Трещит хрусталь

Впереди послышался уже знакомый стук каблучков, растворяющийся в коридорном эхе, а затем скрип открывающейся калитки. София подняла измученный взгляд и вновь увидела образ прекрасной девы. На этот раз она надела темное платье с ажурными элементами, заколола назад передние пряди розовых, шелковистых волос, красиво спадающих на спину и плечи. Стройная, прямая фигура, ухоженный, опрятный вид и идеальный светлый, здоровый тон красивого, нет, сказочного лица — прекрасная Астель выглядела безупречно. Даже слишком безупречно, чтобы приходить к грязной, уставшей Софии, спускаться в это отвратительное пугающее место. И на этом ее сказочном, бледном, словно фарфоровом лице появилась лукавая улыбка. Темный образ отлично подходил настроению юной госпожи. — Добрый вечер, София, — поприветствовала она ее. Брюнетка не стала отвечать на саркастическое приветствие и лишь нахмурилась. Человек, притворяющийся девушкой, не стал заставлять заключенную ответить, казалось, его подобная реакция только позабавила. — Ну что, готова рассказать мне? Он начал мягко, почти ласково. Но София чувствовала — это пока его терпение не подойдет к концу. — Я… Я не могу… Ей было страшно озвучивать этот ответ. Она долго размышляла. В особенности о том, что будет, если она расскажет все о себе и о том, что знает: о сюжете новеллы, которую читала в своем мире, и что ждет Астера в будущем. Девушка, непонятным образом очутившаяся в другом мире, попросту не знала почему ей нужно было молчать, но странное, мутное чувство тревоги, зародившееся в ее груди, все разрасталось и не покидало ее ни на минуту с окончания прошлой встречи. Она не могла ответить точно, зачем и почему, но начинала уверяться в том, что познания свои ей стоило оставить в секрете. Что-то ей подсказывало — не говорить, не влиять, не совершать ошибок. София успела поразмышлять о последствиях сказанного, задалась вопросом: как это отразится на его будущем? Она бы рассказала все без колебаний, лишь бы выбраться из этого отвратительного места, рассказала бы быстро и без промедлений, если бы это чувство не жгло ей душу, не душило ее всякий раз, когда она решалась заговорить. Она не могла вот так просто выпалить все, что поняла за эти дни. Ей едва ли стало до конца понятно, где именно она оказалась, а теперь ее просят буквально уничтожить то, что она хотя бы немного понимала — цепочку событий, которая должна произойти в истории. И прежде всего ей не хотелось ломать ту историю, которая связана с ним — с загадочным и пугающим человеком перед ней.       «Черт, как глупо с моей стороны. Я знаю, что надо, но все равно переживаю о его будущем и о том, как мои слова отразятся на нем…» Эмоция на миловидном личике леди Астель сменилась. Глаза цвета сирени стали глядеть холоднее, улыбка спала. Юноша продолжал стоять напротив, но теперь он глядел сверху вниз с нескрываемым презрением. Без улыбки он казался намного опаснее, чем до этого. Сдержанный гнев Астера заставил чужеземку встревожиться. Она нервно сглотнула слюну, пытаясь не дышать слишком сбито, не вздымать грудь высоко, чтобы парень не заметил ее страха. — Я давал тебе день. Жесткие металлические нотки в голосе вызывали холодок по коже. Бывшая гимназистка уже начала жалеть о сказанных ранее словах. Она совсем забыла, что Астер был терпелив только в присутствии главной героини. Он ведь действительно мог избавиться от своей заложницы, которая является возможной шпионкой императрицы. — Я не могу сказать тебе это, потому что боюсь, что испорчу твое будущее, — призналась тихо девушка, убирая прядь темных волос за ухо. — Я боюсь, что могу испортить твой «счастливый финал». — Я жду твоих объяснений. Если же ты их не озвучишь прямо сейчас… Юноша в девичьем обличии изящно повернулся на каблучках своих туфель, вышел из камеры и спустя минуту прикатил машину для пыток. На нее было больно даже смотреть. Девушка впервые в жизни поняла выражение «кровь в жилах застывает», ибо в тот момент почувствовала именно это. В голове появились картинки, где Астель с жестокой хладнокровностью