О вреде недопониманий

Когда что-то шло не так, Джейса обычно можно было найти в его личной кузнице. Как правило, этим «что-то не так» являлись запросы Совета. Увы и ах, но Советники разбирались в Хекстеке плохо. Даже слишком плохо, иногда требуя от учёных немыслимых результатов в кратчайшие сроки, при этом даже не осознавая, сколько на самом деле требовалось времени — и, главное, сил — на тот или иной эксперимент (Хеймердингер всегда тактично молчал, даже несмотря на взгляды Джейса о помощи, и лишь в редчайших случаях вклинивался в качестве поддержки юному изобретателю). Иногда они и вовсе предлагали свои собственные безумные идеи, в какое русло можно было бы направить силу Хекстека, но каждый раз Джейс мягко — как мог, во всяком случае — отклонял эти самые запросы. Беседу поддерживал он уверенно, сдержанно («Нет, при всём уважении, я не думаю, что мы сможем увеличивать или уменьшать предметы на данном этапе исследований»), но как только они с Виктором выходили из зала и спускались по лестнице на этаж ниже — как маска спокойствия слетала. Талис нарушал повисшую между ними тишину шумным, недовольным вздохом, горячо возмущался («В каком это смысле им чертежи не понравились? Что это за ответ вообще такой?!»), порой сильнее сдавливая локоть Виктора, но тут же неловко просил прощения. Виктор никогда не винил Джейса. Просто понимающе кивал и выслушивал его, надеясь, что это хоть немного поможет ему умерить пыл. Вдоволь выговорившись, Талис вновь замолкал, помогая партнёру спуститься на этаж с лабораторией. Молчал некоторое время, хмурился, и только когда Виктор предлагал ему поделиться, что же беспокоит его коллегу, тот, после короткой заминки, сообщал о своём намерении «выпустить пар». Виктор, опять же, никогда не был против: иногда даже таким людям, как Джейс Талис, нужно побыть одним, не думая ни о чём конкретном — поэтому он лишь жал плечами и кивал снова. Не видел он коллегу потом обычно час или два, однако возвращался Джейс будто бы обновлённый, с новыми силами на исследования. И если ему так было легче — пусть так. Уж явно не Виктору судить чужие методы расслабления. Порой, правда, Джейс задерживался. На два, на три часа, совершенно теряясь во времени, проведённом в кузнице. В таких случаях Виктору приходилось спускаться за коллегой вниз, проверить, не потерял ли Джейс сознание от духоты и перенапряжения — но нет. Тот всегда с улыбкой встречал партнёра, тяжело дыша и покручивая в ладони любимый молоток. Когда Талис впервые задержался на дольше, чем часа три, Виктор понял, что, во-первых, без гениального ума Джейса было тяжко (уж особенно после нудной болтовни Совета), и, во-вторых, что-то его коллега чересчур долго «выпускал пар». Ну а ещё было «в-третьих»: он, оказывается, сам терялся во времени не хуже Талиса. Но он хотя бы не работал в помещении со спёртым воздухом. Постукивая длинным мелом по доске в своём собственном ритме и поджимая губы, Виктор устало щурился, глядя на написанную почерком Джейса гипотезу. Их целью было увеличить высвобождаемую энергию кристалла без трагичных последствий, и в теории всё казалось таким простым — надо было действовать, как тогда, в первый раз: увеличить саму мощность, уменьшить частоту колебаний — и всё, дело сделано. Однако на практике иногда этого было недостаточно. Заунит тяжело вздохнул и провёл ладонями по лицу, запустил пальцы в волосы и чуть растрепал их. Совсем немного. Сзади послышался стук каблуков. Слишком занятый собственными мыслями и подсчётами, Виктор даже не задумался, кто бы это мог быть — но как будто бы у него было много вариантов. — Ты правда уверен, что это точно сработает? Тут же конкретные несостыковки, иди сам погляди. Однако ответа, как и приветствия, не последовало. Не слышно было и тяжелого дыхания, да и… разве у Джейса была настолько лёгкая походка? Что-то щёлкнуло в голове Виктора; покрутив мел между пальцев и наконец удосужившись обернуться, он тихо охнул. — Мисс Янг, — он рассеянно кивнул в знак приветствия, на что Скай неловко улыбнулась и поближе прижала к себе рукописи. Виктор устало выдохнул и отложил мел на подставку у доски. — Прошу меня простить, я думал, что Вы… — Ничего страшного, — поспешила его успокоить девушка, покачав головой. Виктор был невероятно признателен её пониманию. Скай прошла к столу и аккуратно сложила книги и записи, пальцами поправляя небольшую стопочку. — Я просто хотела занести Вам некоторые бумаги и проверить, всё ли с Вами и господином Талисом хорошо. Тут Виктор нахмурился. Они не ругались — что могло пойти не так? Разве что их короткая беседа касательно странной слежки от Джейса вышла чуть напряжённой, но Виктор же чётко дал понять, что всё в порядке. Неужели Джейс это не понял? «Как ты вообще меня заметил?» «Вспомни, где я вырос. Может, тогда и поймёшь». «…» «Не забивай себе этим голову. Лучше давай вернёмся к работе». К счастью, Скай сразу поняла причину замешательства на чужом лице, потому продолжила: — С собрания Совета прошло уже пять часов, и Вы с господином Талисом больше не разговаривали. Вот я и подумала, не случилось ли… — Пять? — до Виктора, наконец, дошло сказанное ассистенткой. Та закивала, хотела уже было что-то добавить, даже начала («У вас тут, на щеке…»), подходя к учёному, но тот оказался быстрее: подхватив костыль и невнятно извинившись перед Скай, он поторопился к выходу из Лаборатории, а там уже — на нижние этажи. Скай лишь тяжко вздохнула, но улыбнулась и мягко покачала головой. Может, в следующий раз?..

