Кавказский пленник

Спустя пару дней Владимир стал подниматься с кровати и понемногу возвращался в обычной здоровой жизни молодого мужчины. Состояние было практически нормальное, только иногда ещё кружилась голова, но от врача он скрыл эти симптомы, намереваясь быстрее добиться выписки и уехать домой. С момента последней встречи Аню больше не видел и предположил, что девушка взяла небольшой отпуск. По его мнению, время, проведённое вдали от друг друга, обязательно должно пойти на пользу обоими: как говорят в народе "С глаз долой - из сердца вон". Пока Анна отсутствовала в больнице, несколько раз за неё дежурила Леночка, которая при любом удобном случае прибегала в палату Корфа и старалась "развлекать" мужчину, как могла и это, на её взгляд, у неё отлично получалось… Кроме того, при каждом визите она обязательно, совершенно открыто оказывала Владимиру знаки внимания, но тот делал вид, что не замечает "стараний" девушки… После обеда Корф направился искать врача, чтобы попросить скорейшую выписку. Он знал, что в это время медперсонал находится в ординаторской и пошёл именно туда. Дойдя до нужного кабинета, увидел немного приоткрытую дверь, но через щель не было видно, есть ли кто-то внутри. Владимир остановился на несколько секунд собраться с мыслями и услышал за дверью голос хирурга Кириллова: -... Послушайте меня… Мы можем уехать… - мужской голос был спокойным, он словно уговаривал кого-то из подчинённых. - Хотите, уедем в столицу? Какого-либо ответа на слова врача Владимир из-за дверей не услышал, наступила тишина. Корф решил, что врач закончил разговор и легко оттолкнул от себя дверь. Каково же было его удивление, когда за этой самой дверью он увидел Кириллова, а в его объятьях находилась никто иная, как Анна Платонова! Врач прижал её спиной к стене и наклонился к лицу девушки, пытаясь поцеловать… Увидев открытую дверь Сергей отступил назад на шаг и, повернувшись лицом к двери, несдержанно повысил голос на пришедшего: -А вас стучать не учили? - Извините… Дверь была приоткрыта… В этот момент лицо Анны густо покраснело и она стремительно выбежала из кабинета, едва не столкнув Владимира с ног. -Анна! - окликнул её Сергей, но та даже не думала остановиться. Владимир проводил взглядом девушку, пока она бежала по коридору и не скрылась в сестринской комнате. -Что вы хотели? - таким же недовольным тоном обратился Кириллов к Владимиру, как и в первый раз. - Я хотел попросить вас поскорее оформить мне выписку… - немного смущённо произнёс Владимир, оказавшись в такой неловкой ситуации. - Будет вам выписка! - Сергей развернулся к Владимиру спиной и пошёл в сторону своего рабочего стола. Корф продолжал стоять в дверях. - Вы что-то ещё хотели? - Нет… Нет, больше ничего… Спасибо. Я пойду… - Владимир повернулся и пошёл в палату. Он был поражён действиям этого хирурга: даже будучи застуканным за приставанием к девушке, ничуть не смутился, да ещё был возмущён приходом пациента. Исходя из увиденного, заключил Корф, Кириллов только по одной причине может не чувствовать в подобной ситуации своей вины, если сама девушка согласна на такие действия… Вернувшись в палату он никак не мог выкинуть из головы сцену увиденную в ординаторской, когда его любимую девушку лапает другой мужик! Ещё пару дней назад Владимир не мог даже предположить, что его настолько сильно заденет за живое такое развитие событий: как же он ошибся, когда думал, что сможет легко пережить отношения любимой девушки с другим мужчиной! И только сейчас ясно осознал, что не готов делиться ею с кем бы то ни было… Присев на кровать, обхватил голову руками, стал лихорадочно обдумывать свои дальнейшие действия, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации… На следующее утро Кириллов в сопровождении Анны пришёл с обходом в палату Владимира: -Здравствуйте, господин барон. Как ваше самочувствие? - спросил он, как только пара