***
Звонок в дверь в два часа ночи будит вас, но именно то, как он продолжает звонить, раздражающие пронзительные звуки, прыгающие по дому и вашей голове, не дают вам уснуть. Вы поднимаетесь с постели, недовольные и готовые отдать тому, кто звонит в вашу дверь в этот ужасный час, часть своего образованного и хорошо разбирающегося в колкостях ума. Дверь не перестает звонить, пронзительные звуки даже не успевают полностью закончиться, как начинаются снова, поскольку тот, кто находится по ту сторону двери, потерял терпение. Вы с силой распахиваете дверь, с ваших губ срывается рычащее – Что! - Когда вы видите, кто стоит по ту сторону двери, ваше настроение не улучшается. – Нет. Нет, нет, нет, нет, нет и нет. - говорите вы и захлопываете дверь у неё перед носом, но нога, зажатая между дверями, не дает этого сделать. – Доктор, - начинает она почти веселым тоном. – Беллатрикс, пожалуйста, скажи мне, что это не то, о чем я думаю, - простонали вы, все еще пытаясь захлопнуть дверь. Ее руки протискиваются внутрь, и вы решаете открыть дверь, а не продолжать по-детски пытаться запереть ее. – Доктор, это именно то, что вы думаете. - В ее голосе слышится веселье. – Почему Беллатрикс? - В вашем голосе слышится отчаяние и хныканье, и вы проводите обеими руками по своему усталому лицу. Вы надеетесь, что это дурной сон. – Ну, доктор, - воркует Беллатрикс, когда она начинает. Она похлопывает по чемодану, стоящему рядом с ней, одному из многих предметов Блэк-багажа, который она взяла с собой. – Поскольку моя сестра ведет себя как полная задница, и у нас только что была серьезная ссора, из-за которой меня могут арестовать и бросить в тюрьму на десять лет, я подумала, что будет безопаснее приехать сюда и жить с вами. - Наступает тишина, только шум сверчков заполняет пространство между вами. Вы смотрите на нее, слова "нет" и "этого не может быть" проносятся в вашей голове, как страшный кошмар. Это так неправильно. – Беллатрикс, - начинаете вы с тихим вздохом. – Не волнуйся, я не подожгу твой дом, как это было с домом Цисси. - С этим совсем не обнадеживающим заявлением она хватает одну из своих больших сумок и протискивается мимо вас. – Пойдем, поможешь мне занести это в дом. – Мы даже не собираемся обсуждать тот факт, что ты сожгла дом своей сестры? – Не-а. - Беллатрикс весело хлопает в ладоши, не испытывая ни малейшего беспокойства или раскаяния по поводу своих действий. Ну, на этот раз она хотя бы позвонила в дверь. Она могла просто появиться в моей гостиной со всем этим багажом, ты пытаешься найти что-то, хоть что-то, хорошее в этой ситуации, но это не помогает тебе чувствовать себя лучше.***
Наступает утро, и вы спускаетесь вниз, надеясь, что, возможно, прошлая ночь была всего лишь сном. Но когда вы спускаетесь вниз, вы видите, что багаж Беллатрикс разбросан по гостиной, а сама она лежит на диване и тихонько похрапывает. – Невозможно. Она невозможна. - Вы скрежещете зубами. Что вы собирались с ней делать? Вы не могли позволить ей остаться здесь. У вас будут большие проблемы с ее сестрой. Покачав головой, вы решили, что приготовите завтрак для вас двоих, а потом выгоните ее. Запах готовящейся еды будит ее, и она встает, ее волосы взъерошены со сна. Она пробирается на кухню, босиком и потирая живот. – Что ты готовишь? - спрашивает она, заглядывая через ваше плечо на яичницу в сковороде. – Завтрак, - ворчите вы, чувствуя себя неловко от ее близости. От нее исходит аромат сандалового дерева и специй, и вы стараетесь не обращать внимания на то, как приятно она пахнет. – Как предусмотрительно с твоей стороны. - На этом она уходит, решив порыться в холодильнике в поисках чего-нибудь выпить. Она откупоривает наполовину полную бутылку вина и отпивает из нее. – Беллатрикс! - шипите вы. – Сейчас не время пить! Сейчас только восемь утра! И не надо вот так просто рыться в моем холодильнике. Она закатывает глаза на последнее замечание. – И что? - Она сглатывает и вытирает струйку красного с подбородка. – Это всего лишь вино. И если ты собираешься вести себя