expellet vos rabidus

«Тыква» откровенно бесила. Заставляла раз за разом возвращаться к ней взглядом и неимоверно выводила из себя. – Не возникало больше желания увеличить дозу? Акутагава медленно перевёл взгляд на врача, на секунду задумавшись, говорить правду или нет, и согласно кивнул: – На прошлой неделе. Врач, делая пометки в своём блокноте, поинтересовался: – Что произошло? Акутагава тяжело вздохнул, припоминая последнее совместное задание с Тигром – очень болтливым Тигром, – и пожал плечами: – Неудачная миссия. Врач кивнул: – Провалилась? Акутагава выгнул бровь: – Терпение моё провалилось. Вывел меня из себя. Снова скрип ручки по странице блокнота: – Вы не пострадали в бою? Акутагава хмыкнул: – Даже до боя не дошло. Он довёл меня словами. Доктор поднял голову и молча уставился на пациента. А Акутагава, избегая взгляда, снова покосился на «Тыкву». Такое странное сочетание цветов. На чёрном – золотое. Оттенка, который иногда разбавляет фиолетовый в чужих глазах. Он тряхнул головой, прогоняя непрошеные ассоциации.

***

– Приметы!? Дазай, закинув голову, захохотал. – Ацуши! Почему приметы?? Тигр глянул на учителя, будто тот спросил, почему трава зелёная: – Ты мне сам сказал, приручить, расположить к себе. Я растерялся, – Ацуши расстроенно вздохнул, – ну что во мне интересного? Вот я и выдал, что лучше всего знал.. Дазай снова засмеялся, когда Тигр продолжил: – Видел бы ты, как он на меня смотрел.. Ацуши поджал губы, вспоминая, какой страх сковал его сердце, когда он соцветие протолкнул, проходясь фалангой по тёплым обветренным губам. Он помотал головой, продолжая: – Особенно, когда я запихнул ему в рот цветок.. А теперь.. как я к нему вообще подойду? Он же убьет меня. Учитель, переставший смеяться, лишь приподнял уголки губ и цокнул, игриво склонив голову к плечу: – Выбить портового пса из колеи – дорогого стоит. Это однозначная победа. Ацуши недоверчиво кивнул: – Да уж, сомнительная победа..

***

Акутагава.. нет, пока не злился, но был определенно раздражён. Ох, чуяло его сердце – зря он послушал врача и не принял сразу две таблетки. Потому что вот прямо сейчас, прижимаясь спиной к стене тёмного большого кирпичного здания, они спорили с оборотнем, кто пойдёт первым. Эсперы, за которыми они должны были проследить, сейчас были во дворе подпёртого ими дома, а злило его то, что именно Джинко выяснил, что нужные подозреваемые – обыкновенные мальчишки. Совсем мелкие, но при этом бесстрашные и совершенно не контролирующие свои способности. От того, как поведут себя сейчас напарники, будет зависеть, к кому из них примкнут талантливые парни. И он очень рассчитывал решить дело в свою пользу и обойти чудилу, подпрыгивающего от нетерпения рядом с ним. – Отодвинься.. Чудила бесяче шипел трущобным бешеным котом, толкая локтями и острыми коленями Акутагаву. Он уже вытянул тощую шею, стараясь выглянуть за угол первым, когда мафиози схватил его за шиворот, как щенка, и свирепо дёрнул на себя. – Я нашел их, – продолжал бубнить Тигр, сердясь и брыкаясь, пытаясь вырываться из цепкой хватки, – честно будет меня пустить! Акутагава же, крепче прихватив грубую ткань воротника, притянул пыхтящего и дёргающегося напарника ближе и грозно зыркнул на него. Раздражение забурлило и разлилось по венам, заставляя сцепить челюсть и просипеть сквозь зубы: – Ты себя видел? – он так тряхнул настырного мальчишку, что зубы того аж клацнули, – весь подранный, грязный.. Да они сбегут, как только увидят тебя! Тигр, видимо, прочувствовав искрящее акутагавино раздражение, окутавшее его липким облаком, тоже не менее грозно и смело посмотрел прямо в глаза напарника: – Уж кто бы говорил! У тебя морда злющая и вообще.. На этих словах он гневно трепыхнулся, ещё раз дёрнулся и вырвался из рук Акутагавы, оставив в сжатом кулаке свой воротник. Акутагава удивлённо моргнул, разглядывая сжатую в пальцах ткань, и упустил момент, когда оборотень, чуть не навернувшись носом, выглянул из-за здания. Молнией глянув за дом, Тигр тут же скользнул обратно, выпрямляясь во весь рост, и прислонился к кирпичной стене, сдвинув брови и бросив быстрый взгляд на Акутагаву. – Что?? – не удержался мафиози. Недонапарник, отвесивший шутливый поклон, манерно махнул рукой, приглашая Акутагаву вперёд. Акутагава подозрительно прищурился, подавив желание наподдать клоуну по голове, затолкал своё раздражение подальше и выглянул за угол.

