Терпение — добродетель

Итак, что если Кацуки "случайно" выяснил, в какой тренажерный зал ходит Изуку? В этом не было ничего противозаконного. В конце концов, Деку сам упомянул, что посещает один, хотя и не стал уточнять название. Кацуки, возможно, немножко проследил за его социальными сетями, в которых, ожидаемо, не было ни одной фотографии с лицом Изуку – только парочка фоток его торса, да и те в неизменных безразмерных шмотках, немного поспрашивал у местных, где что находится, немного прошелся по – практически всем – местным залам, чтобы найти тот, интерьер которого совпадал бы с фотографиями в соц.сетях Деку. Кацуки даже не удивился, что здание находится странно далеко от жилого квартала, в котором жили Изуку с Кацуки: то, что одежда намеренно скрывала его внешний вид, уже становилось для Бакуго очевидным. Однако это ни в коем разе не было преследованием, ясно? Определенно не было. То, что Бакуго после этого почти поселился в нужном зале, посещая его в разное время, определенно не значило, что он стремился подгадать момент, чтобы встретиться с пришедшим туда Изуку! Поэтому когда в один прекрасный день двери зала распахнулись и на пороге зала появился Деку, Кацуки был совершенно точно намерен вести себя невозмутимо и сделать вид, будто он невероятно раздражен встретить кого-то знакомого в такой дали от дома. Однако стоило бросить один более внимательный взгляд на соседа, как его план тут же оказался под угрозой – Бакуго уже был далеко не так уверен в своей способности вести себя спокойно и невозмутимо. Потому что Изуку наконец-то был одет во что-то, что действительно отдавало должное его фигуре. И посмотреть там было на что! Тонкий белый лонгслив не только облегал его накаченное туловище, как вторая кожа, позволяя оценить плоский живот с набором из шести кубиков пресса, но и отлично сочетался со смуглой от загара кожей. Если внимательно приглядеться, под светлой тканью можно было заметить вереницу длинных шрамов и замысловатых татуировок, рассмотреть которые, к сожалению, не представлялось возможным. Короткие черные шорты открывали прекрасный вид на круглую, крепкую, как орех, задницу и скульптурно вылепленные широкие мускулистые бедра – Кацуки готов был заплатить хорошие деньги за возможность хотя бы быть задушенным ими и, видит бог, он умер бы счастливым. Общий вид только слегка портили неизменные красные кроссовки, но Кацуки вовсе не собирался жаловаться. Хотя он и догадывался, что Деку под всеми своими безвкусными тряпками скорее всего должен был неплохо выглядеть, Бакуго даже представить себе не мог, насколько восхитительное зрелище может его ожидать. Он почти чувствовал, что у него вот-вот потекут слюнки из-за вида, который перед ним открывался – Кацуки казался себе голодающим, перед которым накрыли самый роскошный обед в его жизни. Никогда раньше в своей жизни он еще не был захвачен ни одним человеком. Ничего удивительного, что в итоге он загляделся настолько, что даже не заметил, как упомянутый человек возник прямо под его носом. – Каччан? – удивленно спросил его Изуку. – Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. – Ха? В чем проблема, ты-то здесь! – не задумываясь рявкнул он в ответ раньше, чем успел подумать. Черт, это звучало почти так, словно Кацуки пришел сюда ради Деку. К счастью, Мидория выглядел так, будто он не обратил внимание на комментарий Кацуки. – Ха-ха, да, так уж вышло, что это место находится недалеко от моей работы. Удобно время от времени заглядывать, знаешь? – он нервно рассмеялся. – Ну… наверное теперь будем видеться немного чаще, – улыбнулся он неуверенно, не то утверждая, не то задавая вопрос. Кацуки небрежно пожал плечами, стараясь не показывать своего интереса и выглядеть скучающим. – Не знаю. Зависит от того, придется ли мне по вкусу эта дыра. "Определенно придется, если я получу возможность видеть тебя в таком виде. Не говоря уже о виде, который может открыться в раздевалке", – Кацуки сглотнул, тщетно пытаясь держать фантазию в узде – было бы сущим мучением заниматься с адским стояком в штанах. К счастью, Деку к тому моменту успел отойти от него и разминался, подготавливая себя к тренировке. Кацуки на секунду отвел от него взгляд и уставился на собственное отражение. Он знал, что выглядит хорошо, хотя его фигура и отличалась от той, которую имел Деку. Кацуки был выше и выглядел стройнее, почти изящнее, по сравнению с ним. Широкая грудная клетка с выступающими грудными мышцами лишь подчеркивали тонкую, почти женскую талию. Его накаченные длинные ноги были не такими массивными и рельефными, зато прекрасно сочетались с его фигурой, особенно когда он хотел произвести впечатление и надевал специально купленные для этого узкие джинсы, которые подчеркивали все его достоинства. Он гадал, смотрит ли Изуку на него украдкой с такой же жаждой, как и он сам. Ответ, к сожалению, заключался в том, что Кацуки не имел ни малейшего понятия. Сколько бы раз он не оглядывался на Деку во время его тренировки, парень всегда казался погруженным в свои занятия. Либо Изуку действительно был в нем не заинтересован, либо он был куда тоньше во взглядах украдкой, чем Бакуго. Ни один из двух вариантов не был достаточно удовлетворительным для Кацуки, который уже мысленно представлял, как сгибает обнаженного соседа возле одной из скамеек.

