Они убили Марлен

Глядя на взлётную площадку, я невольно вспоминала о битве, которая, казалось, состоялась только вчера. Если вдуматься, с её момента произошло немало всего. Многое поменялось, общий настрой ухудшился, да и вообще теперь всё казалось иным. Цепи, на которых я держала псов, зазвенели. Доберманы оживились, а значит, что-то привлекло их внимание. В стекле, возле которого я стояла, показался образ Ванды. Я выбросила все воспоминания из головы, оборачиваясь. Сзади меня и вправду стояла Максимофф, а на губах её красовалась лёгкая дежурная улыбка. Сегодня мы с ней ещё не виделись. С самого утра девушка где-то пропадала и приехала к самому нашему отлёту. — Привет, — поздоровалась тихо она. — Готова? — А нужно к чему-то готовиться? — изогнула бровь я. Она удовлетворённо кивнула. — Я говорила с Виженом. Пока вас не будет, мы постараемся всё наладить. Возможно, когда ты сказала, что всё это ошибка, то была права, — пожала плечами Ванда. Кажется, стороны стали остывать, чего нельзя было сказать обо мне. Этой ночью я много думала о том, что вчерашняя стычка с Тони далеко не последняя, и вряд ли он когда-нибудь признает, что ошибся. Но в то, что теперь Мстители будут враждовать до конца своих дней, тоже верилось с трудом. — Отличные из вас сообщники. Или вы не сообщники, а что-то типа рокового дуэта? Бонни и Клайд, все дела… — покосилась на девушку я, самодовольно улыбаясь. Ванда улыбнулась мне в ответ, качая головой. — Прекрати, звучит ужасно. Словно ты никогда не влюблялась, — она протестовала, сама не понимая собственного признания. Только вот её слова заставили меня немного нахмуриться. — Влюблялась?.. А можно сразу следующий вопрос? Улыбка слетела с губ Ванды. Она словно задумалась о чём-то серьёзном, важном. Может, её расстроили мои радушные слова? В любом случае, для меня это не имело значения. Наваждение девушки быстро развеялось. — Ты сегодня какая-то… не такая. Не такая, как в последнее время. Есть особая причина? — вопросила она, наклоняя голову в бок. — Ну, я выпила двойную дозу трёх видов успокоительного. Даже Служители с этим не справятся. А я не передумаю насчёт поездки и не смогу прикончить всех, кто стоит у меня на пути, — призналась я, чем заставила девушку ужаснуться. Странное выражение на её лице позабавило меня. Девушка хотела сказать что-то ещё, но к нам подошли Баки и Стив. До этого момента они стояли в другом конце помещения, что-то тихо обсуждая. Не удивлюсь, если Стивен просто давал своему другу разного рода напутствия. Остановившись напротив нас с Вандой, Стив похлопал Барнса по плечу. — Вам пора. Простите, что не могу доставить вас в Ваканду лично. В наших обстоятельствах это не лучшая идея, — поджал губы Роджерс. Мы попрощались. Я снова взяла свою сумку, следя за тем, как на взлётную площадку приземляется джет. Он был точно таким же, как и угнанный нами в аэропорту. Не стоит мне проводить столь неприятные параллели. Вместе с Барнсом мы зашли на борт навороченного воздушного судна. Я обернулась, точно уверенная в том, что Стив и Ванда будут стоять у больших окон до последнего. Разумеется, так оно и оказалось. Покачав головой столь внезапно заботливому отношению, я отвернулась, опуская сумку на пол. Звон металла разнёсся по салону, указывая на наличие холодного оружия. Ничто так не звенело, как оно. И никто не мог распознать этот звон так хорошо, как профессиональный киллер. Я задержала дыхание, закусывая губу. — Зря ты это. Стив сказал, чтобы я следил за тобой. Вдруг ты что-то натворишь, — раздался голос Джеймса за спиной. — Забавно. Мне он сказал то же самое, но про тебя, — парировала я, садясь в кресло у противоположной от Барнса стены и погружаясь в атмосферу предстоящего полёта.

