На счёт три

Я прошу тебя, друг — дай мне время найти ответ, дай подсказку, азимут, ориентир, как мне выбраться из систем. Помнишь, мне было семь, у меня был мир? И куда он исчез затем?

      Топот ног где-то сзади и частое рваное дыхание. Это было уже чем-то привычным, почти обыденным и рутинным. Гермиона по привычке сжала и разжала палочку в ладони. На линиях судьбы и сердца блестели капельки пота.       — Авада Кедавра!       Страшное заклятие врезалось над головами двигающихся неподалеку. Не моргнув глазом, Гермиона послала режущее в ответ. Судя по вскрику, оно достигло цели.       — Гермиона! — Гарри показывал ей пальцами в сторону. — Уходим!       Они недооценили силы и оказались там, где не следовало. Около полусотни Пожирателей Смерти роились вокруг, как муравьи. Месиво из черных масок и мантий, привкус крови на губах и тяжелая усталость во всем теле, на которую не было времени.       Гермиона нырнула под выступающую балку и скрылась за каменной стеной.       Четыре часа назад Джордж направил им координаты нового коттеджного поселка недалеко от Лондона. Вереница одинаковых каменных домов тянулась на несколько улиц. Дома в самом центре были заняты Пожирателями, на них уродливо красовался знак Уробороса. По наводке близнеца, там должно было быть с десяток Пожирателей. Наводка оказалась ошибочной.       С самого начала Псы начали разбивать их, вынудив рассредоточиться. Почти сразу Гермиона потеряла остальных, но догадывалась, что по одиночке остались почти все. Прячась за домами и отражая атаки, она надеялась, что удастся выбраться.       Они проигрывали. Как часто они проигрывали? Почти всегда?       Или нет?       Гарри и Драко злило, что им неизвестен общий ход войны. Орден говорил что-то про средства и людей, газеты — про торжество Пожирателей. Каша в информации и ощущениях преследовала на каждом шагу, и в какой-то момент Гермиона поняла, что потеряла какой-либо интерес к новостям. У неё была задача — выжить и сделать всё, что от неё зависит.       Или хотя бы одно из двух.       — Помогите!       Заклятие взорвалось чуть левее скулы Гермионы и каменное крошево попало ей в глаза, волосы и лёгкие. Она закашлялась, чувствуя, как яростно обжигает щеку. Она сложилась пополам, откашливаясь, но продолжая озираться вокруг. Нельзя было терять бдительность.       — Помо… ааааа! — снова послышался крик.       Внутренний голос вопил сидеть на месте, но сердце больно щемило, поэтому Гермиона, выставив щит, почти на ощупь двинулась на голос.       «Самоубийство», — цыкнуло голосом Драко что-то внутри, но гриффиндорка тряхнула головой, чтобы прогнать его.       Парвати Патил лежала вся в крови под обломками стены. Она кричала и плакала, а её рука и нога изогнулись под неестественным углом.       — Обопрись об меня! — крикнула Гермиона, быстро наклоняясь к ней и обхватывая за талию.       Парвати подалась было навстречу, но, вскинув голову и встретившись глазами с Гермионой, отпрянула.       — Грейнджер, уйди, — прорычала она сквозь слёзы, брызнувшие из глаз. — Кто угодно, но не ты.       Ещё одно заклятие взорвалось близко. Слишком близко.       — Парвати, я тебя умоляю, — Гермиона продолжала тянуть девушку, но та упиралась. — Я не могу оставить тебя здесь, ты же погибнешь.       — Лучше я умру, — взвизгнула та. — Убери от меня свои руки!       Гермиона в отчаянии посмотрела вокруг. За дымом и пылью она видела лишь очертания тел и вспышки. Голоса раздавались как из-под подушки. Она набрала в лёгкие как больше воздуха.       — ПОМОГИТЕ! МЫ ЗДЕСЬ! ПОМОГИТЕ!       Она постаралась отпихнуть камень, придавивший Парвати, но не смогла. Воспользоваться палочкой означало опустить щит. А что ей оставалось делать?       — Вингардиум…       — Что здесь блять происходит?       Возникший из самого воздуха, Драко казался сотканным из боли и ярости. Черные куртка и брюки выделяли его из пепла и дыма, а светлое, заостренное лицо смотрело надменно, с вызовом.       Он быстро оценил ситуацию.       — Не трогайте меня! — заверещала Парвати. — Я лучше умру! Встречусь с Падмой, которую вы убили.       — Как скажешь, — холодно отозвался Драко и схватил Гермиону за ладонь.       — Драко, нет! — взмолилась Гермиона, повиснув у него на руке. — Пожалуйста, мы не можем её оставить. Умоляю тебя!       Его глаза на секунду остановились у неё на лице, словно он боролся сам с собой. Мгновение, и, выплюнув что-то между «черт бы вас побрал» и «я сам её потом прикончу», Драко нырнул под щит Гермионы и направил палочку на Парвати.       — Гермиона, смотри внимательно на всех, кто направляется на тебя! — приказал он. — Если услышишь смертельное заклинание, бросайся в сторону. Ты слышишь меня? Не стой и не геройствуй. Поняла?       Гермиона лихорадочно кивнула и забегала глазами по не опускающейся пыли. Где-то слышались крики, зеленая вспышка прорезала воздух вдалеке. Чей-то голос стих, и в груди Гермионы разлился холодный страх. Парвати что-то верещала, но никто её не слушал.       Из облака дыма внезапно вынырнул Пожиратель и швырнул заклинание прямо в лицо Гермионы. Та ловко отбила его, но щит предательски моргнул. На лице Пожирателя мелькнуло хищное выражение.       — Остолбеней! — вскрикнула Гермиона, но тот увернулся.       За ним вышло ещё четверо.       — Гермиона! — услышала она крик Драко, но рядом рухнул ещё один каменный дом, и всё погрязло в какофонии звуков.       Она ушла чуть вбок, стараясь увести Пожирателей от Драко и Парвати. За ней ринулись трое. Две молнии заклятий пронеслись мимо. Она пригнулась и увернулась. Третья скользнула ей по ребрам и она почувствовала, что куртка порвалась, а под грудью расползались болезненные кровоподтеки.       — Бомбарда максима! — вскрикнула девушка, направив палочку на уцелевшую стену, и та мгновенно обвалилась на одного из Пожирателей.       Кроссовки неприятно жали уставшие ноги, но Гермиона перешла на бег. За ней гнались двое. Она наугад бросила заклятье и услышала, как кто-то охнул. Победная ухмылка коснулась её губ.       — Круцио! — скорее почувствовала, чем услышала она.       Боль пронзила лопатки, и она, споткнувшись, рухнула на землю, больно ударившись подбородком.       — Не трожь, я сам её убью! Она моя! — прохрипел кто-то.       — Заткнись! Круцио!       