***

С того судьбоносного дня в спортивном зале всё стало только хуже. Кацуки случилось влюбляться раньше, несколько раз за свои двадцать четыре года он был в отношениях, но никогда раньше он не чувствовал себя настолько одержимым. Потребовалось какое-то время, но вскоре он отчетливо осознал, что его чувства отнюдь не исчерпывались влечением, симпатией или любовью – сказать по правде, он даже не был уверен, испытывает ли он вообще всё вышеперечисленное. Что он действительно чувствовал, так это желание владеть. Деку должен был принадлежать ему. Кацуки хотел быть единственным, кто мог бы обладать им. Он хотел наложить руку на этого мужчину, сложить его и положить себе в карман. Приковать на цепь в своём доме и использовать в своё удовольствие всеми возможными способами. Но больше всего он хотел разобрать Изуку по частям и увидеть, что же за человек скрывается внутри. Какие демоны прячутся за этим улыбчивым фасадом и что происходит, когда Изуку выпускает их наружу? То, что Деку старательно игнорировал попытки Кацуки флиртовать или заигрывать с ним, отнюдь не облегчало его муки. Деку по прежнему заходил к нему в гости, но совершенно не обращал внимания на одежду, которую Кацуки специально подбирал так, чтобы она подчеркивала все нужные места на его теле и едва ли не кричала о сексе. Он мило и невинно улыбался, пока Бакуго ел его сладости, облизывая пальцы таким греховным способом, что за одно только это Кацуки следовало бы прописать прямой билет в ад. Он встречал откровенный флирт и едва ли не прямые предложения пройти прямиком в постель Кацуки с таким искренним и невинным видом, что порой Бакуго почти начинал верить в то, что Изуку настолько же невинен, либо настолько же туп, насколько он показывает. "Ну или он просто-напросто натурал", – подсказывал внутренний голос, который Кацуки отказывался слушать. Однако дело было в том, что Кацуки совершенно точно знал, что это не так. Парочка микрофонов, стратегически расставленная по спальне Мидории, рассказывала ему совершенно иную историю. Кацуки прекрасно знал, что некоторые из гостей, которых приводит к себе Деку, приходили к нему отнюдь не только ради глубоких разговоров и приятного времяпрепровождения за свежей выпечкой. Судя по громким стонам, характерным влажным звукам и ритмичному скрипу и стуку кровати – Изуку прекрасно понимал, как и зачем стоит использовать то, что прятал под своими мешковатыми штанами. Более того, Деку явно хотел использовать его с Кацуки, если верить задушенным стонам, сопровождающимся взыванием к его, Кацуки, имени в те ночи, когда Деку явно был дома один и доставлял себе удовольствие лишь своими руками. Кацуки любил эти ночи больше всего. Ему не нужно было отвлекаться, пытаясь мысленно вырезать из восприятия звуки, издаваемые какими-то статистами, и он мог представить, что в тот момент именно он находится наедине с Изуку, заставляя его издавать эти восхитительные стоны. Покрасневший, вспотевший, он лежал в собственной кровати, засунув наушники в уши и сдвинув трусы до колен, и отчаянно накачивал себя, представляя как вбивается в своего чертового соседа сзади, крепко сжимая кудрявые зеленые волосы и впиваясь зубами в его обнаженную шею. "Деку, Деку, Деку, – рычал Кацуки, кусая вместо этого подушку. – Блять, возьми – хах – возьми это! Еще, еще… ах…". Желание освободиться сводило его с ума, но каждый раз он терпеливо вслушивался в хриплые стоны Деку, дожидаясь пока он кончит, и лишь после этого позволял себе разлиться на руку или подушку, отчетливо представляя вместо этого, как покрывает спермой определенное веснушчатое лицо. Да… о микрофонах. Кацуки на самом деле не планировал действительно использовать их. Просто подумывал обновить ноутбук, поэтому заглянул в один из магазинов электронной техники по пути домой после удачной, хорошо оплаченной съемки, и они случайно попались ему на глаза. Беспроводные, они имели долгую зарядку и легко подключались к телефону, так что в итоге запись можно было слушать прямо со своего смартфона. Кацуки купил их просто так, на всякий случай. Мало ли когда