В своей
9 января 2022 г., 02:53
💊🥼💊
— … ну вот я и не стал тебя ждать, — понятливо и сально улыбается Чим, — я знал, что ты одним разом не обойдёшься. Видел бы ты себя в зеркале, кобелина, когда потрусил к ней в кабинет! Это ты только в первый раз сомневался, а сейчас у тебя все на табло высвечивает: сколько раз, в каких позах и какой полагается бонус, — ну какие ж у него глаза хитрющие, когда он подкалывает Гука! Наверное, именно за такую солидарность и понятливость Гук любит Чимина. И плечо подставит, и выслушает, и выпьет с ним, и последний презик отдаст. Друг! — Да, очень удобно, скажи? Здесь теперь жить можно: работа есть, душ есть, доставка еды имеется, кроватей сколько хочешь, ещё теперь и ненасытная красивая блядь под рукой. Не обязательно и домой ехать, — Чон красноречиво разгибает из кулака длинные пальцы хирурга, доказывая все прелести их с Чимом положения в клинике. — Вот знаешь, чему я завидую? — неожиданно прерывает Пак аргументацию друга. — Чему? — Длине твоих пальцев. Смотрю на них и прям вижу, как глубоко они могут быть в… Да где угодно, блин! А у меня — вот! — растопырил он коротенькие, чуть пухлые в суставах пальчики. — Знаешь что, друг мой? Не гневи Бога — он тебе в эти пальцы вложил такое мастерство, что и позавидовать тебе не стыдно. Ты охуенный хирург! И, думаю, что твоими пальцами вкупе с остальными причиндалами и тренированным языком довольны все твои девушки… — … и парни. Гук подвис: — В смысле — «и парни»?.. — А что такое, Гук-и? — Пак невинно сложил домиком брови и распахнул ясные глаза. И замолчал, с интересом наблюдая, как друг задумчиво примеряет на него новый образ, судя по всему, живенько представляя себе пухлые пальцы Чимина в… э-э-э… — Да, наверное, неглубоко заходишь пальцами-то, — принял новую реальность Чон и сочувственно-ехидно ухмыльнулся. — Сука! — тут же полез несерьёзно драться Чим. — Я сейчас тебе эти пальцы засуну так глубоко, как только смогу — по локоть, блять! Гук ржёт, уворачивается и удерживает длинными руками Чимина на безопасном расстоянии. Тот старательно молотит воздух, ведь на друга он ни капли не обижается. Хорошо, что в ординаторской никого нет в этот поздний час, а то бы пришлось объясняться. Чонгук сегодня на дежурстве в ночь, и Чимин решил ненадолго составить ему компанию. До вечернего обхода ещё полчаса, сейчас медсёстры занимаются с пациентами, а уборщики приводят палаты в порядок. — Доктор Чон? Всё готово, — в комнату заглядывает старшая медсестра. — Обе ваши медсестры заступили на пост. Я Вам ещё нужна или могу идти? — Спасибо, Вы можете идти! Доброй ночи! — и вот этот серьёзный доктор, презентабельный и профессиональный, только что возился и пыхтел от смеха вместе с доктором Паком? Нет, в это невозможно поверить. Прекрасные молодые люди и талантливые хирурги, очень уважительно относящиеся к своей работе и к младшему медперсоналу. — Доброй ночи и спокойного дежурства, доктор Чон! Спокойной ночи, доктор Пак! — И Вам! — Чим даже чуть поклонился для убедительности. Затем повернулся к другу: — Ну что, я, пожалуй, тоже пойду. Хоть высплюсь, а то б опять с тобой в бар пришлось тащиться, — теперь уже Гук шлёпает Чима по наглой заднице, а тот не успевает увернуться. Или не хочет, особенно в свете своего признания… В своей заднице Чонгук совершенно уверен — к её округлостям не прикасались мужчины, а вот Пак теперь долго будет терпеть скользкие шуточки Чона. Надо ему какую-нибудь безделушку радужной раскраски подарить, пусть порадуется! Чон остаётся единоличным хозяином положения в стационаре отделения эстетической и пластической хирургии. 