Tattoos are scars

Её всё ещё беспокойный взгляд цепляется за татуировку на шее, после чего чувствую холодный палец, она будто проверяет, настоящая ли. Наши лица находятся близко, но, как только Крис это понимает, отдёргивает руку и сама отстраняется на несколько шагов, сейчас я не думаю о мести, на эти минуты совершенно забыла, зачем здесь нахожусь. Эта моральная поддержка была искренней, у меня не было цели этим приблизить к себе, но такое осознание немного пугает, нельзя даже думать о том, чтобы привязаться к этому человеку, но иногда это не контролируется вовсе, меня тянет, поняла ещё со встречи в клубе. Этого не должно произойти в любом случае, надо учиться держать себя на расстоянии, выполнять то, что начала, и не импровизировать. В мои планы не входят какие-либо чувства, они должны быть только со стороны Штрэфонд, чтобы, когда я воплощала в жизнь запланированное, она умирала с мыслью, что мне абсолютно всё равно. От таких мыслей улыбка на лице появляется мгновенно, в это время взгляд Кристины направлен в мою сторону, однако замечаю не сразу, резко оттолкнувшись лопатками от стены, холод которой чувствовался даже через одежду. Она наблюдает, засунув руки в карманы, лицо не выражает ничего, даже несмотря на то что пару минут назад там невооружённым взглядом можно было увидеть самый настоящий страх, который невозможно скрыть. И сейчас девушка тоже стоит спиной к виду города, но не хочет показаться слабой, это очевидно. Кусаю щеку с внутренней стороны, подходя ближе, останавливаюсь практически вплотную, расстояние между нашими лицами сокращается до минимальных размеров, нет, она не двигается, только я приближаюсь, соприкасаясь с кончиком её носа, тихо шепчу. – Приходи сюда чаще, – не даю ничего ответить, подаваясь вперёд и накрывая мягкие губы, понимаю, что сейчас Штрэфонд даже не отвергает, но я почти сразу отрываюсь, разворачиваясь и без слов уходя с крыши, это далеко не наша последняя встреча, их будет много, а эта станет одной из главных, именно сегодня блондинка буквально лично открыла щеколду своего сердца, давая понять, что всё возможно, но не подумала о последствиях, мы всё ещё враги, никогда по-другому не будет. Спускаюсь на несколько этажей, направляясь к двери своей квартиры, прохожу в неё и расслабляюсь. Закрыв за собой дверь, раздеваюсь, всё это время мои мысли заполнены только тем, что делать дальше: нельзя вот так просто помогать той, кому мечтаешь отомстить на протяжении долгого времени, — это запретная зона, она является моим личным табу в плане чувств. Эта тяга не должна перерастать во что-то большее, но даже во время короткого поцелуя на крыше, я почувствовала какой-то контроль над собой со стороны Крис , инициатива шла от меня, однако главная голубоглазая, у меня нет никакого желания этому противостоять, от этой девушки за километр несёт силой, возможно, поэтому я даже сейчас думаю о ней. Пройдя в ванную комнату, сбрасываю всю одежду, вставая под еле тёплую воду, надо взять свои мысли под контроль. Опускаюсь на колени, подгибая под себя ноги, сажусь как тогда на кладбище, подставляю лицо под воду, закрыв глаза. Воспоминания врываются в голову, не давая одуматься.

♤ Воспоминание ♤

Девочки уже слишком далеко ушли от дома, даже не заметив, что солнце потихоньку садится, а над городом рассеиваются пугающие тучи, летний вечер не должен допустить сильного дождя, однако с неба уже начинает капать дождь, что замечает только Настя, поднимая голову. – Сейчас ливанёт, – обе девочки накидывают капюшоны от одинаковых ветровок, переглядываясь и понимая, что не успеют добежать домой, надо искать убежище, но вокруг ни одного магазина, где можно было бы переждать непогоду. Гром начинает греметь слишком неожиданно, Маша подскакивает на месте, округлив глаза от страха. – Нет, ты не будешь паниковать, – девочка мотает головой, беря её за руку, ведёт куда-то, хотя сама не знает, где можно спрятаться. Настя младше на два года, но уже сейчас, в тринадцать, в ней больше уверенности и силы, которую она старается привить и сестре. Одинокое дерево, стоящее посреди поля, привлекает их внимание, это единственный выход, так как дождь начинает усиливаться, гром гремит чаще, страх Лебедевой разливается по всему телу, чего она не выдерживает, слёзы начинают течь по щекам, смешиваясь с каплями. Как только они оказываются под большим деревом, опускаются рядом, оперевшись на него спиной. Отдышавшись, старшая резко поворачивает голову в сторону, откуда слышит судорожные вздохи и всхлипы, при виде этого, обвивает плечи сестры двумя руками, прижимает к себе. – Знаю, что страшно, – она гладит ладонью по сухим, благодаря ветровке, волосам, тем самым пытаясь успокоить её словами и такими незначительными действиями, имеющими большое значение. Старшая делает глубокие вдохи, приводя дыхание в норму. – Преодолей этот страх, дождь частое явление природы, нельзя всю жизнь бояться, – после этого она отстраняется, подпирая голову рукой, упирающуюся в коленку. Маша испуганными глазами смотрит на Настю, отрицательно мотая головой и вытирая пальцами слёзы. Но взгляд девушки настойчив, хочет, чтобы она была сильной, не боящейся ничего. Накинув капюшон, Лебедева поднимается и делает несколько шагов к непрерывному ливню, дёргается от каждого намёка на гром, но идёт, потому что не хочет казаться слабой, не хочет разочаровывать сестру, наблюдающую за ней. Простояв так ещё пару минут, всё же осмеливается и покидает безопасную зону, что им обеспечивало большое дерево. Зажмуривает глаза, сжав кулаки, но когда чувствует, что тёплая рука разжимает один, переплетая с ней пальцы, успокаивается и поднимает голову, принимая на лицо холодные капли дождя, буквально бьющие по нему. – Страх всегда кажется мелочью, если рядом есть человек, который готов взять тебя за руку и помочь, – Настя говорит это с улыбкой, смотря на Машу, которая даже ни разу не подумала о том, чтобы спрятаться от слишком сильного потока воды. Этот страх перестал быть таковым в тот день, именно моральная поддержка поспособствовала этому, только она.