***

Ступенька за ступенькой, пролёт за пролётом, и в конечном итоге Виктор, с ноющим коленом и ненавистью к архитекторам Академии, добрался до нижних этажей, вышел на улицу. Он действительно радовался, что у Талисов была собственная кузница: так Джейсу не приходилось ходить ни на какие заводы, и так он мог проводить время наедине с самим собой, при этом всегда находясь на близком к коллеге расстоянии. Однако Виктор всегда задавался вопросом: кому вообще в голову пришло конструировать целую кузницу около Академии? Вдруг что-то могло пойти не так — взрыв, например? С другой стороны, на верхних этажах были они с Джейсом. С их работой над Хекстеком. Советники либо из ума выжили, не соображая, чем это может обернуться, либо просто чересчур наивно доверяли учёным. Виктор не знал, какой идее придерживался больше. Особенно учитывая, как совсем недавно в лаборатории действительно произошёл взрыв, причём по их же вине. Виктор тихо хмыкнул своим мыслям, вспоминая, как лучезарно улыбался Джейс, глядя на дыру в стене. «Да, взорвалось, но это же тоже реакция!» — восхищался тогда мужчина, разве что не прыгая от радости: в прошлый раз от взрыва и дыры в стене его судили, а теперь он мог это делать безнаказанно и хоть постоянно. Виктор тогда посчитал это весьма милым и забавным. Вот только волосы, которые пропитались магией и которые Виктор никак не мог нормально уложить ещё неделю, смешили только Джейса. Впрочем, воспоминания об их небольшом инциденте (после которого Советники и настояли на поиске ассистента) тут же развеялись, стоило учёному приблизиться к двери кузни. Оттуда веяло сухим раскалённым воздухом — заунит даже не смог сдержать приступ кашля, но весьма скоро тот его отпустил. Учёный вздохнул в ворот рубашки, как смог, и зашёл в помещение. Тело моментально обдало жаром, и мужчина скривился, но всё равно прошёл дальше, коротко осматриваясь. Ничем особенным кузница Талисов не отличалась от остальных кузниц, особенно тех, что Виктор, ещё будучи мальчишкой, видел в Нижнем Городе; та же печь, те же механизмы для выплавки различных предметов, те же норовящие слететь болты, тот же самый огонь и та же самая сажа, в которой конечно же постоянно пачкался Джейс. И которую он зачастую забывал оттереть полностью, после смешно фыркая, пока Виктор стирал тряпкой с его щеки незамеченные изобретателем чёрные полосы. Но всё же была своя изюминка в этой кузнице: например, огромная буква «Т», красующаяся на верхней части печи; Виктора поражала эта простота и гениальность дизайна эмблемы дома Талисов. Также, насколько он помнил, все гаечные ключи и прочие инструменты, висящие на подставках, были отлиты самим Джейсом. Если провести по поверхности пальцем, то можно было нащупать его инициалы, а если внимательно вглядеться — то и вовсе их различить. Странная, в какой-то мере эгоистичная любовь подписывать абсолютно каждое творение забавляла и даже умиляла. Виктор был уверен, что Джейс всегда был таким, с самого детства. Он подцепил пальцем очередную очевидно новую отвёртку и задумчиво хмыкнул, оглядывая её со всех сторон. О, вот такая бы в лаборатории однозначно пригодилась. Но в этот раз пришёл он точно не за новыми инструментами. К его великому облегчению Джейс был в порядке — по крепким мышцам практически ручьями стекал пот, руки и щёки его были в золе, но в целом — тот был в порядке. Дышал лишь подозрительно тяжело, но оно было не удивительно: кто вообще был способен работать несколько часов подряд при такой температуре? Явно кто-то со сверхчеловеческой выносливостью. Джейс, например. Который выковывал что-то новое, одному лишь ему известное — и настолько он был увлечён процессом, что едва не выронил молоток, когда его спины коснулась ледяная ладонь Виктора. Среагировал, однако, он быстро: резко развернувшись, он перехватил свободной рукой худое запястье и застыл. Перехватил, как оказалось, он не только кисть Виктора, но и его дыхание. И дело было не в чумазом лице Джейса, не