The Crown

«Кто бы ты ни был, куда бы ни шел,

кто-нибудь в этом городе хочет убить тебя»

***

            Джисон еще был в сознании, когда Феликс привел его в свое поселение. Эту долину нельзя было отыскать ни на одной существующей карте. Портал в нее был скрыт от посторонних глаз, и открыть его мог только истинный эльф. Как только Феликс перешагнул границу вместе с Джисоном, который всем телом опирался на плечо эльфа, к нему тут же подбежали его собратья. Все такие же стройные с длинными волосами, забранными в невысокие хвосты. В их прически были вплетены тоненькие косички. Кто-то из молодых людей был выше Феликса, кто-то с чуть более крепким телосложением, но только Феликс на первый взгляд не обладал мускулами. Однако силы ему было не занимать: он ведь в одиночку дотащил еле перебирающего ногами перевёртыша через весь лес. — Что случилось? — тревожно спросил парень. — На него напали Чистильщики, — Феликс изрядно утомился, пока всю дорогу держал почти весь вес Джисона на себе. — Помоги, пожалуйста, — попросил он, и его друг подхватил Хана с другой стороны. Они затащили его в один из домиков и уложили там на мягкий настил. Джисон окончательно отрубился, оказавшись в горизонтальном положении. — Он весь горит. Лихорадка? — волновался эльф, скорее, не за их гостя, а за жителей долины. — Нет. Он перевёртыш, — Феликс опустился на колени и развязал шнуровку кожаной безрукавки, желая осмотреть рану. — Можешь намочить полотенце в прохладной воде, пожалуйста. Может, у него жар из-за ранения еще сильнее поднимается. Тут сложно понять, — на лице Феликса прослеживалось беспокойство. Он хотел помочь Джисону, как и тот когда-то помог ему. Феликсу удалось развязать веревки, он приподнял безрукавку, оголяя торс парня. На коже ни царапины. Ли провел пальцем по тому месту, где, казалось, должна была быть едва затянувшаяся рана, но кожа выглядела гладкой. Джисон, будучи молодым перевёртышем, имел гораздо больше энергии, благодаря которой на нем даже самый глубокий порез зажил за считанные минуты. Жар разгорающейся магии внутри его сердца заставлял его жить, но и в то же время помутил сознание настолько, что он его потерял. Немало на это еще повлиял разрыв связи с Минхо. Все это время Минхо был рядом, его поддержка помогала Джисону не бояться и быть сильнее. И теперь они были разделены, а момент первого обращения был близок. Хану было страшно. Его разум играл с ним злую шутку, показывая кошмарные видения. Пока Феликс протирал парню лоб влажной тканью, тревожно смотря на его подрагивающие во сне ресницы, Джисон видел ужасные картины в своем подсознании. Он изредка дергался, на что Феликс тоже вздрагивал. Эльф все же боялся, что обращение произойдет именно сейчас. Он переживал не за свою жизнь или жизнь собратьев, а за Джисона, потому что ему придется остановить перевёртыша, пустить несколько стрел, дабы не пролилась родная кровь. И Феликс знал, что он не промахнется и попадет прямо в цель. Ему бы не хотелось навредить Джисону даже тогда, когда в теле парня будет бушевать зверь, разрушая на своем пути все человеческое. Джисон беспокойно ворочался и дрожал, и Феликс решил взять его за руку, чтобы хоть немного утихомирить его. Он не хотел покидать домик и оставлять Джисона одного.             Джисон, находясь в теле волка, несся сквозь лесную чащу. Сердце билось с кошмарной скоростью. Он будто убегал от чего-то. Мчался прочь. Ветки низких кустарников бились о морду, но это пустяки по сравнению с капающей из его пасти кровью. Он убил. Взял власть над чьей-то жизнью. Лишь маленькая доля человечности, что еще томилась в душе, осознавала содеянное. Страх. По венам тек страх. Но это чувство с каждой минутой сжигалось благодаря звериной сущности. Зверь чует страх только тогда, когда ему грозит опасность, а сейчас Джисону ничего не угрожало, лишь он представлял опасность для остальных. Жажда. Его начал мучить голод. Животный голод. Но он не остановился, бежал как можно дальше. Звериная сущность захватила все больше места, не оставляя ничего человечного. — Хани… — раздалось в голове. Джисон озирался по сторонам, но видел лишь темную чащу. — В тебе много человечности… Джисон не понимал, откуда доносился этот столь знакомый голос. В одно мгновение лес сменился темнотой. Бесконечная черная тьма простиралась неведомо куда. Джисон уже не понимал, он все еще в теле волка или нет. Казалось, что он лишь сгусток энергии, тянущийся к мелодичному голосу, который заботливо к нему взывал. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось… Джисон двигался на голос. — Судьба обязательно сведет нас снова вместе… Чем ближе Джисон подходил к источнику, тем отчетливее начинал видеть фигуру, стоящую в круге света, падающего из ниоткуда. — Я буду рядом. Обещаю… Душа, что следовала за голосом, дрожала, и как только она метнулась в объятия того, кому принадлежал сей голос, образ превратился в дымку.             — Минхо, — с криком поднялся Джисон. Грудь дрожала, дыхание было неровным. Он огляделся по сторонам. Было темно, но лежащего рядом эльфа он заметил. Феликс спал на настиле, держа Джисона за руку. Он узнал в нем знакомые черты и начал потихоньку вспоминать, что произошло. — О, нет! Минхо! — волнительно проговорил Джисон, чуть приподнимаясь, но тело было тяжелым, и отчего-то кружилась голова. Посмотрев в окно, он понял, что сейчас середина ночи, поэтому решил лечь обратно. Утро вечера мудренее, как бы сказал Сынмин.

