Я не хочу
13 января 2022 г., 00:24
💊🥼💊
Если бы Тэхён не был по жизни таким хулиганом и нарушителем общественных норм, он бы не добился почти ничего. А так все его вольности привели к тому, что он занимается любимым делом, которое приносит ему хорошие деньги и признание. Он талантливо использовал то, что было у него от природы — прекрасный тембр голоса, специфическую и чрезвычайно привлекательную внешность, лёгкий похуизм и железную настойчивость в отстаивании своего мнения. О, сколько он получал за это! Начиная со средней школы, когда он стал чувствовать свою отличную от мейнстрима струю, и она ему была самой нужной и самой свежей. Он хотел прислушиваться лишь к моральному закону внутри себя. И это совсем не означало, что он, размахивая своей индивидуальностью, будет направо и налево всех обижать и ставить в неудобное положение. Нет! Он уважал других людей, но при этом уважал себя. Когда он впервые понял, что ему нравится его одноклассник чуть иначе, чем принято было считать «дружбой», это не вызвало в нём паники. Нравится парень? Прикольно! А как с ним целоваться? Надо попробовать. Попробовал — и кайфово получилось. По обоюдной договорённости до секса решили не доходить. Дружат они до сих пор, ни разу не испортив отношения, когда они стали сходить на нет. Причём, первым свернул романтическую составляющую именно Тэ. Сейчас, с его известностью и деньгами, ему вообще не указ общественное мнение. Но Ким старается не злоупотреблять своими чарами и своей наглостью, особенно если в пределах его притяжения оказался человек менее опытный или не такой свободный в своих желаниях. Он не демон-искуситель, он игрок и криэйтор, любящий всё красивое. Очень хочется курить. Когда он нервничает, его это желание накрывает нередко. Но сейчас он своё состояние назвал бы «неизвестно что»: непонятная сосущая пустота в сердце, непонятное ожидание с необозначенными сроками, неизвестные перспективы с реализацией непонятных своих желаний. Ещё вернее — «неизвестно всё». Как тут не закурить? Он уже достаточно освоился в клинике, поэтому до обхода постарается сделать своё неполезное дело, чтобы успеть принять душ и для верности пожевать жвачку. И главное — курить нужно на лестнице пожарного выхода, с верхнего этажа туда всегда открыта дверь. Он обычно спускается на три-четыре пролёта и курит в небольшое окно под лестницей. Ни разу ещё не засекли. 💊 Если бы Ли Кюн знала, что до такой степени ожидание не будет соответствовать реальности, как это получилось с Сокджином, она бы и начинать не стала. Но как при такой внешности и предполагаемом сексуальном опыте, оказаться таким инертным и неинтересным? Она с трудом может в это поверить. Н-да, зря она тогда сразу после никакущего Сокджина пришла к заводному Чонгуку. Мальчик был обижен. Как он узнал, кстати? Неужели Сокджин сразу же похвастался трофеем? Ох, было бы чем хвастаться… А на следующий день она была так настроена загладить свою оплошность и собиралась так глубоко извиниться, чтобы Чон перестал дуться после первого же оргазма. И тут такой упс. Неужели он влюбился и сбежал, обиженка? Ха-ха, на это расчёта не было — её раздражало всё, что приносит так называемая «любовь» молоденьких мальчиков. Эти взгляды, вздохи, звонки с обвинениями или молчание в трубку — ой, вот только не надо этого! Как всё легко и даже весело у них троих было — и Пак, и Чон, и сама Ли без каких-либо претензий время от времени весело выпивали в баре и в удобное время (Пак чаще вечером, а Чон — днём) удовлетворяли друг друга. Всё ведь хорошо было! Точно, не надо было портить эту идеальную картинку занудой Сокджином. Ну, ошиблась. Сокджин, кстати, её не звал ни разу за прошедшую неделю, и она старалась не попадаться ему на глаза. Кюн пьёт свой улун с молоком и бездумно смотрит в небольшой парк за больницей. Чимин сказал, что Чонгук взял отгулы на неделю. Сегодня