История Одного Странника: Пролог

Феликс очнулся и сразу вскочил в холодном поту, не сразу осознав, что на самом деле каким-то чудом выжил в той мясорубке. Находился он в том же доме, куда его доставили ещё в первый раз, и где он спал перед той самой битвой, а из-за отсутствия видимых ран вначале подумал, что все было лишь кошмаром. Впрочем, боль во всем теле и ощущение страшной усталости давали понять, что Цандер с кем-то точно сражался. Вывод напрашивался лишь один — битва действительно произошла. В груди ощущалась тупая боль, однако видимых повреждений не наблюдалось. В глазах нещадно двоилось. —Вечерочек, хозяин. Я так заметил, ты очень большой любитель дрыхнуть. Ну, сейчас тебе можно. Расслабляйся. Вначале Феликс даже не понял, с кем говорит Зобенс. Обращение к нему не как к «малому» или «идиоту», а как к «хозяину» с непривычки резало слух и вызывало море вопросов. —Какого черта тут творится..? —Ты о чем? Вместо ответа Феликс громко выругался, продолжая озираться по сторонам. Вибраций в воздухе не ощущалось, будто угрозы никогда не было, хотя что-то все равно было неправильно. Будто бы желая ответить на вопросы, рядом возник страж поселения и, судя по тону, за что-то похвалил Цандера, что сразу вызывало определенные подозрения, будто их до этого не было. —Благодарит тебя за спасение его богом забытого поселения. И не просто спас, а сделал это «в лучшем виде», что бы его разглагольствования ни значили. В голову сразу закрались не самые позитивные мысли. Битва была. А вот что подразумевалось под «в лучшем виде»? Это Цандер сразу спросил, и меч без колебаний перевёл это на местный язык, а после выдал максимально лаконичный ответ. —Ублюдок жив. Как он и просил. И здесь что бы Цандер ни хотел сказать, все фразы обрывались на первом слоге первого слова. Абсолют пытался убедить Феликса, что все предусмотрено и никакой опасности никому больше не грозит, но слова, переведённые мечом, как-то ускользали от внимания. Тело пробила дрожь, разум вновь заполонило чувство опасности, хотя противника рядом определённо не было. —…Впрочем, ты ещё можешь сказать спасибо, он тебя из-под того купола вытащил. Пусть и вместе с тем придурком. —Какого купола? Ты о чем? —Который наш преследователь сделал, перед тем как тебя долбануть. Не помнишь что ли, балбес? События прояснились. Феликс вспомнил, как резко вокруг выросли стены и закрыли все источники света. Он прекрасно запомнил эту почти осязаемую тьму. —Насколько огромным он был? —Если переводить в известные тебе значения, то метров десять… —Не такой уж и огромный… —В толщину. Емирит и впрямь, видимо, решил тебя похоронить вместе с собой. Благо, вся эта конструкция решила постоять достаточно времени, чтобы вас обоих оттуда можно было вытащить. Ну а если так уж диаметр знать хочешь, то можешь не переживать, пара миль как минимум. Вот тебе и сила бога. Это ещё учитывая ограничения. —И…что теперь делать? Феликс поднялся с кровати, смотря на Зобенса страдальческим взглядом, полным боли и сожаления. Меч лишь усмехнулся в ответ. —Ну, артефакт у тебя, скорее всего, не заряжен, но осталась максимум неделя, сможешь вернуться домой. —Но как? Я ведь даже не знаю никаких координат…Каким образом я должен их узнать? —Это оставь мне. Ты, должно быть, не заметил тогда, но я в той пещере стащил для нас сувенир. Видишь ли, изнутри я гораздо больше, чем снаружи… С этими словами меч, до этого имевший абсолютно нормальную форму клинка, резко раздвоил его, создав подобие неровного рта, откуда немедленно вылез длинный тонкий извивающийся язык, раздвоенный на конце, будто змеиный. Он был обвит вокруг чего-то, в чем легко узнавался артефакт Духодержца. Тот самый, которым Странник хотел отправить Цандера домой. Тот, который по всей логике должен был быть погребённым под обломками злополучной пещеры. И что самое хорошее, на нем уже были установлены нужные координаты, по всей логике надо было лишь подбросить его. В такое везение совершенно нельзя было поверить. —Т-ты когда пасть открывать научился?! —Тогда же, когда и прятаться. —И даже не сказал ни разу?! —А ты и не спрашивал. Любая амеба по «декорациям» поймёт, что мой клинок в теории мог бы раздваиваться. А ты, хозяин, явно умом от амёб ушёл далеко, но не в том направлении. Феликс лишь вздохнул и то ли засмеялся, то ли заплакал. Подумать только, несколько недель назад он просто работал в нормальной компании нормальных людей, а сейчас рассуждает о проблемах интеллекта микроорганизмов с живым говорящим мечом под наблюдением бумажного божества, чьё поселение спас от какого-то психованного полубога. Это ощущалось как бредовый сон при лихорадке, однако было наяву. От такого у кого угодно могла поехать крыша, но каким-то чудесным образом Цандер этого избежал. Если избежал, сам он этого точно знать