***

«Говорят, есть такая связь на свете, что не важно,

сколько раз ты ее разрываешь. Вы все равно встретитесь»

            Хёнджин пока свои покои не покидал, но зато он стал есть, и Чонин за этим пристально следил, составляя ему компанию. Мешки под глазами юного мага сошли, цвет лица приобрел привычный здоровый цвет, так что кожа вновь засияла. В глазах то и дело танцевали пурпурные искорки. Но настрой Хёнджина оставлял желать лучшего. Улыбка стерлась с его лица. Как Чонин только ни пытался его рассмешить, какие забавные истории ни рассказывал, Хван будто его не слушал — находился в своих мыслях. — Я хочу помыться, — впервые за пару дней заговорил Хван. — Давно пора, — усмехнулся Чонин, вороша засаленные волосы парня. Раньше бы Хёнджин агрессивно отмахнул руку любого, кто посмел притронуться к его прическе, но сейчас на его голове была запутанная копна волос, которая требовала ухода. И с Чонином у них были близкие дружеские отношения. В какой-то мере Хёнджин считал, что должен быть примером для младшего, поэтому хотел как можно скорее вернуться в строй. — Я попрошу набрать тебе ванну, — Чонин резво спрыгнул с кровати и выбежал из комнаты. Единственный, кто заходил к Хёнджину, так это Чонин, иногда Чанбин, но последний, не получив никакой реакции, быстро удалялся из покоев. А вот Ян оставался, сидел с Хваном в тишине и просто был рядом, потому что считал, что Хёнджину именно это и нужно — не оставаться в одиночестве. Когда прислуга помогла Хёнджину принять ванну, то парень стал более-менее похож на себя. Его светлые локоны вновь блестели, когда на них падал свет. Чистая одежда пахла розами. В теле Хёнджина все еще присутствовала некая слабость, но ему было во много раз лучше, чем пару дней назад. И все это благодаря Сынмину. — Жаль, что ты не вспомнишь об этом… Хёнджин прокручивал это в своей голове уже в сотый раз. Он помнил. Вновь сидя на постели, Хван прижал к себе колени, обнимая их, и смотрел куда-то расфокусированным взглядом. Слеза скатилась по щеке, когда он почувствовал на своих губах фантомное прикосновение. Такой желанный поцелуй. — Джинни, я люблю тебя… Сердце сжалось. Хёнджин не понимал, за что его любили, когда он принес столько боли. Он был эгоистом. Он не смог отречься от черной магии ради любви. «Спустя столько лет?» — думал про себя Хёнджин. «Всегда.» — услышал он в ответ. Хёнджин широко распахнул глаза, вздрогнув на кровати. Дверь спальни немного отворилась. — Можно войти? — Сынмин не заглядывал, лишь ждал ответа, склонив голову. — Войди, — ответил Хван и сел на край постели. Его взор устремился на мага, который не посещал его уже несколько дней, кроме как в сновидении. Сынмин осторожно зашел, прикрыл дверь и встал напротив парня. Он смотрел на Хёнджина понурым взглядом, но не из жалости: он уже не переживал за его состояние. Ему, скорее, обидно. Обидно, что оттолкнул его, что разорвал связь, которая, оказывается, все равно нашла способ воссоединения. Но прокручивать прошлое и больно, и бесполезно. Они не смогут вернуться в тот день, Сынмин не сможет сказать ему обратного. — Ты помог мне. Спасибо, — слабым голосом начал Хёнджин, смотря прямо на Сынмина. Хоть он не особо понимал, за что его все это время могли любить, факт оставался фактом — Сынмин до сих пор любил. И Хван любил в ответ. — Тебе лучше? — спросил Ким, делая робкий шаг ближе к постели. — Да. Я все помню, — голос Хвана набирал силу с каждым сказанным словом. — Я понял, — Сынмин попытался скрыть улыбку, склонив голову, но Хёнджин ее уже увидел. Он увидел и сам улыбнулся. Ким подошел к постели и сел рядом. — Ты ведь это сделал, потому что хотел, а не создавал лишь иллюзию, чтобы мне стало легче? — спросил Хёнджин и словил на себе удивленный взгляд. — Я бы никогда не играл с твоими чувствами, — Сынмин опешил, потому что Хёнджин допустил мысль, что он притворялся. — Просто хотел убедиться. Совершенно неосознанно рука Хёнджина накрыла ладонь Сынмина, что покоилась на покрывале. На лице Кима проглядывалась