Нечеловеческий вопль вырвался из груди Гермионы. Два голоса наперебой мучили её, но она не различала их. Боль залила сознание. Она пыталась ухватиться за палочку и хоть за какую-то мысль, чтобы вытащить себя наружу, но ощущения поломки каждой кости и выкручивания каждого нерва не давали этого сделать. Она тонула и тонула в этой боли, и дна не было видно. На долю секунды хватка ослабла, и, словно вырываясь из ночного кошмара, Гермиона с силой стиснула зубы, услышав, как те крошатся. Уперевшись руками в землю, она с силой оттолкнулась, развернулась и увидела Пожирателя, с удивлением смотрящего на него. В следующую секунду он мертвый упал ничком на землю. За его спиной с вытянутой палочкой стоял Драко.       Второй Пожиратель лежал рядом.       В два шага Драко подошел к Гермионе и подхватил её на руки.       — Портал у сраного Поттера, я отдал ему свой. Кажется, он где-то к северу. Сейчас я найду его, и ты отправишься в убежище. Сразу к Блейзу.       — Драко, я останусь, я…       — Замолчи. Замолчи, иначе я не знаю, что сделаю.       Очередной взрыв, но Гермиона даже не пригнулась. Все силы уходили на то, чтобы цепляться руками за шею Драко. Он снова её спасал. Боль заполняла её, казалось, что Круциатус продолжает сводит каждую мышцу в её теле. Ей показалось, что несколько ребер сломаны и словно царапают её изнутри.       Вокруг все время мелькали заклятия, но то ли Драко обладал невероятным чутьем, то ли их вела сама судьба, но молнии пролетали мимо. Гермионе казалось, что Драко движет лишь одна цель — спасти её, и кроме этого он ничего не видел и не чувствовал. Странное чувство любви, страха, боли и благодарности слились в ней, и её разрывало от желания обнять его каждой своей клеточкой и разрыдаться. Но она лишь билась виском о его плечо.       Вокруг было море Пожирателей. Темные тени, тут и там, и Драко с Гермионой словно разрезали эту тьму, двигаясь вперед. Драко отправлял на ходу заклинания, неудобно держа палочку той рукой, которой придерживал Гермиону под ноги. Краем глаза Гермиона увидела, что сбоку кто то движется вместе с ними. Прищурившись, она различила Невилла, с трудом несущего на плече Парвати Патил. Та пыталась отправлять заклятия в разные стороны, но её палочка едва слушалась хозяйку.       Где-то впереди послышались знакомые голоса.       — Поттер! — Гермиона никогда не слышала, чтобы у Драко так дрожал голос. — ПОТТЕР!       Гарри обернулся, весь в саже, очки съехали на бок, волосы ещё взъерошеннее, чем обычно.       — Отправь её, — Драко опустился на колени и положил Гермиону на землю. — Сейчас.       Что-то в голосе Драко не заставило Гарри ждать. Всё происходило так быстро, что Гермиона не успевала ничего понять.       Он не пойдёт с ней? Он останется здесь? Её мгновенно залила паника.       — Невилл, иди с ними.       Тот присел на корточки рядом с Гермионой, пытаясь придерживать рукой Парвати. Гарри быстро сунул ему в руки платок. Тошнота, страх и склизкий ужас затопил всё сознание Гермионы, слабой и отчаявшейся.       — Драко! — Гермиона упорно попыталась вцепиться в Малфоя, но тот отступил на шаг назад. — Стой, я…       — Сейчас!       Раздался такой грохот, что земля, казалось, содрогнулась. Гермиона почувствовала, что у неё под ребрами слишком тепло. Она вскинула полный страха взгляд на Драко, но лицо того осталось непроницаемым. Лишь глаза в панике бегали по её лицу, стараясь охватить каждую черточку.       — Драко! — исступленно кричала она.       — Гермиона, всё будет хорошо, — послышался голос Невилла, и их закрутил круговорот.       В следующую секунду она очутилась в коридоре их убежища. Она больно ударилась головой о стену, и её вырвало. Она заметила, что продолжает кричать.       Послышался топот ног и ближайшая к ним дверь открылась. Струя света ударила по глазам Гермионы и та зажмурилась. Её снова вырвало.       — Годрик! — вскрикнула Джинни. — Что вы тут делаете? Все порталы распределены так, чтобы ни один не вел прямо в Убежище.       Она постаралась подхватить Гермиону, но та оттолкнула её.       — Малфой сделал запасной, ведущий прямо сюда, — сбивчиво объяснял Невилл, передавая Парвати возникшему вслед за Джинни Блейзу. — На случай… на всякий случай.       — Верните меня, — в голосе Гермионы слышалась истерика. — Я могу сражаться, я нормально себя чувствую. Верните меня!       Она почувствовала, что рыдает. Каждая клеточка её тела отзывалась болью. Она увидела, как Джинни бегло её осмотрела и задержала взгляд на животе. Опустив голову, Гермиона увидела, что вся её футболка и куртка пропитаны кровью.       — Это просто царапина! Отправьте меня обратно. Отправьте меня обратно. Отправьте меня обратно.       Она попыталась встать, но её снова вырвало. Блейз передал Джинни какую-то склянку с зельем. Гермиона почувствовала, что не понимает разницу между привкусом слез и крови на своих губах.       — Гермиона, — почти нежно позвала Джинни, осторожно приближаясь к ней. — Все хорошо. Выпей вот это, и мы дадим тебе портал.       Даже в состоянии истерики Гермиона была в силах распознать снотворное зелье.       — Нет!       Последним рывком воли Гермиона оттолкнула Джинни и ударила по руке. Не ожидавшая этого Уизли пошатнулась и выронила склянку, которая, сделав в воздухе оборот, разбилась вдребезги.       Выражение злобы исказило лицо Джинни.       — Гермиона, приди в себя!       Но она не могла. Она рыдала и продолжала повторять одно и то же. Страх и боль сковали её, Круциатус повлиял на сознание, и ей казалось, что стены коридора давят на неё.       Джинни юркнула в их с Блейзом комнату, служащую местным лазаретом и снова появилась в коридоре. Быстро пройдя два шага, она замахнулась и влепила Гермионе звонкую пощечину. От неожиданности та замолчала и осеклась. Воспользовавшись моментом, Джинни больно дёрнула Гермиону на себя и с силой влила зелье ей в глотку.       — Я… — Гермиона с трудом проглотила содержимое склянки, в глазах щипало. — Я просто хочу обратно.       На лице Джинни злость сменилась на печаль.       — Я понимаю, Гермиона. Мы все понимаем.       Джинни приобняла подругу, и та уткнулась ей в плечо.       — Ваш Малфой совсем больной! — раздался крикливый голос Парвати с койки в комнате Блейза. — Он использовал две Авады Кедавры подряд! Две! Пока спасал свою ненаглядную Грейнджер. Кто так может? Только эти проклятые Пожиратели…       Невилл захлопнул дверь и виновато посмотрел на Гермиону.       Но та уже провалилась в глубокий, темный сон.

