Глава 30
31 марта 2025 г., 22:25
Раз я знаю, что ты придешь, я могу ждать тебя сколько угодно.
Высокий силуэт выделялся на фоне светлеющего неба, и полы его плаща так бешено развевались на ветру, словно норовили закрутить своего хозяина в водоворот. Гермиона сразу поняла, кто это, и её сердце привычно болезненно сжалось. Человек обернулся, и перед ними предстал Джордж Уизли. Перемена в его лице и внешнем виде поразила Гермиону. Он словно стал старше на десять лет — жесткая щетина, морщины на лбу, черты лица грубые и словно выточенные наждачкой. И лишь глаза — знакомые, карие, немного с вызовом поблескивали из-под хмурых бровей. Даже рыжий цвет волос показался Гермионе не таким ярким, как раньше, словно его выкачали и залили обратно тусклый цвет. Впрочем, Гермиона понадеялась, что это была лишь игра света. Джордж окинул весь прибывший минуту назад отряд оценивающим взглядом. На мгновение задержав взгляд на Джинни, он повернулся к Гарри. — Вы отправляетесь через несколько минут, — сказал он. — Просьба всех вытянуть палочки перед собой. Гермиона почувствовала, что её уши краснеют. Глупо, почти унизительно — доказывать, что ты не шпион, и что не предаешь своих. Но она понимала, поэтому, как и все остальные, молча вскинула руку. Краем глаза она заметила, что Тео Нотт запутался в кармане пиджака. — Сейчас же сдать палочки. Даже голос Джорджа изменился. Из него пропали те насмешливые, ироничные нотки, которые раньше так раздражали Гермиону, но которые ей бы так сильно хотелось услышать снова. — Два порт-ключа, — не мигая жестким голосом озвучил Джордж. — Один — чтобы добраться туда, второй — чтобы добраться обратно на случай провала. Оба будут у Гарри. Вас перенесет в Хогсмид, дальше — сами. Гермиона почувствовала, что сдав палочку Джорджу она словно лишилась обеих рук, но старалась игнорировать это чувство, запоминая каждое слово близнеца. — Мы предполагаем, что во главе Уробороса четверо. Долохов, Лестрейндж, Яксли, и… — голос Джорджа прервался и он бросил злой взгляд в толпу. — Нотт. Краем глаза Гермионе показалось, что Тео вздрогнул. Он ничего не сказал, не пошутил и не выкинул какую-то глупость, от чего ей стало ещё беспокойнее. — Ваша задача — сдерживать силы молодых Пожирателей Смерти. Мы лишь приблизительно знаем их количество, но цифры неутешительны. Наравне с вами будут сражаться мракоборцы. Не подведите. Джордж передал Гарри две монеты, обернутые в ткань. Поттер аккуратно положил одну во внутренний карман куртки, а вторую раскрыл на ладони. — Отправление через пять минут, — сухо декламировал Джордж. — Выдам палочки прямо перед аппарацией. По толпе прошел шепот. Все сгрудились вокруг Гарри, привычно касаясь плеч и рук друг друга. Драко придержал Гермиону за рукав. Она удивлённо обернулась. — Он не кажется тебе странным? — одними губами произнёс Драко. — Кто? — не поняла Гермиона. — Джордж Уизли. Гермиона не понимающе посмотрела на Драко, а затем перевела взгляд на Джорджа, который жестом подозвал к себе Джинни. Близнец выглядел немного грубо, неотесанно — щетина, плотно сжатые губы, морщины на лбу. Она снова посмотрела на Малфоя. — Я не понимаю, о чем ты, — уперто прошептала она. Но она понимала. — Он может быть шпионом, — одними губами прошептал Драко, смотря куда-то поверх её головы. — Он всегда на связи с Поттером, близко к Ордену, но все равно один. К тому же он не вызовет лишних подозрений, ведь любое изменение поведения можно списать на потерю брата… Гермиона слушала и не верила своим ушам. Ей показалось, что внутри неё поднимается горячая волна, затапливающая внутренние органы, растекающаяся по пищеводу вверх, к горлу, раскаленный йодом жгущая всё, что попадается на пути. — Замолчи сейчас же, — резко оборвала она его, забыв понизить голос. — Я не хочу слышать ничего подобного. Он сфокусировал взгляд холодных глаз на ней и прищурился. — Послушай, Грейнджер, — заговорил он тем ледяным голосом, которого она давно от него не слышала. — Я говорю это не потому что не люблю семейку Уизли, а