столиком, как на трибуну. - О нет, Сев, готовься! - крикнул мужчине Тимми. - Сейчас начнётся традиционный Карлов урок "пикапа"! - Да! - пьяновато, но гордо кивнул парень. - Потому что все ваши сопли и все ваши "внутренние покои" - хрень, по сравнению с моим проверенным, беспроигрышным методом, который я, кстати, сейчас вам и продемонстрирую! И Карл распахнул салун-дверцы забора, отделявшего их от остального помещения, уверенно удаляясь к бару. Северус успел оценить обстановку, как, он полагал, успели и остальные. Народу в пабе заметно прибавилось, и теперь заведение походило скорее не на тихий местный вечерний ресторанчик, а на самый настоящий маггловский бар. Все столики в помещении были заняты, за барной стойкой поместились компании из двух или трех человек, смеющиеся теперь в унисон и опрокидывающие шоты. Однако была за баром и одинокая фигура, сразу выделяющаяся из общего шума и веселья. Девушка эта была потрясающей наружности, высокая, с идеальной натуральной укладкой волнистого каре, и алое, но без всякого намёка на пошлость маленькое платье на тонких бретельках подчеркивало изгибы фигуры столь изящные, что Северус даже проморгался: не играет ли с ним шутки алкоголь? Факт, что такая девушка была этим вечером одна, сразу же вызвал у зельевара соответствующие вопросы, однако, судя по клатчу на барном стуле рядом с ней, одна она вовсе не была, просто её подруга ненадолго отошла, оставив ее в ожидании. Статная, с иголочки фигура Карла направлялась неумолимо прямо. Однако не прямиком к ней, а для начала на другую сторону бара: к Стиву. Дождавшись, пока бармен поставит перед ним треугольный бокал из тонкого стекла с каким-то коктейлем розового цвета с розовыми же лепестками в качестве украшения, парень подхватил его двумя пальцами и завел руку за спину, будто только что ничего вовсе и не заказывал. - Прекрасная девушка, как вас зовут? – очаровательно вскинул брови домиком он, обойдя ее по достаточно широкой дуге и приблизившись обязательно спереди. Девушка напротив поджала губы и замаскировала за поворотом продолжительный выдох. - Энн. Исчерпывающе и отчаянно сухо. «Всегда, всегда этот защитный тон...» - Просто понимаете, Энн, дело в том что мой друг абсолютно покорён вами и, кажется, уже потерял дар речи… Вон он, за вашей спиной, у бара… И к тому времени, как она обернулась, Карл уже обогнул ее со спины, остановился в месте, куда только что указал, и играл смущение, протягивая ей коктейль. Энн сдержанно усмехнулась, прислонившись спиной к барной стойке. «Джекпот...» Следующее, что увидела компания парней за столом это резкое движение девушки, откинувшей прядь волос с лица, и ее вытянутые руки, разворачивающие Карла от себя и обратно, к залу. Ее подруга как раз подоспела из уборной, чтобы застать эту картину. Хохот за столом Северуса, Эда, Риччи и Тима поднялся непередаваемый. Карл плелся через весь зал, побежденный, и когда снова миновал дверцы, остановился в задумчивости. - А знаешь что, Сев, - сказал он, в своем модном кепи, с окладистой темной бородой, держа двумя пальцами маленький розовый бокал, - наверное, всё-таки не ограничивайся этим методом…***
- Первый курс? Второй? Третий? Четвертый, пятый, шестой, седьмой? Вперед за ингредиентами. По какой-то причине, учеников на сегодняшнем факультативе было значительно больше, чем в прошлый раз. По несколько представителей каждого курса изволило или осмелилось посетить подземелья во внеурочное время в четверг, чтобы заняться зельями, и, кажется, чтобы поспеть и уложиться со всеми объяснениями в ближайшие два часа, Северусу Снейпу предстоит хорошенько поднапрячься. Пришло время поднять взгляд. Конечно, она стояла там. Теперь за последней партой, поскольку все остальные были заняты учениками. Весельчак Карл бы сказал, что самое время опробовать его пикап-метод… Но Северус Снейп не был весельчаком или «охотником», как выражались лондонцы-магглы. Он был волшебником в черной рубашке и мантии, и предпочитал другие методы. Для начала – уверенность. - Добрый вечер, мисс Грейнджер. Трудности приготовления какого зелья привели вас сюда сегодня? Девушка приоткрыла рот в удивлении, но не смогла произнести ни слова. Зельевар не был уверен, что конкретно ее так поразило, но радостно отметил, что уже начинал чувствовать себя хозяином положения. «Мерлин, не прошло и пяти вечностей!» - Ам… Я думала, субординация обязывает нас к обращению «профессор»… - Очевидно, я решил избавиться от официоза этого обращения. - Вы… Но… - Зачем вы здесь, мисс Грейнджер? – повторил он с нажимом, но не на нее, а на сам вопрос: «зачем». - Животворящий эликсир. Трудности приготовления этого зелья привели меня сюда, - отчеканила Гермиона уверенным сухим голосом, однако в глазах ее метались страшинки. - Тогда вы знаете, где взять ингредиенты. А я подойду, как только вы решите, что нуждаетесь в моем… Объяснении. Гриффиндорка прожигала его янтарем глаз, и пряди кудрей ее отливали огненно-желтым. - В таком случае можете не отходить далеко. Герр Снейп.