***

      Он снова спал у её кровати и теплый свет снова окрашивал его платиновые волосы в теплый, почти желтый цвет. Гермионе было страшно его разбудить, поэтому она провела кончиками пальцев рядом с его лицом, так, чтобы не прикоснуться, но оказаться достаточно близко.       — Он не проснется, — послышался сбоку голос. — Блейз подмешал ему снотворное зелье.       Гермиона вздрогнула и перевела взгляд на источник звука. Через одну кровать, закинув ноги на тумбочку, полулежала-полусидела Пэнси Паркинсон, оперевшись лопатками о стену.       — Доброе утро, Грейнджер.       Та лишь кивнула и скосила взгляд на часы. Там действительно было четыре утра. За подернутыми занавесками слабо дребезжал назревающий рассвет.       Гермиона почувствовала себя словно застуканной за актом нежности и, смутившись, убрала руку. Это не укрылось от взгляда Пэнси.       — Извини, — её голос чуть ли не впервые с момента их знакомства стал мягким. — Не стоило тебя пугать.       — Да, не стоило, — тихо проговорила Гермиона и, откашлявшись, добавила. — Всё нормально.       В комнате повисла тишина.       Это было самое большое помещение в доме. Гермиона подозревала, что когда-то давно его расширили не самой качественной магией, но под временный лазарет оно всё равно годилось. Вдоль двух стен стояло по три кровати. Шесть мест для раненых. В углу комнаты стояла ширма, за которой, как догадывалась Гермиона, была кровать Блейза.       — Они сегодня спят у вас. Подумали, что вы не будете против, — проследив за её взглядом, прокомментировала Пэнси.       Гермиона кивнула и взглянула на койки напротив. Все три были заняты. Парвати Патил спала на самой крайней в углу, затем лежал перебинтованный Тео Нотт, а прямо напротив Гермионы расположился кто-то, чьего лица она не узнала из-за страшных, покрывающих всю кожу ожогов. Гермиона вздрогнула и непроизвольно отвернулась.       — Это Ромильда Вейн. Блейз думает, что она умрет.       Странный ком появился в горле у Гермионы, и она с трудом его проглотила. В уголках глаз защипало.       — Ты говоришь об этом так спокойно, — бесцветно проговорила она.       Пэнси посмотрела на неё почти удивлённо.       — Мы на войне, Грейнджер. Тут умирают.       Паркинсон пожала плечами и перелегла поудобнее. В её руках мелькнул нож, и Гермиона напряглась.       — Я вот всегда сплю с ножом, — словно прочитав её мысли, проговорила Пэнси, откидываясь на подушку и закрывая глаза. — Не факт конечно, что с ним я выживу, но хотя бы нанесу напоследок вред тому, кто решит меня прикончить.       — Мило, — прокомментировала Гермиона. — Ты сегодня общительная.       Пэнси беззвучно засмеялась, но смех не тронул уголки её глаз.       — Блейз дал мне бодрящее зелье. У меня такие раны, которые могут залечиваться лишь в сознании. Так вот, как ты сама прекрасно знаешь, побочным действием этого зелья является разговорчивость. Так что я ещё помучаю нас обеих.       Гермиона испытующе посмотрела на Пэнси. Та продолжала лежать с закрытыми глазами, поэтому Гермиона, немного исподтишка, положила руку на волосы Драко и нежно их погладила.       — Давно был бой? — негромко спросила она, зная, что могла быть без сознания не один день.       — Вчера.       — Как он закончился?       Пэнси даже приподнялась на локтях от удивления и красноречиво окинула взглядом помещение.       — Ну, если ты не заметила, хреново.       Поджав губы, Гермиона отвернулась и посмотрела на Драко. Тот спал, и из приоткрытых губ вылетали мягкие выдохи. На лбу залегла морщинка.       — Мэнди Броклхерст умерла. Двое Пожирателей преследовали её и убили. А ещё не вернулся Эрни Макмиллан. Я так понимаю, он тоже умер. Если он остался там, шансов у него не было.       Гермиона кивнула, почувствовав странное облегчение, и сразу следом — стыд. Погибли люди, но не те, за кого она беспокоилась больше всего. Вина затопила её, вызвав страшные мысли о том, кем она стала.       — У тебя нет такого, что это словно просто имена, превращающиеся в пыль? — негромко заговорила Пэнси. — Я так быстро забываю их лица… Я всегда была не самой большой неженкой, но даже для меня это чересчур. Война словно передавливает нас, как шина дождевого червя. Превращая в каменные изваяния, у которых абсолютно нет чувств.       — Или их слишком много, — задумчиво ответила Гермиона, проводя указательным пальцем по лицу Драко. — Но направлены они на ограниченное число людей.       Судя по звуку, Пэнси снова переместилась на кровати.       — Тебе было бы плевать, если бы я умерла? — спросила она.       Гермиона отдернула палец от лица Драко и тот беспокойно пошевелился во сне. Она посмотрела на Пэнси. Та сидела, положив ногу на ногу и уперевшись в коленку локтем.       Смотря прямо в глаза Гермионы.       — Думаю, нет, — честно ответила Гермиона. — В каком-то плане ты мне даже немного нравишься.       Пэнси кивнула.       — Ты мне тоже, — отозвалась она. — Драко с тобой превратился в преданного щенка, зато в нём появились намеки на человечность. Но не знаю, было бы мне какое-то дело до твоей смерти, или нет.       — Зато честно, — усмехнулась Гермиона.       Пэнси пожала плечами и продолжила играть с ножом в темноте.       Внезапно резкая мысль ворвалась в сознание Гермионы. Пэнси была разговорчивой… И они были вдвоем.       Она полностью развернулась к ней и уставилась прямо в лицо. Почувствовав её взгляд, Пэнси вопросительно посмотрела на неё в ответ.       — Скажи, ты шпионка Пожирателей? — прямо без обиняков спросила Гермиона.       На секунду Пэнси опешила и, удивлённо моргнув, разразилась хохотом. Гермиона испуганно вздрогнула и быстро посмотрела на кровати напротив. Отдышавшись от смеха, Пэнси махнула на неё рукой.       — Они все под снотворным, Грейнджер, не переживай, — она поднесла пальцы к уголкам глаз, вытирая выступившие от смеха слёзы. — Я — шпионка. Забавно.       Она покачала головой и приложила острый нож к пальцу. В полоске света из окна на подушечке вспыхнула капелька крови.       — Поттер тоже спрашивал, — быстро посерьёзнев, протянула Пэнси. — В целом, я понимаю почему. Но нет, Грейнджер, я не шпионка.       — А что ты покупала у Писсаро? Темный артефакт? — быстро спросила Гермиона, надеясь, что зелье развяжет Пэнси язык.       Та вскинула глаза, и все и без того жалкие капли доброты исчезли с её лица.       — А вот это не твое дело, Грейнджер.       Гермиона хмыкнула и легла на подушку, уставившись в потолок.       — Тогда мы не можем тебе верить.       — Не верь, — Пэнси пожала плечами. — У меня свои цели, и я здесь не для того, чтобы заводить друзей или союзников.       — А зря, Пэнси, — заметила Гермиона. — Всегда проще, когда ты не один.       Паркинсон не ответила. Они пролежали в тишине минут десять. Гермиона начала вновь проваливаться в сон, когда услышала, что дверь открылась, и в комнату зашел заспанный Блейз.       — Привет, Гермиона, — кивнул он ей. — Так и думал, что ты уже проснулась. Как себя чувствуешь?       Гермиона словно впервые с момента пробуждения задумалась об этом и прислушалась к телу. Она чувствовала страшную тяжесть, под ребрами сильно ныло.       — Нормально.       Блейз кивнул, и Гермиона знала, что он ей не поверил.       — Тебя сильно приложили в районе девятого и десятого ребер. Пока ты спала, пришлось напоить тебе костеростом, сейчас уже все должно быть более-менее в норме. Гематома продержится ещё несколько дней.       Он поставил какие-то зелья на её тумбочку, а затем подошел к Пэнси и сделал то же самое.       — Ты уже можешь поспать. Вот снотворное, но, подозреваю, ты им не воспользуешься.       Пэнси кивнула и соскочила с кровати.       — Раз я здесь больше не нужна, я пойду к себе, — она стянула со стоящего рядом стула куртку.       — Пэнси…       — Блейз, ты попросил меня побыть под твоим наблюдением сутки. Я побыла. С меня достаточно, окей?       Он отошел в сторону и она прошла к двери.       — Грейнджер, — попрощалась она, неопределенно махнув рукой в воздухе.       — Паркинсон, — в тон ей ответила Гермиона.       За ней закрылась дверь, и впервые с начала их разговора Гермиона спокойно выдохнула.       Блейз с пониманием на неё посмотрел и слегка улыбнулся.       — Она, конечно, не подарок, — проговорил он, вставая у изножья кровати Гермионы и смотря Пэнси вслед, — но она очень сильная. Вы этим похожи.       Гермиона проигнорировала этот комментарий.       — Давно здесь Драко? Как он? — не удержала она вопрос.       — Сильно потрепан, но в целом нормально. Он с Поттером и ещё шестерыми прибыл последним, их портал был самым дальним. Сидит здесь со вчерашнего вечера. Я попросил попробовать не слишком ли холодная вода для тебя. Только так его получилось обмануть.       Гермиона кивнула и с нежностью провела пальцами Драко по лбу.       — Гермиона, — мягко проговорил Блейз, сев на стул, стоящей рядом с соседней кроватью. — Меня впечатляет ваша… Ваши отношения. Но есть некие границы нормы.       Нахмурившись, Гермиона легла так, чтобы не видеть Блейза.       — Вы не можете до бесконечности друг друга спасать и жертвовать собой. Вся сцена когда вы прибыли вчера утром… Ты была в неадекватном состоянии. Я понимаю, тебя пытали, ты не безразлична к Драко, но ты разбила зелье, которое сейчас на вес золота. И ты как никто другой это знаешь. Драко желает тебе добра, он бы не стал отправлять тебя одну, сомневаясь в необходимости этого. Ты должна верить ему. И немного включать голову.       Зло скрипнув зубами, Гермиона прикрыла глаза.       — Я бы предпочла хотя бы иногда её выключать.       Блейз тяжело вздохнул.       — Однажды это всё может закончиться плачевно.       Он встал, подвинул стул и направился к выходу. Злость захлестнула Гермиону. Она развернулась к нему.       — Как у вас с Джинни? — язвительно бросила она ему в спину. — Наигрался в спасателя и теперь учишь других?       Блейз замер и обернулся на неё. На его лице застыла гримаса боли и сожаления.       — Да. Именно так.       И он вышел за дверь, оставив Гермиону одну.