***

Ваканда ничем не походила на место, в котором я бы нашла какой-либо отклик. Всё было каким-то слишком…современным и неземным. Даже просто попадая в эту страну, начинаешь понимать, почему это место называют скрытым от чужих глаз. Прозрачный купол скрывает его, создавая мираж. Пока не проникнешь под него — не догадаешься, что в этой местности есть хоть что-то помимо лесов. Стоило оказаться внутри, как мой взгляд будто приклеился к стеклу. Внимание рассредоточивалось от одного небоскрёба к другому. Здания были столь высокими, стильными и блестящими, что сравнивать их с небоскрёбами Нью-Йорка — просто грешно. И как же контрастно смотрелись они в сочетании с окружающей зеленью! Необычно и любопытно, но всё же — не моё. Мы приземлились на специальной площадке. Подняться из кресла оказалось счастьем. Я размяла все свои мышцы и немного взбодрилась после долгого полёта. Закинув сумку на плечо, почувствовала укол в виске. — Ну и зачем ты прилетела сюда, гений? Всё впервые встало на свои места, ты ощутила свободу и удовлетворение от жизни… и готова всё оборвать? — возмутился Второй. Я закатила глаза. Ничего я не обрываю! Просто проведаю обстановку. — Снова наивная Марлен, — пропел Первый. — Капитан Америка не отправил бы тебя сюда отдыха ради. Тебя ждёт то же самое, что и этого бедного солдата. Голоса говорили что-то ещё, но я отключилась от них, фокусируясь на реальности. Один шаг на улицу — и я ощущаю лёгкий жар. Солнце припекает, на щеках и плечах замирает тепло от солнца. При этом воздух на удивление свеж и чист. Здесь намного теплее, чем в Нью-Йорке. Вот и чудесно! Можно посчитать, что мы приехали на курорт. В нескольких метрах от джета стояла небольшая группа людей. В центре стояла высокая худощавая девушка с замысловатой причёской. Тёмная кожа блестела на солнце, а на губах играла дружелюбная, даже слишком, улыбка. Одежда её была лёгкой, светло-голубой, мешковатой, но открытой. На вид она была даже моложе меня, что сильно удивило. По обе стороны от неё стояли женщины в длинных ярких одеяниях, бритыми головами и с копьями в руках. Они выглядели суровыми, внимательными, непробиваемыми. С левого края стояла невысокая девушка лет двадцати в белом костюме. Он сильно походил на стильный врачебный наряд. Я взглянула на Барнса, надеясь, что в нём найду правильную реакцию на столь странный вид встречающих нас людей. Да ещё и с копьями, чёрт тебя подери! Но, конечно же, я не увидела ничего, ведь это именно Барнс, а не кто-то другой. Он лишь метнул вопросительный взгляд, даже немного разочаровывая. — Добро пожаловать в Ваканду! — торжественно, громким голосом произнесла девушка в центре. Женщины, стоящие по обе стороны от неё несколько раз ударили копьями о землю. Впечатляет. — Я Шури, сестра Т’Чаллы. Он не смог встретить вас лично из-за некоторых проблем с плохими людьми. Вот как. Принцесса Ваканды. — Какие-то проблемы? Может, нам заехать в другой раз? — изогнула бровь я, закусывая губу. — Смешно. Марлен Каллен, верно? — вопросила она. — А ты Джеймс Барнс? Мы одновременно кивнули, подтверждая её предположения. — Перед тем, как пройти со мной дальше, вам стоит сдать свои вещи и оружие, — продолжила Шури, а я возмущённо вскинула брови. Снова сдать вещи? Прямо как в штабе ФБР? Такими темпами я скоро разорюсь. — И, если это возможно, силы тоже, — аккуратно добавила Шури, замечая моё молчаливое недовольство. Псы зарычали. Точнее, Служители, которые понимали, что их хотят со мной разлучить. — Жаль вас разочаровывать, но нет, — отрезала я, наматывая цепи на руку, чтобы доберманы держались максимально рядом со мной. — Мы хотим обеспечить вам полную безопасность