Скользкий Олимпийский путь

      Многим людям нужно услышать эти «три маленьких слова». И иногда они звучат очень вовремя. Настолько, что их можно было бы сравнить со спасательным кругом. Когда, кажется, что уже ни на что не остается каких-либо сил, всего три слова, и ты будто возрождаешься из пепла, словно феникс.              Алена Косторная была в ранних воспоминаниях Анны той самой девочкой, которая летела, будто на крыльях к своей цели. Единственная проблема — она не умела четко формулировать свои цели. С этим и были связаны первые проблемы, первые, хоть и не продолжительные, но обиды.              «Я хочу быть на пьедестале», — заявила как-то четырнадцатилетняя Алена, и черт возьми, она была же на нем. Да только ее не всегда устраивало то, что она не на самом верху, не она первая. Что-то подобное она наблюдала в юниорские сезоны, когда Саша Трусова обходила их всех на любом международном старте, а после они несколько дней не разговаривали. Что-то такое было и на Чемпионате России в далеком сезоне 2018–2019 годов. Только, была одна маленькая разница, Алена не обижалась на Аню из-за победы. Ну, возможно, первые несколько часов, а потом…              — Не страшно выходить на олимпийский лед? — Алена пользовалась перерывом между утренней и вечерней тренировкой, чтобы поговорить со своей девушкой, поддержать ее перед стартом коротких программ.       — Если честно, то весь страх, волнение уже прошли. Слишком долго мы тут, очень долго ждем. Уже просто хочется выйти и откатать, — Аня не то, чтобы была настроена позитивно, но никаких сил на переживания вовсе не осталось. Сначала неприятная ситуация с командным турниром, затем скандал вокруг Камилы, сдача новых допинг-проб, — Наконец-то это все скоро закончится.       — Закончится ли?       — Для меня — да! — Аня широко улыбнулась, а у Алены запорхали бабочки в животе, — Я так хочу уже домой. Я хочу к тебе.       — Думаю, что вернешься ты еще не скоро, не забывай — тебе участвовать в гала.       — А может и нет, ты же не знаешь, какое место я займу. Вдруг ближе к десятке или вовсе за ней, тогда — все, точно домой, если меня, конечно, тренеры не прибьют.       — Во-первых, я даже не сомневаюсь, что ты будешь в тройке; во-вторых, ты — моя олимпийская чемпионка, золотая девочка, — легкая грусть пробежала по лицу Косторной, заставляя ее сделать паузу, — Если забыть о некоторых вещах, то ты, наверное, находишься в лучшем положении, чем Саша и, уж тем более, Камила. Сделай все как всегда — вышла, собралась и показала класс. Не зря же именно ты — трехкратная чемпионка России, а еще и покорила мировой подиум. В общем, Щербакова, я ничего не знаю, я поставила на твою победу хату. Хочешь, чтобы я переехала к тебе, когда меня выгонят на улицу?       — А что такого… — смех непроизвольно слетел с губ Ани, — Будем жить вместе, или ты не хочешь?       — Я готова жить с тобой только у себя дома, без родителей.       — Чем тебя не устраивает жизнь с моими родителями? Они тебя любят.       — Я их тоже люблю и все дела, но Ань… — Алена самодовольно улыбнулась, прикусив губу, — Ты — громкая.       — В смысле?.. Косторнааааяяяя!!! — Щербакова недовольно уставилась округленными глазами на девушку, — Иди ты, знаешь куда…       — Ладно-ладно, в первое время нам это не грозит, — Алена продемонстрировала сломанную руку, — Но, это же не навсегда.       — Учитывая частоту получения тобой этих переломов, я боюсь загадывать.       — Ой, все, иди на тренировку, и чтобы без падений и косяков, поняла? — Алена состроила серьезную и обиженную гримасу, — Поняла меня?       — Только, если ты будешь смотреть!       — Лааадно, буду, обещаю.       — До вечера, солнце! — Аня послала воздушный поцелуй, наконец-то приметив Трусову, которая уже долгое время стояла в дверях, слушая девушек, — Че у тебя такое довольное лицо?       — Услышала Алену и жить захотелось, — Саша сходу прыгнула на кровать подруги, — Алена, привет! Как думаешь, я сделаю сегодня аксель?       — Саааашкааа… Хочется верить, что сделаешь, но тогда, ты обойдешь Аню. Мне такое не надо. Прости! Но, я жду пять квадов в произвольной.       — Так, все, хватит… — Аня понимала, что спор между Аленой и Сашей может затянуться на продолжительное время, тем более, когда обе девушки в хорошем настроении, — Вечером созвонимся.       — Покааааа!!!       — И будь аккуратнее, а то Ане точно придется еще долго спать со мной!       — Иди в жопу, Трусова!       — Поддерживаю! — Щербакова пихнула Сашу в бок, — Пока!                     ***                     Фигуристки сборной ОКР готовились к своему выходу на лед. Поддерживая тонус мышц, никто не отвлекался, сосредоточенно отрабатывая прыжки и хореографию на полу. И все же, было как-то некомфортно. Аня, согласившись мысленно с Аленой, что ее почти вся эта история с Камилой затронула меньше всего, полностью отдалась звучанию скрипки в своих наушниках, контролируя каждое свое движение.              А вот Саша и Камила, которые с момента завершения слушания, а после и объявления результатов, так и не поговорили. Трусова видела, что девушку потряхивает, что она волнуется. От этой картины сердце предательски сжималось, поэтому разделить лед и личное — почти не получалось.              «Ну, с другой стороны, мы же сейчас не на льду», — убедила себя Саша, когда встретилась с испуганным взглядом Валиевой. Почти незаметно кивнув в сторону выхода из зала, Саша тут же удалилась. Осмотревшись по сторонам, Камила последовала за ней.              Достаточно темный и главное — безлюдный коридор, был идеальным местом для разговора.              — Ты же знаешь, что ты сильнее нас обеих? — сразу же начала Трусова, как только Камила оказалась рядом, — Это так. Это факт.       — Я боюсь, что всех подвожу…       — Выходи и катайся для себя, что будет дальше — уже не зависит от тебя, понимаешь? Но то, что будет через несколько секунд на льду — это именно то, на что ты еще можешь повлиять. Танцуй, прыгай, чувствуй…       — Саша, пожалуйста, сосредоточься на своем выступлении, — Камила выглядела совсем обреченно, будто не видела смысла в своем выступлении, какое бы место она не заняла, — Спасибо тебе за все, что ты делала и делаешь для меня.       — Ты будто со мной прощаешься… — Трусова притянула к себе девушку, заглядывая в ее слезные карие глаза.       — Не прощаюсь, но и мучить тебя я не хочу. Это все слишком тяжело, я не могу думать о чем-то другом, — Камила положила голову на плечо, — Ты мне веришь, что я не принимала допинг?       — Верю… И верю в твой прокат, верю, что ты сможешь показать хорошее выступление. Ты — сильная, Камила!       — Спасибо, — Валиева оставила на шее Саши несколько поцелуев, — Прости меня…              Резким движением, Камила вырвалась из объятий, возвращаясь в зал, оставив Трусову одну. Саша еще какое-то время оставалась неподвижной, осознавая слова своей девушки, точнее, не совсем ее девушки. Она не могла себе позволить давить на Камилу, по крайней мере, до тех пор, пока не завершится произвольная программа, не завершится расследование. Этот выбор Камилы Трусова понимала и принимала, точно зная, что, если понадобится — она будет рядом.              — Дожилась… Превратилась в Косторную…                     ***              Чувства и эмоции захватывали с головой, когда после проката короткой программы журналисты желали узнать о мыслях Саши и Ани про командник, про допинг. Отвечать не хотелось, а даже, если и хотелось, то только послать куда подальше. И тем не менее, они тактично ответили на каждый вопрос, ожидая уже любого поворота событий.              Было определенное понимание, что они сделали все, что от них зависело, смогли отпустить ситуацию, получая удовольствие на льду. Не все получилось, но все же — они часть олимпийской истории, которая останется с ними навсегда. И главное — борьба еще не завершена.              Может, они сейчас и не в центре событий, а в данной ситуации — это скорее плюс, обе девушки спокойно приняли свои баллы и места. Дальше — только они сами будут бороться за свое имя. Никто им не поможет. Поддержка от близких, конечно, важна, но это им выходить 17 февраля на лед, им доказывать, что не зря третий сезон являются топом женского фигурного катания. Два топа рейтинга международного союза конькобежцев. Одна — девочка со стальным характером и музыкальностью, вторая — девочка, ломающая все границы фигурного катания.