вошла в дверь. Владимиру пришлось спешно приводить себя в порядок, поскольку он не был готов к такому раннему визиту врача и спокойно отдыхал на кровати за чтением книги. Увидев вошедших, он поднялся с кровати насколько быстро мог это сделать в своем состоянии, чтобы стоя, как полагается офицеру поприветствовать доктора, хотя с самого начала чувствовал к себе негативное отношение со стороны Кириллова и сам не горел желанием заводить с ним дружбу. -Здравствуйте, Сергей Викторович. - Владимир протянул руку врачу, успев встать с кровати, когда тот подошёл ближе. Как только эта пара оказалась в его палате, Корф пообещал себе, что будет делать вид, что не замечает прелестную спутницу врача - Анну, но на деле это выполнить оказалось гораздо сложнее, чем представлялось ранее. Владимир сразу заметил, что девушка, как только вошла сюда, держалась крайне скромно, она осталась около двери и простояла там, не проронив ни слова, пока длился осмотр и опрос врача. За несколько минут, пока "гости" находились здесь, молодой барон успел несколько раз перевести взгляд на Аню, но та отстранённо смотрела куда-то вдаль, стараясь не встречаться взглядом с Владимиром. Закончив осмотр, Кириллов заключил: -Насчёт вашей выписки могу сказать следующее: в конце недели дам вам точный ответ… Посмотрим на ваше самочувствие в ближайшие дни. - Спасибо. - Владимир снова поднялся на ноги, чтобы попрощаться. - До свидания, господин Корф. - сухо отозвался Кириллов. Владимир давно заметил, что в интонации врача обращения "господин барон" и "господин Корф" всегда звучали крайне негативно - мужчина даже не пытался скрыть своего недружелюбного отношения к барону. В первые дни Корф не мог понять причину этого недовольства, со временем стал догадываться, что Кириллов так относится к нему, поскольку видит во Владимире соперника, жутко ревнует к нему Анну… Однако даже эти обстоятельства, по мнению Владимира, не могли оправдать такого негатива, поэтому он предположил, что помимо соперничества из-за девушки, Кириллов априори отрицательно относится ко всем представителям обеспеченных слоев и истинная природа такого поведения оставалась для Владимира загадкой… После ухода утренних визитеров Владимир вновь не мог выкинуть из головы мысли об Анне, его терзало неведенье: хотелось понять истинное отношение девушки к этому выскочке-хирургу и природу их отношений… Спустя час с последнего прихода, Анна вернулась в палату Владимира для смены повязки. -Разрешите войти, Владимир Иванович? - несмело произнесла девушка, прикрыв дверь. - Да, разумеется… Входите. - Корф снова стал подниматься с постели, чтобы встретить барышню, как положено мужчине. - Прошу вас присядьте… Вставать не нужно. - избегая встречи с Владимиром взглядом, она подошла к столику и стала готовиться к перевязке. В комнате повисла неловкая тишина, пока Аня хлопотала с бинтами и инструментами. -Готовы к перевязке? - вдруг спросила девушка, подойдя к Владимиру вплотную и уже не смогла увернуться от его пристального взгляда. Несколько секунд она не могла ни говорить, ни двигаться, словно завороженная всматривалась в серые серьёзные мужские глаза… - Владимир… Иванович, я должна с вами объясниться: вчера вы стали свидетелем неловкой сцены в ординаторской… - Анна, это касается только вас… Вы не должны передо мной что-то объяснять… - Владимир отвернулся в сторону, он чувствовал, как неприятные воспоминания увиденного накануне в ординаторской начинают пробуждать в нем необъяснимую злость… Ввиду того, что он морально не был готов к этому разговору, ещё не смирился с увиденным, сейчас не мог контролировать свои эмоции и боялся наговорить чего-то лишнего ни в чем не повинной девушке… - Нет, я должна вам сказать это: между мной и Сергеем Викторовичем нет никаких отношений… - в голосе Ани слышались нотки накатывающих слез… - Анна, прошу вас, этот разговор не уместен… Я не