от влияния внешнего мира, — мягко вставила девушка в белом. — И от того, что может ухудшать ваше состояние. — Мистер Барнс, вы можете снять свой протез? — вопросила Шури. — Не знаю, возможно ли это. Внезапно одна из вооружённых женщин сделала несколько шагов к Баки. Она сделала лишь пару ловких движений копьём, и Джеймс даже постарался блокировать нападение, но не сумел. Бионическая рука Барнса моментально упала на землю. Я громко ругнулась, а псы залаяли. В глазах Джеймса возникло удивление. Это объяснимо, ведь он даже понять не успел, что происходит! Да и вообще, он остался без руки! Никогда не видела, чтобы руки так просто отваливались. Ужасно! Хотя и не слишком… — Ваша очередь, мисс Каллен, — произнесла принцесса. — Насильно вы их не отберёте, — усмехнулась я, качая головой. — Верно, так что надеюсь на понимание. Я снова закатила глаза. Вот это я понимаю — тёплый приём! Поразмыслив, решила: если мне понадобятся Служители, я смогу призвать их. И ничто их не остановит. — Потеснитесь в этих телах недолго, — сдалась я, и серые сгустки покинули моё тело, плавно перебираясь в доберманов. Ненадолго это впечатлило наблюдающих. После переселения другая вооружённая женщина подошла ко мне, протягивая свободную руку. Я недовольно передала ей цепи, но она продолжила требовательно смотреть на меня. Тогда я отдала и сумку, холодное оружие в которой снова звякнуло. — Вот и чудесно. Теперь вперёд! Сегодня нужно много успеть, — довольно произнесла Шури, кивая, и призывая следовать за ней. Снова взглянув на Баки, увидела, что он тоже больше не уверен, стоило ли сюда прилетать. Прекрасно понимаю, ведь меня лишили оружия, новых вещей и Служителей! До сих пор ничего друг другу не сказав, пошли вслед за принцессой и её свитой, давая происходящему шанс. — Для начала посетим место, где вы расположитесь. Это наша местная клиника, но я предпочитаю называть её Центром восстановления здоровья. Он близко, поэтому пройдёмся пешком. Заодно изучите местную инфраструктуру. Шейла, будь добра, расскажи о Центре поподробнее. Я проследила за взглядом принцессы. Она обращалась к девушке во врачебной форме, которая согласно кивнула. — Наш Центр восстановления здоровья занимает большую территорию с сохранёнными природными ресурсами. Много зелени, естественный пруд и лиственная роща. В основном корпусе расположены кабинеты специалистов, процедурные залы и диетологическая столовая. При центре есть здание, выделенное для пациентов, пребывающих на срок более сорока восьми часов. Король Т’Чалла приказал выделить вам лучшие жилые помещения. Голос девушки оказался намного старше, чем я предполагала. Возможно, она выглядела моложе своего возраста. В любом случае, речь её лилась лаконично и нежно, отчего возникало неприятное ощущение заговора. Я читала множество книг и смотрела некоторые фильмы и, уж поверьте, когда врач так сладостно рассказывает о своём заведении, добра от этого места не жди. На мгновение я подумала, что пришло время строить планы о побеге из этого места. Доброта Т’Чаллы тоже показалась мне необычной. В нашу первую встречу мы не поладили, а во вторую вовсе воевали друг против друга. Не исключено, что его тёплый приём — попытка заключить мир и забыть о произошедшем. — Первым делом, я проведу с вами ознакомительную беседу, на основе которой разработаю план нашей дальнейшей работы. — Шейла — ваш ведущий специалист. Пока вы здесь, она работает только с вами, — будто бы похвасталась Шури. — Но и другие специалисты будут работать с вами. Время от времени. За банальными официальными разговорами мы дошли до цента восстановления здоровья. Наверное, я бы не сразу определила, что