20:12 Джин: Доктор Чон, hi! Как дела? 20:12 Чон: И тебе hi! Я сегодня дежурю 20:13 Джин: Отлично! Я тоже! Во сколько обход закончишь? 20:14 Чон: У меня 12 палат, часа за полтора управлюсь 20:15 Джин: Ок, тогда в 22:00 созвон 20:15 Чон: По рукам О! Вечер обещает не быть скучным, они с Сокджином найдут о чём поболтать. 💊 Своих пациентов доктор Чон оставляет на окончание обхода. Он безусловно внимателен ко всем пациентам стационара, но всё-таки предпочитает не вмешиваться в процесс реабилитации девочек с имплантами или дам после пластики живота — только в экстренных случаях, когда у кого-то неожиданно поднимается температура или клиент требует дополнительное обезболивание. А вот его «носы» и Ким с Моникой — почти как дети ему, он про них старается знать всё, потому что их лица на полной ответственности Чонгука. — Здравствуйте ещё раз, Сяомин, как проходит Ваш вечер? — конечно, Моника знала, что Чон сегодня в ночь — он сам её предупредил, что зайдёт ещё раз — но она красиво в притворном удивлении изгибает бровь над глазами с пока ещё восточным разрезом. А ведь очень неплохо получилось: и подбородок, и скулы, и постепенно проявляющийся из-под отёка носик — даже прикидываться не нужно, чтобы показать, как ему нравится. — Да Вы настоящая Моника! Я бы даже сказал, что красивее — Вы моложе и изящнее сложены. Я боюсь за окружающих Вас мужчин! Вы видели фильм «Малена» с нею в главной роли? — Конечно, доктор! Мне кажется, я все фильмы с нею видела по нескольку раз, — с энтузиазмом отзывается китаянка. После этого доктор Чон садится в кресло для посетителей — не надо провоцировать девушку, садясь на край кровати, особенно на ночь — и некоторое время беседует на околокинематографические темы. — Ну что ж, я очень рад Вашему выбору. Моника и Вы — безумно красивые женщины. Спокойной ночи! Сяомин разрумянилась, чёрные глазки блестят — она действительно хорошенькая, можно даже и глаза не трогать. Но Чон не будет этого озвучивать — план по операциям уже составлен, доктор Лим тоже работает на совесть. — Спокойной ночи, доктор, мне было очень интересно с Вами, — она всё-таки смущается. Чонгук ласково и снисходительно (классный микс эмоций!) улыбается и выходит. Перед палатой Кима доктор зачем-то проверяет свой внешний вид: поправляет ремешок хороших часов, «стрелки» на брюках, чётче делает пальцами косой пробор причёски, разглаживает рубашку на широкой груди. — Не помешаю? — входит он в палату после короткого стука. — Конечно нет, доктор, — обычным, неопасным своим голосом приглашает Тэхён. Он уже заметил, когда сильнее всего тушуется и вроде бы как возбуждается доктор: если в плавном течении их разговора (хотя и таким, без примочек, голосом Тэ можно ласкать) неожиданно на какой-то фразе резко «включить» свой секси-войс, которым и до оргазма довести можно. Ну, почти до. Тэхёну очень нравится в этот момент впиваться глазами в красивое лицо с мгновенно вспыхивающим очень милым румянцем — ах-ах, доктор, аккуратнее с выражением эмоций, я всё вижу. Вам нравится, не отрицайте! И не Вам одному — в палате словно жарче становится, не так ли? Тэхён вроде как забавляется, но в то же время чувствует сладкие уколы нежности, когда видит смущение доктора. И это всего лишь от голоса! Эх, малыш, попался бы ты мне в руки, когда я был красавчиком! Но ты меня сделаешь снова, а я буду тебе очень благодарен. Очень. — Как Вы себя чувствуете? Носовое дыхание восстановилось? — врач заботливо смотрит в лицо Киму и подходит ближе. Ким старательно, по-детски сопит, чтоб показать, как он славно может дышать носом. Доктор Чон улыбается и сам не замечает, как смешно морщит свой