О вреде недопониманий

Кирамманам стоило отдать должное: даже будучи одними из самых влиятельных людей во всём Пилтовере, они не старались кричать о своём положении на каждом шагу, и это отражалось даже в мебели. Виктор мысленно благодарил их за это, устраиваясь удобней на зелёном диване. Такие мероприятия действительно утомляли его. Медленно потягивая шампанское из высокого фужера, учёный неторопливо, даже лениво обводил взглядом зал. Не сказать, что он был огромный, однако количество людей, которое могло в нём поместиться, поражало. Виктор понимал, что это было не единственное помещение, предназначенное для гостей, но от этого легче не становилось. Где-то вдали виднелась макушка Джейса; к счастью, в этот раз Виктор смог углядеть его сразу, запомнив, где тот находился. Это позволяло следить, не ушёл ли тот куда, не удалось ли ему наконец освободиться от Советников. Занятие, конечно, не самое увлекательное, но заунит не жаловался, коротким, едва заметным движением кисти вырисовывая фужером окружность. Потом к окружности стали добавляться отдельные линии, и Виктор даже не заметил, как в итоге начал по памяти вычерчивать в воздухе руны. — Прошу прощения, я могу к Вам присоединиться? Рука учёного резко остановилась, и алкоголь лизнул металлическую стенку фужера. К дивану подошёл незнакомец; одетый в дорогой костюм кобальтового цвета, мужчина лет шестидесяти опирался на чёрную трость и прятал улыбку в густых седых усах, склоняя голову немного набок. После короткой заминки Виктор плавно отвёл свободную руку в сторону дивана в приглашающем жесте. Мужчина ждать себя не заставил — уселся на дозволенном по меркам приличия расстоянии и тихо охнул, чуть наклонившись и помассировав колено. Виктор коротко понимающе улыбнулся одними уголками губ. — Ох уж эти светские мероприятия, да? Вроде только пришёл, а уже хочется хотя бы минутку покоя, — посмеялся мужчина, покачав головой и глянув на Виктора. Понимая, что от разговора никуда не деться, учёный кивнул. Хоть какая, но реакция, мужчину порадовала. — Вы здесь один, или...? — С коллегой. Он немного занят. Мужчина прищурился. Некоторое время он будто бы изучал Виктора, пристально разглядывая его, после чего испуганно ахнул: — Где же мои манеры! Вы ведь Виктор, верно? Партнёр Господина Талиса? Вы ведь вместе с ним Хекстеком занимаетесь, да? — после согласного кивка он протянул учёному руку. — Я хоть и далёк от вашей сферы, но крайне ею заинтересован! Доктор Дюбуа, можно просто Пьер, но тут уже как Вам удобно. Очень, очень приятно с Вами наконец-то познакомиться! Чужое признание было… приятным. Этого Виктор не мог отрицать. Вежливо улыбаясь Доктору, он плавно пожал ему руку. Что ж, пока что мужчина не вызывал никаких опасений, но держаться на расстоянии никогда не бывало лишним. — Поверить не могу: чтобы с Вами, да ещё и здесь… — с восхищением продолжил Доктор Дюбуа, наконец отпустив руку Виктора. — Мне доводилось видеться только с Господином Талисом, но с Вами… Скажите, мне ведь правда это не снится? «Если бы», — подумал заунит, представляя, как бы уже скорее скрыться в лаборатории. Вместо этого он мягко покачал головой, всё ещё продолжая улыбаться. Блеск в глазах собеседника не то, чтобы смущал, но… льстил. Откуда-то возникало назойливое ощущение дежавю. Виктор старательно игнорировал его. Как выяснилось далее по словам Доктора Дюбуа («Прошу, просто Пьер», — не уставал поправлять его мужчина, расплываясь в широкой улыбке), за исследованиями учёных он наблюдал давно. Ему было крайне интересно, к чему может привести использование магии в повседневной жизни, а далее, может, и в медицине, если такое вообще было возможно. На эту мысль Виктор заинтересованно хмыкнул. Мужчина в целом оказался весьма любопытным собеседником: несмотря на его богатое происхождение, он не старался как-либо унизить этим