не мог. —А…этот где? Полубог этот? — это Феликс спросил, чтобы хоть как-то избавиться от тяжелых размышлений о своей участи. Меч в своей обыкновенной манере перевёл вопрос, а после перевёл ответ. —Без сознания. В себя уже целый день не приходит. Но точно не умер. —А что мне дальше делать? —Тебе? Да ничего. Жди. Может, наш Абсолют решит тебе рассказать об этом чудике, если что-то сам выведает. Следующие несколько дней Феликс провёл мечтая о возвращении домой. Меч, на удивление, ворчал и ругался значительно меньше, и не переставал называть Цандера «хозяином» — вероятно, победа над полубогом как-то возвысила того в глазах Клинка Могущества. Впрочем, его фамильярность никуда и не думала деваться. А через несколько дней, что удивительно, Алистер явился и даже согласился рассказать, что это был за полубог. Меч исправно перевёл все слова. Страж поселения постарался рассказать все относительно кратко. —Скажем так…Зовут его Цитрион дера Ациер, и он действительно принадлежит к народу емиритов — а я вообще-то говорил. Как выяснилось, у нашего полубога немножечко протекла и съехала крыша, и он начал валить всех, кого видел. Ты лишь оказался не в том месте и не в то время. Я тебе говорил, что надо было валить, сверкая пятками, балбес. Так, о чем он ещё…Ну и да, с Цитрионом собратья делали какие-то очень нехорошие вещи, какие-то пытки за гранью понимания и очень интересный способ показать доминантность, что и привело к такому концу. Я бы сказал, что мне в это не верится, но на деле все сходится, мыслил бы он здраво, вряд ли пошёл бы за нами. Впрочем, «живое оружие», что уж тут. Нет смысла, есть только цель. Мне ещё нравится, как Абсолют выразился: «Нельзя простить, но понять возможно». Надеюсь, тут никто его прощать не собирается. —И…как там этот Цитрион сейчас? —Ну, как ему быть, психу. Сначала был то в ступоре, то в истерике, сейчас вроде способен вести диалог, с натяжкой конечно. А что, хочешь поболтать, хозяин? «В глаза посмотреть»? —Брр. Нет. Не хочу его видеть, и уж тем более говорить, — Феликса аж передернуло от такого предложения. —Есть ли ещё вопросы? —Как Алистер намерен удерживать такую силу? И почему он в самом начале этого не сделал? —Все просто. Печати, которые он тебе показывал, не ограничиваются щитами или маскировкой. Есть разновидность, которая сильно ограничит возможности «жертвы». И чтобы такие ограничители надежно использовать, требовалось обездвижить полубога. Правда, надолго этой ерунды не хватит. Если он все так вокруг себя сотрясает, то такие фокусы его надолго не удержат. Что будет делать Абсолют потом — вопрос открытый. Алистер разглядывал то Феликса, то Зобенса, не меняя выражения лица и даже не моргая. Вначале такое вызывало какие-то странные ощущения, но теперь Цандер к такому привык. Настолько привык, что он даже побаивался возвращаться туда, где все было нормальным. Это путешествие все же слишком сильно его изменило. Но с рассказов Алистера стало понятно, что остановить машину для убийств получилось. Вибрации пропали, будто их никогда и не было. Тем не менее, Феликс не чувствовал себя героем или победителем. Все же от такой победы он больше потерял, чем получил. Зато Абсолют оказался в полном выигрыше. Теперь в его руках был полубог с огромной силой, а рядом с поселением появился здоровущий пустырь, прямо так и ждущий, пока его застроят. А ещё в его власти находился иномирец, желающий вернуться в родной мир, и обладая двумя реликвиями Алистер мог без малейших усилий подглядеть какие-то технологии из мира Цандера, а потом вернуться и реализовать их у себя. Все это казалось какой-то вопиющей несправедливостью, с которой ничего нельзя было поделать. Единственное, что оставалось — возвращаться домой и надеяться, что знакомые в порядке, и что единственная цель хотя бы может быть выполнена. Несколько дней спустя артефакт полностью зарядился и сиял зелёным цветом. Теперь на руках Феликса были два рабочих устройства — одно для возвращения домой, второе для Алистера, Абсолют определенно найдет ему применение, а какое — уже неважно. Главное было не перепутать, и это даже произошло при первой попытке использовать устройство, однако как Феликс понял, если использовать реликвию в том же мире, на который она была настроена, то не произойдёт ровным счетом ничего. Это все сильно облегчало, учитывая что за время своих приключений Цандер успел потратить предостаточно времени. Медлить больше было нельзя, ведь в разных мирах время идёт по-разному. Бросок. Стук пирамидки об деревянный пол. Жужжащий звук открывающегося портала. Наверно, это было иллюзией, но Цандер мог поклясться, что чувствует запах родного воздуха, который после всех страданий ощущался заслуженной наградой. Только заскочив туда Феликс внезапно подумал о том, что его может выкинуть