***

      Теплый весенний воздух пробегал по спине Драко. По утрам он всегда тренировался, чтобы перебить тоску по квиддичу.       Круговая тренировка успокаивала и словно вносила некое подобие контроля в жизнь и голову Малфоя. Широкие отжимания, отжимания лучника, от скамейки, под наклоном, перекрестные… Закончив третий круг, Драко передохнул тридцать секунд и начал заново.       Краем глаза он заметил фигуру на веранде и быстро распознал в ней Грейнджер. Она стояла, укутавшись в легкий свитер с кружкой кофе в руках и наблюдала за ним. У Драко уже сбивалось дыхание и немного дрожали руки, но взгляд Гермионы пробудил в нём желание показать себя самым лучшим образом. На пятнадцатом отжимании он понял, что это была не самая лучшая затея.       Эго взяло верх, и он продолжил. Желание порисоваться двигало им, когда он продолжал несмотря на то, что в глазах уже потемнело, а в груди сдавило.       «Если я сейчас умру, это будет самым тупым, что я делал в своей жизни», — саркастично подумал Малфой. И продолжил.       Закончив тренировку, он не торопясь распрямился и, подхватив бутылку воды, неспешно двинулся к дому.       — О, ты здесь, — изобразил удивление Драко. — Доброе утро.       — Привет, — Грейнджер тепло улыбнулась.       Драко посмотрел в сторону, чтобы сдержать порыв броситься к ней.       — Как ты себя чувствуешь?       — Нормально, — пожала плечами она. — Но, конечно, не так хорошо, как ты. Ты вытворял крутые штуки.       Драко пожал плечами, но внутри у него восторжествовала каждая клеточка тела. Он быстро поднялся по лестнице и оказался рядом с Гермионой. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в уголок губ. Прикрыв глаза, он на мгновение вдохнул её запах. От её волос пахло цветочным шампунем, а от кожи миндалем.       — Ты красивая, — неожиданно для самого себя сказал он.       Гермиона покраснела и ещё сильнее укуталась в свитер.       — Спасибо.       Он открыл ей дверь, чтобы она вошла в дом.       — Какие планы на сегодня? Будете разрабатывать идеи для атак?       Драко поморщился. Все чаще ему казалось, что это абсолютно бесполезная трата времени. Отряды были никудышными, никто никого не слушал, действовали они разрозненно. По одиночке некоторые были неплохими бойцами, но вместе они представляли из себя слабое, невнушительное зрелище.       — Поговорю с Поттером об усилении командных тренировок. Надо уметь работать сообща.       Гермиона кивнула. Они прошли на кухню, и Драко увидел нетронутую тарелку с омлетом.       — Я захотела приготовить тебе, — робко сказала Гермиона, и её щеки снова подернул румянец. — Ты же, наверное, как всегда не завтракал?       Не ожидая такого расклада, Драко на мгновение растерялся. Никто и никогда не готовил специально для него просто потому что «захотел». У них дома всегда была куча еды, потому что эльфы были обязаны поставлять блюда высокой кухни на стол аристократам. Но чтобы вот так — омлет на зеленой тарелке… Он внезапно почувствовал себя немного слабым и… любимым?       — С-спасибо, — запнулся он. — Да, не завтракал. Стряпню Браун невозможно есть, сама знаешь.       Гермиона неопределенно хмыкнула и отвернулась поставить чайник. Драко сел и тупо уставился на тарелку с вилкой в руках.       «Эти отношения пиздец какие реальные», — подумал он.       — Я сделаю тебе черный чай с двумя ложками сахара, как ты любишь, — проговорила Грейнджер, продолжая стоять к нему спиной. — Рон сказал, что сегодня придет письмо от Джорджа, и если невкусно, ты просто скажи, я не обижусь. Тео, кстати, очнулся.       — Это очень вкусно, Гермиона. Спасибо.       Она ничего не ответила, а спустя минуту поставила ему кружку чая и осталась стоять. Они посмотрели друг на друга.       — Гермиона… — начал Драко, и неожиданно просто для себя взял её за руку.       — Да?       В коридоре раздался громкий хлопок, а за ним ещё один. Драко мгновенно вскочил на ноги. В этом доме не бывало таких звуков. В руку моментально переместилась палочка из заднего кармана, а Гермиону Драко уверенно закрыл собой.       — Есть тут кто? — раздался голос, смутно показавшийся Драко знакомым.       Гермиона выскользнула из-за спины Малфоя и понеслась на звук.       — Грейнджер, стой! — Драко бросился за ней.       В коридоре послышались ещё голоса. Из дальней комнаты выбежал Поттер вместе с Уизли. Из гостиной показались Браун, Лавгуд и Долгопупс. Дверь Дина Томаса чуть не сорвалась с петель. Он вышел такой прямой, словно был оловянным солдатиком, шедшим к своей цели.       Посреди коридора на инвалидной коляске сидел Симус Финниган. Рядом с ним стоял Захария Смит.       У Симуса не было ног. Это было очень непривычно и цепляло взгляд. Не зная, как вести себя в таких ситуациях, Драко старался не смотреть гриффиндорцу ниже пояса, но подозревал, что так может быть ещё хуже.       Дин Томас молча подошел к Симусу, наклонился и широко обнял его. Наступила пауза. Никто в коридоре не проронил ни звука. Они простояли так несколько мгновений — сложившийся почти пополам долговязый Дин Томас, и вытянувшийся вверх взъерошенный Симус Финниган, теперь едва достающий своему другу до груди.       Дин отступил на шаг назад и поднес пальцы к векам. Драко отвел взгляд в стену.       — Симус! — Браун выскочила вперед. — Господи, ну ты и заставил нас понервничать!       Симус ловко поехал ей навстречу.       — Смотри, какой я теперь красавец, — ухмыльнулся он и попытался сделать разворот, но быстро въехал в стену узкого коридора.       — В этом никто и не сомневался, — заверила его гриффиндорка, обнимая за шею.       Все потихоньку выходили из комнат и приветствовали прибывших. Бут, Аббот и Голдстейн вышли из комнаты, Джастин Финч-Флетчли, странно осунувшийся, выглянул из импровизированного лазарета. Захария Смит следовал за Симусом, но не выглядел даже вполовину таким радостным. Он хмуро смотрел на всех, изредка кивал головой и бурчал под нос скупое «Привет». Подошедшая поздороваться с Симусом Гермиона сказала ему несколько вежливых слов. Тот ответил невпопад и оглянувшись, недобро посмотрел на Драко. Тот ответил ему тем же.       — Симус, неужели Орден отпустил тебя к нам? Будешь отправляться с нами на задания и жалить Пожирателей? — спросил Уизли, пожимая другу ладонь.       Симус грустно рассмеялся и покачал головой.       — В этой жизни мне больше не жалить Пожирателей, ребята. Я здесь для подмоги, — он всё время крутил колеса, даже когда стоял на месте и проезжал вперед-назад всего пару сантиметров. — Ну, знаете там, зелья приготовить, за раненными последить, смастерить что-нибудь. А вообще за мое прибытие надо поблагодарить Смитти. Не будь он таким трусом, не разрешил бы мне Орден прибыть к вам.       Смит рядом вспыхнул.       — Я не трус!       — Он отказывался возвращаться, всё твердил о том, что вы все опасны, — игнорируя Захарию, продолжал Симус. — Но у него там какая-то важная информация, и Орден откомандировал его обратно…       — Финниган, замолчи, — вцепился в спинку его кресла Захария.       Он действительно выглядел испуганным. В коридоре оказались уже все, даже Пэнси и ещё наполовину перебинтованный после неудачного жалящего Тео пришли на шум. Драко показалось, что Смит задержал на ком-то взгляд, но из-за большого скопления людей не успел распознать, на ком именно.       — Он сказал, что не пойдёт один, ну я и вызвался, — ещё громче заговорил Финниган. — И Орден меня отпустил. Так что теперь Смитти под моей защитой. Иронично, правда?       Послышалось несколько смешков. Захария нервно переступил с ноги на ногу. Драко нахмурился. Несмотря на то, что он недолюбливал Смита, поведение Финнигана казалось ему неосмотрительным. Все знали, что в рядах есть предатель, и вот так громогласно заявлять об информации и подозрениях Смита было слишком рискованно.       — Захария, мы можем поговорить там, — Поттер кивнул на дальнюю дверь. — Пойдем.       Захария боязливо оглянулся и посмотрел на Драко, сделавшего уже несколько шагов вперед.       — Пусть Малфой не идет! — попытался взбунтоваться он.       — Даже не рассчитывай, — отрезал Драко, нарочито задев его плечом.       Он поравнялся с Поттером и с удивлением отметил, что тот не поддержал Смита. Слабые капли уважения замерцали на дне души Малфоя.       — Ты идешь или нет, Смит? — нетерпеливо спросил Драко. — У нас всех ещё есть планы на сегодня.       Он поймал неодобрительный взгляд Гермионы, но проигнорировал его. Смит помялся с ноги на ногу и всё-таки последовал за ними. По пятам за ним ехал Симус Финниган.       — Расходитесь, ребята, — скомандовал Поттер. — Поотрабатывайте… что-нибудь.       За ними закрылась дверь. Помимо Поттера, Смита и Финнигана в импровизированном кабинете оказался ещё Уизли. Драко это не понравилось.       «Слишком много гриффиндорцев на один квадратный метр», — констатировал он.       — Ну, Захария, — поднадавил Поттер. — Мы тебя слушаем.       В дверь постучали и, вежливо подождав несколько секунд, открыли. Зашла Грейнджер.       — Я подумала, что вы мне всё равно расскажете, — пожала плечами она. — Смысл торчать в ожидании.       Все согласно кивнули и перевели взгляды на Смита. Тот заметно нервничал.       — Годрик, Смит, — не выдержал Финниган. — Да отдай ты им уже этот чертов список.       Драко с интересом наблюдал за пуффендуйцем. Что-то его останавливало. Он достал из внутреннего кармана куртки мятый конверт, который принялся вертеть в руках.       — Я не могу, — наконец сказал он.       — Да в чем проблема?! — взорвался Финниган. — Ты в Ордене скрывал, теперь здесь, что с тобой не так, твою мать?       Лицо Смита стремительно краснело, приобретая такой густой оттенок, о существовании которого Драко до этого даже не подозревал.       — Мне кажется я знаю… Знаю, кто предатель.       Повисла тишина. Драко упорно смотрел прямо на Смита, но тот игнорировал его взгляд. Вперед мягко выступила Гермиона.       — Захария, — сказала она слишком ласково, — я обещаю тебе, что никто из находящихся в этой комнате не причинит тебе вреда. Расскажи нам, что знаешь.       Он молчал. Она подошла ещё ближе, и Драко почувствовал, как у него от злости по позвоночнику бегут мурашки.       — Что в конверте, Захария?       Смит ещё сильнее помял и без того несчастную бумажку. Гермиона протянула руку, но тот одернул её.       — Тут списки пропавших, — сказал он так тихо, что Малфой едва расслышал. — И тут есть фамилии, которые могут вас заинтересовать.       — Если ты говоришь про мать Пэнси Паркинсон, то это давно не загадка, — наконец нарушил свое молчание Драко. — И весь твой спектакль не стоит выеденного яйца. Я не собираюсь больше тратить на это свое время.       Драко круто развернулся и пошел к двери. «Гребаный Смит». Слизеринец взялся за ручку.       — Я знаю про Пэнси Паркинсон! — Захария почти перешел на крик. — Это совсем свежие списки, их мне передал отец. Я знаю, она… Она…       — Тихо! — поднял палец вверх Малфой.       Драко внезапно понял, что за дверью уже какое-то время кто-то есть.       — Нас подслушивают, — одними губами сказал он.       Он с силой дернул ручку на себя, но там никого не было. Резко выставив руку вперед, он задел чье-то плечо.       — Дезолюминационные чары! — проорал он и бросился вперед.       За ним выбежал Поттер и Уизли, но это была пустая погоня. Невидимый человек ускользнул, а несколько распахнутых дверей не подсказали, в какую дверь он убежал.       — Срочно собрать всех! — скомандовал Поттер и, обернувшись, добавил. — Захария, договорим потом.       — Нет! — заверещал Смит. — Отправьте меня обратно в Орден! Сейчас!       — Заткнись, придурок, — шикнул на него Драко. — Если не хочешь идти пешком, дождись завтра. Мы не можем рисковать ещё больше и использовать порталы несколько раз за день.       Смит что-то заскулил в ответ, но Драко уже умчался вперед, на поиски невидимого врага.