***

Ацуши не сердился. О! Совсем нет!.. Он негодовал! Ведь это он нашел мальчишек. Пусть диковатых, но очень талантливых. Ах, сколько пользы они принесли б, поступи в агентство. Уж там Куникида с его бессменным «Идеалом» да под чутким руководством страшного, но справедливого господина Фукудзавы сделали б из них «приличных членов общества».. А портовый пёс нагло лез вперёд, да ещё и намекнул на его внешний вид. А он виноват в том, что трансформация рвёт его вещи? В том, что Тигр вообще-то по земле бегает, и, естественно, после превращения он не самый чистый человек – или животное? – в Йокогаме. Ну и что?? А когда мафиози схватил его за шкирку, Ацуши вообще обиделся и напомнил тому, что тот тоже так себе добряк по виду – хотя он давно себе признал по довольно-таки симпатичному виду – и, вырвавшись, всё-таки выглянул за угол первым. Вся их глупая возня была напрасной. Он выпрямился, шутливо поклонился, приглашая Акутагаву идти вперёд. Когда мафиози выглянул за угол, Тигр не удержался и игриво подтолкнул напарника коленом в бедро, заставляя вывалиться из укрытия. Акутагава, оглянувшись, впился в Ацуши гневным взглядом, замахнулся для удара, но, не достав до Тигра, цыкнул сквозь зубы и погрозил кулаком. А потом шагнул вперёд. Тигр, последовавший за ним, встал за спиной напарника и посмотрел на забор. Которого ещё вчера здесь не было. За забором, тянувшемся куда хватало глаз, слышались приглушенные голоса нужных эсперов. Ацуши, обойдя портового пса, приблизился к хлипким, наскоро сбитым доскам, отделяющим их от невыполненного пока задания, и привстал на цыпочки. Ничего. Доски были старыми, но довольно высокими. Ацуши идей сегодня было не занимать, и он пару раз подпрыгнул. Бесполезно. В то время, как Тигр скакал ужаленным в понятное место зайцем у забора, напарник его наклонился и потрогал брусок, прибитый снизу к доскам. Ацуши, заметив манипуляции портового пса, присел рядом, прислоняясь к нему плечом. Напарник вопросительно посмотрел на Ацуши: – Как думаешь, выдержит меня? Ацуши перевел глаза с балки и окинул взглядом хиленький забор: – Давай лучше я. Мафиози фыркнул, снова заметно раздражаясь, и поинтересовался: – С чего ты? Ацуши цокнул и закатил глаза, решая не обращать внимания на провокационный тон напарника: – Я легче! Портовый пёс резко выпрямился и, округлив глаза, окинул Ацуши оценивающим прищуром: – Ты?? Да ты толще. И бёдра твои! А задница.. Тигр опешил. Он вывернул шею, пытаясь разглядеть свой зад. Не добившись желаемого, он погладил себя ладонями по попе туда-сюда, скосив глаза на задницу мафиози, пытаясь на глаз определить, прав ли его напарник. – Куда ты смотришь? – зашипел Акутагава, укутываясь в плащ, перехватив оценивающий взгляд Ацуши. – Сравниваю, – булькнул Ацуши, игнорируя опасные нотки, проскользнувшие в голосе напарника. – Может тебе ещё и потрогать дать для