♤ Наши дни ♤

Флэшбэки прошлого возникают в голове, вынуждая снова дать волю слезам, которые сразу же смешиваются с водой, что начинает медленно остывать. Кажется, я никогда не приму того факта, что Настя больше не возьмёт меня за руку, сделав главные ужасы мелочью, я больше не почувствую её поддержки. Она была младше, но сильнее во всех смыслах этого слова, учила меня многому, когда должно быть наоборот, поддерживала во всех случаях, даже если я была где-то не права. Сначала защищала при всех, а потом уже наедине говорила о провалах. Не могу свыкнуться с мыслью, что такого человека больше нет со мной рядом, может поэтому тогда на крыше у меня отключился разум, который обычно шепчет о мести. Возможно, на тот момент на какую-то секунду я почувствовала, что Крис сможет мне её заменить, но тут же отмела эти мысли, нельзя поддаваться. Только спустя двадцать минут выхожу из душевой абсолютно без одежды, пользуюсь тем, что теперь могу себе это позволить. Сейчас мне нужен сон, крепкий и здоровый, это всё выматывает, эмоционально в первую очередь, я ведь тоже не железная.

♤ Крис ♤

Вчера мне казалось, что голова взорвется от количества мыслей, которые в неё лезли, их слишком много, но больше всего до сих пугает не то, что я показала себя слабой и позволила врагу себе помочь, но самое интересное, для меня Лебедева в тот момент не была угрозой, я почувствовала эту поддержку. Не хочу признавать, однако врать самой себе не выход. Мне было хорошо и спокойно, нет смысла отрицать очевидное. Понятия не имею, чего Маша пытается добиться, но это получается, пока что я не вижу угрозы с её стороны, однако же и доверять глупо. С самого утра подумала, что нельзя больше лежать на кровати без дела, надо хоть чем-то себя занять, однако это решили за меня, на мой телефон пришло очередное сообщение от неизвестного номера, девушка, представившаяся Танком, настаивает на встрече, перебрав в голове всевозможные варианты того, кто же это мог быть, вспоминаю досье. Татьяна Каширина. Ещё одну из Стидды я вряд ли вывезу, Маши более чем достаточно в моей жизни, понять бы сначала её мотивов, а потом переходить к следующей. Но как я понимаю, она настроена серьезно. Пятница. Очередной раз еду на гоночный трек в конце недели, теперь интересно, что же она занимательного хочет рассказать. Будет угрожать? Или сразу пристрелит? Они максимально непредсказуемы, так как неизвестны мне. Каждая из них. Если Калабрию, Триаду и остальных мы знаем, как и они нас, то у Стидды есть много возможностей и преимуществ. Наконец, закончив все свои дела, управляюсь до пяти часов, Татьяна будет ждать меня в одном из баров, который находится на нейтральной территории, в этом плане она поступает с некой осторожностью, о Маше такого не скажешь — эта девушка шла напролом, буквально ворвалась в клуб своих врагов, смело расхаживая по нему, будто находясь у себя дома, после этого появилось к ней какое-то уважение что ли, когда она открыто достала пушку под прицелом Оли, разделась, дабы доказать отсутствие его с собой, это дорого стоит, я не знаю сколько в ней смелости, чтобы так делать. После нашей второй встречи я поняла, что девушка максимально безумна, это и делает её особенной из остальных коллег. Подъезжаю к месту встречи на такси, байк отправлен в хорошие руки для небольшого преображения, надоела прежняя расцветка. Так непривычно дотрагиваться до своих волос не в виде дредов, столько лет даже не думала о том, чтобы их расплести, но сейчас ни капли не жалею. Зайдя в помещение, осматриваю небольшой зал, тихая музыка и приятная атмосфера встречают меня ещё с порога, даже не по себе, особенно после Сферы. Взгляд цепляется за поднятую руку девушки, сидящей за столиком в дальнем углу. Сейчас я даже самой себе не могу объяснить, зачем это делаю, но ноги сами идут, замечая ту, чья фотография была в досье — значит не подводит память. – Штрэфонд, – произносит она, как только подхожу ближе, не сняв по пути куртку, почему-то уверена, что эта встреча закончится быстро, мне не о чем с ней говорить. Но всё-таки стягиваю верхнюю одежду, игнорируя Татьяну и садясь напротив, кладу вещь себе на колени. – Вся