***

      От мочки уха до ключицы. Драко проделывал этот путь снова и снова, и Гермиона задыхалась, чувствуя его поцелуи. Сквозь сон она ухватила его за шею и на секунду остановила.       — Подожди, я ведь ещё даже не умывалась, и…       Вместо ответа Драко наклонился и глубоко поцеловал её. Она сдалась. Он оставил влажный поцелуй на её подбородке, шее, плече и перешел к груди. Гермиона тщетно попыталась заглушить стон подушкой. Рука Драко скользнула к бедрам Гермионы и медленно их развела.       — Драко, подожди… — захлебнулась в словах и стоне Гермиона, но он её не слышал.       Уже до боли привычный толчок и мир Гермионы пошатнулся. Наслаждение растеклось до самых кончиков пальцев, а Драко входил снова и снова, и ей показалось, что она теряет ощущение реальности.       Он обвел её грудь ладонью, несильно нажав пальцем на сосок. Гермиона захныкала от удовольствия, и он, потеряв на секунду контроль, с силой вошёл глубже. Громкий стон разрезал рассветный воздух в комнате, и гриффиндорка подумала о том, что перебудила добрую половину дома, а ещё о том, что ей всё равно.       Драко наклонился к ней и с силой поцеловал, а она продолжала стонать прямо ему в губы. Он двигался в ней, и это было так хорошо, так правильно, что всё её сознание плескалось в теплой, тянущейся неге, сливая все мысли воедино.       — Ещё, ещё, ещё…       Он подвинулся ближе и одним уверенным движением закинул её правую ногу на свое плечо. Драко вошёл так глубоко, что Гермиона не ожидала и вскрикнула. Её глаза закатились и она почувствовала, что от её шеи к пупку скользнула капелька пота.       — Драко, я…       Она снова задохнулась. Они балансировали где-то между нежностью и грубостью, как и в жизни — он нежно проводил пальцами по её губам, а затем входил все сильнее и глубже. Гермиона поймала губами его палец и облизала. Драко на секунду осекся и подавил стон, и Гермиона уже увереннее притянула к себе его ладонь. Мокрые волосы упали ему на лоб, и он внезапно вышел из неё. Гермиона отчаянно попыталась ухватиться за него бедрами, но он с новой силой глубоко вошёл в неё и снова вышел.       — Прекра…ти.       Он игрался с нею, а она стонала уже так громко, что не слышала собственных мыслей. Он подтянул её за вторую ногу и развернул так, что её голова свесилась с кровати. Среди стонов и полумрака Гермиона увидела, как её длинные волосы лежат на полу, образовывая причудливые красивые кольца, а в следующую секунду её мир сжался в одну точку и взорвался от болезненного наслаждения.       Удовольствие затопило её с такой силой, что ей показалось, что она лишилась сознания на несколько секунд. Мгновением позже она почувствовала что-то теплое и мокрое на животе. Драко подтянул её на кровать и рухнул рядом.       — Доброе утро, — тихо рассмеялась Гермиона, прикрывая лицо руками и пытаясь отдышаться.       — Доброе утро.       Рука по привычке дернулась к низу живота. Она уже не различала, что там — пот, она, Драко, о боже, Драко. Малфой стащил с тумбочки небольшое полотенце и вытер её.       — Ты удивительно заботлив, Драко Малфой, ты знал об этом? — вполголоса пошутила Гермиона, погладив его по щеке и волосам кончиками пальцев.       — Нет.       Драко сосредоточенно смотрел на противоположную стену, и Гермиона, проследив за его взглядом, ничего не увидела. Его явно что-то беспокоило, и даже оргазм сбил это напряжение недостаточно сильно.       — Что-то случилось?       Гермиона подтянула одеяло к груди и села в кровати. Драко недовольно рыкнул и отдернул одеяло обратно вниз. Гриффиндорка покраснела. Она каждый раз смущалась, когда он любовался её голым телом, особенно когда это случалось не во время секса. Она казалась себе такой уязвимой, почти неправильной, но его взгляд и действия почти всегда убеждали её в обратном.       «Ты имеешь такую власть надо мной, когда обнажена, Грейнджер», — однажды сказал он ей.       Но она ни разу этим не воспользовалась.       — Смит, — Драко потёр переносицу. — Вся эта хрень не идет у меня из головы.       Гермиона кивнула, хоть Драко этого не видел. Накануне она легла спать одна, потому что Гарри и Драко до последнего пытались выяснить у Захарии причину его возвращения и придумать, как вернуть его обратно. Гермиона заметила темные круги у Драко под глазами.       — Ты что, вообще не спал?       — Он повторял постоянно, что не хочет иметь с нами никакого дела, что не надо было возвращаться, — продолжал Драко, проводя руками по руке Гермионы от плеча до запястья, и игнорируя её вопрос. — Как будто нам он здесь сдался, придурок.       — Драко, ты что, только вернулся?       — Лег спать со своим конвертом в обнимку, как ребенок. Я тебе клянусь, если бы он мог, то сожрал его. Я предлагал Поттеру отнять список силой, но он предложил повременить. На кой хер временить? Уговаривать его? Он кусок дерьма, бесхарактерный и бесхребетный…       — Драко, успокойся.       — Ещё этот сраный Финч-Флетчли… Околачивался у двери Салазар знает сколько, чтобы в итоге проблеять про то, что он хочет попасть в Орден вместе с Вейн. Что-то про то, что она умирает. От этого Смит вообще чуть не рехнулся…       Гермиона положила ладонь ему на голову и откинулась назад. Волнистые волосы спадали вниз и щекотали шею, но Гермиона не хотела их поправлять, иначе пришлось бы заставить Драко передвинуться. А больше, чем лежать с ним в обнимку и разговаривать она любила только любить его.       — Он идиот, Гермиона, — уже тише продолжал Драко, и девушка догадалась, что он проваливается в сон. — Может нас всех погубить. Финниган тоже хорош! — голос снова взмыл вверх и Драко привстал. — Зачем было при всех говорить об информации? Кучка идиотов…       Гермиона поправила волосы и мягко притянула Драко обратно. Он лег и положил руку ей на живот. Она знала, что причина такой разговорчивости Драко в его страшной усталости. Когда у Малфоя не было сил стоять на ногах, у него развязывался язык. Редко, но ценно.       — Я беспокоюсь, Гермиона, — уже совсем тихо пробормотал он. — Как бы нам всем не стало ещё хуже. Хотя на всех мне наплевать.       Его дыхание выровнялось, и он задремал. Гермиона продолжала гладить его по голове, не зная, кого это успокаивает сильнее — её или Драко. Он вздрогнул во сне, как бывало всегда, когда он засыпал. Она расслабилась и прикрыла глаза. Внезапно Драко пошевелился и пробормотал сквозь сон.       — Но я тебя защищу.       И снова уснул.       Грустная улыбка коснулась губ Гермионы. Она почувствовала, что сама погружается в сон и сказала чуть слышно:       — Я знаю.

