Надрыв Лисы

      С каждым днём я видела Аделину всё реже и реже. За неделю мы лишь пару раз встретились за ужином, но она вела себя тише, чем обычно. Погружённая в свои мысли, она делала вид, что не замечает меня. Каждый раз, когда я пыталась с ней поговорить или прикоснуться, она убегала, прикрываясь работой, учёбой или усталостью. Мне всё больше казалось, что произошедшее между нами было сном или полётом моей больной фантазии. Я не понимала, что я сделала не так? Была ли я слишком навязчивой или наоборот, недостаточно внимательной?       Меня мучили вопросы, ответы на которые мне никто не мог дать. Я не знала с кем мне поговорить о том, что происходит. Марк был занят своей учёбой и работой, а возможно, и новой девушкой, Лерой. А больше мне не кому было рассказать или поплакаться в жилетку. Никто бы не понял.       Я сидела за столом, в кабинете у репетитора, глядя в окно на первые снежинки, медленно спускающиеся на землю. Мои мысли были далеко от теста по историческим датам. Я думала о том, что скоро наступит пора, когда все будут готовиться к праздникам, украшать ёлку и покупать подарки. Я любила декабрь, потому что он давал возможность оставить все страхи и все сомнения в уходящем году. Телефон издал характерный звук входящего сообщения, и я сняла блокировку, чтобы посмотреть от кого оно пришло. Я нахмурилась от неожиданности. Это была Аделина.       «Скинь адрес своего репетитора, у которого ты сейчас занимаешься», - написала она.       «Зачем?»       «Просто скинь адрес, вопросы потом.»       Я скинула ей адрес и отложила телефон в сторону. Мы и двух слов не сказали друг другу за последнюю неделю, а теперь ей потребовался адрес моего местонахождения. Мне не нравились такие перепады её настроения, потому что они сильно отражались и на мне. Я стиснула пальцами карандаш и изо всех сил сосредоточилась на тесте. Все исторические события и даты смешались в одно расплывчатое пятно. Я не могла отделить одно от другого и через полчаса сдалась, объяснив репетитору, что плохо себя чувствую.       Когда я вышла на улицу и вдохнула морозный воздух, дышать будто бы стало легче. Я закрыла глаза и подставила лицо под острые, невесомые снежинки, которые таяли на моём лице, оставляя на нём холодные капли.       За спиной раздался громкий сигнал машины, и я обернулась. У обочины стояла машина Виктора, но за рулём, к моему удивлению, была Аделина. Крепче сжав ремешок сумки, я направилась к машине, отгоняя от себя плохие мысли. - Что- то случилось? – встревоженно спросила я, закрывая пассажирскую дверь. - Нет, - спокойно ответила Аделина, положив руки на руль. – Просто решила тебя забрать и немного прогуляться. - Надо же, - мрачно сказала я. – Я думала, ты не хочешь со мной общаться. - Алиса… - У тебя же куча дел сегодня, разве нет? – перебила я её, пристёгиваясь. – А Виктор пошёл на работу пешком? - У Виктора освободилась вторая половина дня, а я вязла на работе отгул, - ответила Аделина. - Мило с твоей стороны, - бросила я, глядя на дорогу. – Но мне что- то не хочется гулять. Я устала и хочу домой.       Я чувствовала на себе её взгляд, но не могла заставить себя повернуться и посмотреть на неё, потому что тогда, я бы не смогла сдержать слёз. Мне стало до боли обидно. Аделина игнорировала меня все эти дни, а я всё больше закапывала себя в своих догадках и вопросе: «Что я сделала не так»?       А теперь, когда у неё хорошее настроение, она взяла отгул и решила провести со мной время. - Может объяснишь в чём дело? – терпеливо спросила она.       Я перевела на неё сердитый взгляд. - В том, что ты не разговаривала со мной несколько дней, - ответила я. – Мне нужно было с тобой говорить, нужно было, чтобы ты была рядом, потому что я чувствую себя погано, когда ты отворачиваешься от меня. Если ты сомневаешься, то не надо со мной играть. Шаг навстречу и пять назад – красиво только в песне, Аделина. Может Еве было интересно в таких условиях, но мне - нет. - При чём здесь Ева? – резко спросила она.       Я прикусила язык и отвернулась. - Не при чём, - тихо ответила я.       