Portrait of a Tragic Woman / Портрет трагической женщины

Вы снова просыпаетесь от неприятных ощущений. На этот раз голова болит меньше, а зрение не такое расплывчатое, в основном потому, что вы, похоже, находитесь в темном месте. Вы моргаете и стонете, пытаясь принять более удобное положение. Ваши ноги больше не связаны, и они лежат перед вами ровно, но руки по-прежнему связаны, причем за столбом, к которому прижата ваша спина. По мере того как на вас обрушивается вся глубина вашего положения, вы чувствуете, как учащается сердцебиение. – Эй? Эй! - кричите вы в темноту и пытаетесь освободиться, но веревка слишком тугая и причиняет вам только боль. Вы издаете пронзительные разочарованные звуки. Что, черт возьми, происходит? Это сделал один из преступных друзей Беллатрикс? Какого черта вы связаны? И где вы находитесь? Дверь распахивается, проливая свет, и вы прищуриваете глаза. С его помощью вы можете разобрать, что находитесь в каком-то гараже, сидя на бетонном полу, который пронизывает холодом вашу кожу. Сбоку стоит мотоцикл, а дальше - несколько контейнеров с уложенными в них украшениями. Ничего, что могло бы помочь вам выбраться из этой ситуации. Шаткая лестница скрипит, и по ней спускается человек. Он дергает за веревочку, и загорается свет. Он тусклый, но его достаточно, чтобы понять, кто это. – Беллатрикс, - кричите вы, не зная, чувствовать ли вам облегчение или страх. Она одета странно скупо для своего характера. На ней желтая кофточка и джинсовые шорты. Ее волосы собраны в хвост, а на ушах болтаются серёжки-обручи. И самое странное, что ее шрамы отсутствуют, как будто кто-то взял ластик и стер их. Она вытаскивает леденец изо рта, приседая перед вами, с нейтральным выражением лица. – У тебя большие неприятности, док, - сообщает она. – Полиция прямо сейчас выписала на тебя ордер за убийство Тома Риддла. - Она достает свой телефон и показывает вам статью в новостях. – Черт, - слабо бормочете вы, столкнувшись с такими ужасными фактами. – И это, конечно, не помогло тебе убежать, - говорит Беллатрикс, откладывая телефон и дразняще ругая тебя. – Но я не убивала его. Это сделала ты, - подчеркиваете вы, чувствуя себя как в клетке. Вы жаждете логики. Рациональности. И тот факт, что вы понятия не имеете, что происходит, не помогает. Она засовывает леденец обратно в рот и тычет в вас пальцем. – Э-э-э, неправильно. Попробуйте еще раз. Вы нахмуриваете брови, не понимая этого. Что за чертову игру ведет Беллатрикс сейчас. Почему она так себя ведет? Как будто вы - добыча для ее хищника. Что-то в ней не так. Это больше интригует вас, чем пугает. Вы всегда находили худшее в людях самым интересным на этой планете. И вдруг перед вами открываются новые слои Беллатрикс, этой загадки, которую, как вы думали, что разгадали. Вы облизываете губы, мысли кружатся в голове. – Это сделала Лестрейндж. – Дзинь, правильно! - радостно восклицает она, хлопая в ладоши. – Но кто такая Лестрейндж? - спрашиваете вы, и ее улыбка падает. – Правда? Я считала тебя более умной, док. Она насмехается над вами. Что-то искрится в вашем сознании. В ее голосе слышны нотки, она наклоняет голову. Фразы. В прошлом она много раз называла вас доком. Всегда в этой дразнящей, игривой, но вызывающей манере. Вы сужаете на нее глаза. – Ты не Беллатрикс, - твердо произносите вы, в ужасе от того, что слова слетают с ваших уст. – Нет, это не так. Тебе понадобилось достаточно времени, чтобы понять все это, - говорит она с упреком. – Боюсь, я до сих пор не разобралась. - Вы качаете головой, не соглашаясь со всем этим. Она закатывает глаза, особенно долго посасывает леденец во рту. – Потому что ты была влюблена в меня. Ты была настолько ослеплена своими чувствами и всем остальным, что даже не