потому что предполагаю абсолютно любое развитие событий. Нужно уметь включать голову и выключать эмоции. Без этого вечного горячего сердца холодный разум всегда сможет подсказать верное решение. Она зло исподлобья посмотрела на него, и как назло горячая волна затопила ей грудь, словно в подтверждение его слов о сердце. Гермиона понимала, что в его рассуждениях есть зерно правды, что ей стоит прислушаться, но даже теоретическая боль от возможного предательства была слишком сильна. — А может это Тео, — с вызовом сказала она, вскинув брови, — его отец во главе Уробороса, он пропадал посреди года, затем вернулся, ничего о себе не рассказывает и в целом ведет себя странно. Лицо Драко не дрогнуло. — Да, возможно это Тео, — спокойно сказал он. — И я могу признать такой расклад событий. А ты можешь признать тот, о котором сказал я? Она мотнула головой и отвернулась, снова посмотрев на силуэт Джорджа. Он пересчитывал палочки. — Я росла вместе с ним, — тихо сказала она. — Он всегда… был такой придурок. Но не предатель, понимаешь? Она не увидела, но почувствовала, что Драко кивнул. — Это лишь предположение, Грейнджер, — он коснулся пальцами её подбородка. — Посмотри на меня. Гермиона повернула к нему голову и взглянула прямо в глаза. Когда они стояли так близко, она внезапно осознавала их разницу в росте — она едва доставала ему макушкой до подбородка. Весь сотканный из холода и неприступности, Драко сливался с сероватым небом за спиной. Он заглянул ей прямо в глаза, и в этом взгляде Гермиона почувствовала так много, что на мгновение перестала дышать. — На самом деле, это неважно, — выдохнул он ей в губы, так близко, что она попыталась вдохнуть его дыхание. — Абсолютно неважно, кто шпион. Главное — выживи, Грейнджер. И не попадись ему. Он отвел прядь её кудрявых волос от лица, и уголки его губ тронула грустная улыбка. — Даже если бы шпионом была ты, — он прижался лбом к её лбу. — Всё, что угодно. Только выживи, Грейнджер. Ты ведь всегда выживаешь. Лёгкий поцелуй. Рассвет заиграл во всю силу. — Пора! Палочка Гермионы легла ей в ладонь, и она почувствовала настолько знакомую вибрацию, что по кончикам пальцев разлилась сладостная боль. — Не умрите там все, — сухо пожелал удачи Джордж. Гермиона смотрела только на Драко, стоящего напротив. Он смотрел на неё в ответ. — На счет три, — привычно засчитал Гарри. По затылку побежали мурашки. — Раз… Рука плотнее обхватила палочку. — Два… Всё сомкнулось в одной точке, стало большим и маленьким одновременно. Гермиона зажмурилась. Три.***
Запотевшие стекла казались в утренней дымке ещё более грязными, а заколоченные поверх доски отсыревшими, прогнившими. В комнате стоял противный сладковатый запах, а в воздухе почти физически ощущалась пыль. Гермионе показалось, что она может снять плотный слой, лишь проведя пальцами по щеке. — Это что… — начал Рон, озираясь по сторонам, пока глаза привыкали к блеклому свету. — Визжащая хижина, — в один голос ответили Гарри и Гермиона. Кроме них троих никто из присутствующих никогда не был внутри хижины. Она всегда стояла на отшибе и лишь пугала мрачными легендами, слагаемыми вокруг себя. Кто-то зашептался в полумраке, а Гермиона, прикусив губу, отвела глаза. Был ли Драко прав? Он был прав чаще, чем ей хотелось бы, и обычно это злило её. Сейчас же возможность его правоты вселяла в неё ужас. Она поглядывала на стоящих неподалеку Гарри и Рона виновато — жгучий стыд за недавний разговор и мысли заполонили её разум. Она успокаивала себя — Джордж не был в убежище, он бы не смог зарезать Захарию во сне, он сам их к нему отправил, зачем было это делать? Зацепившись за эту мысль, она решила остановиться на ней и твердо отбросить сомнения. Получалось плохо. Живя в атмосфере постоянного напряжения и недоверия, приглядываясь к каждому движению и слову, Гермиона заполучила привычку не верить до конца даже самой себе. Она машинально прижала руку к груди, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. — И как нам отсюда выбираться? — поинтересовался