***

      Страшный шум и грохот вырвал Гермиону из сна так резко, что сердце мгновенно зашлось и ударилось об грудную клетку. Драко вскочил быстрее, чем Гермиона успела сделать вдох, на ходу натянул брюки и схватил палочку.       — Одевайся! Палочка! — крикнул он, и его слова чуть не заглушил новый раскатистый грохот.       Гермиона испуганно откинула одеяло и бросилась к матрасу.       — Что ты делаешь? — Драко схватил её за локоть и дернул вверх.       — Записи твоего отца!       — Да ты их уже наизусть знаешь, Салазар побери!       Новый грох и новый крик. Гермиона заметила, что Драко побледнел. Она сама была страшно напугана, и мысли как мячики носились в голове, отбиваясь от стенки к стенке, беспорядочно и хаотично. Этот дом был их убежищем, хоть и сомнительным, обветшалым и многолюдным, но за пару месяцев он вызвал иллюзию привычности, защищенности, покоя.       Странный треск и запах. Осознание окатило Гермиону ледяной волной.       — Это что… пожар?       Ни секунды на сомнения. Она оделась быстрее, чем успела осознать, что делает. Схватила записи, палочку и рюкзак, всегда готовый на случай вылазки.       Драко уже был в коридоре. Дым и суета, в проеме, пихнув Драко, возник Гарри.       — У нас пожар. Всех будим и убираемся отсюда.       — Ну ты гений, Поттер, — рыкнул Драко.       — Где начался? — Гермиона влезала в кроссовки, попутно скидывая в рюкзак карманный томик по древним рунам. — Почему не потушить?       — В кабинете. Пожар магический.       Драко выдернул Гермиону из комнаты и почти протащил по коридору до самой двери на веранду. Она даже не сопротивлялась, лишь слепо повиновалась и пыталась быстрее переставлять ноги. В воздухе пахло дымом, и стоял треск.       Они в два счета оказались на веранде и сбежали вниз. Обогнув её, они оказались на заднем дворе, где уже было человек десять. Гермиона обернулась и потеряла дар речи.       Вся левая часть дома, в которой находился кабинет, ванная и часть спален горела. Пожар был магический, но сделанный словно неумело — огонь перемещался по шагам, переходя не по дереву, обоям и старым балкам, а сантиметр за сантиметром по воздуху.       Гермиона испуганно оглядела толпу. С краю стояли Дин Томас и Симус Финниган. Последний был шокирован и постоянно озирался по сторонам. Рядом Терри Бут и Энтони Голдстейн поддерживали еле стоящую на ногах Ханну Аббот. На её лице виднелась сажа. К ним уже спешил Блейз. Джастин Финч-Флетчли вынес из дома Ромильду Вейн на руках. К Гермионе подошла Джинни.       — Ты как, в порядке? — обеспокоено спросила она, оглядывая подругу с ног до головы. — До вас не успело дойти?       Гермиона мотнула головой. Драко сканировал растущую толпу и выходящих из дома. Вот показалась Лаванда Браун, активно жестикулируя и показывая кому-то неприличный жест, вот Невилл идет, держа за плечи напуганную и бледную Полумну, и даже Тео и Пэнси здесь, почти невозмутимые и стоящие отдельно, как всегда. И только по легкой морщинке на переносице Паркинсон Гермиона догадалась, что она зла.       Из окна загоревшейся спальни показалась Парвати Патил. Судя по всему, дверь её комнаты была перекрыта, и она пыталась вылезти в окно. Гермиона сделала было шаг вперед, но к Парвати уже бежали Дин и Невилл. Они перехватили её за подмышки и с силой дернули на себя. Она не сопротивлялась и даже не кричала. Все трое кубарем упали на землю, но так же быстро подскочили и понеслись к остальным.       — Его нет, — внезапно сказал Драко, делая несколько шагов вперед.       — Кого? — не поняла Гермиона, испуганно оглядывая толпу.       Гарри активно замахал руками на веранде.       — Гребанного Смита.       Малфой рванул вперед.       — Драко, нет! — Гермиона успела пройти несколько шагов, когда её перехватила Джинни.       — Гермиона, успокойся, — твердо вцепилась в неё Уизли. — Это Драко. С ним Гарри. Всё будет нормально.       Но Гермиона не была в этом уверена. Она впилась глазами в огонь, быстро и верно пожирающий дом. Чудо, что они все успели собраться и выбраться.       Или не все?       Почему не было Захарии? Он сбежал? Или он и устроил пожар? Или…       Мысли нагромождались одна на другую, как книги в библиотеке, когда она готовилась к очередному экзамену. Это же Захария! Захария… Гермиона вспомнила, как они вместе готовились к занятиям Грюма, отрабатывали заклинания и смеялись. Говорили по душам, и он рассказал ей про отца. И про то, как боялся этой войны.       — Они там!       Сквозь прибавляющийся дым уже мало что было видно, но Гермиона разглядела два силуэта. Один из них тащил что-то по земле. На плече второго было что-то большое. Гермиона побледнела. Кто-то вскрикнул.       Драко обогнул веранду и, таща за собой ящик из лавки Писсаро, быстрыми шагами приблизился ко всему отряду. Гарри остановился немного поодаль и снял Захарию с плеча, так, что никто не мог ничего разглядеть.       — Он мертв, — глухо сказал Драко.       По отряду пробежал шепот, быстро переросший в крик. Симус Финниган побледнел еще сильнее.       — Годрик…       Гермиона смотрела на Драко во все глаза.       — Он задохнулся? — тихо спросила она, но сама себе не верила.       Драко покачал головой.       — Ему перерезали горло. Судя по всему, во сне.       Гермиона кивнула и почувствовала, что в глазах защипало. Она отвернулась и уставилась на дом, уже полностью охваченный огнем. Ей хотелось сделать вид, что она плачет из-за дыма, но она не смогла. Предательские слёзы крупными каплями стекали по щекам, и она грубо вытирала их, шмыгая носом. Джинни, стоящая рядом, сжала руки в кулаки, а губы в тонкую полоску. Она посмотрела на Гермиону с пониманием и приобняла за плечи.       — Конверта не было, — тихо проговорил Драко.       — Что? — переспросила Гермиона, на секунду перестав всхлипывать.       — Я думаю, его убили из-за информации. И поджог устроили, чтобы это скрыть. Но…       В воздухе грохнуло с новой силой, и на секунду Гермиона подумала, что в доме разом взорвались оставшиеся окнам. Но она ошибалась.       То тут, то там из воздуха на фоне горящего дома, словно из самого огня, возникали Пожиратели Смерти. Кто-то закричал, и в мгновение ока с двух концов на землю замертво упали Энтони Голдстейн и Сьюзан Боунс. Смертельные заклятья нашли своей цели. Поднялась паника и суматоха. Гермиона выхватила палочку и отразила сразу два заклятия. Слёзы высохли сами собой, Драко стоял чуть спереди, а Джинни впервые за долгое время встала с ней плечом к плечу.       — Остолбеней!       Она попала в цель, но сразу за упавшим Пожирателем возник новый.       — Их тут с десяток! — взвизгнула Лаванда Браун, и в следующую секунду рассекающее заклятье ударило ей по лицу.       — Нам надо уходить, сейчас! — закричала Гермиона, с трудом отражая очередное заклятье и уворачиваясь от зеленой молнии, которая пролетела слишком близко. — СЕЙЧАС!       — Куда? — прокричал Рон откуда-то сзади, куда оттащил Лаванду. — Нам некуда идти.       Гермиона поймала предостерегающий взгляд Драко, брошенный через плечо. В следующий момент по нему попало заклятье, и он скорчился от боли, и это придало Гермионе уверенности.       Она набрала в лёгкие побольше воздуха.       — СЮДА! КО МНЕ! Сейчас!       