Позволь изменить тебя

Камило похлопал ресницами. До него не сразу дошло, что сказал ему Бруно. Однако, когда всё сложилось в единый пазл, стало совестно от самого себя. Конечно, ему было больно смотреть на мальчишку! Тридцать пять лет одиночества, бессмысленного ожидания, ради чего? Ради того, чтобы твой собственный племянник, точь в точь похожий на твою первую любовь, напоминал о всём пережитом когда-то давно. На месте дяди Камило и сам бы так поступил. Только вот, он не был на его месте. В отличие от Бруно, прождавшего его столько времени, он отлучился от любимого лишь на короткую вспышку сознания, вернувшую его домой. Он не мог даже близко прочувствовать той боли, которую перенёс человек под ним. Хотелось обнять, утешить, сказать, что это он, всё хорошо, он вернулся… Но сначала нужно было подготовить его. — Почему? — спросил Камило, слезая с дяди и жестом приглашая того сесть рядом, — Ты можешь рассказать мне? Мужчина вздохнул. Нехотя он уселся рядом, обнимая колени, и погрузился в пучину сладко-горьких воспоминаний. Знакомое лицо замелькало перед глазами, точь-в-точь похожее на его племянника. — Ты так сильно напоминаешь мне кое-кого, — признался провидец, сглатывая едва не вставший в горле ком. Камило видел это, и оттого чувствовал неприятную тяжесть внутри с которой отчаянно боролся. — Кого? — Моего… друга детства, — ответил Бруно после долгой паузы. Он не решился сказать правду, сказать, что его племянник — копия его возлюбленного, его когда-то единственного лучика света.  — Вы с ним словно две капли воды, — продолжил он, и вдруг тихо и горько засмеялся, — Тебя даже назвали в его честь, ха-ха… Вот и не могу спокойно смотреть на тебя, не то, что разговаривать. Извини… — Ты сильно скучаешь по нему? — вдруг спросил Камило. Он положил свою тёплую ладонь на чужое плечо. Сердце Бруно сжалось, стоило посмотреть парню в глаза, такие же нежные и яркие, как у покинувшего его друга. Мужчина вдруг заплакал. — Ты не представляешь, насколько… — А куда он делся? — резво спросил Камило, не в силах больше терпеть, желая скорее всё рассказать, лишь бы не видеть, как страдает его дядя. — Исчез давным-давно, ещё когда я был твоего возраста, — вздохнул Бруно, вытирая слёзы. Перед глазами встала картина из последней ночи и последующего отвратительного утра, — Но он обещал вернуться однажды. — И ты до сих пор ждёшь? — Ну, как сказать… Жду, если честно, — признался провидец, сильнее прижимая колени к груди, — Хотя, столько времени прошло… Ты, наверное, меня идиотом считаешь, да? — Вовсе нет, — вздохнул лицедей, наконец, расслабившись, и хитро улыбнувшись, — К тому же, не каждый сможет прождать своего парня тридцать пять лет. — Да, это точно… — Бруно тихо хихикнул прежде, чем до него дошло. Он впал в ступор. Несколько раз он повторил в голове сказанное племянником… До него вдруг дошло. Мужчина резко повернул голову в сторону парня, который смотрел на него со знакомой ласковой улыбкой, сверля хитрым-хитрым взглядом. Происходящее казалось сном. — Hola, мой мышонок, — довольно пролепетал Камило, поднимая руку вверх на обозрение дяди. На ней, как тридцать пять лет назад, красовался самодельный неровный браслет. У Бруно отвисла челюсть. Мысли смешались воедино, перекрикивая друг друга. Мужчина не знал, с чего ему начать. — Ты… Т-ты… Я… Откуда у тебя это?! — кое-как выкрикнул он, чувствуя, что сердце сейчас выскочит наружу то ли от страха, то ли от непонимания. Даже слёзы, до этого текущие ручьями, вдруг замерли, шокированные происходящим. — Сам же мне и подарил, дурачок, — усмехнулся Камило. Он сделал комбо: остановил чужие слёзы и повеселил себя реакцией дяди. Глаза того бегали по нему, не веря, что это правда. Невозможно было поверить! — Это… Это правда ты?.. — спросил Бруно, не веря ни глазам, ни ушам, ничему. На секунду показалось, что он просто находился в бреду, и даже это казалось более логичным, чем происходящее. — Собственной персоной, — улыбнулся Камило ещё шире, а его щёки слегка покраснели. Перед Бруно по-прежнему сидел его племянник, но теперь это был ещё и он. Тот самый, что покинул его много лет назад. Тот самый, из-за кого Бруно плакал ночами напролёт… Провидец вдруг засмеялся. Громко, звонко, словно сумасшедший. Птицы разлетелись от его голоса, а лицедей немного напрягся. — Ты безумец, — сказал мужчина то ли радостно, то ли злостно. Однако Камило лишь показушно фыркнул. — И это первое, что ты хочешь сказать своему парню после стольких лет… «Разлуки» хотел договорить Камило, однако теперь повалили уже его. Бруно прижал парня, и только сейчас Камило заметил, что слёзы не прекратили бежать по чужим щекам, а только усилили свой поток. — Да! Ты безумец! — жаловался Бруно хриплым, обиженным голосом, едва не переходящим в крик, — Почему тебя не было так долго?! Ты знаешь, как я заждался тебя?! Я чуть не помер от одиночества! Я уже думал, что ты не вернёшься… — Я знаю, знаю… — спокойно прошептал Камило, чувствуя, как его глаза тоже начинают щипать. Сердце, до этого тяжёлое как камень, стало легче пёрышка, — Извини, что так долго. И ещё… Спасибо, что дождался.