как такой сварливый сосед по дому, то я не думаю, что у нас что-то получится. – Мне нужно поговорить с тобой об этом, - поворачиваешься ты к ней, держа лопаточку в руке и указывая на нее. – Ты не можешь здесь оставаться. – Конечно, - говорит она, игнорируя это, и опирается на столешницу, потягивая из бутылки. – Я не шучу, Беллатрикс. Ты моя пациентка - была моей пациенткой - и ты не можешь здесь оставаться. Ты должна пойти домой и перестать вести себя как маленькая соплячка. Обсуди это со своей сестрой. – Я не хочу обсуждать это с ней, - настаивает Беллатрикс. – Я хочу остаться здесь. – И почему же? Мы не любим друг друга! Мы едва можем ужиться друг с другом без того, чтобы один из нас не сорвался на другого. - Вы поднимаете руки вверх в отчаянии. – Потому что я хочу продолжать свои сеансы. Вы немного удивлены, но польщены тем, что ей, кажется, теперь нравятся ваши сеансы, однако, вы не можете позволить им продолжаться. – Ты не можешь. Нарцисса больше не хочет, чтобы я консультировала тебя, и я не буду. – У меня есть деньги, чтобы заплатить тебе, если ты об этом беспокоишься. Я взяла свою тайную заначку. Я собиралась потратить их на что-нибудь другое, но, полагаю, все изменилось. - Она выливает содержимое бутылки, большая часть которого в основном исчезла. – Деньги - это не проблема. Просто... Я не могу, это было бы неправильно. Если она поймает меня на этом, у меня будут неприятности. Большие неприятности. Она подаст на меня в суд, а у меня нет денег, чтобы отбиться от ее состояния. Кроме того, это разрушит мою репутацию. Беллатрикс молчит, глядя на вас убийственным взглядом. Ее губы окрасились в красный цвет от вина. – Ты не струсишь. - Это угроза, и запах горящих яиц возвращает ваше внимание к завтраку, который вы сейчас испортили. Вздохнув, вы выключаете плиту и включаете вентиляцию, чтобы выветрить из комнаты вонь горелой яичницы. Вы снимаете сковороду с плиты и выливаете яичницу на тарелку, а затем бросаете горячую сковороду в раковину с прохладной водой. – Я не собираюсь трусить, - настаиваете вы, с отвращением глядя на свою еду. Это пепел на тарелке. Похоже, вам придется быстро перекусить в другом месте. – Я хотела помочь тебе, но я должна уважать желания твоей сестры. Я не могу навязывать ей свое мнение. Громкий удар винной бутылки о столешницу заставляет вас снова посмотреть на Беллатрикс. Она сердита, на ее лице смесь обиды и разочарования. – Я думала, ты действительно хочешь мне помочь. – Да, - подтверждаете вы. – Но время помощи подошло к концу. – Ты никогда не хотела мне помочь. Никто никогда не хотел! Я думала, что ты другая, потому что ты не веришь, что я сумасшедшая, как другие, как весь мир! Но я ошибалась. Все всегда одинаковые! Всегда, блядь, одинаковые! - Она поднимает бутылку и бросает ее в вас. Вы уворачиваетесь, и она разбивается прямо у вас за головой, о кафельную стену. Вы знаете, к чему это приведет, и вам нужно остановить это прямо сейчас. Она бросается на вас, и вы, быстро сообразив, поднимаете сковороду, которой только что пользовались. Она явно не ожидает, что вы так быстро ответите, и это видно по тому, как она оставляет себя открытой для удара сковородой по лицу. Она падает на пол, на спину, а вы ставите сковороду на место. Ее руки поднимаются к носу. Из него идет кровь, но она не выглядит так, будто собирается долго лежать, и вам придется сдерживать ее, чтобы она не могла разбушеваться и потратить всю свою энергию. Ваши руки сжимают ее руки, и вы обхватываете ее за талию, чтобы удержать ее на месте. Она бьется, шипит и плюется, как змея. – Ты чертова лгунья! Ты такая же, как все они. Как и все остальные! Отпусти меня, чтобы я могла сделать тебе больно! Чтобы я могла выбить из тебя сопли! – Ты не хочешь этого делать, Беллатрикс. Не хочешь. - Вы говорите спокойным тоном, надеясь, что она расслабится. Ваши мышцы напрягаются от давления на нее, и вы решаете, что должны что-то сделать, чтобы заставить ее прекратить это. В порыве вы опускаете голову и кусаете ее за шею, не настолько, чтобы это было