сравнения, – вдруг выпалил портовый пёс. Брови Ацуши взлетели, а сердце забилось быстрее. Воображение сразу же нарисовало картину, как он стоит близко-близко к мафиози, а руки его нагло гуляют по чужим выпуклостям. Волна жара стрельнула по позвоночнику и осела в паху плотной спиралью. Ацуши судорожно вздохнул, отгоняя пошлые фантазии и прохрипел: – Больной? Сам себя трогай. Лезь давай! –милостиво разрешил, вдыхая и выдыхая, пытаясь успокоить расшалившееся сердце и погасить тлеющие угли в низу живота. Напарник победно хмыкнул и на пробу попинал деревяшку. – Должна выдержать, – резюмировал мафиози, оглядываясь на него, решительно ставя ногу на брус. – Я подстрахую, если что, – пообещал Ацуши, делая шаг к напарнику. Подошел ближе, наблюдая, как мафиози, схватившись ладонями за верх древних, хлипких досок, поставил носок ботинок на деревянную балку. Неспешно подтянувшись, он приставил вторую ногу и выглянул за забор. – Ну? Портовый пёс, не оборачиваясь, шикнул на Ацуши. – Акутагава! Сейчас стукну тебя! Что там? Мафиози, сжалившись, повернулся к Ацуши и только приоткрыл рот, чтобы ответить, как забор под ним опасно покачнулся. Ацуши, не задумываясь, подскочил к накренившимся доскам, присел и подставил плечо, придерживая под колени заваливающегося напарника. Оба на секунду замерли. Ацуши, пару раз моргнув, длинно выдохнул, упираясь носом в правую ягодицу напарника. Сердце разогналось буквально за секунду, по позвоночнику заскакали весёлым хороводом мурашки, а дыхание застряло в горле. – А ну, отцепись от меня, – раздалось приглушённо откуда-то сверху. Ацуши истерично хохотнул, потирая зачесавшимся носом о зад мафиози, приподнялся и, пристроив ладони на талию напарника, пригрозил: – Я руки сейчас уберу, и ты свалишься! Мафиози под его руками замер, а Ацуши рискнул – терять ему особо нечего – и, набрав откуда-то щепотку смелости, решил подкинуть в копилку тактильных контактов. Для всяких разных ночных фантазий, в которых он себе последнее время не отказывал. Поэтому он посильнее сжал бока партнера, с наслаждением поглаживая тело большими пальцами прямо через одежду. – Убери руки! Я тебя.. – Не уберу! Ты свалишься, и тогда точно меня убьёшь! Акутагава нервно дёрнулся и повернул голову, шипя на Ацуши. Тигр злорадно ухмыльнулся, и, когда разошедшийся напарник зашипел, потрясая забор, он позволил себе лишнее. Он резко и нагло передвинул руки с талии на ягодицы Акутагавы, несильно подталкивая его кверху, устраивая напарника на груди, ближе к правому плечу. Портовый пёс натурально застыл, и в этот момент Ацуши снова не смог себе отказать – он медленно с удовольствием огладил чужие ягодицы. Искренне надеясь, что сделал это незаметно. Но по тому, как напрягся мафиози, он понял – всё прекрасно Акутагава почувствовал. С шальной мыслью: была не была! он сжал пальцы на доступной как никогда заднице.

