Билет в один конец

- Дядя, ну почему мне так не везет? - рыдала в подушку Энни после столь неудачного свидания со Штольмэном. Точнее свидание то было удачным, и оттого это еще больше расстраивало Энни. Ей так понравился Джек, и им вдвоем было этим утром настолько хорошо вместе, что обида буквально грызла изнутри. - Душа моя, - успокаивал Питер, поглаживая Энни по голове. - Ну, давай подумаем здраво, что такого собственно произошло? - от подушки послышался новый приступ рыданий. - Ну получил он известие от некой дамы. Ну может он сам ее и не приглашал? Такое знаешь ли бывает, - Питер на собственном горьком опыте знал насколько навязчивы могут быть влюбленные дамы. - Вот вспомни ту ненормальную русскую мадам Громову. Она ведь, страшно подумать, что творила из-за меня. Ты помнишь? - Питер наклонился к Энни и говорил почти на ухо, чтобы прорваться сквозь рыдания. Энни немного притихла, продолжая горестно всхлипывать, а через минуту, наконец, подняла голову. - Ох! - осуждающе вздохнул Питер, увидев заплаканное и бледное лицо любимой племянницы. - Ну и где теперь наш прелестный цвет лица? - он начал легонько похлопывать по ее щекам, возвращая им румянец. - Дядя, перестань! - Энни возмущенно отмахнулась. - Ты правда думаешь, что он не имеет отношения к тому, что она решила приехать? - Ну, доподлинно мне не может быть известно, однако я точно знаю, что мистер Штольмэн честный и благородный джентельмен. И если он сказал тебе, что эта женщина больше не имеет для него значения, я думаю, что так оно и есть. Но мы можем это проверить! - Питер хитро посмотрел на Энни. - Как проверить? - она даже открыла рот от удивления. - Вот слушай, - заговорщически начал дядя. - Мы отправим ей телеграмму от его имени. - Что? - вспыхнула Энни. - Нет, это невозможно! - Так ты хочешь убедиться в его чувствах или нет? - обиженно отодвинулся от нее Питер. - Хочу, - сдалась Энни. - Но неужели нет более честного способа? - Может и есть, - подтвердил Питер. - Например, просто поверить ему на слово. Ты готова на это? - он вопросительно уставился на племянницу. - Нет... - Энни смущенно посмотрела на дядю, а тот понимающе кивнул. - Значит, решено. Телеграфируем ей что-нибудь нейтральное, вроде “Не стоит ЗПТ это лишнее ТЧК” и посмотрим, что она на это ответит. Надо только будет договориться с почтой, чтоб ответ передали мне. Но это я беру на себя, - заверил Питер. - Ох, дядя, - вздохнула Энни, - Ну, ты прямо интриган водевильный! - А что? - засмеялся Питер. - Я за тебя переживаю, вон вся с лица спала из-за Штольмэна, - Энни при этом вся залилась краской. - Ну вот, то краснеет, то бледнеет, - заботливо обнял ее дядя. - Любовь, моя милая, - это самая опасная вещь на земле. Самая прекрасная и самая опасная, - задумчиво глядя в никуда, произнес Питер, а потом снова озорно рассмеялся: - Но я с тобой, и в обиду тебя не дам! Так и передай своему Штольмэну! - Дядя! - возмущенно одернула его Энни и мечтательно повторила: - Мой Штольмэн, мой...