Я хочу тебя съесть

      Утро стелется туманом мороси за окном. Вылезать из теплых объятий нежного мальчика так не хочется. Он доверчиво жмется, улыбаясь припухшими от поцелуев губами. Наверное, Чимину снится что-то очень хорошее.       Целуешь омегу в темную макушку, осторожно отодвигаясь. Мин проспит еще до полудня, слишком много энергии потратил за долгую ночь. Чувствительный омега отзывался на простые ласки ураганом восторга. Стонал, извивался и кончал, не касаясь собственного тела.       Тебе срочно нужно в душ. Не только малыш перевозбудился, ох, не только.       Оставляешь маленькую записку под подушкой и тихо уходишь. Сегодня еще нужно выполнить заказ Джина, а ночью снова ворваться в спальню, чтобы свести омегу с ума.       Охота помогает совладать с желанием. Ты больше играешься с добычей, по максимуму тратя энергию. Летишь черной молнией между деревьев, пока не улавливаешь режущий ноздри запах другого альфы. Его ты встречала на прошлой неделе и встреча закончилась дракой.       Серый волк пританцовывает рядом, кружит на поляне. Рыкаешь на него, провоцируя. От хорошей драки сейчас не хочется отказываться. Он тоже не против.       Бросаетесь друг на друга, чтобы вгрызться в шею. Ты меньше, проворнее, легко уворачиваешься и нападаешь еще раз. Так противник теряет преимущество, скулит, ощущая клыки, что царапают морду.       Серый не сдается, лягается, крутиться, сбрасывая с себя.       Да, запах еловой смолы тебе нравится, но это не значит, что молодого альфу откажешься потрепать. Кусаешь за святое, за хвост, бросая в сторону кустов. Волчонок воет, неудачно приземляясь на переднюю лапу.       «Уходи» - грозно рычишь, обнажая верхние клыки.       Соперник отряхивает с шерсти листья. Поражение признает, опуская хвост и, прихрамывая, уходит.       Однажды он станет членом твоей стаи, ты уверена. Иначе бы не отпустила живого. Серый волк это так же осознает. Принимает вожака.

***

      - Что с тобой?       Чонгук обеспокоенно вглядывается в лицо соседа. Щека оцарапана, только сошедший синяк, запылал фиолетовым огоньком уже под левым глазом. И правая рука безжизненно болтается вдоль тела.       - Чуточку поиграл с большим пёселем, - хмыкает Тэхен улыбаясь окровавленными зубами.       - Боже! Тебе же в больницу нужно!       Чонгук хватается за ключи и куртку, порываясь отвести горе-соседа к медикам.       - Херня, через недельку все заживет. Покорми меня лучше. Я голоден.       Желудок Тэхена в тот же миг берет высокую ноту, заставляя своего хозяина поморщиться.       - Какое заживет?! Ты же не псина, чтобы на тебе все за неделю заживало!       - Фактически да, я из семейства псовых.       Тэхен бочком пробивается внутрь маленькой квартиры. Салютует спящему деду и коту, принюхивается. Пахнет куриным супчиком и малой что-то вкусное испек – пирог с черникой. Здорово.       -Ты из псовых? - оживает школьник, все еще пялясь на открытую дверь.       -Типо того. Корми меня, дрочун. Сил нет как жрать охота. Эй, ты чего так лыбишься странно?       Чон действительно не сводил глаз и глупо улыбался, как только оказался нос к носу с соседом.       -Ты волк?- шепчет.       - Без пяти минут сдохший от голода волк, - так же шепотом уточняет Ким.       - Здорово…       Школьник волка с радостью кормит и добавку спешит подать и пирога кусок побольше на тарелочку кладет, чаем угощает. Смотрит восхищенно и отчего-то краснеет.       -Ты зоофил?       -Что?! Нет!       - Как только узнал, что я волк, не испугался, а наоборот слюни по подбородку пускаешь. Окстись людина, я могу тебя только сожрать, в трусы не полезу. Да и маленький ты еще. Наверное, там не выросло ничего толкового, - Тэхен смотрит пристально на пах парнишки, прожигая в его спортивных шортах дыру.       - Да ты… Да я…       - Вот только демонстрировать не надо. Вдруг откушу твоего червячка. Ащ, - щелкает зубами волк, - и нет пиписьки.       Чон бурчит, краснеет, отворачиваясь. Вот в Чимина альфа сразу влюбился, а его только сожрать и хотят. Этот пришибленный оборотень только о еде думает.       - За ужин спасибо, Куки. Я ушел.       «Иди-иди, волчара недоделанная» - шмыгает носом малой, но у двери догоняет, впихивая в руки перекись, ватные диски и бинты.       - Какой заботливый человек, прелесть. Жаль, что не омега. Я бы тебя себе с радостью забрал.