применяет самое страшное из орудий на ней. — Астер! — вскрикнула она, не в силах сдержать ужаса, а затем начала активно махать головой в разные стороны, спешно отодвигаясь в дальний угол комнаты. — Н…Нет! Не шути так, пожалуйста. Парень как назло ничего не ответил. Его глаза хитро сузились, когда улыбка сомкнутых алых губ поднялась наверх. — Я скажу! — заверила его она. Страх проиграл перед убеждениями. — Вот как? Как легко мы с тобой договорились, — юная Астель похлопала в ладоши. София сглотнула накопившийся ком в горле, пытаясь немного успокоиться и унять бешеное сердцебиение. Чертово сердце выдавало ее страх. — На самом деле я… Из другого мира. Это признание далось Соне сложно. Почему-то было сложно пересилить себя и сказать последние три слова. Казалось, она несла полную нелепицу. Но ведь эта нелепица была чистой правдой. Хотя поверить в нее было сложно даже ей самой. Переборов внутренние противоречия, смешавшиеся с неловкостью, девушка начала всматриваться в красивое лицо ее собеседника. Совсем ноль реакции. Такое чувство, будто он и вовсе ничего не услышал! Брюнетка начала переживать и попыталась объяснить лучше: — Я не могу передать словами все, что происходит в моих мыслях так, чтобы это было понятно и звучало разумно. Я… Я правда не знаю, каким образом я попала сюда. — Откуда ты знаешь меня? Астер, наконец, отошел от машины для пыток и вошел внутрь камеры. Руками он держал калитку слегка приоткрытой, точно готов был выйти и закрыть ее, если ему не понравится ответ. — В моем мире есть… Она вспомнила то, как интерпретировала все главная героиня, Кайла. — Сказка. В ней есть ты, Ритаус, Кайла… — Кайла? — перебив девушку, переспросил парень. Он отпустил калитку и внезапно подсел рядом, невероятно удивив девушку. Та несколько секунд удивленно таращилась на юношу, который оказался так близко к ней. Когда он стоял около машины пыток, то пугал ее, но, когда оказался рядом, вызывал лишь чувство восторга, ибо его красота выходила за любые рамки приличия. — Да… София почувствовала, как на сердце стало тяжко. Розоволосый приблизился ближе, точно пытаясь задавить напором своей красоты. — Кайла и я там есть? — Да. Вы там главные герои… — Неужели? — Я не лгу. Девушка была уверена, что Астер ей поверит, ведь она знала, что духи обязательно прочтут ее мысли и передадут ему то, что она говорит правду. Пока юноша наполнялся интересом и радостью, чужеземка продолжала дивиться тому, насколько идеальной была его кожа — не было видно даже пор, будто его откорректировали в редакторе, а затем воплотили в жизнь. — Хм, хорошо. Скажи, будем ли мы с Кайлой вместе? — Ты уверен, что хочешь узнать? Тебя вообще не смущает то, что я тебе говорю? — Нет. Почему меня должно это смущать? — с искренним непониманием поинтересовался потомок короля духов. Не понимал? София хотела было объяснить, почему это все странно и нелепо, однако по выражению лица и этому жадному до новой информации взгляду стало ясно — он не поймет, даже если она объяснит, почему все это — неправильно и странно. Он был увлечен иным, поэтому его не сильно волновало то, как на ситуацию смотрит его заложница, что она испытывает в этот момент, в каком психологическом состоянии находится. Ему нет до нее дела. Его действительно ничего не удивляет. Потому что его интересует только та информация, что связана с определенным именем, — Кайлой Веста. — Не важно… — опустив взгляд, пробубнила себе под нос София. Почему-то настроение ее ухудшилось. На душе стало как-то мерзко и уныло. — Ты не ответила на мой вопрос. Мы с Кайлой будем вместе? — В истории, которую я читала, вы поженились и жили долго и счастливо… — Замечательно! Я так и знал, что мы предназначены друг для друга. Он подпрыгнул и закрутился, вновь хлопая своими ладошками. Его поведение было непосредственным, словно у малого дитя на детском утреннике. Соне не очень хотелось отвлекать его от ликования, однако было то, что ее продолжало интересовать. — Так ты отпустишь меня? — спросила она, решив воспользоваться моментом приподнятого настроения юноши. — Нет, с чего бы?