Блейз, брезгливо переступая с ноги на ногу, словно угодил в лошадиное дерьмо. — Здесь есть ход, — туманно ответил Гарри, внимательно наблюдая за всеми присутствующими. — Нам надо разделиться. — Наша задача — сразиться с молодыми Пожирателями, — услышала она негромкий, но властный голос Драко. — И всё, Поттер. Ты осознаешь это? Гарри упорно не смотрел в сторону Малфоя. Его взгляд, идущий исподлобья, был направлен прямо на заколоченное окно, словно пытался просканировать его насквозь, получив ответ на все вопросы. Внезапно Гермиону осенило. Отпихнув плечом неудачно подвернувшуюся Лаванду, Гермиона подобралась к Гарри и схватила его за локоть. Тот от неожиданности вздрогнул и мгновенно направил ей в лицо палочку. Драко ощетинился, а Гермиона примирительно подняла руки вверх. — Карта Мародеров, Гарри, — негромко напомнила она. Последний раз они пользовались ей год назад во время битвы за Хогвартс. Она не была уверена, что Гарри взял её с собой, но внезапно простое и очевидное преимущество всплыло в её памяти, как светящаяся диодная лента. На лице Гарри отразилось глубокое удивление, словно он сам не мог поверить, что забыл о таком простом решении. — Я оставил её в Хогвартсе, в старом чемодане, — тихо сказал он. — Впрочем, почему бы не попробовать… Акцио, карта мародеров! Безрезультатно. Гарри несколько раз повторил заклинание, но по воздуху не раздалось ожидаемое шуршание пергаментной бумаги. — Надо пробраться в гостиную Гриффиндора, — решительно сказала Гарри. — Таким образом мы получим больше сведений о нахождении Псов и сможем передать информацию Ордену. — Возможно, по карте будет понятно, где находится источник Уробороса, — задумчиво сказала Гермиона. Гарри нетерпеливо кивнул. В его глазах зажегся огонек идеи. — Мы с Роном и Гермионой отправимся туда… — Минуточку, — зло встрял Драко. — Я пойду с вами! — жарко вставила Лаванда. Гарри покачал головой. — Нет, вы должны распределиться и сразиться с молодыми Псами. Мы с Роном и Гермионой сделаем это втроем. Малфой, тебя я даже в нынешней ситуации не подпущу к гостиной Гриффиндора. Лаванда вышла вперед с таким выражением лица, словно её не впечатлило ни одно слово Гарри. — Лаванда, ты ещё слишком слаба, – тихо сказал Рон, сжав её руки в своих с такой силой, что костяшки побелели. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. А случиться может что угодно. Гермиона же почти физически почувствовала напряжение за своим плечом. — Поттер, — практически зашипел Драко. — Ты прямо сейчас хочешь померяться факультетами? Гарри посмотрел на него абсолютно серьезно. — Им нужен кто-то, кто поведет их, Малфой. — Мне кажется, в гостиной Гриффиндора безопаснее всего, — внезапно подал голос Невилл. — По легенде заклятие Годрика Гриффиндора так сильно, что никто, не принадлежащий к факультету, не может проникнуть внутрь… Ему это будет просто недопустимо, он даже не сможет найти дверь. Повисла тишина. Легенды, исходящие не из достоверных источников в виде подлинных исторических книг, никогда не вызывали достаточно доверия у Гермионы. Драко посмотрел на неё. Она едва заметно кивнула, честно признаваясь про себя, что не слышала ни о чем подобном. Малфой выдохнул сквозь зубы. — Я думаю, там мы будем в безопасности, — вполголоса сказала Гермиона. — Скорее всего гостиная Гриффиндора их не интересует. Казалось, это немного успокоило Драко. — Только аккуратнее. Защищай её, Поттер, даже если ради этого тебе придется умереть. Гарри нахмурился, но мрачно кивнул. Очередное соглашение. Гермиона всегда злилась, когда они говорили о ней так, словно её не было в комнате, но сейчас у неё не было ни сил, ни желания встревать в этот спор. Драко не стал разводить конфликт, значит, она сможет внести свою лепту в поиск Карты, и, возможно, разрешения загадки источника. А это уже многого стоит. — Мы пойдём отсюда, — снова туманно обозначил Гарри. — Вы же отправляйтесь через главную дверь. Скорее всего, её надо выломать. Она дальше по коридору. Джинни не горела желанием идти