У истоков великой цели

Апрель, 1969 Хогвартс       Белла громко опустила руку с письмом на стол, вызвав у сидящих рядом недоумение.       - Все в порядке? - уточнила Юфимия, заподозрившая неладное. Остальные стали потихоньку возвращаться к своим разговорам.       - Отдел регулирования магических популяций, - ответила ей Беллатрикс бесцветным тоном. - Это письмо от Питерса. Крауч передал свою рекомендацию ему, - девушка сохраняла лицо, подходящее по настроению для похорон, но никак не для празднества.       Ведьма была совершенно подавлена. Ее рекомендовали в самый никчемный отдел из всех! Отдел, который занимался учетом всяких тварей (причем тварей в прямом смысле слова, по общепринятой классификации), а в перерывах между этим бился в поиске способов упрятать всякую волшебную живность от глаз магглов. Последних ведь никак нельзя было потревожить!       «Уверен, нам с вами есть что обсудить касательно будущих мер по поддержанию тайны о мире магии», - вещал Питерс. Тайны о мире магии? То есть тайны о всей ее жизни? О смысле ее существования?       Какие же все они жалкие! Просто омерзительно! И Крауч! Он уж конечно знал, какой будет моя реакция на это!       - Нет, а что, собственно, не так? - Юфимия пошла в наступление, поняв, что сочувственными комментариями такому горю не поможешь. Надо было растормошить Беллатрикс. - Разве это не хорошая новость? Тебя пригласили на второе собеседование! Ты думаешь, каждому такое предлагают? - настойчиво шептала она Белле. - И Крауч, получается, тебе не соврал. Белла, успокойся, здесь слишком много людей! - девушка поняла, что недооценила самообладание подруги, когда заметила, как та до побеления сжала кулаки, устремив взгляд, полный ненависти, на стол перед собой и буквально испепеляя его поалевшими радужками. Ее горячий темперамент очень часто давал о себе знать в неформальном общении, так что Юфимия о нем знала непонаслышке.       - Я абсолютно спокойна, - проскрежетала Беллатрикс. - Но была бы счастлива, если бы следующим занятием у нас была ЗОТИ, а не История Магии…       Юфимия поджала губы, начав слегка успокаиваться. Раз Белла была в состоянии формулировать длинные и сложные предложения, а не просто бранилась и брызгала ядом, ее психическое состояние приходило в норму. Гнев отступал, сменяясь смирением.       - Ладно, - продолжила Белла вслух, подтверждая догадки подруги. - Если он хочет поиздеваться надо мной и унизить, хорошо. Но отступать я не собираюсь, - заявила она, злая, но чрезвычайно решительная.       - Главное попасть в Министерство, - увещевала Роули. - Ты же сама это знаешь. Дальше все зависит только от тебя, - продолжала девушка, вселяя уверенность и в Беллатрикс с каждым своим словом.       - О да, главное попасть в Министерство, - протянула Белла с поистине дьявольским пламенем во взгляде. Ее лицо пересекла хищная улыбка, скрывшаяся лишь по настоятельному требованию разума.       - Вот теперь мне нравится твой настрой, - призналась Роули, наблюдая за чертями, танцующими в глазах подруги. Та лишь хмыкнула, обдумывая, можно ли вынести хоть какую-то пользу от контроля над оборотнями и эльфами и переговоров с вампирами. На первый взгляд выходило, что можно.       Кто же знал, что смиряясь с судьбой, она открывала для себя возможности куда более широкие, чем можно было представить, исходя из заурядности ее будущего департамента. Однако за Беллой уже долгое время следил человек, который не намерен был ограничивать ее обязанности лишь прямыми задачами. Отныне все и вправду зависело лишь от неё и ее смекалки.

***

Май, 1969 Хогвартс       В середине мая Беллатрикс исполнилось восемнадцать. Конечно, это событие было не в столь же мере запоминающимся для нее, что и предыдущий день рождения, ознаменовавший совершеннолетие и новый этап жизни. Однако, как и всякий другой праздник, он принёс Белле много эмоций и неожиданных открытий.       Началось ее утро прекрасно.       Умудрившись-таки проснуться раньше, чем именинница, славившаяся до болезненного ранними подъёмами, Юфимия, Нарцисса и Андромеда, с трудом, но для благого дела оторвав головы от подушек, разбудили Беллатрикс чуть раньше часов и окружили ее, заняв все свободное место на ее не очень широкой кровати. Создав вокруг себя купол (после ворчливых комментариев соседок по комнате, которые в семь утра были не готовы бубнить поздравления), они принялись одаривать ведьму подарками и говорить пожелания. Белла была польщена, проснувшись едва ли не от удушающих объятий сразу всех трёх заговорщиц, и, потянувшись, обняла каждую из пришедших.       Круг общения Беллатрикс не заканчивался на учениках Слизерина (обязывало положение старосты), но ее близкий круг был, в общем-то, завязан только на этих троих. При том, что с сёстрами она обсуждала далеко не все, что могла бы, да и от Юфимии хранила много секретов. В любом случае, Белла была счастлива, что рядом с ней были люди, способные поднять ей настроение в такой важный день и избавить от преследующей нервозности.       