задумывалась о том, что за всем этим стоит правда. Ты не нашла времени, чтобы узнать меня получше, потому что была так полна собой, думая, что все поняла. Она делает паузу, смотрит на вас. Протягивает руку и с любовью гладит вас по щеке. – Я люблю тебя, но иногда ты бываешь туповатой. Честно говоря, насколько более очевидной я могла бы быть? Ты поняла только одну из меня, но как только она ушла с дороги, я подумала, что ты увидишь остальную часть меня. Другую часть меня. - Она покачала головой, губы искривились, когда она пыталась скрыть эмоции. – Все это так хреново, - сказала она, голос стал густым от слез. – Мы все в такой жопе. Я не хотела, чтобы что-то подобное случилось снова. - Она встала, начала вышагивать, провела руками по волосам. Вы хотите утешить ее. – Сними эту веревку, и тогда я смогу помочь тебе. Мы сможем все уладить. Если ты дашь показания в суде как психически ненормальная... – Это не я ненормальная! - Она кружится вокруг вас и кричит на вас так громко, что вы в испуге отшатываетесь назад к столбу. – Я думала, ты уже это знаешь, - добавляет она более мягко, немного извиняясь за свой громкий тон. – Я уже не знаю, что думать. Ты... ты убила кого-то, Беллатрикс. И не просто кого-то, а Тома Риддла, уважаемого психолога. - При упоминании об этом у вас во рту появляется кислый привкус. Вы встречались с убийцей. И она упомянула, что подобная ситуация уже случалась. Вы боялись спросить, но вы должны были знать. – Кого еще ты убила? Вопрос повис в воздухе. Беллатрикс кусает нижнюю губу, жуя ее, пока смотрит сквозь вас. – Ответь мне, - давите вы, страшась, но желая знать. – Не называй меня Беллатрикс, - наконец говорит она, взгляд ее наконец останавливается на чем-то твердом. – Она мертва. Я просто Трикси. В голове промелькнула ночь с Андромедой. Андромеда протягивает корзину, накрытую одеялом. – Возьми это в дорогу, Трикси, - предлагает она по-сестрински мягко и заботливо. Беллатрикс улыбается и с благодарностью берет ее. – Ты же знаешь, я никогда не отказываюсь от еды. - Она обходит вокруг задней части машины, чтобы надежно уложить все. Вы пользуетесь моментом уединения, чтобы расспросить Андромеду о других вопросах. Вы всегда были великолепно любопытны. – Почему ты называешь ее Трикси? Андромеда откидывает голову в сторону и смотрит на вас нечитаемыми глазами. – Потому что она такая, - таков ее загадочный ответ. Беллатрикс подпрыгивает рядом с ней, обнимая ее еще раз. – Скоро увидимся. – Лучше приходи в гости. И скажи Белле, что она тоже может приходить. – Обязательно, - отстраняется Беллатрикс. Белла - их общая подруга? Они расходятся неохотно, и вы с Беллатрикс садитесь в машину, отъезжая. Даже тогда Беллатрикс машет сестре рукой, и Андромеда машет в ответ. В конце концов, когда расстояние становится слишком большим, они больше не могут видеть друг друга, и Беллатрикс садится на свое место. Вы не можете понять ее настроение. Счастлива ли она? Печальна? – Как ты себя чувствуешь? – Сюрреалистично, - быстро отвечает она. – Я не могу поверить, что это произошло. Что я наконец-то увидела ее спустя столько времени. Наверное, все это дойдет до меня гораздо позже. – Почему она называет тебя Трикси? – Это происходит от второй половины моего имени - от Трикс, и оно просто прилипло, я полагаю, потому что она никогда не могла произнести мое полное имя, когда была моложе, - пожимает плечами Беллатрикс. – Думаю, я собираюсь поспать, - внезапно заявляет она и пересаживается на свое сиденье так, что ее голова оказывается прижатой к лобовому стеклу, а спина - к вам. У нее только что был эмоционально изматывающий день, и вы не станете больше давить на нее. Она придет к вам, если у нее возникнут новые проблемы, в этом вы уверены. Подсказки. Все