Виктора, с вниманием выслушивал его гипотезы касательно будущего Хекстека и всё с тем же восторженным блеском в глазах неотрывно глядел на заунита. Порой он и сам предлагал какие-то теории, но, действительно разбираясь в совершенно другой сфере, далеко он не заходил. Виктор ценил чужой подход к делу и не мог не отметить, что так комфортно ему давно не бывало на подобных мероприятиях. Потеряв счёт времени, учёный не заметил, как совершенно позабыл о желании скрыться от шумной атмосферы вечеринки вместе с Джейсом — настолько он был вовлечён в разговор с Пьером. Однако всему — особенно чему-то хорошему — всегда приходил конец. — Папа, вот ты где! Мы с мамой тебя потеряли, куда ты запропастился? — почти над ухом послышался девичий голосок, а после — удивлённый вздох. Виктор вопросительно развернулся и узнал в девушке свою «собеседницу» с мероприятия прошлого месяца. Вот только теперь девушка была не в изумрудном платье, а в сапфировом, украшенном голубыми лентами. Невольно, но Виктор сравнил её наряд с Хекс кристаллом. — Ах, Софи, душа моя! — с любовью в голосе отозвался Доктор Дюбуа и мягко поманил девушку к себе. Та ещё немного поглядела на Виктора, а после поспешила встать рядом с отцом, уложив аккуратную ладонь ему на плечо. Мужчина улыбнулся, мягко сжав руку дочери. — Виктор, познакомьтесь, это моя дочь — Софи. Софи очень много рассказывала мне о Вас, право. Девушка смущённо охнула и несильно толкнула своего отца в плечо, заставляя его рассмеяться. Виктор на это неловко улыбнулся, кивая. Потом Софи наклонилась к Доктору Дюбуа, скрывая стремительно краснеющие щёки золотыми локонами. Она что-то горячо зашептала на ухо мужчине, и после какого-то слова улыбка внезапно исчезла с его лица. Он заинтересованно посмотрел на учёного, на свою дочь и, подумав, тихо прочистил горло. — Виктор, так Вы… из Нижнего Города? Почему-то Виктор сразу понял, что ничего хорошего после этой фразы ожидать не следовало. Однако он согласно кивнул.

***

— А потом, а потом, представляете, а потом они мне говорят: «А я не знал, что у Вас такое продаётся! Я думал, Вы пошутили тогда!» Джейс неловко улыбался, слушая «крайне уморительные» истории Советников и переминая пальцами ножку стеклянного фужера. Как выяснилось, ничего важного те ему сказать не хотели: им просто было приятно, что именно рядом с ними стояло Лицо Прогресса. Прямо-таки украшение какое-то, не больше, но Талис понимал, что пока что выбора у него не было. Никогда ему ещё раньше не было так совестно перед Виктором. Бывали, конечно, и другие случаи, когда Джейс испытывал стыд перед коллегой, но чтобы такой? Нет, такого ещё никогда не бывало. И потому Джейс просто не мог прекратить оборачиваться в сторону, куда ушёл Виктор, подмечать краем глаза каштановую макушку и обратно поворачиваться к Советникам. В какой-то момент Советница Кирамман «мягко» поинтересовалась, что же тревожит её подопечного, и после сжатого «ничего» Джейсу пришлось прекратить вертеться. Какое-то там чутьё подсказывало ему, что что-то должно было пойти не так, но что именно — Джейс не понимал. Никакого лишнего шума в зале не было, никаких возгласов возмущения или вскриков ужаса — лишь смех, шёпот сплетен и светских бесед, да спокойная музыка. Практически идиллия, если не учитывать, что где-то там один сидел Виктор. Ему, конечно, и раньше приходилось оставаться одному, но… Джейс просто чувствовал. Он коротко поёжился и немного отпил из фужера шампанское. Во рту приятно защипало. Сколько он уже выпил таких вот небольших бокальчиков? Джейс не знал. Это, в принципе, было не так важно. Важнее было то, что это хотя бы слегка помогало отвлечься. Слегка. Напиваться, однако, Талис не собирался. Хотя бы до того момента, как он уведёт Виктора в укромное место. — Наслаждаемся вечером? — его окликнул мягкий женский голос. Джейс не