Что-то в её голосе заставило всех повиноваться. Пэнси Паркинсон на пару с Блейзом выставила самый сильный щит, на который была способна. Заклятья ударялись об него и по нему то тут, то там начинали идти трещины. Отряд бросал в Пожирателей ответные заклинания, отбрасывая их назад и пытаясь выиграть хотя бы несколько секунд. Гриффиндорцы, слизеринцы, пуффендуйцы, когоевранцы — бросились в одну точку, став легкодоступной мишенью.       — Соприкасайтесь, каждый, срочно!       Последним к ним подбежал Гарри. Он до последнего пытался донести до них Захарию, но сдался и едва добрался живым до сгрудившегося отряда.       — Гермиона, что ты делаешь?       Девушка зажмурилась. Она и сама до конца не знала. Никому… Никому нельзя верить. Но прямо сейчас на весах была жизнь одного предателя против двадцати тех, кто сражался рядом с ней и изо всех сил пытался победить. Пытался выжить.       — Переношу нас в спокойное место.       Привычный рывок в районе пупка, всё завертелось, и Гермиона сосредоточилась на той самой картинке, которую передала ей умирающая МакГонагалл. Красный кирпич… два окна… светлая дверь…       Красный кирпич… Два окна… Светлая дверь…       Красный кирпич. Два окна. Светлая дверь.       Она открыла глаза и на мгновение ей показалось, что ничего не изменилось. На неё смотрели с надеждой и испугом столько знакомых лиц, что ей стало не по себе.       Тишина. Именно она убедила её, что все исчезло. Не было больше заклинаний, треска огня и грохота. Где-то вдалеке загудел поезд.       — Где мы?       Гермиона выпрямилась и огляделась. Они стояли прямо на дороге в конце улицы, и по соседству ютилось ещё несколько видавших лучшее домов. В паре сотне метров от знакомой Гермионе картинки, которую она мгновение назад снова и снова вызывала в голове, виднелись рельсы, а сразу после — смутные очертания города, едва видевшееся сквозь туман.       — Черт побери, да это окраины Лондона! — воскликнул Дин Томас.       Гермиона была удивлена не меньше его.       — Давайте зайдём внутрь и там разберёмся, — нетерпеливо проговорил Рон, придерживая Лаванду, которая оторвала кусок футболки и прижимала его к окровавленному лицу.       Все немного отступили назад, пропуская Гермиону первой. Та почувствовала себя ещё более неуверенно, чем минуту назад.       «Иного пути нет, Гермиона, только вперед», — подумала она и быстро зашагала к двери. На подходе она почувствовала, словно прошла через тонкую стенку мыльного пузыря — тёплую, но щекотную магию заклинания Фиделиус. Ручка двери поддалась легко, словно открывалась по сто раз в день и смазывалась лучшим маслом.       В доме было почти уютно. Ситцевые подушки на зеленых диванчиках, пуфик у камина. Полы застелены коврами, а окна прикрывали занавески с оборочками. На обоях в цветочек тут и там висели черно-белые недвижимые фотографии. Пахло старостью.       — Кажется, кто-то тут двинул кони, — прокомментировал Тео Нотт.       — Главное, чтобы больше никто, — отрезал Блейз.       Ханна Аббот заплакала. Она села прямо на пол и уронила лицо на руки. Рядом с ней на пол села Полумна и обняла за плечи.       — Эрни… и теперь Энтони… Я не могу… не могу…       — Где мы?! — взорвалась Парвати Патил. — Объясните мне! Грейнджер?       Но её все игнорировали.       Джастин Финч-Флетчли внес на руках Ромильду Вейн. Та была без сознания с предыдущей битвы. Губы Блейза сжались, когда он увидел их.       — Поговорить. Сейчас, — коротко бросил Драко в воздух.       Он грохнул ящик, который тащил об пол и наугад пошел вперед. На ящик мгновенно взгромоздился Тео Нотт.       — Трогать нельзя! Только меня, я никогда не против. Но отбор суровый, не поглядывай так на меня, Уизел!       Следом за Драко из комнаты исчез Гарри. Блейз окинул всех быстрым взглядом.       — Все в норме, — негромко сказала Джинни. — Те, кто выжил. Относительно.       С каждым словом становилось всё хуже. Гермиона осознала, что в её голове до конца не укладывается все произошедшее. Она поняла, что не может ни думать, ни говорить об этом. Тем не менее ноги сами, переставляясь, понесли её за Драко и Гарри. За ней пошел Блейз. Они увидели приоткрытую дверь в конце небольшого коридора. За ней слышались голоса.       — Это уже ни в какие ворота, — тыкал в Гарри Драко пальцем. — Мы тут все трупы.       — Я знаю.       Гермиона закрыла за ними с Блейзом дверь. Она сделала шаг и, взявшись за стену, медленно опустилась на пол.       — Его убил кто-то из наших, — сказал Блейз, и Гермиона чуть ли не впервые услышала, что его голос дрожит.       — Они не наши, Блейз, — прошипел Драко. — Мы все тут друг другу чужие.       — Малфой, не начинай это сейчас! — взвинтился Гарри.       — О, есть какой-то более подходящий момент для этого разговора? — заорал Драко и с силой ударил кулаком по стоящему рядом столу. — Пришли мне сову, Поттер!       — Мы умрем здесь как только крыса найдет первую же возможность сообщить о нашем новом положении, — повысил голос Блейз, пытаясь перекричать обоих.       — Оно защищено Фиделиусом, — тихо сказала Гермиона, прижимая руки к ушам.       Она не могла понять, что пугает её сильнее — отголоски грохота и пожара или новая, звенящая тишина.       — Что? — не понял Забини.       — Фиделиусом. Убежище. МакГонагалл.       Парни переглянулись.       — Это всё равно вопрос времени, — констатировал Блейз.       — Да, — снова взвился Драко. — Поэтому мы с Грейнджер уходим.       — Что? — вскинулся Гарри.       — Что? — опешила Гермиона.       — Это больше не может продолжаться. Я не какой-то сраный кочевник, чтобы прыгать с места на места и ждать, когда меня уже наконец поджарят. Причем буквально. Вставай, Грейнджер! — не терпящим возражением тоном приказал Драко.       Гермиона почувствовала, что на её глаза снова наворачиваются слёзы.       — Я никуда не пойду! — по-детски упрямо сказала она и уперлась ногами в пол.       — Пойдешь!       — Малфой, оставь её!       Драко наклонился к Гермионе и подхватил за подмышки. Гарри и Блейз громко заговорили что-то наперебой, и от количество новых звуков у девушки закружилась голова. Из последних сил она боднула пытающегося отодрать её от пола Драко лбом в плечо, и в этот момент дверь резко распахнулась. Все как по команде обернулись на звук, затихнув.       На них насмешливо смотрела Пэнси Паркинсон.       — Прямо-таки мизансцена, — прокомментировала она.       Драко отпустил Гермиону, и она быстро вытерла слезы.       — Я там входную дверь заперла, — Пэнси указала большим пальцем в сторону гостиной. — Ну так, на всякий случай. Маловероятно, что это остановит шпиона, но шуму ему навести придется, а это привлечет внимание.       — Спасибо, Пэнси, — Гарри снял очки и нервно протер их грязной футболкой, разводя по стеклышкам круги сажи.       Драко тяжело сел на пол рядом с Гермионой и положил свою ладонь рядом с её. Она злилась на него, но позволила его мизинцу коснуться своего.       Паркинсон снова окинула присутствующих насмешливым взглядом. Блейз достал из внутреннего кармана куртки фляжку и отпил из неё.       Никто это не прокомментировал.       — Что ж, — Пэнси, виляя бедрами, подошла к избитому Драко столу. — Знаю, что сейчас не самое подходящее время, но я почти всегда не вовремя. Это, знаете ли, моя фишка.       Гермиона внимательно посмотрела на неё, стараясь сфокусироваться и собраться.       — Пэнси, ты о чем? — не понял Забини.       Слизеринка посмотрела ему прямо в глаза и холодно улыбнулась.       — Думаю, пришло время рассказать вам об этом.       И она выложила на стол черный замшевый мешочек.