вправе требовать от вас каких-то объяснений… После этого Аня больше не проронила ни слова: от резких ответов Владимира на её попытки поговорить с ним и возможно, объясниться в своих чувствах, она окончательно расстроилась в его отношении, все больше склоняясь к версии, что мужчина к ней совершенно равнодушен и она зря теряет время, стараясь привлечь его внимание… За этими размышлениями Аня, едва сдерживая потоки слез, аккуратно завершила перевязку и начала собирать свои вещи. В этот момент в палату вошла кухарка Дарья Егоровна - добродушная женщина средних лет: -Владимир Иванович, снова ничего не покушали… - она стала собирать со стола посуду с остатками завтрака. - Ах, я все налюбоваться на вас не могу… - она скрестила свои пухлые руки на груди и улыбаясь наблюдала за поведением Владимира и Анны, - Какая получилась бы прекрасная пара из вас с нашей Анечкой! Анна не сказав ни слова, одарила простодушную кухарку сердитым взглядом и спешно вышла из палаты. -Простите, Владимир Иванович! Я же из простых… Если болтаю что-то лишнее, не обижайтесь… - Хорошо, Дарья… Всё в порядке. Можете идти… Кухарка удалилась из палаты вслед за Анной. Опытная женщина успела заметить в глазах девушки слезы и хотела поговорить с ней, успокоить - она с самого начала относилась к Анне, как к дочери, поскольку своих детей никогда не имела и замужем не была. Скромная добрая Аннушка сразу запала в душу Дарьи Егоровны, которая, узнав, что девушка осталась круглой сиротой, захотела дарить ей ещё больше материнской любови и ласки. Женщина знала, что Аня любит побыть в одиночестве в сестринской и напрямую пошла именно туда. Осторожно постучав в дверь, Дарья Егоровна приоткрыла её и заглянула внутрь кабинета: как она и предположила, Аня находилась внутри одна, она сидела на кушетке у окна, закрыв лицо руками. -Можно войти? - спросила кухарка, но ответа от Анны не последовало. Тогда Дарья Егоровна вошла внутрь, закрыла за собой дверь и подошла к девушке, присела рядом. -Ну что ты… Милая… Не плачь, пожалуйста… - она стала гладить своей пухлой ладошкой девушку по спине и шелковистым светлым волосам. - Ты из-за Корфа убиваешься? - Аня ничего не отвечала, продолжала плакать, не отрывая рук от лица. Дарья Егоровна притянула к себе плачущую девушку, прижала её к своей пышной груди и терпеливо ждала, пока та не проплакалась. -Девочка моя, посмотри на меня. - она стала осторожно вытирать руками остатки слез с красивого молодого личика. - Красавица, моя… Чем так расстроилась? Аня молчала. -Ладно. Сама знаю - из-за Владимира плачешь… Девушка покраснела и смущённо опустила глаза. -Он обидел тебя? - Нет. - Аня отрицательно покачала головой. - От чего тогда так сильно плакала? - Я не нужна ему… - из глаз девушки снова потекли слезы. - Что ты такое говоришь! Он любит тебя! Я же вижу, как он смотрит на тебя! Анна слегка улыбнулась: -Дашенька, как бы я хотела, чтобы это было правдой… - Правда, девочка моя, вот увидишь… Поговори с ним. Объяснись. - Спасибо за твою заботу. Через день Владимир получил письмо, его привёз в госпиталь сослуживец. Когда тот отыскал Корфа и передал ему письмо, Владимир предположил, что послание отправил отец, но как только взял в руки конверт, сразу узнал знакомый женский почерк. Письмо отправила Лиза Долгорукая. Лиза - что-то тёплое отозвалась в душе при звуке этого имени. Сознание нарисовало мысленный образ девушки: яркая, весёлая блондинка с широкой улыбкой, голубыми добрыми глазами… Немного поговорив с приятелем, поблагодарил его за приезд и доставку письма. После ухода гостя Владимир не спешил открывать конверт с посланием и даже сначала решил его вовсе не читать, положил в верхний ящик прикроватной тумбы. Когда-то он честно полагал, что любит эту девушку, но примерно полгода назад все резко изменилось: молодому барону совершенно не хотелось возвращаться к красавице Лизе. По приезду в столицу, он