Восход. Другая история

      — Мне казалось, доктор запрещал тебе появляться тут без него, — Ник, как и всегда, оказался сюрпризом. Как и всегда, ждал он в столовой. И, как часто бывает, фраза вырвалась спонтанно, против воли. — Мне казалось, что ты теперь весь из себя джентльмен, — язвительно отозвался Ник. — Так что не начинай.       Со дня рождения Джо прошло не так много времени. Казалось, в тот день не случилось толком ничего из ряда вон выходящего. Ну, посидел офицер королевской гвардии с ними на дереве, ну, поговорили. Однако что-то изменилось, хотя, возможно, изменилось оно раньше, просто Джайлз осознал это лишь тогда.       Ник бесил. Идеальной ухоженностью, отточенными жестами и хорошо поставленной речью. Он бесил каждым вздохом — но теперь это уже не было глухой ненавистью, влекущей желание ломать. В определенный момент юноша понял, что тот перестал намеренно его провоцировать Ник все еще огрызался — но как-то вяло, будто разом утратив к воспитаннику дяди интерес. А еще он говорил — подолгу, занятно, так, что Джайлз, забывая о своей неприязни, заслушивался.       — Не начинаю, — покладисто согласился юноша, садясь к накрытому стол. — Доктор будет через пару часов.       — Я знаю, мы пересеклись во дворце, — кивнул Ник. — Он просил передать, что может задержаться и дольше. И сказать, чтобы ты занялся травами. Что бы это ни значило.       — Последний осенний сбор должен был уже просохнуть, — рассеянно объяснил Джайлз. — Теперь травы нужно разложить и подписать.       — Интересное занятие, судя по всему, — с легкой насмешкой заметил Ник, уловив на лице собеседника тень недовольства.       — Можешь помочь, если такой умный, — насупился юноша. Ковыряться в запасах и впрямь не хотелось, тем более, что растения как на подбор пахучие, придется заматывать лицо.       — Мог бы, но я уезжаю через час сопровождать конвой, — проигнорировав выпад, сообщил Ник.       А Джайлза словно ударило молнией.       Конвой. Начало месяца. Порох.       Как эта мысль могла вылететь из головы, Джайлз не знал, притом, что он столько думал об этом. Периодами безрассудно, до крайности хотелось опоить Ника - темные чувства все же приходили и влекли за собой. И так же, периодами, подросток ненавидел себя за такие мысли - он ведь ударит этим по доктору, противный офицер, как ни крути, его племянник. Что будет, если Дарнелл узнает? Скорее всего, их отношения закончатся навсегда. Это не обычная пакость, нет - самая настоящая подлость, удар в спину. Юноша беспокоился не о «материальной» стороне - он полюбил незаурядного доброго врача. Хотя чего греха таить - размышления о том, что не хочется внезапного обрыва сытой жизни с понимающим наставником тоже занимали не последнее место среди всего остального. Бывали промежуточные состояния, куда же без них - подросток отдавался мыслям о том, как бы свершить революцию и обдумывал самые разные способы, в которых Ник то появлялся, то нет.       И тут отчетливо накрыло понимание - да, он упустит столь соблазнительную возможность. Внезапно вспыхнула злость, притом такой силы, что все перед глазами померкло и задрожали руки.       - Правильно. Вот и уезжай. Убирайся вон отсюда! Я тебя ненавижу! - выплюнул Джайлз и вихрем унесся из комнаты, оставив Николаса предаваться изумлению в одиночестве.

***

      - Джайлз проснись! Джайлз!       Его трясли за плечо. Юноша, открыв глаза, мутным взором окинул окружающее пространство. Он сидел прямо на полу, недалеко от кабинета врача - точно, устав бесцельно бродить по дому, присел здесь - так, ненадолго, чтобы справиться со своим состоянием. Поспособствовало и пьянство в одиночестве - другое способы успокоиться были сочтены неэффективными. Юный поклонник спиртного к тому же пришел к выводу, что случаю соответствует что-нибудь самое крепкое из возможного - под этот критерий подошел только виски. Да, ему, конечно, полегчало - уже так не рвали на куски противоречия, думалось лучше, как ни странно, зато подступили тошнота и головокружение. Сколько прошло часов, сказать было сложно, а лицо у склонившегося над ним Дарнелла выражало беспокойство.       - Что с тобой такое? Почему спишь в таком странном месте и в такое время? Тебе плохо? Таааак, - Диего, видимо, уловил запах, к беспокойству примешались раздражение и крайнее недоумение, - ты что, пьян?!       - Да. Мне плохо. Да, я выпил стакан виски. - Мысли, не дававшие покоя весь день, всплыли разом, вместе с ними - и принятое решение. Давно уже принятое, но понял подросток это только сегодня. Разумеется, к работе он и не притронулся. - Дайте мне 5 минут, потом расскажу вам все, что вы пожелаете знать. - Что ж, пути назад нет, он обречен.       - Да что с тобой? Что могло такого случиться, что ты решил бухать как черт? Как прикажешь это все понимать? - доктор подхватил его, помогая встать и не обращая внимания на вялое сопротивление.       - Дайте мне 5 минут, - глухо повторил ученик, - это не телесная хворь - вас цитирую, кажется. И уделите полчаса времени. «После чего мы, наверное, простимся навсегда», - он удержался от этой фразы с огромным усилием.        - Хорошо, дам, - Дарнелл не стал настаивать, - посиди здесь, - он усадил мальчика в кресло и отошел, правда, недалеко. - Насчет выпивки будем говорить отдельно, не думай, что забуду или так оставлю. Но пока делаем паузу.       - Так что произошло? - врач внимательно всматривался в лицо Джайлза. Последний не высидел 5 минут, которых так настойчиво добивался и, сделав глубокий вдох, подошел. - Говори, не тяни, и не пугай меня дальше.       - Произошло не сейчас, а уже довольно давно. Заранее простите меня за все, и прежде всего за то, что я вам лгал. Я снова оказался по уши в трясине.

