Горячая точка

"Ах, так ярко. Да что б его..." - Том щурился, пытаясь открыть слипавшиеся глаза. Спустя какое-то время ему это удалось и он впервые увидел место, в которое попал. Небольшая комната с двумя деревянными окнами, три кровати, на одной из которых он лежал, скромный интерьерчик. Однако, немного привыкнув, Том заприметил капельницу рядом со своей койкой. Трубки из пакетика спускались прямиком к его руке, которая в свою очередь была перебинтована. - Да что ж такое... - тишину весеннего утра нарушил досадный вздох парня. Том попытался приподнять туловище, чтобы сесть, но при попытке это сделать его тело пронзила такая боль, что всё желание посидеть напрочь отпало. Он снова откинулся на подушку, тяжело дыша, и стал думать что же ему предпринять. Но его поток мыслей прервал звук мягких шагов за дверью. Чем ближе кто-то подходил к комнате, тем чётче слышалось, как этот кто-то напевает простенькую мелодию. Через секунду в комнату вошла санитарка с лёгкой улыбкой на лице, что-то задумчиво мурлыкая себе под нос. Однако, увидев, что пациент не спит, на секунду впала в ступор, а затем снова улыбнулась: - О, вы уже проснулись, какое счастье. Я вот пришла менять вам повязки, - она наклонила голову, продолжая улыбаться и поставила бикс на прикроватную тумбочку. - А я, собственно где? - Том недоумевающе похлопал глазами. Лицо девушки вдруг приняло серьезный вид, она выпрямилась, посмотрела куда-то в окно и четко произнесла: - Том Мак-Кастум, ворнет-офицер первого класса Британской армии. Ранен в процессе разведывательной миссии. Множество рваных ран, мелкие осколки и один крупный в бочине, сотрясение, возможна контузия. Доставлен в польский пригород ХХ около недели назад в состоянии комы. - Боже, из-за той гранатки аж на польские земли затащили, хотя ладно, больше ж некуда, - Том устало прикрыл глаза пытаясь осознать происходящее. - Ну, во всяком случае, вы уже здесь и я отвечаю за ваше здоровье. Так что, раз вы в сознании, то помогите мне с перевязкой, - девушка наклонилась к нему, развязывая старые бинты. Тогда-то Том и заприметил невероятную красоту девушки, кажется даже время застыло на мгновение, пока он пытался уловить каждую черту ее лица. Как завороженный он следовал ее движениям, послушно поднимая и опуская нужные части тела, изредка выходя из транса, чтобы послушать ее тихий смешок. Когда наконец-то с перевязкой было покончено, девушка стала собирать грязные бинты и инструменты в бикс. Сложив их, она встала с края кровати, поправила капельницу, стоявшую тут же, стряхнула невидимые соринки с халата и обернулась к больному: - Что же, я пошла, а вы можете еще поспать, на дворе только 6 утра... - мягко проговорила она и направилась к выходу. - Постойте, - Том заставил девушку даже вздрогнуть от неожиданности, - могу я узнать ваше имя? - Амелия, - пробормотала девушка и мигом вышла из комнаты. - Амелия... - будто смакуя имя, произнёс Том уже в пустоту, - рад встрече. Видимо, перевязка очень утомила офицера, так что, стоило ему прикрыть глаза, как он тут же провалился в сон. *** Прошло уже две недели, в течении которых Амелия 3 раза в сутки точно бывала в палате Мак-Кастума. Однако, с каждым днем количество посещений росло. Вскоре она, проходя мимо, заглядывала в палату даже чтобы просто хихикнуть. Тому было уже лучше, ему разрешили выходить вечером на прогулки во дворик перед зданием. И вот эти самые прогулки он проводил с Амелией. Она рассказывала о том скольких людей она вылечила, какой ее любимый цвет и откуда у нее тот шрам. Том мог часами слушать ее щебет, просто напросто забывая о реальном мире. Все шло просто замечательно, он был будто в раю, ему было достаточно ей восхищаться. В один из таких вечеров, как обычно, они сидели на лавочке рядом и смотрели на заходящее солнце. - Знаешь, у меня такое чувство, что я знаю тебя тысячу лет, - вдруг нарушила тишину Амелия, - с тобой так легко и спокойно... - У меня тоже такие ощущения, - задумчиво произнёс Том и повернул голову в сторону девушки, заглядывая в глаза. - Эй, ты что так смотришь? - улыбнулась Амелия, - будто целовать собрался. - Может и собрался, - очень тихо пробормотал Том, так чтобы она не услышала, но они сидели достаточно близко, чтобы Амелия разобрала слова. - Что... Его глаза блуждали по лицу девушки, хаотично то засматриваясь на губы, то продолжая тонуть в ее глазах. Рука Тома уже медленно потянулась к щеке Амелии, но, вдруг, словно разряд прошел сквозь него и он, сжав ладонь в кулак, опустил руку и встал, собираясь уходить: -Прости я.. Я-я.. - Том пытался придумать оправдание своим действиям. Но не успел он договорить, как девушка за руку развернула Тома к себе лицом и впилась в его губы, обвивая шею руками. Офицер слегка опешил от происходящего, но тут же освоился. Медленно провел ладонями вниз по спине и закрепил их чуть ниже талии, твердо прижимая Амелию к себе. Отобрать ведущую роль в поцелуе Тому было тоже достаточно легко и вот он уже проник языком в сладкий ротик санитарки. Сердцебиение учащалось, дыхание сбивалось, рос темп. Амелия уже была на грани того, чтобы задохнуться, так как не поспевала за шустрыми действиями Мак-Кастума, но остановиться просто уже не могла. Хотя ее легкие думали иначе и отчаянно просили хотя бы немного воздуха. - П-подожди... - тяжело дыша, раскрасневшаяся девушка слегка оттолкнула Тома. -А... - вид девушки, что так отчаянно пытается отдышаться отрезвил офицера в одно мгновение, - прости, я переборщил... - Ах, да ничего, - не успела договорить Амелия, как уже увидела спину уходящего Тома, - серьёзно? Ты же все равно не убежишь. Том поспешно забежал в палату и прислонился спиной к двери, пытаясь прийти в себя. Нет, его не засмущал поцелуй, просто он не знал как будет потом объяснять свой стояк Амелии. -Какой позор, аки восьмиклассник какой-то, - Том вздохнул и опустил глаза вниз, на свои штаны, - надо это как-то решать... Айщ, ладно. Парень запустил ладонь в штаны и обхватил ствол, ложа большой палец на головку и массируя ее. По телу разошлась приятная волна, которую он так давно не чувствовал. Том начал двигать рукой в привычной манере и тут же в голове всплыл образ Амелии. Ее мягкий голос, пухлые губы, округлые изгибы тела, холодный язык в таком горячем ротике. По мере того, чем больше Том представлял ее образ, тем быстрее двигалась рука по члену. Пару движений и в руку вылилась сперма. Осознав все произошедшее только что, Тому стало настолько стыдно и неловко, что он пулей бросился к раковине, которая, благо, стояла в палате, вымыл руки и плюхнулся на кровать, накрывшись пледом с головой. Парень отчаянно пытался уснуть, чтобы поскорее этот день закончился. И, поворочавшись пять минут, ему это удалось и вот он уже мирно сопел на всю палату.