нос. Тёплая волна прокатывается между молодыми мужчинами, Чонгук присаживается на край кровати. — Позволите? — он легко касается подбородка Тэхёна. — Да, — включает Тэ свой особый голос — доктор вздрагивает всем телом и замирает под взглядом тёмно-карих глаз: одного очень красивого, с чудесно вырезанными веками и длинными лучами ресниц, и другого — словно пытающегося освободиться из плена зашитого века. Несколько секунд Чонгук старается взять себя в руки — он не заметил, что даже прикрыл глаза (что для себя с удовольствием отметил Тэхён) — и ему это в конце-концов удаётся. Он так и не отнял руку от подбородка Кима и делает вид, что продолжает осмотр. Но он слабо соображает, потому что внезапно стал улавливать немного яблочный аромат дыхания человека, ощущать движения кадыка при глотании. И точно почувствовал, что дыхание парня стало неровным, сбитым. — Очень хорошо, — почему-то тише выдыхает он. Спасением стал звонок телефона. Уф-ф-ф, а то б увяз… Чон отходит к окну и принимает вызов: — Гук-и! Ты уже закончил? — Да, добрый вечер, доктор Ким! — Ага, пока ещё под клиентом? Ха-ха, не суетись! — Конечно, коллега! Кстати, я сейчас у нашего общего подопечного, у господина Ким Тэхёна, — улыбчиво смотрит на названного, как бы приглашая третьим в беседу. — Слышь, может я зайду на него глянуть? Как его лучики? — У него всё в порядке, доктор Ким, но вы бы могли осмотреть его перелом, конечно, — вопросительный взгляд на Кима и утвердительные быстрые кивки от того. — Окей, я сейчас подгребу, но потом я выпью ведро кофе — почти засыпаю. — Непременно, доктор! Ждём вас. Атмосфера в палате явно разрядилась, Чонгук может спокойно дышать и с безопасных двух метров поглядывать на Тэхёна, который пытается разминать свою кисть. Какое-то время доктор наблюдает эти довольно неуклюжие попытки, но зрелище режет его без скальпеля. Он опять устраивается на кровати и перенимает инициативу в свои руки. М-м-м-м… Вот точно уже не кажется! Чон абсолютно уверен, что его манипуляции очень похожи на то, что он хочет ласкать руку Кима, прикрываясь пользой массажа. Не, массаж, конечно, очень полезен! Но эти касания будоражат Чонгука: он бедром и ягодицей чувствует длинную ногу Тэхёна под тонким пледом, его ладони оглаживают и проминают изящные пальцы… Вот бы Чимин в осадок выпал, если бы эту длину увидел! — Добрый вечер! — входит Сокджин, и Чон почему-то смущается и быстро прекращает свой эротический (для себя — точно!) массаж. — Здравствуйте, доктор Ким! — Здравствуйте и вам, господин Ким! Однофамильцы с большой приязнью кланяются друг другу. — Давайте посмотрим вашу руку — может, прямо сейчас гипс и выбросим, а? — плоско шутит Джин. Тэ с улыбкой протягивает свою повреждённую руку доктору. — Пошевелите пальцами, так… Сожмите в кулак, хорошо… Сожмите мой палец и не отпускайте — я буду стараться вырваться, угу, хорошая хватка! Поверните кисть вокруг своей оси, пожалуйста… теперь в другую сторону. Ну что ж! Прекрасно! Я полагаю, завтра сделаем снимочек и — если всё так и есть, как я вижу — снимем ваши оковы! — О! Наконец-то! Я уже устал ударяться об свою же собственную руку. — Но как только мы снимем гипс, вам нужно будет разрабатывать руку: кистевой эспандер, массаж, обязательны кремы для восстановления кожи. Словом, руке понадобится ваше внимание. И, доктор Чон, я советую, чтобы вы прислали к господину Киму массажистку. Одновременно два вопросительных взгляда, полных напряжения, пересеклись на этих словах. А что, так можно было? Массажистку? — Коллега, я могу вас забрать у вашего подопечного? — Джин, ты ангел! Опять вытягиваешь Чона из этой трясины. — Да, мы как раз закончили. Спокойной ночи, господин Ким! — лёгкий поклон и избегание взгляда. — Спокойной ночи, господа! 