это он, потому что он даже не был ограждён. Лишь на основном здании висела совсем небольшой белый крест с подписью на неизвестном языке. Здесь и вправду было много зелени, что удивительно для столицы, хоть Центр и располагался почти на периферии Ваканды. Здания ничем не отличались от тех, что являлись жилыми или же промышленными. Стоит признать, энергетика здесь располагающая. Первым делом мы направились в корпус для пациентов — или же отдыхающих, как называла нас доктор Шейла — который не был похож на здание с обыкновенными палатами. Внутри было намного прохладнее, чем снаружи. Светлая отделка, почти белые деревянные полы, многочисленные вазы с растениями, стеклянные люстры, окна, столы и стулья. Ощущение того, что мы попали в будущее, всё ещё не отпускало. Мимо проходящие жители Ваканды с любопытством поглядывали на нас. Должно быть, белые туристы были здесь большой редкостью. Проехав десять этажей в блестящем металлическом лифте, мы вышли в круглый холл с панорамным окном. Мраморный, но тёплый пол, стены, отделанные деревянным брусом, воздушные, словно облака, диваны молочного цвета, необычный камин с тлеющими чёрными поленьями. Он не давал тепла, лишь создавал уютную атмосферу. Что ж… это место в действительности нельзя было назвать больницей или же клиникой. — Всего на этаже четыре квартиры. Занята лишь одна из них, но отдыхающий выпишется через два дня. Мистер Барнс, прошу пройти за мной, — произнесла Шейла, указывая на дверь с табличкой «G4». — Марлен, вы со мной, — улыбнулась Шури, двигаясь к двери с табличкой «G2». Следом за ней пошли несколько охранниц с копьями. Мы вошли внутрь. За время нахождения здесь мы с Барнсом впервые разлучились. Это даже показалось опасным. Если что-то произойдёт, то я не знаю, как мгновенно сообщить об этом компаньону по уик-энду. Решение пришло практически моментально. Здесь каждый сам за себя. При случае обнаружение опасности, я не обязана спасать и Джеймса. Внутри оказалось очень, я повторюсь, очень стильно. Этот центр нравился мне всё больше и больше, но всё равно пока что не вызывал доверия. За ближайшей дверью скрывалась ванная комната с мраморной отделкой и огромным зеркалом. В центре стояла ванна, в которой могли поместиться двое. В основной части помещения располагалась небольшая кухня с чёрным каркасом и деревянными вставками. На кухне была и барная стойка с двумя стульями, заменяющая обеденный стол. Перед панорамными окнами стоял такой же воздушный диван, как и в круглом холле, а на полу, под стеклянным столиком, лежала шкура зебры. Вдохновляюще. Когда я добралась до спальни, Шури уже восседала на высокой кровати, лениво рассматривая потолок. На нём быстро крутился вентилятор с тремя массивными лопастями. Возле неё лежала стопка из каких-то белых вещей. — Мы ведь можем общаться на «ты»? Излишняя официальность меня утомляет. К тому же, я тебе не врач и не коллега, ну или кто там ещё… Я нахмурилась, продолжая осматривать помещение. Здесь был выход на собственную террасу! Возникло внезапное желание запереться на ней и просидеть несколько дней, разглядывая освещённые солнцем деревья и высоченные небоскрёбы. К таким видам я всё-таки уже привыкла. Предложение Шури показалось весьма…странным. Мы были знакомы не больше часа и до сей поры я не подала признаков настроенного на дружбу человека. Скорее, безумного параноика, пытающегося найти во всём минусы. — Ладно, — отозвалась я, решая, что отказать принцессе в первый же день нахождения в её стране не очень-то правильно. — Отлично. Итак, Марлен, я вынуждена забрать твою одежду и украшения. Вместо неё предлагаю эту, — девушка указала на аккуратную стопку