легкая растерянность. — Минни, — мягко обратился он. Хёнджин коснулся ладонью его щеки, огладил, после чего притянул к себе. Этот поцелуй был настоящий, не фантомный. Он наполнял каждую клеточку тела разрядом, когда магии двух Первородных касались друг друга. В глазах под прикрытыми веками бушевали огни. Хёнджин вложил в этот поцелуй всю любовь, которая бережно хранилась в его сердце. Сынмин поддался, он таял в этом моменте. Хватаясь за чужую тонкую рубашку, он пытался удержать себя, дабы не завалиться на постель. — Я люблю тебя, — прошептал Хёнджин на ухо, отчего у Сынмина из глаз хлынули слезы. Маг упал в объятия Хвана, крепко прижимая его тело к своему. — Прости меня, — выдал Ким, хныча парню в плечо. — За что ты извиняешься? — немного усмехнувшись, спросил Хёнджин, гладя Сынмина по спине. — За то, что отверг, — едва произнес он, вбирая слезы. — У тебя не было выбора. Это ты меня прости, что я отказался от нашей любви. — Выбор есть всегда. Мне кажется, я сделал неверный, — Хёнджин отстранил Сынмина от себя, держа за плечи, и заглянул в его заплаканные глаза. — Послушай, ворошить прошлое это пустая трата времени. Давай жить здесь и сейчас. Я сейчас рядом с тобой. Ты рядом со мной. Давай наслаждаться этим моментом. Возможно, мы потеряли время, но давай создадим новые воспоминания, — Хёнджин улыбнулся, когда увидел на лице Сынмина мягкую улыбку. Ким кивнул, соглашаясь. Он принял от Хёнджина ласку, с которой тот его вновь целовал, на этот раз заходя дальше, углубляя поцелуй. Так сладко двоим не было очень давно. Сердца обоих забились сильнее, получив долгожданную любовь. — А-а-а! — вскрикнул Сынмин, отстраняясь и хватаясь за грудь. — Что? Что случилось? — Хёнджин испуганно бегал взглядом по возлюбленному, пытаясь понять, в чем дело. — Минхо... — едва проговорил он, ложась на постель и тяжело дыша. Его взгляд тут же разгорелся синим свечением. — Что с ним? Тебе из-за него больно? — в ответ Сынмин лишь кивнул. — Кажется, на них напали… Чистильщики… Минхо… — Сынмин с трудом мог говорить, когда сердце так больно сжималось каждый раз, потому что где-то там далеко Минхо наносили вред. — Что мне сделать, чтобы тебе стало легче? — Хёнджин держал его ладонь в своей руке. — Они забрали Минхо… — Сынмин стал дышать чуть ровнее, но все еще растирал грудную клетку. Он за столько лет уже свыкся с этим режущим ощущением, но боль наступала так внезапно — к ней невозможно подготовиться. — А Джисон? — тревожился Хван. — Его тоже забрали, но кто-то другой, — Сынмин удивился, что вообще ощутил Джисона, потому что раньше имел связь только с Первородными, но, видимо, его способности начали усиливаться, распространяясь и на других существ. Да и связь с Джисоном успела окрепнуть за время проведенное вместе. — Надо сказать остальным, — Хёнджин был готов вскочить с кровати и позвать ребят, но Сынмин притянул его обратно. — Скажем, но мы не можем вызволить Минхо, не подготовив план действий, — он утянул Хвана на постель, так что тот упал рядом. — Утро вечера мудренее. — А что, если Минхо за время нашего бездействия убьют? — Хёнджин смотрел встревоженно, но смог найти во взгляде Сынмина успокоение. — Не убьют. Ёнхун хоть и желает всем нам смерти, но Минхо все-таки король. — Это не помешало ему убить его отца, — возразил Хёнджин. — Смерть была подстроена. Поэтому если он и убьет Минхо, то только так, чтобы это выглядело как несчастный случай. Ёнхуну нужна информация, он будет вытягивать ее из Минхо, пока не получит. Так что в худшем случае его будут пытать, — боль в груди утихомирилась, и теперь Сынмин дышал ровно. — Это тоже звучит не очень хорошо, — Хёнджин дотронулся до плавно вздымающейся груди парня. — Думаю, ребята уже спят. Мы все обсудим завтра с первыми лучами солнца, — Ким приподнялся на локтях, хотел встать и покинуть спальню. — Ты можешь остаться, — остановил его Хван. Сынмин посмотрел в его глубокий взгляд и лег обратно. Хёнджин придвинулся ближе, приобнял Сынмина и уткнулся носом ему в плечо.