***

Когда Акутагава почувствовал чужие ладони на своей талии, он изумлённо замер. Это что такое нахрен было?? Наверно, это был тот самый момент, когда Акутагава реально пожалел, что не выпросил двойную – а, может, и тройную, чего уж! – дозу у врача. Но когда чужие руки резко переместились и легли за его зад, а тигриные пальцы впились в ягодицы.. Тут уже было не до таблеток. Он обалдел и резво, упираясь в хлипкий забор, взбрыкнул, стараясь лягнуть перешедшего все границы дозволенного нахала. Забор ожидаемо не выдержал. Хлипкая конструкция накренилась и начала заваливаться вперёд прямо с Акутагавой. А вместе с ним увлекая и оборотня. Прибитые друг к другу доски рухнули с шумом, распугивая стайку мальчишек-эсперов, стоящих недалеко от места, где прятались они с Тигром. Акутагава, вбиваясь носом в трухлявые доски, прикусил язык и охнул. Тигр же, свалившийся прямо на него, ткнулся пахом в его задницу и каким-то странным образом пребольно вцепился зубами прямо в его, Акутагавы, загривок. Акутагава застонал, приподнимая голову, с глухим раздражением и сожалением видя только сверкающие пятки убегающих эсперов. Он дёрнул задом, пытаясь спихнуть оборотня: – Отцепись от меня! – зло захрипел он, продолжая вихлять бёдрами в попытке освободиться от Тигра. Оборотень же только глухо мычал, елозя пахом по акутагавиной заднице. – Отцепи от меня свои зубы! Где-то сзади раздалось глухое тягучее умф.. и зубы с шеи исчезли. А короткий влажный лиз шершавым языком по укушенному ему точно показался! – Это.. ты.. почему твои зубы всё время норовят вцепиться в меня?.. Тигр приподнялся на руках, пыхтя в шею и вжимаясь в его задницу всё сильнее. Акутагава, прижатый сверху тяжелым телом, чихнул из-за пыли, поднятой в воздух упавшим забором. Он снова пошевелился, пытаясь выползти из-под ошалевшего, видимо, окончательно напарника, но застыл, услышав сдавленный стон. – Д-джинко? Чувство смущённого неудовольствия от неоднозначного положения сменилось тупым раздражением, перешедшим в чистой кристальности злость. Он гаркнул: – Джинко! Сверху зашевелилось, и сдерживающий вес исчез. Акутагава медленно, словно пьяный, поднялся сначала на колени, а потом, пошатываясь, встал, выпрямляясь во весь рост прямо перед оборотнем. Он был зол! Ох, он был очень-очень сердит! раздражён! зол! разгневан. Ему хотелось рвать и метать! Выпустить Расёмона и порезать засранца на мелкие ленточки. Посмотрите на нахала! Облапал его, схватил за задницу и, в конце концов, из-за него рухнул забор и разбежались эсперы. Так ведь мало! Развалился сверху, прикусив шею, как шавке какой-то, доминант чёртов, и жался пахом! И в кого? В него! В самого опасного убийцу Йокогамы! Он судорожно вздохнул и сделал шаг, сжимая ладони в кулаки. Злость завладела всем его существом: – Ты! Оборотень хлопнул шальными поплывшими глазами, открыл рот, тут же закрыл и стартанул, огибая Акутагаву по широкой дуге. – А ну, стой! – заорал взбешённый Акутагава. Оборотень лишь обернулся и махнул рукой в сторону убежавших мальчишек, крича на ходу сорвавшимся дыханием: – Я за ними, Акутагава! – Стоять! – снова повысил голос мафиози. Проигнорировав крики и вопли Акутагавы, оборотень резво припустил в сторону сбежавших уже давно эсперов. Акутагава потерянно оглянулся, закрыл глаза и медленно вздохнул, стараясь выровнять биение сердца. Он посчитал про себя до десяти и обратно, чтобы унять злость, но помогало мало. Тогда в кармане брюк он нащупал таблетки и сжал их изо всех сил. Через мгновенье прямо в кармане он щёлкнул крышечкой и, вытащив сразу две таблетки, закинул их в рот. Я его точно прибью