эти вещи были подсказками. А потом недавние комментарии Нарциссы. Губы Нарциссы скривились в неодобрении, когда она увидела эту новую версию своей сестры. – Я хочу вернуть мою Беллатрикс, - настаивает она, как будто можно волшебным образом щелкнуть пальцами и отменить все это. Как будто что-то настолько абсурдное вообще может произойти. – Это твоя Беллатрикс. Она все еще твоя сестра, - резко шепчешь ты ей, потому что Беллатрикс прямо здесь, и она задевает ее чувства. На ее надменных чертах лица появляется каменное выражение, когда она надувается и возится со своим телефоном. Она начала носить серый цвет в своем цветовом круге, и приятно видеть, как она использует более счастливые цвета. – Нет, она не такая, - Нарцисса гримасничает и складывает руки на груди. – Она счастлива. Боги. Как же вы были глупы! Вы были уверены, что были еще более ранние примеры этого, но сейчас вы не могли вспомнить их. Вы закрываете глаза, втягиваете воздух, пытаясь собраться с мыслями. – Трикси, просто освободи меня, и мы сможем все выяснить... – Я не могу, - мрачно объясняет она. С легким страхом в глазах. – Если я это сделаю, я не знаю, что с тобой может случиться. – Что ты имеешь в виду? - Вы стараетесь выглядеть дружелюбно, надеясь показать ей, что вы безобидны. – Я не причиню тебе вреда. И я не буду звонить в полицию. - Должно быть, она вырубила вас у вас дома, боясь, что вы ее сдадите, а потом попросила друга помочь ей отвезти вас неизвестно куда. – Дело не в этом. Я боюсь, что она может причинить тебе боль, - и она смотрит на лестницу, как будто боится, что кто-то в любую минуту может спуститься по ней. Ее зубы скрежещут на леденце, превращая его в порошок с громким треском. – Сколько вас? – Шесть, - мгновенный ответ. – И вы, случайно, не секступлеты? - сухо спрашиваете вы. – Нет. Вы ударяетесь головой о столб. Она начинает болеть от всех этих откровений. У тебя даже нет сил больше ничего чувствовать. Вы просто онемели. И все же, разве внутри тебя не бурлит радость? Разве вы не нашли ее? Единственного человека, который настолько испорчен, что он идеален? Может, именно поэтому Беллатрикс так тянулась к тебе. Потому что она знала, что вы любите беспорядок, даже когда вы боролись за то, чтобы в вашей жизни все было упорядочено. Ты жаждешь безумия, потому что оно тебя возбуждает. А она могла дать вам все это. Вы не можете дождаться, чтобы понять, как все это решить. Как все это исправить. Конечно, вас не радует смерть других. То, что ваше имя очерняют. Но опять же, разве не так? Ни один здоровый человек не был бы так увлечен кем-то, у кого проблемы с психикой. Но психология всегда была наркотиком, который вы использовали, чтобы справиться со своей ужасной жизнью. С трагедиями в ней. Если вы встречали людей в их худшем состоянии, это автоматически делало вашу жизнь лучше, чем у них. Это больной вид подтверждения, и хотя Беллатрикс не говорила об этом во время сеанса гештальта, что-то подсказывает вам, что она давно это поняла и так или иначе удовлетворяет ваши потребности. Либо подсознательно, либо сознательно. – С какими из них я познакомилась? – Беллатрикс, Белла, Трикси и Блэк. Ты не встретила Лестрейндж, и я бы не хотел, чтобы ты её встретила. И ты не встречала Х, но она не появлялась уже много лет, так что ты можешь никогда её не встретить. – А я бы хотела? Трикси пожимает плечами. – Не уверена. Вы чувствуете предстоящее раскрытие информации. Что-то вроде исповеди. Поэтому вы терпеливо ждете продолжения. Должен быть выход из этой ситуации, и ключ к нему - женщина - или женщины - перед вами. – Беллатрикс была личностью, лежащей на одеяле. Понемногу от всех нас, - начинает Трикси, теребя палочку от леденца между длинными пальцами. – Она была самой сильной