***

            — Очнись! — на Минхо выплеснули ведро с ледяной водой. Он помотал головой, очухавшись. Голова раскалывалась, а в спину стреляла режущая боль. Руки были туго связаны веревкой, и как Минхо ни пытался их освободить, все бессмысленно. Поясница была обмотана бинтом: все-таки они не дали ему истечь кровью, хотели подольше оставить в живых. Он ничего не видел — на глазах повязка. Минхо лишь слышал чужие шаги. — Пришел в себя, наконец, — хриплый голос стал все ближе. Головорез схватил Минхо за шиворот и приподнял, усаживая на колени. — Что вам от меня нужно, кроме моей смерти? — рыкнул Минхо. — Где прячутся твои сообщники? — Ли почувствовал холодное прикосновение ножа к коже шеи, и его дыхание замерло. — Будешь молчать? — лезвие вдавилось глубже, оставляя маленький порез. — Ничего. Они сами придут за тобой, — головорез схватил Минхо за волосы и сильно откинул к стене. Ли ударился головой, но сознание не потерял. Его лишь начинало слегка подташнивать, будто он сейчас на морском корабле. Шаги удалились — и Минхо услышал, как захлопнулась металлическая дверь. Сил в теле совсем нет, но Ли не намеревался засыпать. Он терся головой о кирпичную стену в попытке стянуть с глаз повязку. И ему удалось. Взгляду открылась мрачная темница, в которой единственный источник света находился возле той самой металлической двери, ведущей наверх из подвала. Минхо с трудом поднялся на ноги, пошатываясь из стороны в сторону. В пояснице стояла жгучая боль: рана может вновь начать кровоточить в любой момент. Медленными шагами он подошел к решетке. Заперто. Минхо упал на мокрый пол, где вода смешалась с кровью. Сложно было понять, утро сейчас или все еще ночь, но, казалось, Минхо довольно долго провел без сознания. Он отполз обратно к стене, где его оставил головорез, подмял под себя повязку, чтобы тот, когда придет снова, ее не сразу заметил. И в следующий раз Минхо точно применит свои силы. Они думали, что какая-то повязка спасет их? Находчивость юного короля еще никто не отменял. Ли забился в самый дальний угол, где его совершенно не было видно, чтобы в другой раз подпустить головореза ближе. «Минхо, ты жив?» — услышал он голос Сынмина. «Да. Я в какой-то темнице.» — ответил он сразу. «Слава богу! Предполагаю, что ты в крепости Оханг. Мы скоро придем за тобой.» — уверенно осведомил Сынмин. «Это опасно. Они вас и ждут. Им нужны все мы. Я лишь наживка.» «Мы давно готовились к этому столкновению.» «Что с Джисоном?» — волнительно спросил Минхо. Сердце щемило от воспоминания, как на них напали, как он не смог защитить Хана. «Я не знаю. Я не чувствую его, будто его нет на нашем полуострове. Но не переживай, мы попробуем его найти.» — уверил Сынмин. «Я должен был быть рядом в его первое обращение. Ему страшно...» — Минхо проронил несколько слез, которые упали на колени. «Мы об этом позаботимся. Он сильный парень. Я уверен, он найдется.» — обнадеживал Ким. Минхо ничего не ответил. «Не сдавайся. Держись до конца. Мы придем за тобой, чего бы нам это ни стоило.» «Будьте осторожны.» «Ты тоже.» На этом связь оборвалась. Минхо еще недолго плакал, думая о Джисоне. — Как ты там, Хани?