Распаковав преподнесенный ей сёстрами набор дорогой французской косметики и вдовесок несколько волшебных кистей, наносящих макияж самостоятельно и не требующих никаких лишних движений (идеальный вариант для вечно нетерпеливой в таких вещах Беллатрикс), ведьма ещё раз поблагодарила их и, оставив поцелуй на щеке у каждой, отпустила досыпать положенное до пробуждения время. На дворе была суббота, так что вставать на занятия с утра пораньше было сегодня не нужно. Юфимия же уходить не спешила.       - Я пыталась убедить их, что ты не оценишь косметику, - сообщила она Белле с насмешкой, стоило младшим сёстрам последней удалиться из спальни, зевая. Та же лишь улыбнулась, махнув рукой в знак смирения. - А вот кисти первоклассные. Их выбор принимался не без моего участия, - ввернула девушка, засмеявшись. Беллатрикс хмыкнула, как бы говоря «Это я сразу поняла».       - Ничего, - она бережно пролеветировала подарок к своему чемоданчику. - Надо же мне было когда-то начать вводить макияж в привычку, - ведьма вернулась взглядом к подруге. - Да и ждать от них темных артефактов или чего-нибудь в этом духе было бы самонадеянно, - хмыкнула Белла.       - Это да, - тяжко вздохнула Юфимия, демонстрируя немалые актерские таланты. - К счастью, для этих целей у тебя есть чуткие совершеннолетние друзья, - и снова она засмеялась со свойственным себе кокетством, заставив интерес вспыхнуть в глазах именинницы. - Ладно, - сказала Юфимия, слезая с кровати и намереваясь лечь спать опять. Поздравления поздравлениями, но идти куда-либо в такую рань она не горела желанием. Да и идти было особенно некуда. Девушка все ещё была одета в пижаму (накинула сверху лишь лёгкую мантию, когда ходила выискивать сестёр именинницы) и вообще вид имела полусонный, пусть и чрезвычайно довольный столь удачным утренним предприятием. - Надеюсь, ты успела выспаться и тебе хватит сил на весь день, - проговорила она многозначительно, задержав взгляд на собеседнице, которая выглядела недоуменной. Она предполагала, что ее совершеннолетние, как напомнила ей Юфимия, друзья могут устроить ей сюрприз определённого рода, но в глубине души надеялась, что обойдётся в этот день без глубоких душевных потрясений. - И для моего подарка тоже, - добавила девушка, хитро ухмыляясь.       - Ничего запрещённого, я надеюсь? - уточнила Белла в ответ полушутя.       - Секрет, - категорично заявила Роули. После чего, сняв с них антиподслушивающий купол, оставила Беллу одну, удаляясь к своей кровати.       За завтраком Беллатрикс получила поздравление и от родителей. Ее отец разразился настоящей пламенной речью на целых два разворота пергамента, с трудом влезшего в саморасширяющийся конверт. Упомянул и про близящееся окончание школы, сулящее Белле множество событий и «тяжелых мук выбора», и про скорое исполнение долга перед семьей в виде вступления в брак и «укрепления кровных уз с другим чистейшим и древнейшим родом». Словом, раскрыл свой постоянный лейтмотив о важности возложенных на Беллатрикс задач и о ее святой обязанности не опорочить честь семьи, которая взрастила ее и одарила самым главным - безупречной чистотой крови.       Мать Беллы к пожеланиям мужа (переросшим во что-то более похожее на наставление и уже слабо походящим на приятные поздравительные слова) всецело присоединялась.       - Что-то не так? - спросила Юфимия, оторвавшись от обсуждений с братом, когда заметила, что Беллатрикс откладывает письмо с не самым счастливым видом.       - Да нет, - ответила та, нахмурив брови и убирая письмо в сумку. - Все ровно так, как и бывает обычно, - добавила девушка, заставив Роули поджать губы и сочувственно вздохнуть.       «Не расстраивайся, ты же знаешь, как они тебя любят», - хотела шепнуть она Белле, но присутствие рядом их однокурсников совсем не способствовало душевному разговору.       - Белла, восхитительно выглядишь, - вклинился в группу товарищей Рабастан, подходя к столу вместе с Джагсоном с опозданием в добрых десять минут. Обычно по выходным вся компания старалась собираться и завтракать в одно время, но нередко проблемы с пунктуальностью переворачивали все планы вверх дном. - С каждым годом все хорошеешь и хорошеешь. Боюсь даже узнать, как будешь выглядеть в день своего столетия, - усмехнулся он, как и всегда поднимая настроение однокурсникам непринужденной и располагающей к себе манерой говорить. Более скромный Райли повторил первую реплику друга, посчитав ее справедливой, и вставил от себя ещё несколько неловких слов в поздравление Беллатрикс. Оба опоздавших не преминули возможности осыпать девушку комплиментами.       - Спасибо-спасибо, - Белла уже почти засмущалась под натиском юношей, когда к диалогу подключилась Юфимия. - Ну что, всем час на сборы, и в Хогсмид? - риторически спросила она у остальных из компании. За этим последовали ответы, выражающие согласие, и дружные кивки.       - Да мне и часа не надо. Вот он я, уже готов выходить, - снова отозвался Лестрейндж ярче всех остальных, усаживаясь за стол и принявшись набирать себе всяких блюд понемногу. Роули смерила его недоверчивым взглядом.       - Да, это я вижу, - хмыкнула девушка. Опоздал и ёрничает, вы только посмотрите.       - Вообще это именинница должна выбирать время выхода, - заметил Рабастан после того, как расправился с половиной яичницы и отпил немного тыквенного сока. Все пять взглядов (Лестрейнджа, Джагсона, двух Роули и Пиритса) выжидательно уставились на Беллатрикс.       Этот день пройдёт под слоганом «должна», я верно понимаю? - хотела возмутиться та в своих мыслях. Но осознавала, что срываться на ближайшее окружение это очень плохая идея. Ее друзья были внимательны и участливы к ней, стремились как-то скрасить ее праздник несмотря ни на что. А она? Нет, все, хватит хандрить и расстраиваться.       - Я думаю, выходить раньше, чем через час, нет смысла, - распорядилась она. Раз на сегодняшний день она негласно стала главной и могла диктовать условия, надо было пользоваться и включаться в процесс. - В половину одиннадцатого встретимся у ворот, а там посмотрим, - она пожала плечами. Остальные согласились с таким предложением.       - Будет сделано, - ответил Рабастан без смешинки на лице, как он это отменно умел, а Джагсон сосредоточенно кивнул, возвращаясь к оживленному разговору о квиддиче, что был прерван юношами перед их появлением в зале.       Юфимия, между тем, закончила трапезу и, поняв, что Белла, поковырявшая разве что овощи в тарелке и воды немного отпившая, есть больше не планирует, увлекла ее с собой из-за стола, направившись в общую спальню для переодевания и самоукрашательства.       Спустя примерно час, не без задержек одних и недовольства других, вся компания высыпала на дорожку, ведущую в Хогсмид. Помимо шестерых слизеринцев, правда, в их группу затесались обе сестры Беллатрикс - как-никак родная кровь, которую не хотелось оставлять в этот день где-то в Хогвартсе или в Хогсмиде без присмотра.       Обе младшие Блэк вели себя сегодня на удивление послушно (по-видимому, в честь праздника сестры, который в кои-то веке поставили в приоритет): Нарцисса не трещала без умолку, не стенала и не жаловалась на жизнь, а Андромеда не рыскала взглядом по группам однокурсников и не норовила примкнуть к какой-нибудь из них, ускользнув от надзора Беллатрикс.       Процесс вручения подарков, оставить без которых Беллу никак в этот день не могли, стал первым пунктом их культурной программы по Хогсмиду. Причем процесс этот был весьма интересным в этом году. Устроен он был следующим образом.       Сначала домовые эльфы слизеринцев прибывали в предусмотрительно снятую волшебниками комнату в “Кабаньей голове”, где ученики и расположились на время. Они преподносили имениннице подарки, что были избраны ее ближайшими товарищами (или их слугами) в наименее признанных Министерством лавках Лютного переулка или у наименее благонадёжных производителей.       Затем эти подарки распаковывались и рассматривались Беллатрикс, не устававшей рассыпаться в благодарностях своим креативным друзьям. А потом вновь оборачивались и защищались чарами от взлома, передаваясь эльфом Беллы прямиком в ее покои в Норфолке.       Вручать такие подарки под оком преподавателей и магии Хогвартса было чревато последствиями, так что слизеринцы избрали наиболее безопасный вариант. Не поздравить Беллу вообще они не могли, но и придерживаться привычной стратегии было опасно.       Дамблдор был все ещё жив и наблюдателен, а Азкабан все ещё стоял и не рушился, причём не так далеко от их шотландской глуши, так что меры предосторожности соблюдать не мешало.       В результате Беллатрикс получила в этот день всего и по многу: были среди ее подарков и запасные волшебные палочки, и артефакты из лавки Горбин и Бэркес (а также из похожих магазинов с материка). Например, Рабастан преподнёс будущей невестке Руку Славы, а Пиритс не устоял перед Пурпурной Мантией. Он якобы «сразу подумал о Белле, увидев эту красивую своенравную ткань».       Юфимия, попросившая всех юношей на выход, когда черед дошёл до неё (она намеренно пожелала стать последней из поздравителей), преподнесла подруге особенно интересный наборчик: двенадцать склянок, буквально сверкающих от чистоты и расставленных в два ряда в аккуратном небольшом сундучке, были наполнены жидкостями самых разных направленностей, от быстровыводящего средства от высыпаний до эффективного противозачаточного, лишенного, в противовес своим аналогам, почти всех неприятных побочек. Беллатрикс расплылась в ухмылке, увидев все это. Она была впечатлена таким размахом и нестандартным подходом. А уж узнав, что все эти скляночки были заполнены зельями собственного приготовления, и вовсе не сдержала умиленного вздоха.       - Перестань, - отмахнулась Роули, имитируя смущение, когда Белла обняла ее в знак благодарности. - Последнее подарю тебе на свадьбу отдельно, с многолетним запасом, - пообещала она шутя, имея в виду ту склянку, что была расположена в правом нижнем углу рядом со средством «от переедания» под подписью «от неволи», что подразумевало детей.       Беллатрикс засмеялась.       - И Родольфусу заодно, - порекомендовала она. - Чтобы наверняка.       Сестры Беллы все это время оставались внизу, контролируясь то приходящими, то уходящими слизеринцами. Те предпочли выстроить очередь, а не набиваться в коморку, слишком громко называемую хозяевами здания комнатой, всей оравой из шести человек. Да и видеть все дары друг друга было не очень надежной затеей, а младших сестёр Беллатрикс и вовсе не лишним было удержать от такой информации.       Наконец, спустя примерно час все торжественные вручения были завершены и группа однокурсников вместе с «хвостиком» отправились в Три Метлы, отмечать главное событие на сегодня.       - Только представь, Белла, уже через год ты будешь праздновать этот день на свободе, - мечтательно напомнил имениннице Рабастан, когда все уселись за «лучший стол» (по заверению официанта, выбиравшего место по их не самому оригинальному запросу) и заказали все блюда. У Беллатрикс его слова вызывали ухмылку.       «На свободе» это в поместье Лестрейнджей? - хотела хохотливо уточнить слизеринка, хотя на самом деле ей было не до шуток. Да, уже в начале сентября ей придётся переехать в свой новый дом, навевающий холод. И тогда в следующем мае они все, скорее всего, встретятся в ее новом семейном гнезде. Но нет, она пока не могла себе такого представить.       Следом за поздравительными словами последовали непринужденные обсуждения всего остального.       - Как идет подготовка к экзаменам? - поинтересовался Джагсон у остальных, когда все блюда были поданы на стол. Белла поглядывала на свое собственное с опаской, памятуя о прошлом инциденте в этом чудном заведении. Так-то главный виновник, то есть она, сидел сейчас здесь и ничего дурного не помышлял, но как знать. В ее душе начинала зарождаться паранойя. Не лучший момент для сомнений, - поспешила внушить она себе. - Уж точно не перед началом работы в Министерстве, где кто угодно может учуять твой страх и выведать секреты.       - Да вроде бы все под контролем, - первым ответил на вопрос Рабастан. Белла поджала губы. Его спокойствие и уверенность порядком раздражали ее, мечущуюся в растерянности и мучимую мандражом перед каждым экзаменом.       Ведьма прекрасно знала, что каким бы разгильдяем ее будущий деверь не казался в манере общаться и особенно в то время, когда сидел в дружной слизеринской компании, он был человеком ответственным и к тому, что «правда было важным» подходил соответствующе. Приходить на встречи с товарищами вовремя к числу таких вещей может быть и не относилось, но вот подготовка к экзаменам отнюдь.       Помимо прочего, младшему Лестрейнджу повезло родиться весьма одаренным ребёнком. У него была абсолютно блестящая память, что позволяло ему сокращать время заучивания чар и осточертевших Белле дат по Истории Магии в два, а то и в три раза, и совершенно не напрягаться на устных докладах. А легкая рассеянность мага была не столь критична, ведь даже если и проявлялась в учебном процессе, например, в пересказах или докладах, то с лихвой перекрывалась его выдающимся умением импровизировать. Да и его любовь к чтению, помимо квиддича и прочих «мальчишеских» забав, что прививалась Лестрейнджем-старшем сыновьям с их самого детства, была очень кстати. Эрудирован Рабастан был не хуже своего брата в его возрасте, то есть пять лет назад. Все это, вкупе с непринужденностью в его голосе и явной самоуверенностью, ничуть не воодушевляло, а лишь озлобляло Беллатрикс.       Когда Райли перевёл вопросительный взгляд на неё, ожидая второго ответа, Белла вздохнула.       - Я хочу уже поскорее со всем расквитаться, - ответила она, отпив из бокала немного воды. - Особенно с Историей. Эта зубрежка меня убивает.       - Да, информации и вправду очень много, - отозвался Оливер Роули, сидящий от сестры по правую руку. - Но я решил подойти к проблеме системно - составил таблицы по каждому историческому периоду. Расписал даты, участников, причины конфликтов, выводы. Отдельно изобразил дерево всех причинно-следственных связей. Это облегчает задачу, - рассказывал юноша увлечённо, заставив Беллу впечатленно вздохнуть. Брат Юфимии был, пожалуй, самым педантичным человеком в их компании и обладал недюжинным умом. Пиритс тоже, но тот разделял интересы скорее Юфимии, обожавшей Зельеварение и естественные науки, а не Беллатрикс, погруженную в историю и политику. В общем, посоветоваться с Роули на тему подготовки было весьма любопытно.       - Дерево? - переспросила Белла, не поняв идею.       - Да, - кивнул юноша с сосредоточенным видом. Он говорил редко и мало, всегда только по делу. Сейчас же как раз был подходящий момент. Остальные в компании слушали беседу слизеринцев в пол уха, набросившись на пищу после продолжительной прогулки, и лишь иногда поднимали глаза. - Я расписал основные события, которые нужны для экзамена, и соединил их с последующими специальными линиями. Например, второе восстание гоблинов привело Британию к кризису и, как следствие, к массовому голоду, а тот, в свою очередь, спровоцировал начало борьбы сквибов, как наиболее незащищенной группы, за свои права. Потом я перешёл к новому восстанию, которое случилось на десять лет позже, и проделал то же самое с ним, - объяснял Роули подробно и неспешно, все больше впечатляя Беллатрикс, совсем не столь хорошо продумавшую стратегию подготовки, своим глубоким подходом. - Что интересно, - заметил маг в привычной для очень умных людей манере усмехаться там, где, как только им было известно, содержалось нечто особенно важное, но в то же время скрытое от остальных, - именно те самые беспорядки сквибов, и особенно известие о насильственном привлечении к ним нескольких гоблинов, стали одной из предпосылок к следующему восстанию! Как все-таки интересно все переплетается в нашей истории… - протянул юноша с мечтательным видом, и Беллатрикс, к которой он обращался в первую очередь, вежливо кивнула в ответ.       - И вправду, - согласилась она. - Но очень жаль, что даже за несколько веков мы так и не смогли избавиться от таких недоразумений, как возмущения всяких разных групп, - вставила она, витиевато переформулировав то, что на самом деле подразумевала - «самых низших и жалких слоев». Однако говорила она как можно более тихо. Все же в «Трёх Мётлах» они были далеко не одни.       - Да, вспомнить только позор прошлого года, - вклинился в беседу Рабастан, собирая кивки всех остальных. - И главное, их не просто никто не разогнал - эту тему ещё несколько месяцев в газетах промусолили! Мол, взгляните только, бедные сквибики, - последнее слово было произнесено почти шёпотом. - Как же им бедняжкам худо живётся. Как же мало у них привилегий, как же сильно их все не любят, - имитировал Лестрейндж эдакий обобщенный голос журналистов, которые об этом позоре писали.       - Но они ведь не виноваты, что родились без магических способностей, - вставила вдруг Андромеда на удивление всех остальных. Беллатрикс прожгла сестру взглядом, полным угрозы.       - И это не даёт им никаких привилегий, - проскрежетала она в ответ на этот возмутительный выпад. - Слабость не должна и не может быть поводом для гордости. И каждый, кто считает себя частью мира магии, должен об этом помнить, Андромеда. На несколько секунд за столом установилась тишина. Две сестры не сводили глаз друг с друга, стремясь, вероятно, донести свою позицию, не прибегая к словам и не делая семейную ссору достоянием общественности. Сама ссора, по всей видимости, была неизбежной, но хотя бы отсрочить пожар было можно и нужно.       Наконец, Юфимия решилась нарушить молчание.       - Я думаю, ни один здравомыслящий житель Британии не поддержит постоянные забастовки каких бы то ни было групп, - озвучила она своё, и вообще-то довольно расхожее, мнение. Беллатрикс, наконец, перестала буравить взглядом сестру и выдохнула через нос, силясь взять себя в руки. Юфимия редко вмешивалась в разговор, и ее теперешний шаг не мог быть не воспринят чуткой Беллой как желание утихомирить бурю. Ей следовало вести себя куда спокойнее, действительно. Тем более в окружении посторонних. - Так что всем нам стоит надеяться, что подобные казусы не станут повсеместными, - добавила девушка примирительным тоном. Рабастан, однако, с ней не согласился.       - Одной надеждой тут не поможешь, - справедливо заметил он, заставив Юфимию перевести на него взгляд. Она намеренно использовала ровно такую формулировку вопроса, чтобы переключить внимание собеседников с недоразумения, сорвавшегося с языка средней Блэк, и была рада, что ее трюк сработал. А то, что Лестрейндж, как самый легко возбудимый, среагировал на это искажение первым, было совсем не удивительно.       Пока Рабастан стал вновь рассказывать о том, как распоясались в последние годы чиновники и какую муть они несут на заседаниях в Визенгамоте (об этом он, вероятно, узнавал от отца), Беллатрикс смогла перевести дыхание и осмыслить то, что только что произошло.       