***

      Дарнелл слушал внимательно, молча, не перебивая, только изредка выбирал момент и что-нибудь уточнял. Когда юноша добрался до сцены с кудрявым, в глазах доктора вспыхнул странный огонь, который во время рассказа о начале сегодняшнего дня постепенно разгорался все сильнее.       - Я не пытался сделать это, только наговорил Нику гадостей, сколько успел, и убрался оттуда, - Джайлз сделал паузу, - дальше... ну вы поняли. Я закончил, - он заставил себя поднять глаза.       Они встретились глазами, доктор пронзил подростка нечитаемым взглядом.       - Что ж, прекрасно, - сделав глубокий вдох, Дарнелл продолжил. - Теперь мне нужны те самые 5 минут. Сиди как приклеенный и жди меня.       Уже на пороге он обернулся.       - Успокойся вот прямо сейчас. Мне есть за что тебя похвалить и есть за что поругать. Только не хочу орать и мурлыкать попеременно, как обезумевший кот.       Сначала весь этот клубок туманил разум, особенно осознание причастности обоих юношей к откровенно мерзкой истории. Но врач справился со своими эмоциями довольно быстро и осознал, что ситуация пока не такая уж страшная. Воспитанник спохватился еще вовремя - непоправимого не случилось, теперь надо думать, как быть дальше и что делать. И стоит ли делать - может, лучше бездействовать? В любом случае предстоит собрать всю доступную информацию в самые короткие сроки. «Надо сказать, немцы оказались абсолютно правы, только наша теория проявила себя на практике несколько не так, как предполагалось, - ход мыслей внезапно повернул в другое русло, - что ж, новизна и потрясение в разумных дозах способствуют продвижению науки куда надо», - Дарнелл сам был в шоке от вектора своих рассуждений. «Значит, успокоился - ну, вперед на баррикады», - последнее предложение прозвучало вслух. Великолепно, уже сам с собой начал разговаривать.       - Итак, начнем с плохого, - Джайлз, кажется, уже оправился от потрясения, - я поражаюсь твоему легкомыслию. Мало того, что болтаешься затемно отнюдь не в самых приятных местах - ты поверил человеку, который приставил тебе нож к горлу! Ты пошел за ним непонятно куда и к кому - он мог тебя обмануть как нефиг делать - вдобавок зная, что они в курсе, где ты живешь и чем занят. Я задавал прямые вопросы, я предупреждал - ты пропустил мимо ушей. Нет, формально ты не лгал - я вспоминаю тот разговор, да и последующие. Ты прикинулся идиотом, это так называется. Регулярными походами туда ты подвергал себя опасности смертельного уровня. Слабоумие и отвага, да. Ты, конечно, очень храбрый, я бы сказал, отбитый напрочь, но такие долго не живут, исторических примеров полно. Хочешь что-то сказать?       - Нет, - юноша покачал головой.       - Значит, показалось. Идем дальше. Если на тебя при арестах укажут и найдут доказательства - аресты начнутся, не сомневайся, - тебя во второй раз не вытащит никто при самом большом желании. Могут спасти только заблаговременные меры. Ты прав целиком и полностью - там запахло предательством, густо так, знаешь.       Взрыва медик коснулся отдельно. Как всегда - мало морали, много по сути. Он даже сделал пару-тройку весьма странных предположений, разобрал несколько вариантов развития событий, и это было больше похоже на размышления вслух, чем на объяснения или душеспасительную беседу.       - А теперь к приятному. Все же ты далеко не безнадежен и неплохо обучаем. Хотя бы сейчас спохватился и рассказал все как есть. Я думаю, - врач сверкнул глазами, - что ты в трясине не по уши, а где-то по колено. То есть - это пока поправимо.       - Да ладно, - у Джайлза отлегло на душе.       - Во всяком случае мне так кажется. Я узнаю все, что удастся, в самое ближайшее время, и мы решим, как действовать. Или решим, что нужно бездействовать. Подожди, - мысль пришла мгновенно и некстати, - так ты поэтому хотел углубиться в статистические премудрости математики - вероятность успеха посчитать?       - Да. Мне очень жаль, правда, - подросток не лукавил и не пытался уйти от ответа. - Замечательно, - Дарнелл был крайне обескуражен. - Отвечу на вопрос сразу же - эта величина настолько мала, что ею пренебрегают и определяют вероятность как 0. И это я опираюсь на те обрывки информации, которые получил от тебя, и на то, о чем догадываюсь. Тут даже не те 2 из 10, тут круглый ноль! Значит так - буду знать достаточно, я тебе все нарисую и посчитаю. Полагаю, что ты моментально окажешься не то что в другой реальности - в параллельной Вселенной. Но я отвлекся. Надеюсь, ты не горишь желанием снова посещать улицы? - вопрос звучал иронично.       - Так вы меня не выгоните? - Джайлз знал, что выглядит откровенно глупо, но язык прикусить не успел.       - Хотя бы сейчас не прикидывайся идиотом, - устало вздохнул врач, - я бы, конечно, развесил розовые сопли, да нет ни сил, ни желания. Разумеется, нет. Я только хочу сказать, что с этого момента тебе нельзя выходить за ворота - это смертельно опасно. Ты послушаешься хоть в этот раз и не будешь хитрить и увиливать?       - Конечно. Я вам обещаю, - удивительно, юноша чувствовал только облегчение.       - Поверю. Но следить буду пристальнее обычного. Теперь же самое неприятное - ты даже представить себе не можешь, как бы я рвал и метал, случись чего с Ником. Я недоволен до крайности твоим молчанием по самое «не хочу» - пока тебя не припер уже тот самый момент. Но не удивляюсь, что ты поступил именно так. Изначально я о тебе хорошего мнения, и оно только подтвердилось - этим случаем.       - Ага, Ник меня теперь продолжит поедать. Подождите, вы хотите... чтобы он узнал? Я же не отмоюсь от клейма труса и благородного психа! - Джайлз опять не подумал и быстро об этом пожалел.       - Ох ебааааать, - доктор запрокинул голову, его ученик открыл рот в изумлении, - хватит уже притворяться дурачком! Меня когда-нибудь удар хватит от твоих фантазий. Я крайне редко употребляю площадные слова, нет же, надо довести. Уверяю тебя, Николас оценит это по достоинству, он, как и ты, только притворяется... ты понял кем. Почему собираюсь рассказать? Да потому что это необходимо, ему тоже нужен полный обзор ситуации, без этого никак. И лучше, если он узнает из первых рук, а не прочтет в доносе, да, доступ к материалам имеет. Успокойся наконец, и пойдем поедим, - он коснулся плеча ученика, - в ближайшие дни я буду занят от и до, ты догадался, почему. - Догадался, - буркнул Джайлз. - Все же простите меня. Мне жаль, что все так вышло. Я... сделаю все, что будет зависеть от меня, чтобы это как-то исправить. - Глубокое недоумение снова подступило, но при этом будто гора с плеч свалилась. Юноша только сейчас осознал в полной мере, что могло случиться, но не произошло, и насколько это является заслугой Дарнелла. Впервые за столько лет у него было место, которое он мог назвать домом. И человек, которого он мог назвать семьей.       - Считай, что простил, - у доктора что, это стандартный ответ? - Идем уже. Ужинали молча - слов не нашлось. Под конец подросток все же не выдержал - проблема слишком его беспокоила. Вдруг тех книжных чудес теперь тоже больше не будет?       - Я могу задать вам вопрос?       - Я тебя слушаю.       - В общем, это... можно мне, ну, то самое.       - Выражайся конкретнее, - лицо медика было непроницаемо.       - Немного мат. статистики, - все же выдавил из себя Джайлз.       Реакция оказалась совершенно непредсказуемой.       - Ой, не могу, - Дарнелл зашелся истерическим хохотом, - вы только посмотрите на него! - Отсмеявшись, он продолжил: - Да хоть весь труд Гаусса, он, правда, немец, так что придется по-быстрому язык учить. - Врача снова разобрал нервный смех, но он быстро успокоился и, посерьезнев, закончил мысль. - Столько, сколько захочешь. Я переведу тебе первые страницы. Карл Фридрих Гаусс - величайший математик из ныне живущих, по крайней мере, один из величайших, - Дарнелл заметил проскользнувшее ранее непонимание во взгляде подростка, - основатель данного направления и не только. Те книги есть в библиотеке, по указателям разберешься. Все, заканчиваем болтать, мне пора уходить. Так и быть, у тебя свободный вечер. Только ложись спать вовремя, я тебя прошу.