такие могут пригодиться? Уже намного позднее, спустя неделю, может две, он вдруг поймал себя на мысли, что их с Изуку балконы находятся на удивление близко друг другу. Наверное в этом был смысл: в случае пожара всегда была возможность перебраться к соседу, если собственная квартира и выход из неё окажется задымлен или как-то заблокирован. Кацуки сделал это из чисто исследовательского интереса. Дом находился в довольно уединенном месте, высокие деревья загораживали вид на его и Деку балконы, так едва ли кто-то мог его увидеть. В любом случае, Кацуки просто хотел убедиться – в целях пожарной безопасности. Опять же, мало ли что может случиться в жизни? То, что Деку в тот момент не было дома, было лишь удачным совпадением. Изуку наверняка разрешил бы ему это сделать, Кацуки не сомневался в этом. В конце концов, осуществить задуманное оказалось проще простого: всего-то и нужно было перекинуть сначала одну, затем вторую ногу через решетчатое стальное ограждение, перелезть на другую сторону, сдвинуться на несколько шагов в сторону квартиры задрота и забраться внутрь – это заняло у Кацуки меньше пары минут. К его радости, балкон Деку не оказался захламлен вещами или какими-нибудь глупыми растениями. Кацуки был почти раздосадован, когда обнаружил что сосед не запер дверь, ведущую в его квартиру. Деку буквально напрашивался, чтобы его ограбили! В конце концов, третий этаж – это не так уж и высоко, мало ли кто мог забраться на его балкон. Так что Кацуки заглянул в его квартиру просто из принципа, собираясь немного проучить глупого соседа. Быстрый осмотр показал, что квартира Изуку, в отличии от его собственной состояла из гостиной и двух комнат, а не одной, как у Кацуки. Одна из комнат явно была спальней, а другая… с другой всё было немного интереснее, потому что вместо обычной там была установлена укрепленная металлическая дверь, которая в отличии от балкона была надежно заперта. Кацуки даже попробовал взглянуть на замок и прикинуть, не получится ли поковырять его чем-нибудь – как правило внутри дома мало кто устанавливал по-настоящему серьезные замки, но Изуку в этом отношении явно был исключением. Что бы ни скрывалось за этой дверью, это должно было быть исключительно важным. В конце концов, Кацуки решил сдаться и оставить её в покое – Деку мог вернуться в любой момент и ему вовсе не хотелось, чтобы его поймали внутри чужой квартиры. Объяснить своё присутствие было бы трудно, да и Деку наверняка придумал бы себе бог знает что. Вроде того что Кацуки пытается обыскивать его дом или еще что-то в этом роде. Глупость несусветная, зачем Кацуки было это делать? Бакуго немного заколебался перед дверью, которая, вероятнее всего, была спальней Деку. Его сердце взволнованно забилось, пока он пытался представить её себе. Будет ли она в темных тонах, которые резко контрастировали бы с внешним видом и поведением Изуку? Может внутри окажется целый склад оружия или еще бог знает каких запрещенных предметов? Прежде чем успел передумать, Кацуки толкнул дверь и почувствовал, как его сердце упало от разочарования. Это была самая типичная комната, самая что ни на есть "Деку", какую только можно было бы себе представить: коллекционные фигурки на всех доступных плоских поверхностях, целые полки с комиксами, плакаты с Всемогущим и прочие фанбойские товары. Кацуки готов был обнаружить логово преступника, а Деку в итоге был просто одержимым отаку – не особо скрывающимся даже. "Задрот", – подумал Кацуки почти с нежностью. По какой-то причине ему импонировала эта сторона Изуку. Впрочем… На самом деле это еще ничего не доказывало, подумал Кацуки, вспоминая о запертой двери. То, что он пока не нашел ничего странного в доме Изуку, еще не доказывает, что там действительно ничего нет или то, что Деку в тайне не занимается какими-то мрачными темными делами за закрытыми дверями… или по крайней мере, за одной конкретной запертой дверью. После этого он на некоторое время задержался в комнате. Проверил прикроватную тумбочку, книжные полки, комод и другие места, в которых Деку мог бы скрывать что-нибудь