из белого тряпья, лежащего на другой половине кровати. — А одежда-то моя чем не угодила?! — возмутилась я, упирая руки в бока. Нет, забирать мои новенькие кожаные перчатки — верх кощунства. — Не твоя, — покачала головой Шури, забавляясь. — Такие правила. Для полного освобождения от собственных вещей, наверняка связанных с определёнными событиями или же воспоминаниями. Это может быть помехой в процессе реабилитации. А ещё, если быть честной, ваши с Джеймсом одежды вызовут лишнее внимание. Я искренне удивилась. Этот народ не может быть столь ранимым, чтобы их пугали облегающие тёплые вещи. — Как переоденешься, отведу тебя в кабинет Шейлы. Оставь свои вещи тут, их заберут, пока тебя не будет. О, и ещё! Почти что забыла! — вдруг воскликнула девушка, вскакивая с кровати. — После приёма вас встретят. Т‘Чалла пригласил вас на свою коронацию. Ты ведь понимаешь, что отказы не принимаются? — Он ещё не коронован? — Бинго! А когда всё успеть? Предупреждаю, зрелище для таких, как вы необычное, но крайне интересное, — заверила Шури. — Ладно, готовься. Подожду тебя за дверью. Принцесса покинула комнату. Шури была не такая уж и плохая. От неё буквально веяло жизнью и простотой, что в последнее время я редко встречала. Если бы она была чуть менее болтлива и лучезарна, а также не разговаривала со мной так, словно мы давние подруги, возможно, она бы понравилась мне сильнее. Я сжала челюсти. За столь короткий срок меня успели лишить всего, что у меня было. Оружие, одежда, украшения, псы… Теперь осталось чувство дискомфорта и некоторого замешательства, может, даже потерянности. Натянув на себя широкие льняные брюки, плотно завязала их на талии, обматывая завязки вокруг неё. Далее надела рубашку из того же материала и такого же цвета. Расклешённые рукава, треугольный вырез и непривычная мягкость. На ногах зашнуровала тканевые белые кеды. Вид у меня стал, мягко говоря, как у святой. Увидев своё чересчур светлое мешковатое отражение, поморщилась. Выдохнув, вышла из комнаты. — Уже совсем другой человек! — довольно воскликнула Шури. — Пойдём, мы ещё успеем прогуляться. Сначала Шейла поговорит с Джеймсом. Я не возражала. Я была даже рада. Эта врачиха нравилась мне меньше, чем принцесса. Казалось, что за расслабленной грамотной речью скрывается доктор-гений-злодей, который при первой же возможности решит покопаться в мозгах. И это я ещё молчу о том, что по моему плану поездка должна была заключаться в элементарном изучении обстановки и небольшом отдыхе в отдалённой местности. Шури же была ещё болтливее, но зато казалась менее опасной. Поэтому вариант «поскитаться с принцессой по тропинкам вокруг пруда, выслушивая её монотонные рассказы о Ваканде и брате», показался мне отличным. Спустя двадцать минут мы вошли в центр. Здесь даже не пахло медикаментозными средствами или же хлоркой! Просто чудеса, и почти точно — обман разума. Длинные широкие коридоры, светлая мебель, лёгкая прохлада и полная тишина. Не сказала бы, что крайне приятная. Мы добрались до двадцать третьего этажа, выходя в идентичный любому другому коридор с многочисленными дверьми. Шури указала мне на нужную, возле которой стоял ряд из трёх кресел. — Подожди здесь, а мне пора готовиться к коронации. Удачи, Марлен, всё обязано пройти чудесно, — попрощалась принцесса, снова заходя в лифт со всеми своими охранницами. Я, не имея выбора, молча поплелась к дивану, приземляясь на него и погружаясь в весьма нервозное ожидание. Прошло примерно пять минут, после чего дверь открылась. Я машинально покосилась на неё, сталкиваясь взглядом с мрачным Баки. И, о, Дьявол! Выглядел он просто отменно и непривычно. Это сбивало