понедельник, значит не сегодня-завтра малыш должен вернуться. Посмотрим на него, как себя будет вести. Если будет дуть губки — нахрен. Но вернуть всё в лёгкое ненапряжённое русло всё-таки стоит попытаться. После чая нужно сделать несколько отчётов и заполнить карты пациентов — мадам Хан по понедельникам вызывает к себе на ковёр, так что Кюн приехала пораньше, чтобы всё подчистить. И тут она видит — ох, эта энергичная походка, эти бёдра, аж влажно стало — через парк почти летит Чонгук! Куда так спешишь, милый? И почему не с парадного входа? А может и хорошо, очень облегчишь девушке задачу. Если тебя, такого свежего и летящего, перехватить на служебной лестнице, и… Хорошая мысль! Ли Кюн быстро полощет зубы, взбивает волосы и выбегает из кабинета, направляясь к пожарной выходу, от которого у каждого врача есть ключ на дежурной связке. 💊 Чонгук не хочет никого видеть до того, как он зайдёт к Тэхёну, поэтому решил приехать почти за сорок минут до начала рабочего дня и через пожарную лестницу подняться на свой этаж, застав Кима, скорее всего, ещё в постели. Он чувствует, что ему надо посмотреть в глаза этому человеку и, может, не понадобится никаких вопросов. Да и как спросишь то, что хочется услышать? «Что я для тебя значу?» или «Давай встречаться»? И, чтоб уж наверняка: «Ты мне нравишься, а я тебе?» Хотя, будь у них более определённое отношение друг к другу, можно было вместе поржать над такими формулировками. Но дело в том, что Чон не знает, какие мысли по этому поводу у господина Кима. Значит, пока обойдёмся без шуточек, нужно очень тонко уловить вайб — и если от Тэхёна не будет исходить нужный, то и дело с концом. Пока не началось ничего серьёзного, с зарождающимся чувством можно быстро всё закончить. Как аборт: чем меньше плод, тем легче чистка. Чон открывает двери пожарного выхода и, перескакивая через две ступеньки, путаясь в сумке со свежевыглаженными халатами, умудряется на ходу расстёгивать плащ. Он даже не успевает освободиться из рукавов, как впечатывается в грудь… Ли Кюн! Она мгновенно обхватывает его, беспомощного, за лицо и как в старые добрые (недельной давности) времена, целует взасос. Ах, какой же он свежий и сладкий! Чон как-то по инерции отвечает на поцелуй, но, опомнившись, пытается отстраниться. Блять, как мешает полуснятый плащ и грёбаные халаты! А Кюн это только на руку, она обнимает его за спину и прижимает к подоконнику на лестничной клетке, быстро целует в глаза, в виски, в шею, жарко шепчет между поцелуями: «Гук-и, ну извини меня, я была дура… Ты самый горячий и классный… Я хочу тебя…» Гук шипит ей в лицо, пытаясь небольно вывернуться: «Ли, перестань… Я не хочу… Что ты делаешь?..» Их неясный шёпот и звуки поцелуев женщины гулко разносятся по пролётам пустых лестниц. И как гром среди тихого весеннего вечера, перекрывая лживые пришептывания Ли Кюн, звучит неповторимый хриплый баритон: — Доктор Чон Чонгук?.. Доброе утро! Рад. Вас. Видеть. Стоя на один пролёт выше, в упор на Гука смотрит Ким Тэхён: такими красивыми и почти одинаковыми глазами, совсем чуть-чуть подпухшими, словно он только что проснулся. Тэ ухмыляется как-то разочарованно, затягивается и, не отрывая взгляда от зрачков Чонгука, выпускает облако дыма. Затем разворачивается, зло выстреливает окурком в стену и уходит. 💊 Хорошо, что у двери на пожарную лестницу пневматический глушитель, иначе бы Тэхён так громыхнул, что включилась бы сирена. Есть вообще противоударная сигнализация? Нет? Надо, блять, завести! Потому что Ким получил такой неожиданно болезненный удар под дых, что сам хочет орать сиреной. Что за хуйня? С этой блядью?! Вот так, на пожарной лестнице? Первым делом после своего возвращения он взасос целуется с нею? Нахуй! Нахуй этого Чона Чонгука! В пизду его!.. 