Кнопка

Поговорить с Шастуном Арсений не решается, потому что боится потерять его, их хрупкий мир. Ведь ночью хорошо, это всё солнце, при его свете им не удаётся расслабиться. При этом днём, когда вокруг куча людей Антону словно легче, он смеётся, так близко подходит, заглядывает в глаза. Когда он точно знает, что ничего между ними не случится, что Арсений не сделает, не зайдёт дальше. И Арс винит себя за это, не способен контролировать себя, чтобы Антон чувствовал себя в безопасности наедине с ним. Но держаться на расстоянии сложно, они и так нечасто остаются вдвоём, чтобы ещё и вообще не контактировать друг с другом. Арсений старается не напиваться, хотя искушение велико, Антон этим не озадачился, поэтому сидит рядом, очень близко, пьяно смеётся и, махая руками, иногда опускает ладонь ему на плечо и бедро, гладит по спине. Арс отодвигает стул ближе к Диме, но Шаст двигается следом. — Антон, тебе хватит. — шепчет Арсений ему на ухо, стараясь не смущать перед друзьями. — Домой ещё ехать, и мы в ресторане, а не в баре. — Хорошо, Арсюш, мой любимый… — отвечает Шастун и устало опускает голову ему на плечо, словно скомандовали отбой. — Официант? — Нет, просто ты. Арс тихо улыбается, сминая рукой кудряшки, что щекочут ему шею. — О, а кто нашего дружочка потащит? — интересуется сидящий напротив Серёжа, указывая на Антона вилкой. — Я потащу. — отзывается Арсений, хватая Шаста за плечо, будто кто-то его украсть собирается. — Давай я помогу? Одному тяжело же, в нём пьяного веса больше, чем обычного. — Я нормально! Я дойду! — вскрикивает Антон, но вместо того, чтобы сесть ровно и выглядит хоть немного трезвее, он обхватывает руками Арса за торс и утыкается носом ему в шею. — С Арсением. — Ишь какой, сам он, с Арсением. — фыркает Серёжа, но больше ничего не говорит, лишь лукавый взгляд кидает. — Ты в него бутылку воды влей перед такси, ему полегче будет. — советует Дима, его вообще мало волнует происходящее, хотя и его ухмылка не сулит ничего хорошего. — Спасибо. — благодарит его Арсений и беспомощно глядит на намерившегося уснуть парня. Через полчаса Арс сгружает Антона на диванчик у выхода из ресторана, пытается напоить его водой, но тот лишь глядит на него, как на дурака или любимого, по плывущему взгляду сразу не разберёшь. — Сделай ещё глоточек. — просит Арсений и гладит его по щеке. — Она не вкусная. — жалуется Антон. — Курить хочу, пойдём покурим. — Если выпьешь воду и сможешь встать, покурим. Шастун чувствует подвох, но забирает бутылку из его рук и пьёт, на самом деле пить очень хочется, почти так же как курить. — Где твой номерок? Я заберу куртку. — вздохнув, спрашивает Арс и достаёт свой из кармана, не сразу замечая, что тот к нему наклоняется. — В заднем кармане. Их лица вдруг в сантиметре друг от друга, и Арсений чувствует выпитый Антоном виски, и прикидывает, что его губы на вкус скорее горькие, чем сладкие от десерта. Шаст не собирается доставать номерок, и в его карман, краснея и оглядываясь, лезет Арс. — Тут пусто. — выдыхает ему в плечо. — Так в другом. — хмыкает Антон и то, как он облизывает губы у его уха прекрасно слышно. Арсений пересекается с ним взглядом, но руку ему за спину просовывает, выуживая номерок из другого кармана, и так вселенной благодарен, что ни в одном, ни во втором не нащупал упаковку презерватива, было бы уж слишком пошло. Хотя, если судить по взгляду Антона, он и так считает себя охуеть каким соблазнительным. И правильно считает. Кое-как одевшись они выходят на воздух, хотя бы дышать теперь можно. У Антона пальцы не слушаются, и у него сигарету из пачки вытащить не выходит. Арсений достаёт её сам, и сам же раскуривает. — Спасибо. — радуется Шастун, затягиваясь протянутой ему сигаретой, с его рук, для этого даже опасно наклоняется. — Да держи ты её, блять. — Злишься? — Не злюсь, но зачем нужно было так напиваться? — ворчит Арс, убедившись, что сигарета крепко сидит между его пальцев. — Захотелось расслабиться. — туманно отвечает Антон и взмахивает ладонью с дымящийся сигаретой, пепел с неё уносит ветер. — Тебе так непросто? — Да пиздец. Арс кивает, поджимая губы, и переводит взгляд на дорогу, там снуют редкие машины, а они стоят в переулке за углом ресторана, в котором только что были. — Устал я, Арс. Арсений невольно сжимает кулаки и закрывает глаза, но резко распахивает, почувствовав, как длинная рука по его