с толку. На нём был практически идентичный моему костюм. Такой же белый, лёгкий, свободный. Он резко контрастировал с выражением лица мужчины и его длинными тёмными волосами. Клянусь всем, что имею, хотя на данный момент не имею ничего, он был практически как Иисус. Порочный, до безумия порочный Иисус. Отличало его только то, что один рукав нелепо болтался, из-за отсутствия руки. К этому мне ещё предстоит привыкнуть. Но этот внешний вид настолько не вязался с внутренним миром Барнса, что я не удержалась, и залилась смехом, распространяющимся по всему этажу. — Очень смешно, — тускло ответил Джеймс. — Выглядишь не лучше. — Это почти что оскорбление. Тебе что, наговорили того, что ты не был готов услышать? На мой вопрос Барнс не ответил. Он молча прошёл мимо, садясь в кресло у противоположной стены. Радушно пожав плечами, я поднялась на ноги, отправляясь в кабинет, из которого только что вышел мужчина. Я надеялась хотя бы немного узнать о том, на что похож этот разговор и что меня ожидает, но Джеймс всё ещё был не лучшим собеседником. В любом случае, не попробую на своей шкуре — не узнаю. Плотно закрыв дверь, я повернулась лицом к кабинету. Здесь оказалось практически пусто и настолько светло, что неуютно. Чистый стол с плоским монитором, шкаф с редко стоящими папками и книгами, электронные бесшумные часы и два светло-зелёных кресла, стоящие друг напротив друга и разделённые круглым плетёным столиком. В одном из кресел сидела Шейла, а в руках у неё была кружка с каким-то горячим напитком. Она мягко улыбнулась, указывая на соседнее кресло. — Осваиваешься? — вопросила она. — Прошло всего ничего времени, — напомнила я, удивлённо вскидывая брови и садясь в кресло. Закинув ногу на ногу, сомкнула руки в замок. — Какая у вас специальность? И сколько вам лет? Вы вообще врач? — Наша медицина отличается от вашей, но, если говорить простым языком, то я психолог и психотерапевт. — Как вы выражаетесь, наша медицина предполагает длительное обучение. Вам бы пришлось учиться десятки лет. — Я училась семь с половиной. С нашими знаниями этого достаточно. Мне тридцать два. — Вот как, — выпалила я, переваривая эту странную, мало похожую на правду информацию. — Вы мне не доверяете, верно? — Разумеется, я же вас не знаю, — прыснула я, качая головой. — Вполне логично. Тогда начнём наше знакомство, — хлопнула в ладоши Шейла, отставляя кружку. — Начнём с совсем простого. Я назову три своих качества, благодаря которым у вас сформируется мой портрет. Звучало довольно нудно. Похоже на самый скучный и тоскливый сеанс у психолога, что мне приходилось наблюдать. Точнее, раньше приходилось только наблюдать. Теперь же этот сеанс проводился со мной, если, конечно, я правильно охарактеризовала происходящее. — Я расчётливая. Я любознательная. Я сообразительная, — произнесла Шейла, задумчиво подбирая слова. Они оказались слишком уж подходящими и очевидными для молодой женщины. — Теперь вы. Всё тоже самое. Я свела брови. А что на данном этапе можно обо мне сказать? Каждый день происходит что-то, что способно меня изменить, развернуть на сто восемьдесят градусов. А в голове порой до сих пор столь сумбурно, что я понятия не имею, что вынести. — Я непредсказуемая, — начала я, надеясь, что это звучит не слишком самодовольно, ведь другой характеристики мне в голову не пришло. — Я верная. Я… Слово вертелось на языке, и было очевидно, что оно идеально подходит к самой новой версии меня, но до сей поры мне не приходилось озвучивать его. Неужели осознание этого всегда вертелось в мыслях, не хотя выявляться? — Я жестокая, — сухо произнесла я, поджимая губы. — Жестокая? Почему вы так считаете? — Я