поначалу часто писал ей письма, а затем стал отвечать все реже, пока совсем не прекратил переписку. Причину такого изменения своего отношения к девушке он и сам не мог до конца объяснить… Вероятнее всего, Владимира стала со временем раздражать некая простота и провинциальность Лизы, за время нахождения в столичном обществе был избалован вниманием местных красавиц с высокими манерами, проявлявшими неподдельный интерес к молодому богатому офицеру. Немного поразмыслив над возможными причинами послания, решил все же прочитать письмо, поскольку в нем могли быть известия из дома - Лиза живет в соседнем поместье от усадьбы Корфов… Открыв конверт, вынул из него плотный лист, заполненный аккуратным женским почерком. Послание начиналось словами: "Дорогой Владимир!..." Он быстро пробежал глазами по строкам: в общем Лиза писала, что скучает по нему, ждёт скорой встречи, жаловалась на не интересную, однообразную жизнь в поместье и кратко описала новости своего семейства. В конце письма девушка упомянула об отце Владимира, указала, что с ним все хорошо: жив, здоров, с нетерпением ждёт приезда своего единственного сына… В конце письма стояла подпись: "Навеки ваша, Лиза Долгорукая". Владимир отложил письмо на тумбу, забыв убрать в конверт. Хотя новости из дома в письме были вполне обнадеживающими, послание от бывшей возлюбленной подпортило настроение: молодой барон полагал, что Лиза достаточно умная девушка, чтобы понять, что их отношения безвозвратно закончены, но, судя по теплому письму, она все так же отчаянно влюблена и надеется на возобновление встреч. К сожалению, Владимир уже не мог обещать ей прежних отношений - его сердце заняла другая девушка… Он твёрдо решил, что оставит послание Лизы без ответа, чтобы лишний раз не давать ей ложные надежды… Мужчина лёг на кровать и заснул. Проснувшись поздно вечером решил уничтожить полученное от Долгорукой письмо, чтобы оно не напоминало о прошлом и опасался, что его может случайно найти кто-то посторонний, а больше всего не хотел, чтобы о нем узнала Анна… Он запланировал сжечь это письмо на следующее утро. Утром Владимир только успел позавтракать, как в палату вошла старшая медсестра и сообщила, что его ждёт главный врач в своём кабинете. Барон наскоро привёл себя в порядок и направился к главному больничному начальству, забыв убрать письмо с тумбы. Разговор с врачом продлился не более пяти минут, тот осмотрел Владимира, опросил о самочувствии и сказал, что отдаст распоряжение Кириллову на выписку. Получив хорошую весть, которая гарантировала скорую поездку домой, Корф пошёл обратно в свою палату в хорошем расположении духа… В это утро Анна заступила на очередное дежурство. Сегодня утренний обход врач отложил на пару часов позднее. Аня решила не терять время и сделать перевязку больным, пока Сергей Викторович занят подготовкой документов на выписку пациентов. Она, как обычно начала работу с тяжелых больных, постепенно переходя к тем, кто идёт на поправку… Сердце девушки обливалось кровью, когда она вновь и вновь заходила в палату к новым пациентам с тяжёлыми травмами: большинство из них со временем, к счастью, выздоравливали, но судьба других была предрешена и они угасали прямо на глазах Анны. Те же больные, которые шли на поправку чаще всего искренне радовались приходу молодой красавицы, которая хотя бы на несколько минут заставляла их забыть о войне и страданиях. Многие из них оказывали Анне знаки внимания и были бы счастливы иметь такую девушку. При этом несколько парней были всерьёз увлечены ею и открыто предлагали начать с ними отношения… Несмотря на обилие мужского внимания Аня оставалась верна только Корфу, хотя внешне ей нравились некоторые ребята, но никто из них не мог занять место в сердце девушки, где прочно прописался Владимир… Чем больше палат было пройдено ею, тем ближе она оказывалась к встрече с ним, ведь он уже практически