знал, правда ли за него переживала Советница Медарда, но её внимание в любом случае было приятным. Изобретатель натянуто улыбнулся и кивнул, однако после скептически вскинутой брови девушки тяжело выдохнул. — Что-то не так? Кажется, не один Виктор мог его читать, как открытую книгу. Это надо было срочно исправлять, пока кто-либо с плохими намерениями не научился понимать, что на уме у Талиса. От Советницы Медарды, однако, Джейс не ожидал чего-либо плохого. Наоборот: он доверял ей. И именно поэтому он вместе с ней чуть отвернулся от веселящейся компании. — Я не… я не знаю, — признался он, говоря тише, стараясь не мешать другим Советникам; те, впрочем, были слишком заняты друг другом, чтобы слышать чужую беседу. — Тут такое дело… — Джейс свёл брови к переносице и пожал плечами, отводя взгляд. Советница вопросительно замычала, касаясь кромки своего бокала с вином губами. Стоило ли говорить ей о своих переживаниях? С одной стороны, навряд ли. Джейс сомневался, что Советницу действительно волновала лёгкая паранойя изобретателя. С другой стороны, глядела она с интересом. С наигранным ли — вопрос хороший. — Ты не обязан говорить мне всю правду, Джейс. Но я готова тебя выслушать. Что тебя беспокоит? На это Талис тяжело выдохнул и сделал ещё один небольшой глоток алкоголя. Ладно, к чёрту. — У Вас… — У тебя. Джейс растерянно глянул на улыбающуюся собеседницу, но продолжил: — У тебя когда-нибудь бывал необъяснимый страх за кого-то? — Мел вопросительно наклонила голову набок: ей этого было не особо достаточно. Талис тихо замычал, пытаясь подобрать слова, повертел в воздухе свободной рукой. — Как бы… вот кому-нибудь что-то пообещала, а в итоге обещание сдержать не удалось, но понимаешь, что… — …что шанс всё исправить ещё есть? — закончила за него Советница Медарда. Джейс согласно закивал. Женщина мягко усмехнулась, пожала плечами. — Возможно, кто знает? Но я в любом случае понимаю, о чём ты. Тебя правда это так сильно волнует? Это несдержанное обещание? «Охренеть как волнует», — едва сдержался изобретатель, но вместо этого снова закивал. Мел мягко посмеялась. Пусть она и подошла позже, когда народ вокруг уже начал веселеть, она обязательно должна была догадаться, о ком велась речь. И Джейс знал, что это её не удивляло. — Мне кажется, этот кто-то, — Советница, однако, продолжила странную игру с таинственным «кое-кем», мягко качнув бокалом в сторону; тёмно-вишнёвая жидкость плавно скользнула по стеклянной стенке, — вполне может и сам за себя постоять. И войти в твоё положение, если у вас хорошие отношения. Этот кое-кто ведь не впервые бывает на таких мероприятиях, верно? — Да, но… тут другая ситуация. Мел не была удовлетворена ответом: у неё — у женщины, которая с лёгкостью могла повлиять на многих, при этом пряча искренние эмоции — это на лице читалось даже чересчур легко. Джейс смущённо фыркнул. — Ладно, не совсем другая. Но всё равно. Это правда очень важно — и для меня, и для этого… кое-кого. Некоторое время Советница молчала. Эта тишина угнетала и нервировала, испытывала терпение, и когда Талис уже открыл губы, чтобы попросить прощение, Мел мягко ему приказала: — Ступай. — Что? — Джейсу на секунду показалось, что он оглох — настолько он не был уверен в том, что ему только что сказали. Девушка, однако, терпеливо повторила, кивнув собеседнику куда-то за плечо: — Ступай. Если ты считаешь, что это действительно так важно — иди к нему. Вряд ли кто-то заметит твоё отсутствие, уж особенно сейчас. Повторять в третий раз свои слова Мел не пришлось: неловко отставив на столик рядом недопитое шампанское, Джейс кивнул и, уже оборачиваясь, бросил через плечо: — Я не останусь в долгу! Советница Медарда вновь усмехнулась, отпивая ещё вина, и покачала головой. О, знал бы Талис, что это как раз и была небольшая плата за всё то, что они с Виктором сделали.