Пролитый кофе

— БЛЯТЬ, — доносится крик Сережи с первого этажа. Настолько это было громко, что даже испуганные соседи по высовывались из окон, а маленькие детишки выбежали на улицу поглядеть на источник столь громкого звука. Арс даже подскочил на месте, ударившись при этом о потолок машины, главное чтобы голову не разбил. В соседней комнате откуда-то свалилось тело, видимо Дима. Я потирал ушибленное место, мысленно проклиная Матвиенко. Маты всё так же были слышны снизу, так что я окончательно понял, что придётся спускаться и разбираться с ситуацией, да и любопытство съедает меня изнутри. Последний раз мимолётно посмотрев в окно, я увидел, что Арсений со всей злости захлопнул дверь машины и пошёл к дому, что-то бурча себе под нос. Выйдя из комнаты, я встретился с Димой, который зажимал нос, из которого по всей видимости идёт кровь. Я это определил по каплям крови на одежде и красным дорожкам под носом. Видимо ему досталось больше всех, но сильно раздраженным он не выглядел, что довольно удивительно, глядя на весь ущерб.       Лестница плыла у меня перед глазами, поэтому спуск занял куда больше времени, чем должно. Диме тоже было сложно спуститься, поэтому мы как два червя шли по разные стороны, опираясь на перила. Ноги то и дело путались, голова кружилась, в глазах темнело, мы летели чуть ли не кубарем, но какая-то сила оставалась в руках, чтобы не дать телу свалиться и переломать все кости. Сумев бесстрашно преодолеть лестницу, мы смогли облегченно выдохнуть оказавшись на ровном полу без всяких ступенек и наклона. Я был даже готов упасть и расцеловать его, но решил, что потом не встану, поэтому взяв Поза под руку мы направились бить лицо Сережи. Маты разносили где-то со стороны веранды, но теперь там был и смех Арса. Чем они обкурились? Пару раз зацепившись за ковёр и споткнувшись о порожки, мы всë-таки добрались до злосчастной веранды, к тому времени Дима уже перестал зажимать нос, и кровь остановилась, но что оставалось неизменным, так это маты Серёги. Он кого-то покрывал всеми возможными матами, что даже мой словарный запас пополнился, а Арсений смеялся и держал на руках что-то чёрное… Кота! Такого прям пушистого, чëрного-чëрного, с большими голубыми глазами, смотрел так с высока на Сережу, он мне даже Арса напомнил, такой же граф. Матвиенко бросался из одного угла в другой и что-то тараторил без умолку, что никто ничего понять не мог, я больше был занят разглядыванием кота и Арсения, которые были уж слишком похожи. — да это ебанное животное выпрыгнуло на меня из-за угла, я уже подумал, что это смерть за мной пришла, а это ОН! — он трясущейся от злости рукой ткнул в графскую мордочку кота от чего возмущения уже переполняло Арсения, от обвинений ни в чем не виноватого кота, — поэтому я, блять, ненавижу бродячих котов! Они хуже приведений! До инфаркта доведут! Хватит трогать это животное, выкинь его! Я не хочу видеть его здесь! Это блядское существо не должно здесь находиться! — Серёг, заткнись! — уже не выдержал Арсений и начал находить на друга, злобно скрипя зубами, — он тебе ничего не сделал, чтобы ты покрывал его трёхэтажным матом! Тут виновных нет! Но сейчас ты ведешь себя как малолетний долбоёб! Если я захочу и большинство тоже, то он будет здесь! И он не бродячий явно, потому что слишком ухоженный! Иди вымести свою злость на кусты, хоть что-то полезное сделаешь!       Дважды повторять не пришлось, Сережа развернулся и ушёл в дом, при этом хлопнув перед нами дверь. Арсений тяжело вздохнул и поднял на нас уставшие глаза, полные грусти и злобы. Кота он передал Диме и попросил отнести в дом, а меня попросил помочь ему принести инструменты из машины. При виде такого его, хотелось только обнять и не отпускать, чтобы он выспался и отдохнул. Перед тем, как я успел что-либо сделать, он сам подошёл и обнял меня. Он прям обмяк у меня в руках, одежда его пропахла потом и черникой, одеколон выветрился давно, возможно, лишь отдалённые нотки его есть в данной гамме ароматов. Он был действительно ужасно уставший, но пытался казаться сильным для всех, лишь только мне показал себя настоящего. Я безумно был рад этому. Я дорожу такими моментами… Простояв так беззвучно пару минут, он отстранился и мы пошли к машине. Траву уже порядком примяли, поэтому ходить мне было уже не так страшно. В этот раз он уже аккуратно открывал дверь, без лишней агрессии, а потом и багажник, где лежали двое грабель с лопатами и триммером. Я посмотрел на него, взглядом спрашивая: «нахрена ты это привёз? Дурак? " — я забыл, что не забирал с дачи весь инвентарь, поэтому купил новый, лишним всё равно не будет, — он протянул мне грабли и лопаты, а сам взял триммер, — сейчас за часок всё приведём в порядок и будет красота! Не хуже других участников! Вечером сожжëм всю поношенную траву, надеюсь нам штраф не выпишут, денег я много с собой не брал, всего около двух тысяч…