вместе с троицей. Вместо этого она держалась ближе к Блейзу, стоя в профиль, так, что Гермиона не могла заглянуть ей в глаза. Странный червячок сомнения шевельнулся у неё внутри, но она отвлеклась на чертыхание кого-то из пуффендуйцев, испачкавшего рукав в грязи. Драко остановил серые глаза на Гермионе. Сердце в её груди зашлось. Что, если она видит его в последний раз? Она пробежала взглядом по его лицу, быстро, почти жадно — так, чтобы впитать его до дна, запомнить каждую черточку и мелочь, и забрать это всё с собой. Куда бы она ни отправлялась. — Откуда вы знаете это место? — спросил Забини, поморщившись и явно удерживаясь от плохой шутки. — Были времена, — отрезал Гарри. Блейз выразительно посмотрел вниз на слой грязи. — Оно понятно. Лаванда обняла Рона за шею и, прижавшись всем телом, зашептала что-то на ухо. Гарри переминался с ноги на ногу, бросая взгляды на Пэнси, стоящую отдельно у заколоченного окна и всматривающуюся вдаль через небольшие щели. Драко распределял отряды, но делал это неторопливо, словно без охоты. Он медлил и то и дело невзначай прикасался пальцами к ладони Гермионы. Она чувствовала ледяной холод и обжигающий жар одновременно. — Пора. Губы болели от искусанности, и в голове у Гермионы промчался глупый вопрос — они поцелуются при всех? Вот так просто? Отряды потянулись на выход, Драко смотрел куда-то поверх головы Гермионы, словно всматривался в пустоту. Она переминалась с ноги на ногу и, внезапно, ей стало зябко в этой душной комнате. Она плотнее свела края куртки. Драко остановил на ней взгляд и посмотрел так внимательно, словно пытался узнать кого-то, кого не видел много-много лет. — Драко… — начала было она, не зная, как закончить эту фразу. Он медленно повел головой, словно говоря ей «нет». Она прикусила язык. Подняв руку, он провел тыльной стороной пальцев по её щеке, невесомо, едва касаясь. На заднем плане Тео Нотт сделал вид, что внимательно рассматривает носки своих ботинок, но Гермиона этого почти не заметила. — Мы не прощаемся, — глухо сказал Драко. В следующее мгновение он развернулся и в несколько широких шагов вышел в дверной проем. В комнате ещё было полно народу, но для Гермионы она внезапно полностью опустела.***
Утро было прохладным, и Драко несколько раз втянул носом воздух, почувствовав щекотание в ноздрях. Слева от него, пригнувшись, стоял Блейз. На его голову был натянут капюшон, и Драко раздражало, что он легко может спутать лучшего друга с кем-то из непутевых когтевранцев в общей свалке. На корточках чуть позади сидел Тео. Он держал в зубах травинку, сорванную где-то рядом с Визжащей хижиной, но делал это с таким видом, словно во рту у него была дорогая кубинская сигарета. Пэнси силуэтом стояла где-то справа, будто отдельно, готовая в любой момент пропасть навеки в тени. — И как мы докатались до жизни такой, — вполголоса пробормотал Тео, окидывая взглядом друзей. Драко заметил, что плечи Блейза на мгновение напряглись, а потом чуть расслабились. — Ты о чем именно? — поинтересовался Забини негромко. — О том, что мы прячемся в Хогсмиде, как бродячие собаки или о том, что прячемся мы от Пожирателей? — О том, что мы участвуем в битве за Хогвартс, — невесело усмехнулся Тео. Драко немного повернул голову, чтобы Нотт попадал в его поле зрения. А может, Грейнджер права? Тео вполне мог быть шпионом. Единственное, что держало Драко от полного подозрения в этой мысли, так это надежда на то, что ненависть Тео к отцу перевешивала страх перед ним же. — Слушай, Тео, — задумчиво обратился к нему Малфой. — А что ты будешь делать, если столкнешься с отцом лицом к лицу? Блейз бросил на Драко удивленный взгляд. Они редко задавали друг другу прямые вопросы даже на менее личные темы, поэтому такой разговор мог обернуться непредсказуемым исходом абсолютно для всех участников. Драко почувствовал, что даже Пэнси скосила на них глаза. Тео же, напротив, совсем не был удивлен. Он оторвал ещё одну травинку, выплюнул изо рта предыдущую и засунул новую между зубами. Его