***

      Чимин не отлипал от окна весь вечер. Чувствовал себя он получше, свыкся немного с силой окружающих запахов и резкостью звуков. Мама его не трогала, весь день с кем-то переписывалась. Наверное с отцом, он снова задерживался в командировке. Парню все больше казалось, что однажды Пак старший так и не вернется.       За окном моросило, но Чимин знал, ты обязательно придешь. Он ощущал необходимость твоего присутствия, твоего запаха так остро, словно без них умрет.        С каждым часом внизу покалывало сильнее. Из-за обилия смазки, школьнику пришлось пользоваться тампонами матери. Стыдно признать, но даже такое проникновение заводило.       Шаги матери в комнате затихли, свет погас. Она снова приняла снотворное к великому счастью своего сына. Ему бы подумать, почему родительница спать без таблеток не может. Все ведь дело в стрессе и нервах. Женщина активно ищет новое жилье, параллельно воюя с адвокатами мужа. Он тайком подал на развод. Удар в спину, иначе не назовешь.       Мистеру Паку хочется продать все совместное имущество, оттяпав большую часть. Конечно, достаток семьи полностью его заслуга, но без гроша он хотел оставить не только супругу, но и двоих детей. Одному из которых осенью только исполнится восемнадцать. Еще год в школе и поступление у Чимина впереди. А все, что семья откладывала, на счете именно мистера Пака. Женщина в тупике.       Но Чимин об этом не знает, он сейчас счастливо машет темной фигуре волка, что приближается к дому.       - Я скучал…       Мальчишка не боятся прильнуть к влажной шерсти оборотня. Поглаживает, изучает, пока животное покорно подставляется под пытливые ручки.       Облизываешь теплые ладошки под журчащий смех. Позволяешь даже хвост оценить, чем бы дитя не тешилось, только бы в попу давало. Нет, ну, а что? Альфу от течного омеги кроет не меньше. Тем более скоро гон. Вот когда ты при жизни в адском пламени попрыгаешь.       Все, пора. Валишь ахнувшего мальчика на спину, цепляя зубами пропахшую смородиной одежду.       - Снять… все? - догадывается Чимин, наблюдая за сидящим на задних лапах волком. - Хорошо…       Малыш оголяет плечики, грудь, стягивает белье вместе со штанишками. Его ручки смущенно прикрывают оживший член. Как мило.       Твоя волчица нетерпеливо поскуливает, проезжаясь влажным носом от шеи омеги до пупка. Чимин дрожит, но дергаться боится. Поощряешь своего щеночка, облизывая шершавым языком твердые сосочки, играешься, наслаждаясь стонами. Влажные ласки покрывают и руки, и живот, и пах. Член под языком пульсирует.Приятно.       Тявкаешь, лягая лапой малыша, чтобы перевернулся на живот. Чимин тут же слушается. На коленочки встает, выпячивая попку. Сладкую попку, что истекает от присутствия альфы.        Широко лижешь от ямочек на пояснице до мошонки, что поджалась в момент. Мин воет от восторга, подставляется, умоляя продолжать. Ты своему мальчику отказать не можешь. Лижешь и толкаешься языком в горячее нутро, туда, куда так хочется войти вовсе не языком.        Малыш кончает, сорвано крича. Падает на ковер, хнычет.       - Хороший мой, какой же ты чувствительный, - обнимаешь его, сбрасывая волчью шкуру.       - Я…       У Чимина сил отвечать пока нет, даже двигаться язык отказывается.        Позволяешь мальчику отдохнуть, поглаживаешь волосы, прижимаясь бочком к обнажённому телу.       - Я тоже… хочу тебя касаться… Можно?       - Можно, мой сладкий. Все, что захочешь.       