во внимании, – как всегда спокойна и серьёзна, мы лично даже не знакомы, мне нечего любезничать, ближе к делу и расходимся. Незнакомка откидывается на спинку дивана, идеально подобранного под интерьер, пальцами зарывается в свои волосы, чуть взъерошив их. – Как невежливо, – выпячивает нижнюю губу, специально стараясь играть на нервах, но вряд ли получится, я умею себя контролировать, долгие годы тренировок, меня очень сложно вывести на эмоции. Я вижу на её лице злость, все эти слова выдавлены, чтобы прикрыть всё, однако же ей есть что сказать. – Как вечер вчера провела? – С каких пор мы стали подругами? – наигранно хмурюсь, кладя ногу на ногу. Я даже понятия не имею, знает ли она о наших встречах с её коллегой, по идее должна, ведь они вместе работают, но есть одна небольшая проблема — моим девочкам тоже об этом неизвестно. – Меня мало волнует, что между вами происходит, чхать я хотела, но не провоцируй избавиться от тебя раньше времени, – она садится ровнее, приземлив на стол оба локтя, смотрит мне в глаза с неприкрытым презрением и злостью, правда надеется на то, что меня это как-то должно напугать? Откидываюсь на спинку стула, приподняв уголок брови. – Прибереги угрозы на другой случай, – в голове вертится много слов, которые хотелось бы сказать, но нет привычки трепать языком, поэтому молча прожигаю её взглядом, чувствую, этот человек станет большой занозой в заднице, нельзя подпускать к Кампаньи. Не знаю, только ли на словах девушка такая, в действии пока что увидеть не довелось. Но в Маши смелости больше, гораздо, не думаю, что мне надо о чём-то переживать. – Всего доброго, Татьяна, – я уже ничего не слушаю, поднимаясь и уходя подальше оттуда. В данный момент нам не о чем говорить, если мне понадобится встреча, я обязательно её устрою, но не сейчас. Рано.

♤ Маша ♤

Несколько часов назад вернулась в нашу общую квартиру, не обнаружив в ней Каширину, Аню и Нелли. Подруги круглосуточно о чём-то спорят, но всё же смогли оторваться от этого увлекательного занятия и ответить мне, куда могла уехать Таня. Не могу сказать, что ответ меня крайне порадовал, сейчас есть огромное желание поехать туда, но как только открываю дверь квартиры, вижу, что она поднимается по лестнице, теперь мой интерес возрастает до невероятных размеров. Зачем она встречалась с Кристиной? Что рассказала? Если всё же решила выдать мой план, чтобы она не виделась со мной больше. Я прекрасно знаю, как Каширина реагирует на это, мне известно её мнение по поводу происходящего, поэтому совершенно не удивлюсь, если она решит сделать всё, чтобы голубоглазая мне не доверяла, хотя сейчас я различными способами пытаюсь этого добавиться. Не прощу, если из-за неё все мои усилия будут впустую. Когда Таня переступает порог, хватаю её буквально за шиворот, прижимая спиной к стене, у меня есть возможность это сделать, так как сильнее физически. Приближаюсь к её лицу, со злостью, которой сейчас много, смотря в глаза. – Что с тобой не так, Таня? – приподнимаю брови, чувствуя, как от злости на неё грудь поднимается чаще, а дыхание учащается, она сейчас ставит под угрозу все мои старания, только Штрэфонд начала подпускать меня к себе, как ей надо это испортить, не были бы мы коллегами, вполне могла бы подумать, что это ревность, но мы даже не подруги, не так близки, как многие думают, лишь работаем вместе, я могу на неё положиться, но, как оказалось, не всегда. – За что именно переживаешь? Что она узнает и план провалится, или тебя больше волнует, что больше к себе не подпустит? – эти слова заставляют сжать её куртку ещё сильнее, вдавливать в стену и злиться так, чтобы кровь кипела. Но самое главное, я так реагирую на то, что, скорее всего, она просто права, вот и всё. Я не хочу этого признавать. Вот эта одна встреча заставила меня о многом задуматься, начать оправдывать Крис в своей голове, забывать о главной цели, ради которой всё это делаю. Нельзя привязываться, хотя начало положено, а я даже не поняла, как такое могло случиться. Всё слишком быстро, и это заставляет голову взрываться от всего, что происходит. Надо взять паузу и заняться чем-то другим, отвлечь себя от неё.