не задавала вам вопросов. — Верно, но мне это и не нужно, я не нуждаюсь в терапии, — кивнула Шейла. — Так почему вы так считаете? — В последнее время мне приходилось делать не самые нормальные для общества вещи. — Для общества? То есть, не для вас? Я кивнула. — Почему это так? Я уставилась на вид из окна, наблюдая за летающими судами, птицами, плывущими облаками. Глядя туда, мне удавалось воспроизводить сцены недавних событий в голове. Я словно просматривала их на экране и мне бы стоило смутиться, почувствовать прилив тошноты, но нет, этого не происходило. — Потому что, прокручивая эти деяния в голове, я не ощущаю негодования или же смятения. Поэтому и считаю себя жестокой. — Поэтому вы здесь? — спросила Шейла, наклоняя голову вбок. — Потому что вам не нравится эта жестокость? — Мне на неё всё равно, это же просто часть меня. Я здесь потому, что повела себя как идиотка, решив приехать сюда отдохнуть и поддаваясь заговорам Джеймса и Стива Роджерса. — Разве ваше пребывание здесь — не отдых? — Когда вы компостируете мне мозги? Нет, ни капли, — отрезала я. — Но есть же что-то ещё. Наверняка вы знали, что Джеймс едет сюда, потому что нуждается в серьёзной помощи. Неужели не было мыслей, что мистер Роджерс послал вас сюда за этим же? — Очевидно, ему не нравится моё поведение, но это не значит, что я с ним солидарна, — фыркнула я. — Вы злитесь на него? — нахмурилась врач. — Не то чтобы. — Обижаетесь? Я задумалась. Стоит ли открываться в эту первую беседу, вызывающую у меня мигрень? Может, чем быстрее я выдам что-то сокровенное, тем раньше меня отпустят? — Да, я обижена. Но, скорее, не на него, или же на всех остальных, а на несправедливость всего произошедшего, — всё же выдала я, шумно вбирая воздух. — Речь идёт о последствиях противостояния? — Верно, — кивнула я. Шейла замолчала. Она потянулась к своей кружке с чаем, сделала большой тихий глоток и отставила её обратно. Она откинулась на спинку своего кресла, скрещивая руки на груди и погружаясь в раздумья. Я не планировала её отвлекать и вырывать из мыслей. Может, она сумеет сказать обо мне что-нибудь шокирующее. — Тебе нужно простить их, — выдала она после недолгого молчания. Одна фраза заставила меня разозлиться и разочароваться в Шейле, как в специалисте. — Им не нужно моё прощение. — Тебе нужно, — повторила она настойчивее, пока до меня не стал медленно доходить смысл её слов. — Это может помочь тебе стать менее жестокой. Конечно, если это качество когда-нибудь начнёт тебе мешать. Что-то в этом было. Можно сказать, что-то впечатляющее и вгоняющее в ступор. Но стоило мне начать мыслительный процесс, как Шейла прервала его. — Для первого дня этого достаточно. Приходи завтра после завтрака, я выдам тебе расписание дня. Мило поболтали, — улыбнулась она. — Да. Мило, — сухо ответила я, быстро поднимаясь с кресла и шагая на выход из кабинета. Оказавшись за пределами этого помещения, я будто бы очнулась после дурного влияния. Мне буквально впарили лечение, в котором я не нуждалась! Заболтали, заставляя анализировать саму себя и сомневаться в своих действиях и качествах! Я ненавижу, когда мою категоричность и уверенность расшатывают, а здесь определённо была попытка сделать это. Я взглянула на Барнса. Он поднялся из кресла, глядя куда-то дальше меня. Взглянув туда же, я увидела двух женщин с копьями. Измученно простонав, закатила глаза. Этот треклятый день в Ваканде только начинается, а я уже чувствую себя измученной злобой и выжатой, словно лимон. А ведь впереди ещё коронация принца Т’Чаллы! Каким бы он на самом деле не был, мне предстоит приложить всевозможные усилия, чтобы не плюнуть ему под ноги.