***

            Первые лучи солнца ворвались в дом, озаряя все вокруг. Джисон зажмурился, прикрыв глаза рукой. Феликса рядом не было. Хан приподнялся и смачно зевнул. Казалось, что усталости в его теле уже нет. Он чувствовал себя гораздо лучше. Приоткрыв дверь, ведущую наружу, он огляделся по сторонам. Эта местность ему совершенно незнакома. Он заметил нескольких необычно выглядящих парней, а потом вспомнил, что Феликс — эльф. Видимо, он привел меня к себе в деревню. — Ты проснулся, — Джисон повернул голову на звук. К нему подбежал Феликс, неся в руках несколько свертков. — Думаю, ты проголодался. Тут хлеб, немного мяса и вода. Поешь, — он протянул Джисону свертки. Феликс искрился, его губы были растянуты в улыбке, взгляд время от времени горел зеленым пламенем. — Спасибо большое, — Джисон принял еду, слегка растерянно озираясь по сторонам. — Где я? — Ах, ты в долине эльфов, — улыбнулся Феликс, упираясь руками в бока. Парень выпрямил спину и с гордостью смотрел на поселение. Казалось, в этом юноше не было ни капли тревоги. Он бодр, от него исходила очень сильная теплая аура. — Долина эльфов? — повторил Джисон, будто не расслышал. — Ага. Пойдем. Феликс чуть подтолкнул парня в спину. Джисон начал идти, изучая взглядом окружение деревни и их жильцов. Только вот он старался долго не пялиться на их необычную утонченную внешность. Вместо этого он смотрел на Феликса, осматривал его заостренные уши и белоснежную усыпанную золотыми веснушками кожу. От эльфа приятно пахло природой — запах утренней росы и хвои. — Мы сюда вошли через портал. Это совершенно иное измерение. Порталы мы старательно оберегаем, чтобы Чистильщики не смогли их найти. Несмотря на то, что только эльф может его открыть, если охотники узнают о местонахождении портала, то они без труда поймают и эльфа. Взгляду Джисона открылась бескрайняя равнина, которая простиралась далеко за горизонт. Деревянные домики, оживленные улочки, торговые лавки — все это походило на настоящий город. Буквально рядом с жилым поселением виднелось поле, где взращивались различные культуры. На небе ни облачка, солнце светило, казалось, ярче, чем в том измерении, откуда пришел Джисон. В астрономии Хан несилен, но он все-таки задался вопросом: «а что, есть два Солнца?». В этом измерении, возможно, и вторая Луна есть, не считая остальные космические тела. Но время текло здесь, казалось, точно так же, как и на родном полуострове. Феликс вел Джисона к одному дому, который выделялся среди остальных своими размерами. — Это дом нашего предводителя. Я подумал, что на вызволение Минхо потребуется подмога. Джисон откусил от хлеба горбушку и постарался скорее прожевать ее, запив водой, чтобы ответить. — Я уже благодарен тебе, что ты не оставил меня на той дороге. Тебе не стоит подвергать себя и своих приятелей большей опасности. — Чистильщики нам тоже проблем доставили. Ты же помнишь, как я сидел в темнице? Так что это и наша битва тоже, — Феликс похлопал Джисона по плечу и зашел в дом. Джисон поспешил за эльфом. В этом месте он ощутил некое спокойствие. Здесь воздух более чистый, атмосфера благоприятная. На душе как-то светло, несмотря на все перипетии судьбы. Хочется тут остаться, — подумал Джисон, а потом выкинул эту мысль прочь. Пока Джисон стоял в сторонке, Феликс разговаривал с предводителем — мужчина высокий с длинными блондинистыми волосами. На вид ему около сорока, хотя на лице ни одной морщинки. Фигура статная, не то что у нынешних лордов полуострова, которые только и умели, что животы свои яствами набивать. — Развяжется война. Мы можем раскрыть свое существование, — повысил тон мужчина. Голос его сильный, глубокий, но в нем нет ни намека на грубость. — Я не прошу выделить мне армию, лишь разрешить взять с собой нескольких своих приятелей, которые согласны помочь его королю, — Феликс повернул голову на Джисона, который в это время увлеченно рассматривал убранство дома. Хан заметил, как на него обратился взгляд предводителя эльфов, и он вмиг вытянулся, делая глубокий вдох. — Он ведь меня спас тогда. Я у него в долгу, — Феликс улыбнулся, поджав губы. Мужчина изучил Джисона взглядом. — Хорошо. Можешь взять с собой троих. Чистильщики и нам жизнь усложняют, — мужчина подошел к своему креслу и сел. — Будь осторожен, Феликс. Удачи, — Феликс поклонился, и мужчина склонил голову в ответ. Джисон поразился, какое здесь стояло уважение. Чтобы лорд склонил голову перед своим народом? Да никогда! Напыщенные петухи. Феликс вывел Джисона из дома. — Отлично. Я тогда сообщу своим приятелям, и мы пойдем на вызволение твоего короля, — Феликс вел себя чересчур радостно для вылазки, которая не сулила ничего хорошего, ведь головорезы Ёнхуна будут убивать без разбора, а эльфов тем более. Видимо, аура этого измерения и правда заставляла ощущать в сердце только тепло и бесстрашие.