А что произошло? Да то, что Андромеда вмешалась в их разговор с абсолютно вопиющим заявлением! Заявлением о том, что сквибы, видите ли, «не виноваты» в своей бесполезности и стремлении паразитировать на всех остальных. Нет, просто празительно! Что это вообще такое значит? Может они должны быть прощены или, чего уж там, вообще поощрены за свою бестолковость? Так недалеко и до уравнивания наших прав! Хотя какого уравнивания - скорее выделения сквибов в отдельный привилегированный класс! Беллатрикс никогда бы в голову не пришло даже допустить такую возможность, а ее младшая сестра всерьёз осмеливалась это озвучивать! Дошла до того, что в обществе позорит их семью такими крамольными заявлениями! Как, интересно, она относится к грязнокровкам? А к магглам? В голове Беллатрикс стали возникать самые страшные мысли, но обратив взгляд на Андромеду, притихшую после их перепалки, Белла увидела лишь смутившуюся пятикурсницу, опустившую взгляд на стол и опасливо избегающую смотреть на сестру, что ещё пару минут назад едва не впала в бешенство.       Ни капли вины не было в ее взгляде, ни доли раскаяния не возникло в глазах, ни йоты неуверенности не показывалось в позе. Девушка могла быть напугана, могла осознать неуместность произнесённых слов. Но чего-чего, а сожаления о содеянном, а сомнения в истинности сказанного у неё уж точно не наблюдалось.       - Дженкинс же как раз недавно предложила ужесточить наказание за использование магии в маггловских районах... Да, в том числе и за ерунду типа Люмоса, - донёсся до встрепенувшейся Беллатрикс голос Пиритса, вступившего в дебаты (хотя правильнее было бы назвать это переформулированием позиций) с Рабастаном и Райли. Точки зрения их почти не отличались, так что юноши лишь дополняли аргументы друг друга. - Требует тюремного заключения от двух до пяти лет, - прибавил маг, заставляя удивлённый возглас эхом пройти по столу.       - Да магглы уже повсюду! - возмутился быстро вскипевший Рабастан. Только рука Джагсона, опустившаяся ему на плечо в утешительном жесте, помогла немного выровнять ситуацию. Юноша сбавил тон, но его настрой остался прежним. - Может нам тогда вообще от магии отказаться? А что такого? Будем вещи таскать на себе, как простецы, лечиться всякими травами, листики к ранам прикладывать! Помирать городами от сезонной простуды, потому что нормальных зелий никто не сварит - опасно же, видите ли! - нет, давайте! Это же восхитительный план! - Лестрейндж разошёлся ни на шутку. Хотя он не кричал, а говорил вполголоса, по его лицу было видно, что волшебник уже на пределе и вот-вот может лишиться контроля над тем, что говорит.       - Тише ты, не буйствуй, - шепнул ему Джагсон, и слизеринец, махнув рукой, замолчал. Он очевидно хотел сказать ещё многое, но в Трёх Мётлах было слишком много нежелательных слушателей.       - О чем спорите, ребята? - задорно спросил официант, разносивший заказы на летучем подносе. Он явно не подозревал, что тема для обсуждения, вызывавшая у несколько удалённого от прочих стола немало шума, могла относиться к чему-то более серьезному, чем школьная учеба или сопливые подростковые проблемы в духе безответной любви. Однако, когда после его вопроса над столом повисла гнетущая пауза, волшебник перестал улыбаться.       - Поздравляем именинницу, - ответила Юфимия, сориентировавшаяся быстрее всех, с очаровательной улыбкой. Официант вмиг повеселел.       - Это кого же? - решил продолжить он расспросы, расставляя вновь заказанные компанией напитки на столе.       - Меня, - пришлось подать голос Белле, не особенно радой такому вниманию. Вежливо выслушав короткое и косноязычное поздравление от нежеланного гостя, она опустила смущенный взгляд на стол. После ухода официанта слизеринцы решили больше не затрагивать никакие острые темы.       Спустя еще некоторое время кафе до отказа наполнилось людьми и у сестёр Беллатрикс, на этот раз к счастью, появилась возможность сменить компанию старшекурсников на собственных ровесников. В “Три Метлы” как раз зашли знакомые и Нарциссы, и Андромеды, пригласившие сестер Блэк в свой круг.       После того, как младшие сестры покинули их стол, Беллатрикс почувствовала себя значительно спокойнее. Теперь и беседа текла куда свободнее, и темы для обсуждения подбирались легче в разы.       - Поскорее бы уже эти экзамены, и наконец-то свобода, - протянул Джагсон, ожидаемо вызвав согласие у всех остальных.       - И кстати, говоря о свободе… - неожиданно Пиритс привлек к себе внимание, решив спросить о том, что долгое время откладывал. - Наш праздничный вечер - это же открытое мероприятие? Я имею в виду, я могу пригласить… ещё кого-нибудь? - спросил он с загадочным видом.       - А кого это ты имеешь в виду? - ответствовал Лестрейндж, картинно сощурившись и изображая подозрительность. Именно он изначально вызвался, что называется, руководить парадом, и предложил свою семейную лондонскую недвижимость, которая уже была переписана на него отцом на семнадцатилетний день рождения, в качестве места проведения вечера. Остальные выпускники были не против и предпочли положиться на фантазию и вкус Рабастана. Потому и пребывали по многим вопросам организации в неведении, предлагая разве что свои собственные идеи, когда таковые возникали. По масштабу приема у многих тоже оставались вопросы.       - Я? Ну… - Пиритс не спешил отвечать, вызвав у однокурсников невольные улыбки и переглядывание. - Я просто интересуюсь, - он быстро сдался. Рабастан хохотнул.       - Ладно, не говори, если не хочешь, - милостиво позволил он. - Можешь позвать, конечно. Только если твой гость совершеннолетний, - добавил волшебник, вызывая у Беллы с Юфимией многозначительные ухмылки. - Обычные меры предосторожности, - пояснил Лестрейндж специально для них. Пиритс, между делом, заметно погрустнел. - Что, несовершеннолетний? - вопросил Рабастан, приподнимая бровь, и не удержался от удивленного смешка. - Ну ты даёшь, - хохотнул слизеринец. - Ладно, зови, - он все же пошел на уступки. Не хватало ещё, чтобы Пиритс приплелся на мероприятие с траурным видом и весь вечер в одиночестве просидел в углу с бокалом вина. Хотелось же, чтобы все смогли расслабиться и были в хорошем настроении. Иначе в чем смысл праздника? - Но только не дольше, чем до десяти - на первую часть вечера, - распорядился Лестрейндж. Пиритс приободрился и согласно кивнул.       - На первую? - недоуменно переспросила Белла. - А сколько их там, прости, планируется всего?       - Пока две, - пожал плечами Рабастан с таким видом, как будто это было чем-то само собой разумеющимся. - Обычное светское мероприятие, - хмыкнул Лестрейндж. Девушки снова переглянулись. - Можете тоже позвать кого-нибудь, кстати. Если хотите. Смею предположить, у вас вопросов с возрастом гостей не возникнет, - заметил он, то ли намекая на что-то, то ли просто шутя. Под тут же пронзившими его взглядами слизеринок маг, впрочем, был вынужден извиниться и даже приподнял руки в защитном жесте. Мол, просто шутка, ничего личного. - Только не Родольфуса, пожалуйста, - добавил младший Лестрейндж.       - А что так? - напустилась на него Беллатрикс тоже шутки ради. - Ты же говоришь, у нас планируется высококультурное мероприятие? - уточнила она, приподняв одну бровь.       - Конечно, - поспешил подтвердить Рабастан. - Но… до его уровня мы все же слегка не дотягиваем, - признал он, вызывая смешки у всех, включая и Беллатрикс.       Возвратившись в Хогвартс с долгой и плодотворной прогулки вся компания отправилась в гостиную Слизерина. На часах уже было послеобеденное время, и остаток дня разумно было посвятить каким-нибудь полезным делам. Например, закопаться в конспектах по подготовке к экзаменам или принести себя в жертву всем ещё не сданным долгам по максимально бесполезным предметам.       Как и другие слизеринцы в тот вечер, Белла хотела отвлечься от беспрерывного отдыха и тоже позаниматься какими-нибудь важными задачами. Однако, не успев ещё добраться до гостиной, была остановлена в коридоре профессором Слагхорном.       - Мисс Блэк! - окликнул он, выходя из своего кабинета, когда девушка, беседуя о подарках с подругой, уже почти дошла до конца коридора. - Мисс Блэк, подождите! - волшебник двинулся компании навстречу, и Белла, заметившая это, решила тронуться в его направлении. Юфимия чуть медленнее, чем до этого, пошла вслед за ней, а юноши почтительно поприветствовали декана, после чего намеренно неторопливо зашагали ко входу в гостиную. Надеялись услышать издалека хотя бы часть разговора, пока не успели завернуть за угол. - Мисс Блэк, пока вас не было, вам доставили почту, - оповестил Слагхорн, уже почти успев запыхаться, и Белла приподняла брови в искреннем удивлении. Она думала, вся ее почта была уже рассмотрена ею с утра. Наставление родителей - разве это не все, что ей причиталось?       - Почта? - переспросила Беллатрикс и, на мгновение обернувшись через плечо на Юфимию, поймала на себе ее взгляд с посылом «Ну же, вперёд, что за тоска на лице?». Это вызвало у именинницы желание лишь горько усмехнуться.       - Именно, - лукаво подмигнул Белле Гораций. - Пойдёмте, мисс Блэк, пойдёмте, поздравления не ждут, - волшебник поманил ученицу за собой с довольным видом, и Беллатрикс, подгоняемая теперь уже и физическими жестами подруги, была вынуждена пойти вслед за ним.       Под почтой, что была доставлена в Хогвартс этим днем, подразумевалось, как выяснилось, три посылки. Вернее, посылкой в полной мере можно было назвать лишь одну из весточек - и то было поздравление от Родольфуса.       