Я сама не понимала, почему вспомнила о ней. Возможно, от обиды, мне хотелось задеть Аделину, упомянув её бывшую. Или настоящую. Или кто там она ей теперь? А возможно, я просто завидовала, потому что с ней Аделина была весёлой, лёгкой и расслабленной. - Просто отвези меня домой, - дрогнувшим голосом попросила я.       Аделина взяла меня за руку и положила себе на бедро. Я откинула голову на сидение и повернулась к ней. - Прости меня, - сказала она. – Я правда вела себя как дура. Мне нужно было время, чтобы разобраться в себе и в том, что происходит между нами. Я не хотела давать тебе какую-то надежду, пока не была уверена, что… - Что? – спросила я, внимательно слушая. - Что без тебя мне становится трудно, - закончила она. – Мне трудно просыпаться и трудно засыпать. Мне хочется зайти в твою комнату и остаться там. Мне хочется больше тебя в своей жизни, но я так боюсь, что ты станешь острой необходимостью, без которой я не смогу потом… - И не надо, - ответила я, а Аделина лишь грустно улыбнулась.       Я поднесла наши сомкнутые руки к губам, и поцеловала её прохладную ладонь. По моему телу вновь разлилось тепло, по которому я успела сильно соскучиться. Аделина погладила меня большим пальцем по щеке, а потом сказала: - А, теперь, если ты не против, мы поедем и выпьем кофе.       Я лишь улыбнулась и взмахнула рукой, в полной готовности ехать с ней хоть на край земли.       Мы поехали по объездной, вдоль залива, слушая её плейлист. Музыкальный вкус Аделины был необычным, что мне очень понравилось. От современных исполнителей до ретро. Я сделала для себя вывод, что она- меломанка, так как я не могла отследить одного стиля или музыкального настроения. За всю дорогу, я не обнаружила ни одной песни, которая была бы мне хорошо знакома. - Как дела в школе? – спросила она, прикрутив громкость на магнитоле. - В целом нормально, - ответила я. – Правда, я уже ужасно хочу зимние каникулы. - Понимаю, - улыбнулась она. – Алиса, как ты решила, что хочешь быть юристом? - Ну, - протянула я, задумавшись, - мы решили, что это довольно перспективная профессия. - Мы – это?.. - Я и мама, - ответила я. - М, - кивнула она. – И ты ни разу не представляла себя кем- то, кому не надо будет зубрить законы и перебирать гору скучных бумаг в сером офисе?       Я закусила нижнюю губу, не понимая к чему она ведёт. - Нет, - покачала я головой. – А что? - Просто я думаю, что твоя голова не предназначена для этой рутинной работы, которая даст тебе финансовую стабильность, но отнимет кое-что поважнее, - ответила она. - Например? – улыбнулась я. - Время для написания собственной книги, - пожала она плечами, выкручивая руль вправо. - Писать я смогу всегда, - уверенно заявила я.       Аделина покачала головой. - Это тебе сейчас так кажется, - говорила она. – Учёба в универе отнимает массу времени и сил. А потом начнётся работа и бесконечная гонка, чтобы занять своё место в этой нише посредственности. Глядя на тебя, я с уверенностью могу сказать, что та область, которую ты выбрала, выплюнет тебя быстрее, чем ты думаешь. - Ого, - тихо произнесла я. – Значит, по-твоему я – слабая? - Нет, - тут же ответила она. – Ты – прекрасный и светлый человек, у которого определённо есть талант. Дар слова, я бы сказала. Благодаря юридической деятельности, тебя либо сожрут акулы, либо ты сама ею станешь. Ни в том, ни в другом случае писательству не будет места. Ты просто потеряешь лучшие годы своей жизни, чтобы в итоге разочароваться.       Я слушала её, понимая, что она во многом права. Я привыкла жить с мыслью, что иду правильной дорогой. Но все годы подготовки, денег и времени уйдут коту под хвост, если я наберусь смелости признаться, в первую очередь, самой себе, что я не хочу поступать в юридический. - Ну, а ты? – нарушила я тишину. – Почему ты выбрала медицину? Что это для тебя?       