взгляд, немного уставший и шальной, окинул сразу всех троих друзей. — Я предпочту его не встречать, — ушел от ответа он. Но то ли приближение самой крайней точки истории, то ли слишком частые взаимодействия с упрямой гриффиндорской девицей, идущей напролом за всеми ответами не дали Малфою смириться с этой уловкой. — А если это всё же случится? Блейз выпрямился в полный рост, словно готовый мгновенно урегулировать конфликт, которой мог вспыхнуть в любой момент. Взгляд Тео перестал бродить и наконец сфокусировался на Малфое. На дне его глаз зажглись огоньки. — А что такое, мой принц? — усмехнулся он и тоже встал с корточек. — Боишься, что я предам тебя ради короля пострашнее? Драко выдержал его взгляд, и ни один мускул в его лице не дрогнул. Они так и стояли в утренней дымке — Драко и Тео напротив друг друга, не отводя глаз, Блейз между ними, готовый ринуться их разнимать и Пэнси в тени, словно незаметный наблюдатель. В воздухе чувствовалось напряжение и на несколько минут повисла тишина. — Я убью его, — наконец тихо сказал Тео. Напряжение треснуло, и в воздухе словно посыпалось разбитое стекло. Драко кивнул и повернулся к Тео спиной. Он вновь посмотрел на замок, возвышающийся вдали. — Хуже всего то, что до него надо добраться, — вновь сказал он, как и всему отряду десять минут назад. — Мы понятия не имеем, как Псы подготовились, но я подозреваю, что весь Хогсмид заполонен бойцами. — Не хочется этого признавать, — проворчал Блейз, — но идея отправить нас в Визжащую хижину была достаточно неплохая. Нам всего то и надо обогнуть Сладкое королевство, а там уже и дорога в замок. — По которой мы не можем пойти просто так, — напомнила Пэнси, и все вздрогнули от неожиданного звука её голоса. — У меня есть Оборотное, — Блейз похлопал себя по карману куртки. — На каждого из нас хватит. Тео сделал вид, что его вырвало и посмотрел на друзей с несчастным выражением лица. — А может пойдём туда с нашими красивыми лицами? — жалобно спросил он. — Ну, вернее мы с Пэнси со своими красивыми, а вы… просто со своими. Блейз молча перекинул назад через плечо пузырек, и Тео поймал его в воздухе. — Надеюсь, мне хотя бы достанется горячая Пожирательница, — уныло резюмировал Нотт. Драко отправил Терри Бута, Патил, Финч-Флетчли и Аббот на несколько домов назад, чтобы они шли разными группами, на случай, если группу Малфоя настигнут Псы. Мысль о том, что они погибнут, давая ход когтевранцам вызывала в нём практически рвотный рефлекс, но он успокаивал себя мыслью о том, что они не справились бы с ролью первопроходцев. Судя по всему, его друзья не разделяли это мнение. Девчонка Уизли так легко отделилась от них, оставшись в Визжащей Хижине с Браун, Долгопупсом, Лавгуд и Томасом, что Драко удивился. Тем не менее, он заметил, как Блейз передал ей что-то и предпочел сделать вид, что его это не касается. — Нам пора, — сказала Пэнси вполголоса, и Драко знал, что она права. Где-то на основной дороге послышались голоса, и Пэнси, прежде чем Малфой успел что-либо сказать, пронеслась вперед. — Остолбеней, — послышался её голос, а затем вновь и вновь она взмахнула палочкой, невербально отправляя новые заклятья. Драко оказался на шаг позади неё и успел использовать заклятье на двух других Пожирателях. Когда он обернулся, Тео уже утаскивал их за стоящее немного набекрень здание Сладкого королевства. Блейз сидел на корточках, отрывая волосы у каждого из четырех обезвереженных Псов. Пэнси отлеветировала к ним пятого. Все обездвиженные были молодыми, совсем юными, такими, будто молоко только-только обсохло на их губах. Драко безразлично пробежал взглядом по их лицам. Знакомых среди них не было. — Мне кажется это полукровки, — негромко сказал Блейз. Он протянул Пэнси скляночку, а затем бросил ещё две поочередно Тео и Драко. Драко не глядя поймал её. — Возьму и у этого на всякий, — пробормотал Блейз, отрезав волос у отлеветированного Пэнси патрульного. — Всего пять патрульных на весь край Хогсмида? — задумчиво протянул Драко. — Это странно. — Или нас