💊 Чонгук грубо отталкивает Ли и чётко говорит, чтоб она поняла очень ясно: — Отойди от меня и не приближайся больше. Женщина хлопает глазами, приоткрыв рот от неожиданной злой силы в голосе мужчины, опускает руки и пятится назад, упираясь спиной в перила. Чон накидывает так и не снятый плащ на плечи и тяжело — очень тяжело — вздыхает, чувствуя в голове горячую субстанцию, словно мозг стал доменной печью, которая расплавляет мысли и ожидания. Медленно поднимается на один пролёт и входит в коридор лечебного корпуса. Он механически отвечает на приветствия коллег и ещё больше, чем неделю назад, просто нестерпимо хочет исчезнуть отсюда… …Сколько он вот так просидел за своим столом, не раздевшись и закрыв лицо ладонями? Телефон настойчиво напевает «Lost On You», а он словно и не слышит. Так, сука, гадко получилось… What the fuck?! Откуда она взялась со своими грёбаными поцелуями?! Какой драный чёрт её принёс… Кто звонит? Отъебитесь все! Я не хочу ни с кем говорить! Он смотрит на экран: Чимин. — Да, Чим… — Ты у себя? — друг весёлый, как почти всегда. — Да. — Голос у тебя уставший, не хочешь работать что ли, альпинист? — похохатывает Пак. — Да, устал с дороги. — А чего в ординаторскую не заглянул? Сокджин зашёл, давай дуй к нам! — Сейчас, разденусь только. Наливай кофе. Так, надо взять себя в руки. Ничего непоправимого не произошло. Да, картинку Тэ увидел ещё ту, сложно подумать что-то неопределённое. Но ведь картинка не соответствует действительности. Должен ли он объяснить это Тэхёну? Айщ, как всё хреново… Но всё-таки: показалось ему или нет, что Тэ было неприятно видеть Гука, целующегося с Кюн? Да, ему это не понравилось… Наверное, надо собраться с мыслями и сходить к Киму в палату. Только полностью успокоиться, чтоб вести себя адекватно и разумно. То есть не сейчас, ведь сейчас в голове разброд и шатание. Кофе с друзьями заставит его быстрее прийти в норму. Вперёд. 💊 — Господин Чон, доброе утро, зайдите ко мне, пожалуйста! — не пройдя и трёх шагов, слышит он желчный голос. — Доброе утро, госпожа Хан, конечно. — Принесла нелёгкая эту сухую креветку. Надо идти. — Прошу вас. — Завотделением впускает его в свой чопорный кабинет, где уже сидит доктор Лим. — Доброе утро, коллега! — Доброе утро, господин Лим! Как прошла операция у Кима Тэхёна? Я уверен, что всё замечательно, но всё-таки обязан поинтересоваться. — Чон даже выдавливает из себя вежливую улыбку. — Спасибо, всё прошло прекрасно! Только я немного смущён, что этот пациент отказывается видеть себя в зеркале — якобы до того времени, пока его лицо не восстановится полностью. Обычно после коррекции все хотят увидеть свои новые веки, а он категорически против. Ну, хозяин — барин. Сегодня я его в последний раз осмотрю и снова передам Вам. Остались только губы и шлифовка, как я понимаю? Вот и славно. Чонгук кивает и по-прежнему уважительно улыбается в лицо старшему коллеге. — А наша китайская Моника Белуччи, — продолжает он, — тоже закончила своё преображение, мы её проводили с новыми веками. Просила передать вам свою благодарность и восхищение вашим мастерством. — Доктор Лим по-отечески улыбается Чону, тот учтиво кланяется. — Наше дело — отработать свой гонорар, не так ли? — поворачивает он остроносое лицо к заведующей. — Да, конечно, доктор Лим, и мы с этим справляемся, — растягивает сухие губы в улыбке та, — доктор Чон, вот ваш план операций на неделю — ознакомьтесь и подпишите бумагу. Как прошла ваша поездка? С семьёй всё в порядке? — Да, спасибо, всё хорошо. — Чонгук пробегает глазами по таблице и подписывает. Сегодня четыре операции, первая через 25 минут — отлично, мозг будет занят. Отдаёт бумагу мадам Хан и вопросительно поднимает брови. — Спасибо, доктор, вы можете идти. Хорошего дня! — И вам, коллеги! Не успев выйти за дверь, Чон сразу получает звонок от Сокджина: — Гук, гад, где тебя носит?! Я же не могу торчать в вашем отделении до обеда! — Досчитай до девяти — и я буду рядом, — он лёгким бегом приближается к ординаторской, не прерывая разговора, — девять! — открывает он дверь и объятья друзьям. 