💊 Ведро — не ведро, но по третьей чашке крепкого кофе уже ушло. Как в сухую землю. — Скажи мне, Джин-и, ты спал когда-нибудь с мужчиной? Джин аж поперхнулся кофе. Чонгук в задумчивости глухо постучал друга по спине, ожидая ответа. — Нет. Не спал, но… — замолчал на полминуты. — Что «но»? — Гм-гм… Но целовался и… Ну, словом, почти переспал, — и опять молчит. — Джин, блин! Ты или рассказывай или не тяни кота за тестикулы! Ким вздохнул с каким-то сожалением и уставился в чашку. Всё-таки решился и начал: — Он был старше меня на три года, аспирант в нашем универе. Я проходил практику, а он стажировался у того же профессора. Парень был очень красивый, глаза такие нереальные… У него мать европейка. Пару раз профессор оставлял его курировать мои занятия, мы просто разговаривали по работе. Не так, чтобы сдружились, но нам было комфортно друг с другом. В столовой за одним столиком иногда обедали, когда пересекались. И как-то так мне стало хотеться, чтоб он не только разговаривал, но и касался меня. Он, конечно, прикасался ко мне — понятное дело. Но я прямо хотел его прикосновений. И сам старался быть ближе к его лицу, к его уху. И знаешь, один раз это случилось как-то слишком неожиданно… Я стоял около кафедры спиной к двери, что-то искал в справочнике, листал так сосредоточено… И тут чувствую, что у меня за спиной кто-то стоит и мне от этого кого-то аж горячо. Как я понял, что это он? Не знаю. Я не оборачиваюсь и жду. А он стоит вплотную ко мне и начинает медленно от моих пальцев подниматься вверх руками. Так медленно — Боже, как вспомню — так до сих пор в жар бросает! Вот так, — Ким прикрывает глаза, гладит себя и комментирует, — по бицепсу, по плечам, через ключицы на грудь и стал расстёгивать рубашку… Потом разворачивает меня к себе — а я мягкий, безвольный, как тряпичная кукла — и целует… Сокджин замолчал надолго, Гук тоже молчит, но очень внимательно смотрит на друга, чуть хмуря брови и покусывая нижнюю губу: — И всё? — Ну, в тот раз всё. Я чуть сознание не потерял… Очень приятно было. Ты знаешь, парни целуются иначе, чем девчонки — крепче, решительнее, засасывают круче. А ты не пробовал? — встрепенулся Ким и обрадовался, что можно ненадолго отвлечься от сладких, но грустных воспоминаний. — Пока нет… — О, хороший ответ, малыш! «Пока». — А как чуть не переспал? — возвращает старшего к рассказу Гук. — А вот это совсем другая история. И она мне не очень нравится, признаюсь. Я был пьян, это была вечеринка, и когда обнаружил себя со спущенными штанами рядом с таким же пьяным парнем, пытающимся зубами открыть пакетик лубриканта, я понял, что мне надо срочно домой. Вот прям немедленно, — немного натянуто смеётся Ким, явно не желая больше предаваться воспоминаниям. Гук всё ещё пребывает в задумчивости. И тому есть причина: его гетеросексуальность за один день подверглась тройной бомбардировке — сначала Чимин, теперь вот Сокджин, а самая коварная диверсия — это Тэхён с его голосом, вызывающим пронзительное желание ласкать его кожу. И не только… — Кстати, друг мой задумчивый! Как ваша новая доктор? Ли, кажется? — Что значит «как»? В какой именно позе она тебя интересует? Ким опять поперхнулся кофе. — Ну что ты как маленький? Кофе совсем пить разучился... — ворчит Чон и снова стучит друга по спине. — Блядь она. Мы её с Паком трахаем. А может, и не только мы. Тоже хочешь?💊🥼💊
Примечания: С автором можно пообщаться на канале: узнать новости, поделиться мыслями, найти друзей) Милости просим! https://t.me/start_Ola_la