ждали, — ответил Тео. Все молча опрокинули в глотки противное зелье. Драко почувствовал горячую волну в пищеводе, такую, словно его вот-вот вывернет, но сдержал позыв. Руки привычно защипало, и он даже не стал переводить взгляд вниз — он и так знал, что кожа бугрится, давая ему возможность на час влезть в чужую шкуру. Они стянули с Псов мантии — это были длинные черные плащи, настолько темные, что казалось, от них не отражается свет. На рукавах виднелись оранжевые метки уробороса — судя по всему, цвет патрульных. — Я выгляжу отвратительно, — уныло констатировал Тео, пнув лежащего рядом с собой Пожирателя. — Лучше отвратительным, чем мертвым, — назидательно сказал Блейз. Драко обернулся через плечо. Ему стоило лишь надеяться, что Бут не наделает глупостей. Веры было мало. Они вступили на главную дорогу. Драко по привычке плотно обхватил палочку и постарался идти нагло, но немного нервно — так, как по его мнению мог ходить молодой Пожиратель Смерти. Так, как когда-то ходил он сам. Блейз шел чуть поодаль вместе с Тео. Пэнси затерялась где-то вдали. Впереди виднелся замок, выделявшийся темным драконом на фоне утреннего небо. Казалось, они совсем недавно его покинули, но он представлялся таким далеким, словно прошло уже несколько лет. Несколько сонных, бредовых, страшных лет. На пути они встретили несколько Пожирателей. Никто не задавал им вопросов, парочка попыталась с ним заговорить, но он пробормотал что-то о том, что ему надо пройти к Главным воротам, и от него отстали. Ему вообще казалось, что Псы плохо знакомы между собой — они щурились, глядя в лица друг другу, словно пытаясь узнать или вспомнить имя, но в целом действовали очень разрозненно. «Да здесь текучка…» — усмехнулся про себя Драко. «Надеюсь, трупы они сжигают, а то даже для гремучей ивы многовато перегноя». Уже на подходе к замку его нагнал Блейз. — Слишком просто, — негромко констатировал он. — Тео прав, — сквозь зубы ответил Драко. — Нас ждут. Они подошли к главным воротам. Одна створка была приоткрыта, так, словно приглашала внутрь. Драко посмотрел на неё. Блейз лёгким взмахом руки проверил железо на проклятья и покачал головой. Чисто. Стояла невероятная тишина. — Мы идем прямо им в пасть, — сказал Драко. Блейз ничего не ответил. Они дождались Тео, а ещё через несколько минут к ним присоединилась Пэнси. Они посмотрели друг на друга, узнавая и не узнавая одновременно — четверо вчерашних подростков в мантиях Пожирателей Смерти. — А ведь это могла быть наша одежка, — озвучил Тео общую мысль. — Мы можем умереть там сразу, — негромко сказал Драко. — Тут даже нет постового. Это ловушка. Пэнси вышла вперед. — Я умирать не собираюсь, — немного нахально сказала она. И затем, неожиданно для всех, со всей силы ударила ногой по воротам, и, вскинув палочку вверх, прокричала: — Бомбарда Максима!***
— Почему здесь никого нет? — тихо спросил Гарри, когда они беспрепятственно влезли в замок через старое окно в кабинете Филча. — Я думаю, они знают о готовящемся нападении Ордена, — негромко сказала Гермиона, отряхивая джинсы от пыли после приземления коленями на пол. — Ждут. Рон переминался с ноги на ногу и периодически бросал взгляды в окно. Группа, состоящая из Лаванды, Дина, Невилла и Полумны отправилась вслед за ними по тайному ходу под Гремучей Ивой. Гарри приказал им не входить в замок и побыть в тени до начала боя или до мгновения, когда они будут обнаружены. Гарри достал из рюкзака мантию невидимку. — Она только на одного, — объявил он то, что все и так знали. — Иди ты, — сказала Гермиона. — Я создам для нас с Роном Дезиллюминационные чары. Она знала, что это было рискованно и сложно, но другого выхода не было. Полное сосредоточение и фокус. Кто мог это провернуть, если не Гермиона Грейнджер? Она провела палочкой сначала вокруг Рона, а затем вокруг себя. — Неплохо, — пробормотала она. — Но надо будет приглушить свет в коридоре. Они бесшумно выскользнули за дверь. Сначала — Гарри, затем Гермиона, всеми силами держащая над ними с Роном заклинание