***

      После того как Арсений скосил всю высокую траву, он даже оделся соответствующе: какие-то неизвестные желтые очки, откуда он их вообще взял — непонятно, но они ему так чертовски идут, серый потрёпанный жизнью худак и такие же спортивные штаны БЕЗ ДЫРОК, считаю, что это маленькая победа, потому что я бы не удивился, если бы и они были с дырами, и наушники в уши — это его рабочая одежда и он в ней просто прекрасен. Заняло это у него больше часа, травы оказалось КУДА БОЛЬШЕ, чем он думал, и случались непредвиденные ситуации, главное, что пальцы себе не отрезал. Вечером планировалось сжечь всю получившуюся кучу, хотя мы думали отдать её на съедение коровам, но поспрашивав ближайших соседей, мы поняли, что остаётся её только сжечь. Это доверили Диме с Серёжей, а мы решили пройтись и изучить деревню. Ребята, конечно, были недовольны этим, но их возмущения никто слушать не стал, поэтому им пришлось смириться со своей участью.       Вечером воздух прохладный и свежий, что является настоящей радостью после жаркого дня, но к таким плюсам добавляются назойливые комары и шумные подростки, часть из которых очень некультурные, а треть девушек, завидев нас, начала сразу же знакомиться. Спустя пару отказов, меня это начало уже бесить, и не из-за того, что к Арсу подходили больше, а из-за их назойливости и прилива… Ревности? Наверное. Поэтому я схватил Арсения за руку и мы пошли в другую сторону, подальше от подростков. Я игнорировал вопросы Арса, стараясь сбежать. Мы долго петляли по улочкам, пейзажи и дома менялись один за другим, время от времени я оборачивался, проверяя наличие подростков. Только когда я не увидел их и понял, что они потерялись, смог выдохнуть, а потом задумался. Мы ведь тоже потерялись? Я начал оглядываться по сторонам в попытках найти знакомые дома, но это неизвестная мне территория, как я тут вообще собрался что-то найти?! Я перевёл свой ошарашенный взгляд на Арса, он же смотрел на меня так, будто говорил: " Ну и? Куда ты нас привел? Я пытался тебя остановить! «, — ещё и руки скрестил на груди. Я криво улыбнулся, пытаясь прикрыть свою растерянность, но от Арсения ничего не скрыть. Он хитро улыбнулся и продолжал пристально смотреть на меня, ожидая дальнейших действий, мол: " Сам привёл — сам и разбирайся! «. И ведь даже с ним не поспоришь… Сам заварил — сам и расхлебывай… Не смог остановить свой приступ и уйти по-нормальному, теперь приходится скрипеть шестерёнками. Немного подумав и решив действовать на обум, я уверенным шагом направился вдоль улицы, при этом, стараясь, слушать интуицию. Арсений, хитро улыбаясь, плелся где-то позади. Пройдя немного вдоль я начал узнавать улицы и старые дома, только откуда я их знаю? Деревня мне совершенно неизвестна, но возможно просто такие дома и планировка улиц во всех деревнях. Люди тоже были видимо похожие, ну, а разве они должны различаться? Я продолжал брести по полупустым улицам и почему начал вспоминать моменты из детства, а в голове всплывал только один вопрос: — точно ли я здесь не был?