в каком-нибудь неизвестном месте, которых в родном мире тоже было навалом, но уже было поздно. К собственному удивлению, на другой стороне Феликс не потерял сознание, хотя солнечное сплетение вновь обожгло. Он находился в деревянном строении, подобном тем, которые когда-то исследовал в лесу недалеко от дома. Насколько Цандеру было известно, такие «коробки» в его мире были обыденностью — с момента прихода Странников прошло около полутора веков, но никто уже не помнил, кому принадлежали эти карликовые строения, вряд ли предназначенные для жизни. Появление в одном из этих строений ещё не гарантировало близости к дому, их можно было найти в любом лесу. Как и ожидалось, Алистер перешёл вместе с Феликсом — то ли решил поступить по принципу «услуга за услугу», то ли, что более возможно, нашёл в этом для себя выгоду. Выйдя из строения, у которого даже крыши не было, Цандер осмотрелся. Лес, совершенно обычный. Можно даже сказать, кажущийся знакомым. —Зобенс, ты случайно не видишь каких-то ориентиров? —Хозяин, с каких пор ты переквалифицировал меня в навигатор? —Давай без увиливаний. Куда идти? —Я-то откуда знаю? Алистер, все это время молча крутившийся рядом, вздохнул, наслушавшись пререканий Феликса и Зобенса, и указал рукой куда-то влево. —А ты откуда знаешь? —Логично, идиота ты кусок, он знает, где ближайшие скопления бумаги. У тебя же есть библиотека в городе, или вы там все безграмотные аборигены? —Ладно. Пока что…Проведи господину Алистеру Бэнксу небольшой экскурс в язык. Может, он нам поможет узнать, сколько времени прошло? Абсолют никак не отреагировал на корректное произношение его имени. Видимо, можно было и не стараться, никому здесь угодить при всем желании не получится. Пройдя в указанном направлении около километра, Феликс выдохнул и прослезился — наконец он вышел из леса на знакомую улицу. Он не знал, почему так получилось, но благодарил судьбу за то, что оказался достаточно близко к родным местам. Светило солнце, видимо, был полдень, хотя почему-то ветер был довольно холодным. Он узнавал улицу, но в то же время в ней что-то сильно изменилось. Сильно, но слишком неуловимо, чтобы прямо сказать. Впрочем, об изменениях ему вряд ли можно было говорить, учитывая насколько Цандер сам успел поменяться. Как минимум, у него теперь были довольно длинные неухоженные борода и усы, на голове после всех пережитых опасностей можно было заметить седые волосы, выделяющиеся из грязной длинной шевелюры. Как минимум, на вид теперь Феликс больше был похож на типичного бездомного пьяницу, хотя и не пил алкогольные напитки. Чуть не пройдя мимо собственного дома, он остановился, не сразу узнав своё жилище. Возможно, из-за слишком ухоженных цветов перед домом, которые Феликс никогда не сажал, а может из-за гитарной музыки, еле заметно доносившейся изнутри. В доме кто-то был? Или теперь это и вовсе был не его дом? На улице было довольно безлюдно, может, большинство людей сейчас были на работе. Это тоже вызывало странные чувства, но обнадеживало — как минимум, разительные перемены во внешности никто не заметит. Зобенс и не думал прятаться от кого-то, витая в воздухе где-то рядом. —Сколько… —Времени? А сколько было, когда ты ушёл? Какой год, например? —По-моему…Черт. После странствий Цандер забыл, какой год был в родном мире в момент отправки в это злосчастное приключение. —Спешу тебя огорчить, уже 1296. —В смысле?! — Феликс ужаснулся, сразу вспомнив, какой год был. Тогда был 1291. Прошло пять лет? За те пару месяцев, проведённых в других мирах? Как такое возможно? —Да. Твои родители умерли три года назад. Твои знакомые больше тебя не помнят. В честь тебя через месяц после ухода была устроена полномасштабная поисковая операция, в результате чего официально ты пропал без вести. Больше тебя никто не ищет. Это если брать в расчёт бумажные источники. Как выяснилось, все это время Алистер монотонно бормотал что-то на своём, видимо, при руководстве Зобенса немного начав понимать местную письменность, и эту речь меч исправно переводил. Сам же Феликс стоял, совершенно не понимая, что ему делать. Мысли роились в голове. Он опустился на землю, потрогав лоб рукой. —Полагаю, и компания, в которой ты работал, без тебя либо успела развалиться ко всем чертям, либо продолжила развиваться без тебя. Оба исхода одинаково ужасающи, не так ли? Цандер не знал, что и думать. Все было потеряно? Любые возможные достижения? Всякий смысл дальнейшего нахождения здесь? —В этом мире больше нет ни единого упоминания тебя. Жил никем, и исчез как никто. А сейчас тебя никто не узнает, даже если у тебя и были друзья. Я просто обожаю, когда людям вдалбливают в голову желание следовать за мечтами, но не говорят при этом быть с ними осторожнее или думать иногда головой. Да, хозяин? Он закрыл лицо руками.