невидимости, а затем держащий наготове палочку Рон. Всё, как в старые добрые времена — они крадутся по пустым коридорам Хогвартса для того, чтобы сотворить шалость. Только на этот раз они прячутся не от Филча или Снейпа, а от врага пострашнее. Беспрепятственно дойдя до главной лестницы, они вдруг услышали шаги и голоса. Нырвнув и нишу, Гермиона жестом показала Рону, чтобы он сел на корточки. Чем меньше пространства он занимает, тем проще держать чары. Гарри встал перед ними, немного расправив мантию так, чтобы хотя бы частично скрыть их от чужих глаз. Прямо перед глазами Гермионы замаячили его ноги, неприкрытые магией. Страх обхватил ей горло. Она узнала голос. — Я думаю, они уже здесь, — противный голос Лестрейнджа резал уши похуже бритвы. — Нужно выпустить всех. Абсолютно всех. — Не так скоро, Родольфус, — почти сладко протянул Нотт-старший. — Дай им помучиться. Рон сделал незаметное движение палочкой, но Гермиона быстро помотала головой, изо всех сил стараясь не отпустить чары. Они были окружены почти десятком молодых пожирателей, шествующих по все четыре стороны от них, как конвой. Лезть на них сейчас — почти самоубийство. Желваки заходили на челюстях Уизли, но он сдержался. Гермиона почти физически почувствовала, что Гарри тоже сдерживается из последних сил. Пожиратели прошли так близко, что полы мантии Гарри шелохнулись, щекотнув колени Гермионы. Она почувствовала такой дух черной магии, что чуть не задохнулась. Пошатнувшись, она изо всех сил вцепилась в палочку, почувствовав, что начинает черпать магический потенциал из сил Драко. Это испугало и успокоило её одновременно — он жив. Но она забирает часть его силы. Сосредоточившись, она выровнялась и вернулась к своим силам. «Вот так, — убаюкивала она про себя. — Ровно. Спокойно. Мне хватает». Шаги скрылись за поворотом и Гарри сделал бешеный шаг вперед, чуть не впечатавшись сразу в троих отставших молодых Пожирателей, взявшихся почти из ниоткуда — они появились из-под лестницы почти бесшумно, не переговариваясь между собой. Почувствовав какое-то движение, один из Псов вскинул палочку и наугад отправил заклинание. Оно пролетело мимо. Прежде, чем двое других успели опомниться, Рон и Гарри бесшумно бросили в них обездвиживающие заклятья. Подхватив их подмышки, они медленно опустили их на пол, стараясь избегать шума. — Мы не можем оставить их здесь, — прошептала Гермиона. Кивнув на дверь в другом конце коридора, она дождалась, пока ребята проверят старый класс на наличие других Псов, втащат туда три обездвиженных тела и свяжут заклятьем. Беззвучно указав им на глаза и уши, она выразительно посмотрела на палочку Гарри. Он догадался ослепить и оглушить их. На время. Она отпустила дезиллюминационные чары. — Мне нужно пять минут перерыва, — сказала она, потирая и прокручивая запястье с палочкой. Рон кивнул и сел на корточки, вглядываясь в лицо одному из Псов. — Я вообще не знаю, кто это — изрек он, оглядев каждого по очереди. На их рукавах были нашиты синие знаки Уробороса. — Я так понимаю, у них есть внутренние касты, — задумчиво протянула Гермиона. — У Нотта и Лестрейнджа нашивки были серебряные. — Как бы мне хотелось их убить, — глухо сказал Гарри, и его глаза за очками блеснули. — Они были так рядом. Гермиона хотела что-то сказать, но он остановил её жестом руки. — Я знаю. Сначала источник. — Что Нотт имел в виду, когда сказал, что нам придется помучиться? — спросил Рон, по привычке посмотрев на Гермиону в поиске ответов. Она пожала плечами. — Всё, что угодно. Гермиона прислонилась к парте, и старое воспоминание о классе, корсете и дыхании Драко внезапно рухнуло на неё, на мгновение лишив всех чувств. Как это было давно, почти нереально, почти не по-настоящему. Но это было. — Как ты? — спросил Гарри, явно сгоравший от нетерпения, но пытавшийся придать своему голосу безразличную интонацию. — Можем идти дальше. Они достаточно быстро добрались до портрета Полной Дамы. Встретив несколько групп Пожирателей и пропустив их, прижимаясь к стенкам, они