Аделина молча смотрела на дорогу, обдумывая ответ. - Искупление, - наконец ответила она, а затем бросила на меня игривый взгляд и широко улыбнулась. – Это дело всей моей жизни. - Хорошо, когда так, - сказала я. - Да, - подтвердила она, останавливаясь у небольшой кофейни. - Я буду лечить болезни людей, а ты – их души. Своими историями. - Звучит неплохо, - усмехнулась я и потянулась к ней, чтобы поцеловать в щеку.       Кофейня под названием «Тайга» располагалась в центре города. Это было небольшое, но очень уютное помещение, в винтажном стиле. Несколько столиков располагались в хаотичном порядке, и мы выбрали самый дальний, у окна. Пока Аделина заказывала нам напитки, я подошла к большому стеллажу со всякими книгами, журналами и настольными играми. Приглушённый свет, мягко разливающийся по кофейне, создавал романтическую атмосферу. И я, с приятным трепетом в сердце, осознала, что это было моё первое свидание.       Я смотрела на Аделину, которая что-то объясняла баристу, активно жестикулируя. В какие-то моменты она казалась до невозможного хрупкой и беззащитной, а в какие-то - жёсткой и уверенной в себе девушкой. Я понимала, что совсем ничего о ней не знаю, но в глубине души, я чувствовала, что ждала её все семнадцать лет, даже не подозревая об этом. Аделина мне не просто нравилась, я была влюблена в эту загадочную девушку, которая ускользала из моих рук каждый раз, когда я думала, что крепко её держу.       Мы пили обжигающий и вкусный кофе, заедая черничным чизкейком и разговаривая об учёбе, смешных моментах на её работе, друзьях и книгах. Я рассказала ей несколько забавных историй из детства. Мы говорили без устали пару часов, забыв про время, пока мобильник Аделины не затрезвонил. Это был Виктор. Он интересовался, всё ли у нас хорошо и как скоро мы будем дома? - Скоро будем выезжать, - пообещала она ему, подмигнув мне.       Я перевела взгляд в сторону и заметила Эрнеста, который ждал свой заказ. Мы почти не виделись в школе, и я была удивлена, увидев его в кофейне. Пока Аделина заканчивала разговор с Виктором, я встала из-за стола и подошла к Эрнесту, который так же не ожидал меня увидеть. - Привет, - сказала я. - Привет, - эхом отозвался он. Вид у него был изнурённый, словно он не спал несколько ночей. - Какими судьбами ты здесь? – с улыбкой спросила я. - Здесь недалеко паллиативный центр, - ответил Эрнест. – После школы, я сижу с мамой, а вечером меня подменяет Морис. - Да, я слышала о ней, - сказала я. – Знаю, глупый вопрос, но… Как ты?       Эрнест неуверенно пожал плечами и устало потёр глаза. - Нормально, - ответил он и слабо улыбнулся.       Я положила руку ему на плечо, а потом поддалась вперёд и крепко обняла. Эрнест так же крепко обнял меня в ответ и мне казалось, что мои рёбра хрустнут от этой силы. Ему нужна была поддержка и я не знала, что могу сделать для него, чтобы хоть как- то облегчить его страдания. Мы не были лучшими друзьями, но он был мне не безразличен, как человек. - Если нужно будет поговорить, - сказала я ему, - звони в любое время. - Спасибо, Алиса, - прошептал он возле моего уха и отпустил меня.       Когда Эрнест ушёл, я вернулась к Аделине, которая выжидающе смотрела на меня. Я рассказала ей про маму Эрнеста, и она сочувствующе покачала головой. Мне захотелось сменить тему, потому что я физически чувствовала, как наша непринуждённая и доверительная обстановка испаряется. - Ты ничего не рассказываешь про свою маму, - сказала я. – Какие у вас с ней отношения?       Лицо Аделины вытянулось, будто бы я задала ей какой- то неприятный вопрос. - Мы с ней в хороших отношениях, - ответила она. – Она – мой самый родной человек. - Ты к ней ещё ни разу не ездила, после того, как переехала? – поинтересовалась я.       Она отвела взгляд и нервно заёрзала на стуле. - Нет, но скоро планирую, - неохотно ответила Аделина. - Ну, что? – после непродолжительной паузы, спросила она. – Поехали домой?       Мне было интересно узнать побольше о её семье, но я понимала её нежелание говорить об этом с дочерью новой женщины своего отца. В конце концов, я надеялась, что Аделина скоро привыкнет к тому, что я не просто её сводная сестра. Мы с ней были чем- то очень далёким от этого понятия.       