из нас. Она также взяла на себя защиту Беллы, когда все только началось. – Это началось после нападения собак. - Это не столько вопрос, сколько утверждение. Раздвоение личности происходит из-за травмы. Они формируются, чтобы защитить человека психически, эмоционально или физически от боли. Неудивительно, что Беллатрикс сформировала такую личность из-за жестокого обращения с ней отца. Трикси кивает головой. – Да. Белла была молода. Ей было больно. Она была напугана. Вот и появилась Беллатрикс, чтобы взять на себя мантию боли. - Ее глаза были отрешенными, когда она вспоминала все это. – Когда собаки напали, она ничего не почувствовала. Она только смеялась, что только еще больше злило отца. И она носила наши шрамы. Все до единого, душевные, эмоциональные или физические. - Это объясняло, почему кожа Трикси была безупречной.– Она была нашим фронтом. Нашей опорой на протяжении многих лет. Она заботилась о Белле и обо мне. И иногда она позволяла нам выходить играть, когда считала, что это безопасно. - Это объяснило бы перепады в поведении Беллатрикс в те пару раз, когда вы заметили, что оно было достаточно странным, чтобы привлечь ваше внимание, несмотря на то, что вы не знали, что это было на самом деле. Особенно пикантным был момент, когда вы с Беллатрикс занимались любовью, и она попросила вас называть ее Беллой. И последние несколько дней, когда она была такой счастливой и беззаботной, как подросток. – Так это была Белла? – Да. Она больше всех влюблена в тебя, - смеется Трикси. – Но она всего лишь подросток. Можешь ли ты винить ее? Мир начинается и заканчивается у твоих ног. Вы краснеете, услышав это. Это, безусловно, драматично. – И когда ты появились? Трикси выглядит неуверенно. – Я не уверена. Может быть, когда Андромеда сбежала? Все, что я знаю, это то, что я точно была там примерно во время предательства Тома. - Она пожимает плечами и продолжает. – Я была там не столько для того, чтобы защитить, сколько для того, чтобы сделать Беллу счастливой. Чтобы подбодрить ее. Но, боюсь, я никогда не была хороша в своем деле. Я путалась не с теми людьми. Но в конце концов, они оказались хорошими для меня, ирония судьбы. – А Блэк? – Она агрессивная. Всегда готова к драке. Это случилось, когда мы стали старше и начали драться с отцом. Он больше не пугал нас, но все еще мог причинить нам боль, поэтому мы хотели причинить ему боль раньше, чем он. И она яростно защищала своих сестер. И до сих пор защищает. – Могли ли твои сестры сказать, что это не ты все время? Она думает над этим, хмурится, когда приходит к ответу. – Андромеда знала, я думаю, с самого начала. Но она никогда не говорила ничего против, только подыгрывала. Нарцисса узнала об этом медленнее, потому что большую часть времени она держала голову в своей заднице. Только когда она забрала меня в свое поместье, чтобы позаботиться обо мне, она начала собирать все воедино. И даже тогда она не знала всего этого. Вы киваете ей головой, давая понять, что она может продолжать. – Х была... Х была просто там, рождённая без причины, не делая ничего, чтобы помочь. Я думаю, мы подавили её до такой степени, что она просто исчезла. Она все равно была бесполезна. Вы подбадриваете ее. – А последняя? Ты не можешь не рассказать мне о ней. Я должна знать. Трикси резко сглатывает. Выглядит неуверенно. – Я... Лестрейндж образовалась, когда я вышла замуж за Родольфуса. Он... он был тем, кто окончательно подтолкнул меня к краю. Несмотря на всю боль моей юности, я никогда не ненавидела до такой степени, чтобы хотеть кого-то убить. Ранить - да. Но не убить. И он заставил Лестрейндж стать частью меня. Это она сожгла его дом. Кто пытался сжечь дом Нарциссы. И она... она хотела убить, если мы ее не остановим. Да, вы