минули коридоры, лестницы и проходы. Хогвартс был чужим, далеким — его стены словно изнывали от всей тьмы и страха, прочно поселившихся в нём. Это было знакомое до боли место, меняющееся не внешне, но изнутри. — Пароль, — устала пробормотала изможденная Полная Дама, когда Гарри дернул за ручку. Гарри высунул нос из-под мантии и поднес палец к губам. Полная Дама подпрыгнула, прикрыв рукой вырывающийся радостный визг, а затем заговорщически подмигнула и нежно, с лёгким щелчком открыла им проход. В гостиной было холодно. Огонь в камине не горел, и Гермиона испугалась при мысли о том, что Пожиратели могли сделать с домашними эльфами. Гарри взлетел по ступенями в спальню мальчиков и скрылся за дверью. Гермиона задумчиво огляделась. Гостиная выглядела аккуратной, но необитаемой. Слои пыли лежали на столиках и ручках кресел. Она задумчиво провела по лакированной поверхности кончиками пальцев и потерла их, словно пыталась найти разгадку всех своих вопросов. — Она здесь! Гарри почти кубарем сбежал с лестницы, и у Гермионы вспыхнуло детское, радостное воспоминание — каникулы после Рождества, первый курс, она возвращается из дома, радостно вдыхая теплый воздух после мороза, а из спальни мальчиков выбегают Гарри и Рон, в одинаковых свитерах от Молли, наперебой рассказывающие ей о зеркале Еиналеж. Ей показалось, что на мгновение в воздухе появился тонкий аромат имбиря и корицы. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость, — так торопливо сказал Гарри, что никто из Мародеров в жизни бы ему не поверил. Знакомые знаки проявились на карте, и не исчисляемые следы заплясали по Хогвартсу. — Сколько же их здесь, — в ужасе прошептала Гермиона. Шаги громоздились друг на друга так, что Гермиона с трудом могла различать имена. Все сливалось в единую какофонию букв и клякс, и она с отчаяние перевела взгляд на Хогсмид. Имени Драко там не было. — Я не могу понять… — пробормотал Гарри. — Что-то не так. Он был прав. Что-то в Хогвартсе изменилось. Гермиона медленно начала изучать карту из самого верхнего левого угла, словно читала книгу строчка за строчкой. — Мы так в жизни ничего не поймем, — возмутился Рон. — Их слишком много. — Вот Долохов, — Гарри тыкнул куда-то правее и ниже взгляда Гермионы. — Да он просто посреди коридора, — протянул Рон. — Мы примерно там же видели Нотта и… — Заткнитесь, — не выдержала Гермиона. Они послушно замолчали. То ли момент был серьезным, то ли она обладала особой силой при работе с пергаментами, то ли важности ей придавал Хогвартс — но сейчас в их трио главной была она. Что-то зацепило её взгляд. Она медленно прошлась зрачками по воображаемой строчке снова и снова. И снова. Затем она откинула волосы назад и выдохнула. — Ну? — с нетерпением воскликнули Гарри и Рон в один голос. — Комната за преподавательским столом, — сухо декламировала она, ткнув пальцем чуть выше центра карты. — Ту, в которой тебя увели перед Турниром Трех Волшебников, Гарри. Она всегда была гораздо меньше. Сейчас она увеличена в два, если не в два с половиной раза. — Ты думаешь… — И там никого нет. Зато в Большом Зале прямо перед ней выстроен целый отряд по стенке, смотрите. — И на выходе тоже. — И обратите внимание на имена. Гарри и Рон так глубоко уткнулись в карту, что Гермиона видела лишь их макушки. — Яксли, Роули, Макнейр… — Лучшие из худших, — мрачно резюмировала Гермиона. — Значит, мы знаем, куда идти, — Гарри расстегнул внутренний карман куртки, чтобы убрать туда карту. — Осталось только… И в это мгновение произошло сразу несколько событий, сплетшихся воедино. Гермиона внезапно выцепила взглядом столь важное для себя «Драко Малфой» на карте прямо у главных ворот Хогвартса, рядом с «Пэнси Паркинсон», «Теодор Нотт-мл» и «Блейз Забини». Раздался сильный взрыв, такой, что стекла в окнах загудели, а мебель и пол заходили ходуном с такой интенсивностью, что Гермионе пришлось ухватиться за кресло, чтобы не упасть. И в гостиную Гриффиндора резко, с оглушительным звуком влетела сорванная с петель дверь.