***

      Я была занята домашней работой, когда Аделина пришла в мою комнату. После ужина мы, как всегда, разошлись по своим делам. Я была в приподнятом настроении, после сегодняшнего вечера, и с огромным удовольствием выполняла даже самые скучные задания. Аделина подошла к Тиму и взяла его на руки, заботливо прижимая к груди. Он карабкался по ней и кусал её пальцы, заигрывая. Этот кот был неутомим. Мне страшно было представить, что будет, когда он станет старше. Тогда, его не удержит никакая сила на одном месте.       Я смотрела на них, не сдерживая счастливой улыбки. Мне нравилось видеть Аделину в своей комнате, в бесформенной, чёрной футболке с логотипом очередной компьютерной игры, и широких, клетчатых штанах, скрывающих соблазнительную округлость её бёдер. - Откуда в тебе столько грусти? – спросила она, глядя на моё окно, украшенное стикерами.       Я не испытывала неловкости, когда она вчитывалась в строчки моих стихотворений, наоборот, я будто бы глубже впускала её в себя. - Я не вижу в этом грусти, - ответила я. – Тебе не нравится? - Нравится, - сказала Аделина. – Не думала, что ты ещё и стихи сочиняешь. - Балуюсь скорее, - отмахнулась я.- Иногда я вдохновляюсь людьми или какими-нибудь событиями. На рассказ это не тянет, но вот на определённые строчки…       Аделина вернула Тима в коробку и встала у меня за спиной, опустив руки по обе стороны от меня, на стол. Я улыбнулась уголком рта, ощутив её горячее дыхание на своей шее. - А про меня что-нибудь писала? – вкрадчиво спросила она, касаясь губами моих волос. - Да, - призналась я, прикрыв глаза. - И что же? – Аделина положила ладонь на мои ключицы, посылая по телу сладкую дрожь. - Очень грубый стих про красноволосую и до жути раздражающую девушку, - ответила я, чем вызвала смех у Аделины. Впервые она смеялась со мной.       Я повернула голову и потянулась за поцелуем. Губы Аделины были нежными, податливыми и такими сладкими, что мне не хотелось отрываться от них ни на секунду. Она неторопливо отвечала на поцелуй, слегка сжимая ладонями мои плечи. Я накрыла пальцами её шею, сильнее притягивая к себе, задыхаясь от желания и дикой потребности быть к ней ещё ближе.       Громкий стук в дверь, заставил нас обеих отстраниться. Аделина отошла, как можно дальше от меня, с опаской оглядываясь на дверь. Я закусила нижнюю губу, чувствуя злость на того, кто находился по ту сторону двери. - Да? – громко сказала я.       Дверь открылась, и я увидела Виктора. С тех пор, как я стала жить в его доме, он на второй этаж то ни разу не поднялся, не то что в мою комнату. - Извини, если отвлекаю, но… - Виктор заметил Аделину и замолчал.       Он переводил взгляд с неё на меня, и обратно. – Всё хорошо? - Да, - невозмутимо ответила Аделина, сунув руки в карманы штанов.       Виктор нахмурился, а потом взглянул на меня. - К тебе приехали, - сказал он. - Ко мне? – удивилась я и посмотрела часы, короткая стрелка которых приближалась к девяти. - Ага, - кивнул Виктор. – Я предложил зайти в дом, но мне ответили, что визит будет коротким.       