выздоровел - это неминуемо означало две вещи, скоро Владимир будет совершенно здоров, что не могло не радовать девушку, которая не спала много ночей, пока он находился в тяжёлом состоянии и его жизни угрожала опасность, но самое главное, скоро он будет выписан и уедет домой за тысячи вёрст и они больше никогда не встретятся… Сердце Анны от волнения билось все сильнее, чем ближе она подбиралась к палате Владимира. Наконец, оказавшись под его дверью, набралась смелости и постучала в дверь, но ответа не последовало. Тогда Аня приоткрыла её и заглянула внутрь: в палате никого не было. Она решила войти и подождать Владимира там. Пока хозяина комнаты не было на месте, Аня решила не терять времени, подготовить бинты и инструменты к перевязке и подошла к тумбе. Как только она подошла к ней, то увидела оставленное Владимиром письмо. Она поначалу подумала, что это письмо написал сам молодой барон и посмотрев вскользь на послание, прочла подпись: "Навеки ваша, Лиза Долгорукая"... У Ани сразу оборвалось сердце, как только прочитала эти строки, по мнению девушки, они могли означать только одно: сердце Владимира занято другой девушкой… На глаза Анны от обиды навернулись слезы. В этот момент в палату вошёл Владимир: -Здравствуйте, Анна. - мужчина слегка опешил, увидев там девушку в свое отсутствие. - Здравствуйте, Владимир… А… Я ждала, когда вы вернётесь… Он прошёл к кровати и увидел на тумбе забытое письмо, демонстративно взял его и закинул в верхний ящик. По расстроенному виду девушки Владимир предположил, что та успела прочитать послание Долгорукой и, наверняка, сделала неверный вывод о том, что его и Лизу связывают близкие отношения. Аня пыталась взять себя в руки и принять невозмутимый вид, но неприятное известие об увлечении любимого мужчины другой никак не выходило из головы. Едва сдерживая подступающие слезы, она приготовила все необходимое для перевязки. Владимир молча наблюдал за девушкой и не мог решиться, стоит ли объяснить ей свое истинное отношение к автору этого письма или лучше оставить все, как есть, чтобы ей было легче забыть это увлечение… Закончив манипуляции с инструментами и склянками, Аня подошла к Корфу. Она осторожно сняла с его головы старую повязку и, обработав шов после операции спиртом, стала накладывать чистый бинт. -Рана у вас практически зажила… Сегодня будет последняя перевязка… - заключила Анна. Осознание неминуемой скорой разлуки с Владимиром было невыносимо для неё… Молодой Корф уже успел привыкнуть к необходимости утренних перевязок, эта процедура всегда длилась не более пяти минут и стала чем-то само собой разумеющимся для него. Со временем осознал, что ждёт момента перевязки, когда в больнице дежурит Анна… Именно в эти несколько минут он мог побыть наедине с ней: во время всей процедуры девушка всегда находилась настолько близко, что Владимир ощущал её взволнованное дыхание, чувствовал лёгкий аромат женских духов и едва сдерживался от желания обхватить руками стройное тельце и прижать к себе… Только сейчас он осознал, что больше не будет такой "легальной" возможности побыть с Анной настолько близко, как это было ранее… -Спасибо, что уделяли мне внимание… - искренне поблагодарил Анну Владимир. - Это моя обязанность. - грустно улыбнулась она и поспешила отвести мокрые от слез глаза от внимательного мужского взгляда. Он взял её обречённо опущенную вниз ручку и притянул к себе, осторожно коснулся губами нежной бархатистой кожи. Аня не смела поднять глаза на Владимира, боясь, что тот заметит её расстроенное состояние. Как же не хотелось Корфу в этот момент выпускать из своих рук тонкую ручку любимой девушки! Хотелось сейчас же обнять её, поцеловать, сказать: "Ты - только моя! Никому тебя не отдам!" Однако на деле пришлось сдержать свои порывы и отпустить девушку… Владимир молча проводил её взглядом, пока Аня дошла до двери палаты и скрылась за ней.