***

            С самого раннего утра Сынмин собрал всех ребят в обеденном зале, чтобы обсудить план их действий. Чонин тревожился, ведь ни разу не вступал в настоящую битву: он всегда выполнял отвлекающую роль. Хёнджин был полон энергии, а после их долгожданного воссоединения с Сынмином юный лорд пребывал в приподнятом настроении. Он был готов направить свои силы на спасение Минхо. — Минхо жив, — выдохнул Сынмин, когда вернулся к ребятам. — Но Джисона я не чувствую. Его нет нигде на полуострове. Чанбин озадаченно и внимательно слушал, нахмурив брови и сложив руки на груди. — Что же мы будем делать? — взволнованно спросил Чонин. — Там наверняка много Чистильщиков. Все будут готовы, — добавил Чанбин. — Как нам захватить целую крепость? — он потер переносицу. — Может, стоит привлечь армию? Все-таки король в плену, — предложил Чонин. — Развяжется политическая война. А наша битва имеет личный характер, — помотал головой Сынмин. — Нам нужен эффект неожиданности, — высказался Хёнджин. — Они нас и так ожидают, как мы можем подкрасться незамеченными? — спросил Чонин. На его лице читалась тревога. Не то чтобы он сомневался в том, что они смогут спасти Минхо. Он, скорее, сомневался в своих способностях, которые в бою были совершенно бесполезны. Но, тем не менее, он не отступится, не спрячется за спинами старших. Он сделает все возможное, чтобы помочь, и выполнит ту роль, которую присвоит ему Сынмин. — Нам однозначно нужно вооружиться. Минсок великодушно помог отыскать карту города Оханг и даже схему самой крепости, — Сынмин развернул на столе два пергамента, поставив на их края металлические бокалы. Все склонились над картами. — Мы вполне можем зайти с заднего двора. Рядом много переулков. Думаю, там будет меньше стражи, чем на главной улице, — сказал Чанбин, выводя пальцем по карте маршрут. Чонин пытался запомнить схему, пристально изучая карту. — Хёнджин, на тебе стража, — диктовал Сынмин. Хван кивнул. — Чонин, — парень тут же встрепенулся, услышав свое имя, — держись рядом с Хёнджином. Вы оба прыткие, поэтому, думаю, вы сможете незаметно прокрасться внутрь, — младший кивнул, с тревогой смотря на Хёнджина. — Все будет хорошо, — Хёнджин поджал в улыбке губы и потрепал младшего по голове. — Чанбин и я будем следовать за вами. Чанбин, ты следишь, чтобы на нас не напали сзади. Будьте осторожны, — закончил Сынмин. Все понимающе кивнули. — Пойдемте тогда в оружейную, — Чанбин поднялся из-за стола, и остальные ребята последовали примеру.             Пока мужчина в оружейной оснащал парней снаряжением, Сынмин не прекращал попытки связаться с Джисоном. «Где же ты, Джисон?» Маг ходил кругами, на него нахлынуло волнение. Он один раз почувствовал Джисона, так почему не удавалось снова? «Джисон, ответь.» «Куда же ты пропал?» И буквально через пару секунд Сынмин резко остановился, услышав знакомый голос. «Я в порядке.» — ответил Джисон. «Джисон! Ты живой. Где ты был?» — облегченно выдохнул маг. «Меня