Отправив невесте совсем невесомый наощупь горшок с несколькими алыми розами и магией вложив в один из бутонов письмо, Лестрейндж смог-таки вызвать у невеселой Беллы улыбку, хотя изначально она даже не думала, что получит от мага хоть какой-нибудь знак внимания в этот день. В письме она нашла несколько достойно составленных комплиментов, а также пожеланий в этот «важный весенний день». Текст был лаконичным, но очень приятным, и даже заставил Беллу уставиться в пол с мечтательным взглядом после прочтения, что вызвало тихий хохот Юфимии.       Второе письмо было прислано Белле ее тетей и дядей, Вальбургой и Орионом Блэками, и содержало помимо весьма трогательного поздравления ещё и чек из Гринготтса на пару сотен галлеонов, а также приглашение в их лондонский дом на грядущие выходные. Последнее Беллатрикс, конечно, собиралась принять.       Третье же письмо было, чего греха таить, полнейшим разочарованием. Сначала сердце ведьма стало биться быстрее, стоило ей отметить его тусклый внешний облик. Письмо было неподписанным снаружи и совершенно невзрачным на вид. Непримечательное, сделанное из самых примитивных материалов безо всяких украшательств, оно было неприятным что на взгляд, что наощупь. Но Белле казалось, что это все лишь от стремления отправителя остаться неизвестным и не навлечь подозрений. Так же, как это было и с теми ценнейшими весточками, что уже приходили ей до этого и что она хранила в верхнем ящике своего письменного стола. Никакую иную собственность Беллатрикс не охраняла так, как этот ящик, ни единую вещь не страшилась потерять столь же сильно.       Однако ее ожидания не оправдались. Это было не письмо от Темного Лорда, которое она втайне очень ждала, а какое-то... Что? Серьезно? Приглашение на дегустацию чая? Белла опешила: недавно открывшаяся лавка с китайским названием рассылала интересные предложения именинникам. Моргана, что за ерунда?.. Ведьма даже не нашла в себе сил целиком прочитать условия акции.       Она так ждала какого-нибудь знака от него! Так надеялась хотя бы на намёк его внимания, на прохладный комментарий отцу, что тот передал бы ей с трепетом, или ещё что-нибудь, что подтвердило бы, что он о ней помнит… но ничего. Ни единого знака.       Конечно, обсуждать с Юфимией, сидевшей рядом и пытавшейся читать книгу по зельям параллельно с рассматриванием почты, две последние посылки было бы глупо. Но вот письмо от Родольфуса и цветы, привлёкшие внимание Роули ещё в кабинете Слагхорна, были темой куда интереснее.       - Почему именно розы? - был негромкий монолог Беллатрикс. - И почему кустарные? Это какой-то намек? - не понимала она. Ей было свойственно во всем искать символизм, причём непременно отрицательный. «Общение» с Волдемортом лишь подогревало почву для этого.       - Да брось, - ответила Роули категорично. - Может просто миссис Блэк обмолвилась зятю, что ты любишь заниматься растениями, - шутливо предположила она. Беллатрикс скривилась. Идея эта была, впрочем, совсем не лишена смысла. Не рассказывать же ее матери о любви Беллы к дуэлям и тёмной магии. Вид будущей жены, все вечера на праздниках проводящей в зале для занятий и возвращающейся оттуда со внешностью, не поддающейся опознанию: со скомканными от пота волосами, тщетно убираемыми на затылке заклинаниями и заколками, и новыми синяками на руках и ногах (заклинания имели свойство и рикошетиться время от времени, и приводить к травмам тренирующегося из-за ошибок в технике или меткости), да ещё и какой-то полупьяной походкой - этот образ и в подмётки не годился тому, что должен был возникать в уме у Родольфуса.       - Так подарил бы мне инструменты для выведения садовых гномов. Или яды какие-нибудь от них же, - справедливо возразила она. - Тем более что только это-то и входит в мои обязанности по саду, - девушка не смогла сдержать смешка. - До цветов родители меня никогда не допускали.       - Мужчинам свойственно допускать ошибки в подарках, - заметила Роули, пожимая плечами. - К счастью, вы оба владеете английским, так что эту проблему несложно решить, - ведьма многозначительно посмотрела на Беллу. - А написать ему ответное письмо нужно прямо сейчас. Ты и так заставила его ждать, - напомнила девушка. - Давай, а я пока позабочусь о них, - настойчиво заявила она, забирая из рук именинницы цветы, пока та была слишком растеряна, чтобы ей возразить.       - Мне что, опять тащиться в совятню? - возмутилась Белла шёпотом и скорее просто для вида. Было понятно, что писать ответное письмо придётся, таковы были банальные правила вежливости. Заодно можно было отправить и весточку родственникам, которую она думала отложить до утра.       - Да, и побыстрее, - распорядилась Роули полукомандным тоном, поднимаясь из кресла. - Надо поторопиться, пока на улице не стемнело, - напомнила она, вызывая на лице подруги смесь горечи и раздражения. После чего, принявшись шутливо убаюкивать цветы, которые сама очень любила, направилась в сторону спален.