пояснице двигается и обхватывает за талию, Антон кладёт голову ему на плечо и курит прямо с такого положения. — Побудь сегодня со мной. — просит Шастун. — Я думал, ты от меня устал. — дышать тяжело даже не от сигаретного дыма, и голова кружится. — Дурак что ли? — Видимо. — К тебе или ко мне? — интересуется Антон и тыкается носом ему в щёку. — Прекрати, нас могут увидеть, а мы и так в странном положении. — бормочет Арсений, стараясь отодвинуть его от себя. — Странном? Просто стоим рядом, в темноте не видно. — Давай не будем рисковать. — Ты обожаешь рисковать. — Шастун встаёт перед ним, притискивая его ближе к стене. Арс выдерживает его прямой взгляд, но бросает его вниз, когда Антон затягивается снова, почти носами соприкасается, выбрасывая окурок в сизый сугроб, и выдыхает дым, который Арсений ловит ртом и вдыхает в себя. Голова кружится ещё сильнее, а губы у Шаста прохладные и всё-таки горькие. В такси Антону плохеет, но он стойко держится до самого дома, Арс с сочувствием гладит его по спине и шепчет что-то успокаивающее. Шастун ведёт себя так развратно, чего от него вообще не ожидаешь, он скорее сворачивается клубочком на груди и мурчит, чем с хищной улыбкой лезет в чужие штаны. Но сейчас алкоголь видимо неслабо дал в голову и отключил тормоза. Пока Арсений борется с его дверью, он прижимается к его спине, засовывает пальцы в задние карманы и целует в шею. И чёрт, столько сил нужно Арсу, чтобы не толкнуться задницей назад, уперевшись лбом и руками во входную дверь, невыносимо. Дверь хлопает за ними, отгораживая от лестничной площадки, любопытных соседей и всего мира. Антон забирается руками ему под одежду, касается холодными ладонями живота, куртки всё ещё на них. А у Арса так коленки дрожат, что сил не хватает протестовать, он только дрожит и всё же трётся задницей об его пах через слои одежды, но Антон стонет ему в макушку, оповещая о том, что член у него там уже болезненно напряжён. У Арсения на груди собирается комок одежды, затыкая нос, и дышать становится нечем. Шаст воюет с его курткой, а потом толкает его вперёд и разворачивает, притягивая лицо за затылок и впиваясь поцелуем в губы. — Раздевайся. — рычит Антон и жадно разглядывает румяные щёки и потемневшие от возбуждения глаза. Арсений слушается, сейчас готов делать всё, что он скажет, куртка падает с крючка на пол, кофта летит следом, и он цепляется за одежду Антона, помогая стянуть с него лишнее, а лишнее всё. Они в обнимку впечатываются в стену, ноги в носках скользят по паркету. Арс несколько раз ловит Шаста на поворотах, но в итоге падает на кровать вместе с ним. Шастун горячий, нетерпеливый, трётся об бедро зажатым в плену белья стояком, так глубоко засовывает язык. Он пиздец какой пьяный. Арс отворачивается, пытаясь отдышаться, справится с накатившими в момент чувствами. — Антон? — зовёт он, вздрагивая от мягких укусов в шею. Шастун мычит и широко мажет языком по его ключицам, Арсений хватает его за плечи и отстраняет от себя. — Стой. — Что такое? — ворчит Антон, забавно раздувает ноздри и смотрит выжидающе. — Я так не могу, ты слишком пьян. — отвечает Арс, убирая чёлку с его лба. — Я в порядке! Думаешь, я не смогу? — Нет, думаю, что утром ты об этом пожалеешь. Мне похуй, как это глупо, что для такого я, может, слишком стар, но я не хочу в первый раз с тобой быть, когда ты бутылку виски в себя влил. — Но, Арс… — Прости, но мои желания такие же ценные, как и твои, и «нет» в этом перевешивает «да» в любом случае. — Арсений спихивает его с себя ошарашенного, тот сейчас неспособен даже воспринимать такие длинные предложения. — Ложись спать, завтра поговорим. — Я не понимаю. — жалобно сообщает Антон, закрывая лицо руками. — Ты типа меня не хочешь? — Хочу, конечно, хочу. — Тогда в чём проблема? Я тебя тоже хочу. — В том и проблема, сейчас ты и подушку трахнешь, и похуй будет. — Что за хуйня, Арс? — Поговорим завтра. — настойчивее повторяет Арсений, встаёт и накрывает его одеялом. — Я сделал что-то не так? — Ты молодец, всё хорошо, не обижайся на меня. Ты поймёшь, когда проспишься. — Обещаешь? — Обещаю. — хмыкает Арс и чмокает его в лоб. Шастун засыпает моментально, и Арсений пару минут стоит рядом и просто наблюдает, но голые плечи мёрзнут, и он отправляется собирать свою, а заодно чужую одежду. Оставляет на тумбочке стакан воды и решает уехать домой, чтобы не поругаться случайно утром.