Красивая пара

— Хм-м, да у тебя есть типаж, золотко! Вадик полистал фотографии, изображающие Алтана-старшеклассника в обнимку с юным белобрысым качком: у фонтана, в клубе, на коньках в каком-то пафосном спорткомплексе. — Ты мне сначала напомнил его, — хмыкнул Алтан. Они валялись на кровати, занятые восхитительным ничегонеделаньем по случаю редкого выходного дня, и Алтан решился показать старые фото. Это был определенный прогресс: он признавал, что у них не просто секс, но продолжал держать дистанцию, и каждый шажок навстречу давался ему с видимым трудом. Вадик же не терял оптимизма, продолжая провоцировать его на эти шажки. Утверждение, что он напомнил Алтану канувшего в лету бывшего, было не совсем корректным. — Вообще-то со мной ты познакомился раньше, — Вадик подмигнул ему, с удовольствием наблюдая, как густые черные брови сошлись на переносице. — С чего это? — Ты в курсе, как я начал работать на твоего деда? — Допустим. И какая связь? — Видимо, не в курсе, — резюмировал Вадик. — Ладно, слушай. Все собирался тебе рассказать пару семейных баек, а тут и случай подвернулся. Итак, представь: начало нулевых… …недавно отгремел кризис, и мама ужасно расстраивалась, что Вадик не поступил учиться, а значит, попадет в армию. Дальше ее воображение рисовало самые ужасные картины. Сам же Вадик видел свое будущее куда более радужным: незадолго до выпускного он познакомился с «серьезными людьми», которые увидели в нем потенциал, предложили работу и наверняка помогли бы с военным билетом. Этот последний пункт он с ними не обсуждал, и уверенность его стояла лишь на оптимизме, на избыток которого постоянно пеняли родители. Но пока было лето и солнце, сроки подачи документов в университет прошли, а осенний призыв не начался, все живое радовалось, и Вадик радовался вместе с ним. Радовался новой интересной компании и первым неплохим деньгам за непыльную работенку, радовался слухам, что на него обратил внимание некий «сам». Слухи оказались правдой, а «сам» — поджарым мужиком за полтинник, с длинными седеющими волосами, заплетенными в косу, и раскосыми глазами странного винного цвета. Мужик велел называть его «хозяин» и устроил нечто вроде собеседования, на котором Вадик честно выложил планы на ближайшую и дальнейшую жизнь. Хозяин смотрел цепким взглядом и сдержанно хмыкал, а потом просто отпустил его восвояси. Следующие пару месяцев Вадик то выполнял обычные задания старшаков, то получал задачи от хозяина, которые не отличались разнообразием — в основном нужно было что-то куда-то отвезти. Быть пацаном на побегушках не хотелось, но Вадик не унывал, зная, что способен на большее. Одна задача все-таки внесла нотку разнообразия. Хозяин вызвал его в офис, написал на бумажке адрес и телефон, протянул Вадику. Сказал: — Моя дочь. Встретишь ее через час, проводишь на такси до дома и свободен. — Ей угрожают? — подобрался Вадик. Хозяин оглядел его с любопытством. — Нет. Но ушами все равно не хлопай. По указанному адресу оказалось что-то вроде больницы — вывеска была отвратительно казенная, и Вадик принялся разглядывать выходящих девушек, гадая, кто из них окажется дочерью хозяина. Голос сзади едва не заставил его подпрыгнуть: — Вы, наверное, Вадим? Он обернулся и увидел высокую молодую женщину, действительно похожую на хозяина необычным цветом глаз. В одной руке у нее были пакеты из магазинов, в другой она сжимала ладошку зареванного малыша лет пяти. — Да! — обрадовался Вадик. — Давайте всё сюда. Он забрал пакеты и хотел отправиться ловить машину, но малыш, который сразу перестал кукситься, протянул маленькую лапку и требовательно сказал: — Понеси меня на ручках. — Алтан! — шикнула на него женщина. — Вадим понесет пакеты, а мы с тобой пойдем ножками. Тут рядом, мы сейчас сядем в машину, хорошо? — Нет! — продолжил настаивать малыш без истерики, но и без сомнений в собственной правоте. — Да мне не трудно, — развеселился Вадик, перекладывая пакеты в левую руку и присаживаясь на корточки перед малышом. — Ну, иди сюда. Малыш с удовольствием забрался на него и обхватил руками и ногами, как обезьянка. Женщина посмотрела на них смущенно и сказала: — Спасибо. Я поймаю машину. Когда через пару минут около них затормозила видавшая виды «Волга», малыш позволил посадить его на заднее сиденье и сгрузить пакеты в багажник, но когда Вадик хотел сесть вперед, снова запротестовал. Конечно, Вадик сдался. Малыш тут же забрался к нему на колени и уставился полным восторга взглядом. — Алтан, да? — спросил Вадик. У малыша были такие же рубиновые глаза как у деда и матери, и прелестные черные кудряшки. — Ну, как твои дела, Алтан? Следующие несколько минут малыш увлеченно рассказывал про их с мамой сегодняшние приключения, про садик и любимые игрушки, а потом уснул, убаюканный движением автомобиля. Вадик донес его и пакеты почти до квартиры, аккуратно отцепил от себя и передал матери. А через две недели начался осенний призыв, и Вадик попал в армию, чтобы вернуться совсем другим человеком и продолжить сотрудничество с Баатаром Дагбаевым совсем в другом качестве. Алтан двадцатитрехлетний, так же мало похожий на того малыша, как нынешний Вадик — на семнадцатилетнего раздолбая, уставился на него исполненным подозрений взглядом. — Признайся, ты это придумал только что. Вадик развел руками. Живых свидетелей не осталось, разве что Юма. — Можешь спросить сестру. — С ней ты тоже тогда познакомился? — фыркнул Алтан. — Не-а. Но, может быть, она в курсе. Знаешь, на тебе была такая желтая курточка. Алтан только покачал головой. Но, судя по недовольному взгляду, курточку припомнил. Вадик хохотнул: — Видишь? Я тебе сразу понравился, и ты выбирал похожих… — он ойкнул и прервался, потому что Алтан чувствительно заехал ему в плечо. — Ты чего дерешься? — Хватит меня троллить! Вадик сгреб его в объятия, не давая вырваться. — Я не троллю, я любя. Ты был прелестным малышом, золотко. Куда что девалось… ай! Ну все-все, прости, я все понял и больше не буду, честно. Алтан перестал пытаться ему заехать, смерил оценивающим взглядом, будто пытаясь понять степень искренности, и буркнул: — Ладно. Похоже, он действительно не злился, потому что против поцелуя возражать не стал.