Пак приподнимается на локтях, а ты ловко скользишь под него. Он смотрит жадно несколько долгих секунд, прежде чем поцеловать.               Чимин всегда был внимательным учеником. И сейчас он с радостью повторяет все то, что делала ты. Лижет скулы, шею, прикусывая у ключиц. Рукой сжимает мягкую тяжелую грудь, все еще чуточку опасаясь, что откусишь за это нос. Но ты улыбаешься, закрывая глаза.       - Смелее, малыш. Я вся принадлежу только тебе. Но и к тебе никого другого не подпущу. Запомни.       Мин кивает, опуская лепестки губ к твоим соскам. Вбирает глубоко, голодно, прикусывая изредка, чтобы выбить стоны.       Какой хороший плохой мальчик.       Мягкие ладони тянутся к бедрам, просачиваются между, где мокро и желанно.       - А.. как?       Глаза Чимина огромные удивленные. Он смотрит на гладкий треугольник, ощупывает половые губы осторожно и снова непонимающе ломает бровки на лице.       - Не хочу тебя пугать.       - Но где?       - Я физически девушка, только один бонус имеется. Членом я управляю, малыш, и сейчас он внутри.       Пак кусает губы, боится и в то же время жутко хочет все узнать и рассмотреть.       - А как девушку… Я могу тебя…? Эм…       - Можешь.       Ты надавливаешь на ягодицы малыша, заставляя уткнуться членом между складочек. Чимин ахает, наблюдает за раздвигающимися ножками, что предлагают войти. Отдаться омеге, значит полностью довериться. Это слишком тяжело сделать альфе, но отказывать не хочешь. Ты говорила искреннее, что полностью ему принадлежишь.       - Смелее, щеночек.       Мин кивает, сжимает губы и пытается направить член в узкое влагалище. Ужасно тесно. Малыш жалобно стонет, двигается рвано. У тебя от одного его затраханного вида, напрягается узел внутри. Скрепишь зубами, рычишь, сдерживаясь из последних сил. Благо малыша на много не хватает. Он кончает, падая на твою грудь.       -Так невероятно.       - О, милый, эти ощущения не сравнятся с тем, что будет, когда я возьму тебя. Медленно растяну членом, заполнив собой. Сначала осторожно, - шепчешь, касаясь пальцами пульсирующей дырочки между мужских ягодиц. Кружишь, чуть надавливая, под нетерпеливое ерзанье мальчишки. - А потом я буду вбиваться жестче, - два пальца входят по первые костяшки. - Грубее.       Пальцы входят глубже, толкаются, ускоряясь под жалобные стоны. Мин не замечает, как их становится больше. Ты трахаешь показательно, продолжая шептать пошлости.       - Я так хочу этого, малыш. Хочу втрахать тебя в это милое постельное белье с котятами. Хочу видеть красные ягодицы, следы от зубов и пальцев на твоей коже…       - Т/И!!!       -Да, Чимини, чувствуешь?       Мягко надавливаешь на комок нервов внутри. Мальчик до хруста в позвонках прогибается от яркой вспышки перед глазами. Это удар тока, убийственный разряд удовольствия.       - Да… О Боже…       Набираешь темп, измываясь над крошечной простатой, пока живот не заливает горячей спермой. Чим сжимается вокруг твоих пальцев, царапает плечи, за которые все время держался, как утопающий за тростинку.       - Когда ты так же кончишь. Я заполню тебя семенем и повяжу. Узел сдержит сперму. Он будет дергаться, напрягаться, изливаясь снова и снова, пока не заполнит до краев, - продолжаешь убивать влажным шепотом. - Мы будем кончать как одно целое. Тогда ты узнаешь, что такое настоящий кайф, малыш.       - Я умру… - хнычет омега, не в силах представить что-то подобное. -Это не страшно, потому что я воскрешу тебя, любовь моя.