видите, как все это объединяет Беллатрикс. Почти детский характер, который она получила от Беллы. Дразнящая, подшучивающая черта от Трикси. Адреналиновый наркоман-боец от Блэк. А жестокость и насилие - от Лестрейндж. – Она кого-нибудь убила? - мягко спрашиваете вы. Вам нужно знать, насколько глубоко это зашло. Как далеко они зашли. Трикси сжимает палочку в своей белой суставчатой хватке. – Не задавай вопросов, на которые не хочешь получить ответы. – Но я хочу получить ответ на этот вопрос, - твердо отвечаете вы. Вы пристально смотрите ей в глаза. Вы уже через многое прошли в этих отношениях с ней; какое значение имеют еще несколько темных следов? Она кривит губы, челюсть дрожит от эмоций. – Она убила моего отца. И она убила Тома. Признание обрушивается на вас как тонна кирпичей, и на мгновение вы не можете дышать. Полумна никогда не убивала Сигнуса. Это все время была Беллатрикс. Вы тратите секунду на то, чтобы разобраться в своих эмоциях, и понимаете, что не можете ее ненавидеть. Вы действительно не можете. Она была под контролем ужасного состояния, и что-то вроде чувства вины вспыхивает внутри вас, когда вы понимаете, что, возможно, невольно приложили к этому руку. – Так не должно было быть, - продолжает Трикси расстроенным тоном. – Лестрейндж всегда контролировали, более или менее - никогда не выпускали на свободу после тех ужасных вещей, которые она чуть не сделала с Родольфусом, хотя она заслужила это. Я никогда никому не причиняла такой боли. А потом появилась ты, пытающаяся помочь нам всем с нашими проблемами. Кто-то, кто был достаточно компетентен, чтобы действительно изменить их. Сначала ты начала с Беллатрикс, и когда ты избавилась от глубинных проблем с собаками, которые ее создали, она начала исчезать, пока ее не стало совсем. Потому что она больше не чувствовала, что в ней нуждаются. Она чувствовала, что мы в хороших руках. - Трикси сжимает руки. Она пришла к пониманию через секунду после того, как вы сделали свое. – Это ты виновата в том, что она потерялась! - обвинила Трикси. – Ты уничтожила Беллатрикс как личность, и когда одного из нас, хороших, не стало, Лестрейндж стала сильнее. И она пробивалась и пробивалась, а Белла была недостаточно сильна, чтобы удержать ее из-за всех эмоций, и просто... Лестрейндж просто убила Сигнуса и Тома, пока мы все смотрели. - Она прижимает ладони к векам. Ее плечи сжимаются от рыданий, которые никак не утихают. – И теперь она хочет, чтобы ты тоже ушла. Это сказано так тихо, что если бы вы проглотили, то не услышали бы. Но вы услышали. Холодный ужас поселяется в вашем желудке. – Она хочет убить меня? Трикси качает головой. – Я не знаю. Я не знаю, - жалобно стонет она, и когда она отдергивает руки, это уже не она. Она выглядит моложе. Наверное, это Белла. – Я так сильно люблю тебя, а она просто хочет отнять у меня все это! Она хочет разрушить весь мир вокруг меня, и это так утомительно - сдерживать ее. Она сильная. Слишком сильная. Я... я боюсь, - признается она, ее грудь вздымается в испуганных вздохах. – Пожалуйста... мы можем сделать это вместе, - давите вы, борясь с узами, удерживающими вас. – Выпусти меня из этих оков... – Нет! - кричит она с силой двух голосов и прижимает руку к груди. Хотя переключатель никогда не был заметен, сейчас он стал заметен, особенно когда она активно борется с ним. – Черт, - простонала она, ее лицо побледнело. Ее ногти впиваются в кожу, прямо над сердцем. – Черт. Она... она пытается выйти. - Она спотыкается, вслепую тянется к перилам, чтобы подняться по лестнице. – Не уходи! Беллатрикс, пожалуйста! - Но она игнорирует ваши мольбы, поднимается по лестнице и захлопывает за собой дверь, оставляя вас одну в темноте, со слишком большим количеством вопросов на уме.