💊 Всё, теперь уже легче. Хорошо, что Чон не приходил — Тэхёну так хотелось сказать ему с десяток «ласковых» слов, но по какому праву? Кто они друг другу? Вот именно — никто. Поэтому лучше пока не видеться. Такова жизнь: не все люди, которым мы готовы открыть своё сердце, готовы этот дар принять. Ну, не сложилось. Ким умирать по этому поводу не станет. Ещё одна небольшая операция, сделанная золотыми руками доктора Чона — и Тэ увидит своё лицо в зеркале. Такой подарок! Он даже воодушевился сейчас. Да, доктор Чон, с вами было очень приятно поработать, но на большее теперь рассчитывать не приходится. Удачи вам в делах и прощайте! Как говорил русский поэт: «Я не хочу печалить вас ничем». Вуаля. Тэхён не новичок в сердечных историях, он много конфликтов прошёл и выплыл из большей части достойно. Несостоявшиеся отношения в этом списке занимали чуть не половину. Чаще, конечно, отказы шли со стороны Кима, но случалось и ему отступить от желаемого. И прекрасно потом перестать желать. Доктор Лим прервал его медитации, поводил острым жалом возле лица Кима, сказал: «Очень хорошо! Просто прекрасно!» и ушёл, отдав своей ласковой медсестре финальные указания. Она добрыми руками поухаживала за новым веком и очень тепло попрощалась, погладив Тэ, как мальчика, по коленке. Какая, всё-таки, добрая женщина! Тэхён взял её мягкие руки в свои и сердечно пожал, он действительно был ей благодарен. За эту тоскливую неделю она была его главным согревающим солнцем. После обеда он заснул с книжкой, видимо, утренняя встряска подсосала его больше, чем он ожидал. 💊 Да уж, четыре операции сразу после недельного отдыха — это тяжеловато, особенно когда предпоследняя пошла не по плану. Выпил на челюсти — не самое сложное дело, но пила неожиданно вильнула. Может, невышедший из челюсти зуб дал такой эффект? Чон не стоматолог, но знает, что такие случаи бывают у взрослых людей. Словом, операция удлинилась, и бригада задержала начало четвёртой операции почти на сорок пять минут. Ну бывает, бывает. Последняя пациентка потерпела — была не очень скандальной, но с очень кривым носом. Гук провозился с нею почти полтора часа и остался доволен результатом. Уф-ф-ф… Закончили с костями, хрящами и скальпелями на сегодня. Доктор благодарит операционную бригаду и снимает перчатки. Сейчас надо по свежим следам написать отчёты, затем сходить проведать двух утренних оперированных. Вечерних пациентов проверит ургентный врач, и если будет надобность, позвонит Гуку. Опять звонит Чимин: — А сейчас что? — немного грубит Чонгук. — Сейчас надо отметить твой приезд, я бы хотел твою задницу в баре увидеть — она там прекрасно смотрится, — Чиму палец в рот не клади. — Мне ещё минут сорок — пятьдесят. Норм? Стой! Ты там случайно не с Ли? — Нет, я её звал, но она какая-то мутная сегодня — месячные, наверное. Не пошла. А надо? — Нет, совсем не надо. Приду — объясню. Давай, до связи! - Окей. Чон чувствует себя страшно уставшим, а ещё идти к «новеньким». И он совсем не ощущает в себе сил, чтобы говорить с Тэхёном. То есть абсолютно. Чимин даст эмоцию, даст энергию — это сейчас нужнее, чем вымученный поход к Киму. После утренней сцены с Ли он даже не знает, с чего начинать разговор. Он ощущает себя беззащитным и без вины виноватым. Не стоит сейчас мудрить и быть неискренним. Ведь каждый раз переживаешь, как впервые, если на твои слова о возможных отношениях или хрупких чувствах получаешь очень ясный ответ: «Я не хочу»… И Чонгук совсем не хочет услышать это от Тэхёна. Он довольно быстро проходит по послеоперационным палатам, убеждается в том, что с его пациентами всё по плану — и отправляется в бар.💊🥼💊
Примечания: С автором можно пообщаться на канале: узнать новости, поделиться мыслями, найти друзей) Милости просим! https://t.me/start_Ola_la