больно, но бледное пространство приглашает вас вперед. Это действие приводит ее в замешательство, потому что она перестает дрожать. – Что ты делаешь? - Ее черные глаза сверлят вас, как буравчики, и вы отступаете назад, вызывающе глядя в эти глаза. – Я возвращаю услугу. – Услугу? - она обнажила зубы. – Несколько месяцев назад ты укусила меня за шею и сказала, что я твоя, чтобы причинять боль, чтобы играть со мной. И теперь я делаю то же самое. Но это не обещание боли, а обещание доверия. Что ты моя, чтобы исцелять и оберегать. Вы видите, что она пытается сдержать свой гнев, но он медленно рассеивается в воздухе. Ваши слова проникают в нее, и вы знаете, что они задели ее, заставили почувствовать что-то, надеетесь на доверие? Она пытается прикрыть это оскорблением: – Ты чертовски странная, - бросает она вам, и вы принимаете это как знак того, что она вернулась к своей нормальной жизни. Вы медленно слезаете с нее, и она тоже встает, потирая место на шее, где вы ее укусили. Там немного покраснело, но это совсем не похоже на тот беспорядок, который она оставила в прошлый раз. – Я так понимаю, это значит, что ты собираешься мне помочь? - спрашивает она, в ее голосе звучит надежда. Вернулись к тому, с чего начали, о боже. – Беллатрикс, я больше не могу тебя консультировать, и ты не можешь оставаться здесь. Однако я обещаю, что у меня были все намерения помочь тебе, и что если тебе нужно будет с кем-то поговорить, я буду здесь. – Значит, это все еще "нет". Ее губы скривились в отвращении. – Надеюсь, вы знаете, что я не смогу легко получить здесь жилье из-за моего криминального прошлого. И что случилось с выслеживанием Тома Риддла? Доказательство моей вменяемости? - Она делает шаг ближе к вам, затем еще один. Вблизи ее присутствие пугает. Что вы должны делать? Вы действительно хотите помочь ей, но Нарцисса сказала, что ваши услуги отменены. – Твоя сестра сказала... – К черту то, что говорит моя сестра. Она считает меня сумасшедшей и с большим удовольствием заперла бы меня в своей стеклянной клетке, чем согласилась бы на что-то другое. Она моя сестра, но она может быть слепа, очень слепа к важным вещам. Она не любит перемен и не хочет принимать меня такой, какая я есть. Поэтому мне нужно, чтобы ты помогла мне доказать не только ей, но и всем остальным, что все это время они ошибались, а я была права. - Беллатрикс шепчет это прямо сейчас, ее взгляд умоляет вас выслушать ее, помочь. Вам больно видеть ее такой, но в вас прорастает зерно злой идеи. Если она так сильно хочет вашей помощи, ей придется чем-то пожертвовать ради этого. – Я помогу тебе. Однако есть некоторые условия. И ты будешь соблюдать их до тех пор, пока остаешься здесь со мной. До тех пор, пока ты хочешь, чтобы я тебе помогала. – Продолжай... - говорит Беллатрикс, в ее голосе звучит нотка подозрительности, и она права, что не доверяет вашим требованиям. – Если ты хочешь, чтобы я тебе помогала, и если ты хочешь остаться здесь, ты будешь отвечать на любой мой вопрос правдиво и в меру своих возможностей. – Что ты имеешь в виду? – Ты знаешь, что я имею в виду. Ты так многого не рассказала мне, и мне нужно это знать, если я собираюсь помочь тебе. Если ты не можешь рассказать мне, тогда я не смогу помочь тебе. Вы можете видеть, как в Беллатрикс борются два желания. Победит ли ее желание молчать о своем прошлом над желанием все рассказать начистоту? Ее темные глаза закрываются, она тяжело дышит и сжимает кулаки. Вы боитесь, что она может впасть в ярость, но когда она открывает глаза, в них только холодная решимость. – Я согласна с требованиями. Но знай, я надеюсь, что ты будешь гореть в аду за свое проклятое любопытство. – Не нужно быть такой кислой, - весело отвечаете вы, похлопывая ее по руке, когда проходите мимо. – Мне пора на работу. Постарайся не спалить дом, пока меня не будет. – Не обещаю, - мрачно отвечает она. Вы бы забеспокоились, но сейчас вы слишком воодушевлены победой над Беллатрикс. Улыбка появляется на ваших губах, когда вы поднимаетесь по лестнице, чтобы переодеться.