во вздымающейся крепкой груди, не в стеклянном взгляде, к которому медленно добавлялось осознание совершённого, нет. Просто на секунду зауниту показалось, что ещё немного, ещё чуть-чуть — и Джейс сломает ему руку. Тот, однако, опомнился ещё до того, как лицо Виктора скривилось в гримасе боли — разжав ладонь, он судорожно выдохнул. — Прости, прости, я не хотел, я не… «Нет, не сломал бы», — задумчиво подумал Виктор, глядя на раскаяние в чужих золотых глазах и потирая пальцами запястье второй руки; наверняка там будет синяк. Придётся его прятать, чтобы Джейс не корил себя ещё больше. Заунит покачал головой и криво усмехнулся. Потом вытер о штаны мокрую ладонь. — К тебе если и подходить, то с предупреждением издалека? — увы, шутка показалось забавной лишь Виктору: Талис лишь ещё больше сжался, выглядя крайне виновато. И этот человек всего несколько часов сквозь сжатые зубы пыхтел на Совет? Удивительно. Джейс был удивительным. — Не беспокойся. Я в порядке. Это немного успокоило изобретателя; он всё же нашёл в себе силы растянуть губы в неловкой улыбке, взял первую попавшуюся под руку ткань и провёл ею по лицу, якобы убирая лишнюю влагу. Виктор едва успел спрятать смешок за кашлем в кулак: усы Талису никак не шли. Особенно нарисованные сажей. Джейс перемялся с ноги на ногу. — Так… у тебя что-то случилось? Я думал, тебе тут не нравится. — Не нравится, — ответил Виктор честным согласием, сильнее опираясь о костыль. Он совершенно, ничуть не думал о том, как заманчиво выглядела фигура Джейса, очерченная пляшущими на фоне языками пламени, не оглядывал её, нет. Сюда он пришёл не за этим. — Честно говоря, я хотел спросить, не случилось ли чего у тебя. Обычно ты быстрее… «выпускаешь пар». И Джейс — естественно — нахмурился, пожал плечами. Глаза у него непонимающе забегали из стороны в сторону, а губы приоткрылись в неозвученном вопросе, пока сам он продолжал мазать кожу чёрным ещё больше. Не выдержав такого ужаса (чёрный нос Талиса Виктор запомнит надолго), учёный выхватил тряпку и откинул её к инструментам. — Пять часов. Ты торчишь тут пять часо— — Пять?! Тут у Виктора не получилось сдержать смешок. Как там было? С кем поведёшься, от того и наберёшься? Вот только в их случае сложно было сказать, кто от кого набрался так не замечать пролетающее время. Он ещё некоторое время смотрел на Джейса, ошалело открывающего и закрывающего рот, пока до того доходило сказанное. — Да, все пять. Скажи спасибо Мисс Янг: если бы не она, я бы и сам не заметил. А ещё, — продолжил Виктор, — ты весь в саже. Абсолютно весь. Держи. Стягивая с шеи платок и после протягивая его Талису, Виктор даже не заметил, как изобретатель следил за его действиями. За его пальцами, за плавно стекающей с воротника белоснежной тканью. Джейс смотрел, наверное, секунд пять, прежде чем неуверенно принять платок и благодарно кивнуть. Когда тот стёр именно ту самую чёрную кляксу с носа и хоть немного вытер такую же полосу над губой, Виктор облегчённо вздохнул. Джейс же уставился в пол. Кажется, его всё ещё что-то тяготило, судя по тому, как тот задумчиво стирал сажу со лба. Виктор, однако, давить на него не стал. Вместо этого он попытался сменить тему: — Вообще, я ещё хотел задать тебе вопрос касательно той теории, которую ты мне оставил на размышление, но… — он пожал плечами: Джейс явно не выглядел настроенным на умственную работу, — полагаю, это может подождать и до завтра. От Виктора не укрылось и то, как сдавленно сглотнул Джейс. Как нервно дёрнулся его кадык. Любопытно. — Я… я скоро выйду, честно, я… мне всего немного осталось закончить. — Я подожду тебя снаружи. Хочешь? — Джейс согласно кивнул. Виктор кивнул ему в ответ и вышел из кузницы, чуть морщась от неприятного ощущения начавшей прилипать к спине ткани рубашки. Джейс же, глядя партнёру вслед, думал, что бы он делал, не будь с ним Виктора. И как избавиться от дурацкого чувства ревности. И что надо бы по возможности смахнуть мел с вороха волос его коллеги.