любопытное, в равной мере заинтригованный найти как свидетельства "настоящей" личности Изуку, так и банальные тайники с порно. Кацуки было интересно, какой у Деку вкус на парней, хотя он и так был уверен, что вполне попадает в нужную категорию. Он немного замешкался возле корзины с грязным бельем. Всю свою жизнь Кацуки привык считать себя исключительным чистюлей. Уборка в его квартире проводилась довольно часто и в какой-то степени уже превратилась в некий ритуал, в котором он даже находил своеобразное утешение. Грязная одежда максимально быстро отправлялась в стирку, и от одной мысли о том, что Кацуки придется вновь натягивать на себя свою же грязную футболку, его уже начинало слегка подташнивать. Поэтому Кацуки был совершенно не в состоянии объяснить, почему его как магнитом тянуло к корзине, которая очевидно была наполнена одеждой Деку, которая нуждалась в стирке. Сглотнув, Кацуки просто позволил своим ногам подвести себя ближе и, будто загипнотизированный, достал из кучи вещей первое, что попалось ему под руку, и с некоторым удивлением обнаружил, что это белый лонгслив – тот самый, в котором он видел Изуку недавно на тренировке. Не давая себе времени подумать, Кацуки поднял футболку к своему лицу и прижался к ней носом, делая глубокий вдох, и задрожал всем телом. Запах Деку окутал его почти сразу – это был плотный, мускусный аромат: смесь дезодоранта, которым всегда пахло от мужчины, со слабыми нотками одеколона с какими-то древесными нотками и неизменной мятной зубной пасты Деку, и поверх всего этого доминировал натуральный запах тела Изуку, от которого у Кацуки почти закружилась голова. Он сразу же тяжело задышал, стараясь впитать в себя как можно больше, одновременно чувствуя, как собственные брюки становятся теснее. Когда Кацуки наконец-то оторвал от себя ткань, он уставился на неё с напряженным лицом, гадая, как отреагирует Изуку, если он заберет эту вещь с собой? Заметит ли он её отсутствие, будет ли искать? Кацуки сомневался, что первой мыслью соседа будет то, что Кацуки забрался в его квартиру и стащил футболку из всех вещей. Его руки чесались от желания забрать это. Кацуки мог бы найти ему хорошее применение по ночам. Он позволил себе представить это, а потом… протянул руку и с сожалением вернул лонгслив в остальную кучу. Кацуки вернулся в свою квартиру так же, как и пришел. Уходя, он задержался на мгновение перед запертой комнатой, пытаясь представить, что могло бы храниться там внутри, но затем вспомнил, где находится, и постарался быстрее уйти, как можно аккуратнее прикрывая за собой балконную дверь. Уже у себя дома Кацуки задумался о странном впечатлении, которое возникло у него в квартире, но окончательно сформировалось только после того, как он её покинул. В целом, несмотря на то, что квартирка Изуку была неплохо обставлена и даже носила в себе немало отпечатков личности хозяина, была в ней и какая-то неуловимая странность, которую Кацуки понял не сразу. Жилище Изуку выглядело… стерильным. Не просто опрятным – Кацуки и сам старался поддерживать порядок и чистоту, а именно стерильным: так выглядят комнаты в магазинах, которые существуют только для того, чтобы люди приходили поглазеть на них – красивые, но не жилые. За исключением кровати, корзины для белья и кухонной зоны, большая часть квартиры Изуку выглядела так, будто он вообще ей не пользуется: книги на полках выглядели новыми и расставленными для красоты, а не исходя из предпочтений хозяина. Мебелью как будто никогда толком не пользовались. Все столы и стеклянные поверхности смотрелись так, будто их только купили и едва сняли пленку. И что самое удивительное, нигде не было ни намека на фотографии. Даже у Кацуки, у которого было мало близких друзей и дерьмовые отношения с родителями, были несколько фотографий то тут, то там – по крайней мере их можно было легко найти на его ноутбуке, который лежал на самом удобном месте. В квартире Изуку не было ни ноутбука, ни компьютера. После этого мысли Кацуки вновь обратились к закрытой комнате. Что же такого Изуку мог там хранить и почему?