подобрал эльф. Оказывается, они живут в другом измерении.» «Тебе не угрожает опасность?» — волновался Сынмин. «Нет. Что с Минхо?» — сердце Джисона дрожало. «Он в заточении в Оханг. Мы сейчас туда собираемся.» «Я тоже. Со мной группа эльфов, они нам помогут.» — уверенно заявил Джисон. «У тебя вот-вот произойдет твое первое обращение. Не лучше ли тебе остаться в безопасном месте?» «Я не могу сидеть сложа руки, пока Минхо пытают! Я должен его спасти.» — Джисон буквально кричал, гневаясь на лорда. Он испытывал на данный момент гораздо больше агрессии, чем когда-либо. Он был готов ворваться в бой, пролить кровь каждого Чистильщика, который встретится ему на пути. «Я это прекрасно понимаю. Тогда встретимся там.» «Хорошо. Мы уже выдвигаемся.» Связь прервалась. Парни уже были готовы пойти в конюшню и оседлать лошадей. Сейчас был только полдень, но к тому времени, как они доберутся до Оханг, начнет смеркаться. И как раз тогда, когда город начнет засыпать, они прокрадутся в крепость. Их однозначно будут поджидать. Головорезы будут патрулировать коридоры крепости. — Как там Минхо? — спросил Хёнджин, кладя ладонь на плечо Сынмина. — В порядке. Кажется, его не подвергают сильным пыткам, — выдохнул маг. — Пошли. Не будем терять ни минуты, — он мягко улыбнулся.

***

            Джисону тоже предстоял неблизкий путь до своего родного города. Он в составе группы из четырех вооруженных луком и стрелами эльфов шел пешком через лес. Жар в теле стал гораздо сильнее по сравнению с прошлым днем. Чувства обострились. Сейчас Джисон уже не боялся убить лорда своими руками, зная, что он вовсе и не его отец. Агрессия. Озлобленность. Гнев. Страх. Эти эмоции перемешались и волной накрывали его разум и тело, заставляя кровь бежать быстрее, обостряя все чувства. Джисон был очень насторожен, пока они ступали по тропинке. — Волнуешься? — спросил Феликс, на лице которого ни намека на тревогу. — А ты нет? Вы ведь идете на рожон, считай. Разве ты готовился к подобной битве? — удивился Джисон чрезмерному спокойствию эльфа. — Все свое существование мы пребываем в страхе, но научились его контролировать. Благо наш дом не был обнаружен, поэтому там мы находимся в безопасности. С детства нас обучали искусству стрельбы из лука и боевым приемам. Мы всегда готовились к тому, что наше существование вот-вот раскроют. С нами ведь твои друзья будут, верно? — Джисон кивнул. — А мы не будем подходить близко. Наша задача дать тебе возможность проникнуть внутрь. Мы обезвредим любого, кто попадется нам на глаза. Не переживай, — Феликс похлопал его по спине между лопаток, и Джисону стало немного легче от такой поддержки. Казалось бы, Минхо для них даже не король. У эльфов свой мир, свой дом, свой правитель, но, тем не менее, они согласились помочь. Действительно ли Феликс хотел лишь отплатить Джисону за его помощь или же делал это от своего чистого сердца? Скорее, второе. Феликс не бросил бы Джисона умирать, даже если бы не знал его.