Я встала со стула и вышла из комнаты, чтобы посмотреть на незваного гостя. Кого могло привести в такой час? Софа бы обязательно позвонила, если бы у неё что-то случилось. Марк вообще игнорировал мои сообщения и звонки последние пару дней. Накинув куртку на плечи, я вышла на улицу и увидела на пороге Эрнеста. Он держал большой, чёрный пакет в руках. Пушистый снег налип на его куртку и шапку, а щёки раскраснелись от мороза. - Надеюсь, не разбудил? – виновато улыбнувшись, спросил он. - Нет, но… - я запнулась, пытаясь понять, что он делает здесь так поздно, а потом мои глаза испуганно расширились. – С мамой что- то произошло? - Нет-нет, - покачал головой Эрнест и я облегчённо выдохнула. – По пути домой, я проходил мимо зоомагазина и вспомнил, что ты как-то говорила, что твой котёнок быстро вырос из своей коробки. Я подумал, что он уже достаточно взрослый, чтобы иметь свою почётную опочивальню.       Он протянул мне пакет, и я взяла его, заглядывая внутрь. В нём лежал красивый, сиреневый лежак, с плетёнными бортами. Я не сдержала широкой улыбки, представив радость Тима, которому теперь будет, где разгуляться. Подняв глаза на Эрнеста, я покачала головой. - Ради этого ты сделал такой круг? – спросила я. – Спасибо большое, но правда, это… - Всё в порядке, - дёрнул плечами Эрнест. - Я рад был отвлечься. - Спасибо, - повторила я, тронутая его жестом. - Это тебе спасибо, - сказал он. – Когда мы с тобой увиделись, мне стало чуть легче. В последнее время только дом, школа, больница. Какой- то долбанный день сурка. - Понимаю, – я указала рукой на дверь. – Может всё-таки зайдёшь? - В другой раз, - твёрдо ответил он и надел перчатки. – Увидимся завтра в школе? - Конечно, - пообещала я.       Эрнест слабо улыбнулся и спустился по ступенькам с порога. Я смотрела на его удаляющуюся фигуру, ощущая внутри какую-то безнадёжность. С одной стороны, я понимала, что близко к сердцу подпускаю ситуацию с его семьёй, а с другой… не могла иначе. Я зашла в дом и поднялась в комнату, в которой никого уже не было. Достав из пакета лежак, я поставила его на место старой коробки. Тим с интересом изучал новый предмет своей мебели, и я усмехнулась, когда он повернулся на спину и начал играться. - Для чего ты это делаешь?       Я обернулась на голос Аделины, которая стояла в дверях, скрестив руки на груди. - Ты о чём? - спросила я. - О том парне, - ответила она. - Об Эрнесте? – уточнила я. - Да, об Эрнесте, - раздражённо бросила Аделина. – Для чего ты привязываешь его к себе?       Её резкий и грубый тон застал меня врасплох, и я ощутила ком в горле. - Я ничего подобного не делаю, - возразила я. – Если ты не помнишь, у него тяжело болеет мама. Возможно она доживает последние дни. Мне надо было прогнать его с порога? - Он влюблён в тебя, Алиса, - сказала Аделина. – И вся семейная драма заставляет его искать утешение в человеке, который ему небезразличен, то есть в тебе. Он будет приходить, звонить и ещё больше нуждаться в тебе, потому что ты позволяешь ему это. Для чего, если ты в нём не заинтересована? - При чём здесь заинтересованность, Ади? - скривилась я. –Мне его по-человечески жалко. Я понимаю через что он проходит. - Серьёзно? – выгнула бровь она. - Да, - ответила я. – И я очень рада, что тебе не знакомо это чувство. Правда, рада.       Аделина сдержанно поджала губы. - Твоя жалость не принесёт ничего хорошего, вот увидишь, - уверенным тоном произнесла она. – Ты только больше его запутаешь. А в конце, он останется не только без своей матери, но ещё и без иллюзии, которую ты ему внушаешь. Подумай об этом.       Она ушла, хлопнув дверью, а я в полной растерянности сидела на полу и не понимала, почему, когда я хочу сделать лучше, получается с точностью да наоборот?