Milk and Cookies

— Инь, ты подготовила отчеты? — интересуется Донхён у входящей в кабинет девушки. — Да, я передала его Дунгу, чтобы он вложил данные своего отдела, — Инь присела за стол, где разместились Донхён с Хосоком. — Прекрасно, тогда ждём его и начнём совещание, — ответил парень. Все трое заняты своими делами, каждый из них перебирает бумаги о сведениях работы своего отдела за месяц. Хосок сидит сосредоточившись, пытаясь полностью погрузиться в работу, ведь за последние несколько дней, он практически отсутствовал. Поэтому сейчас гибрид пытается вернуть себя в прежнее русло, а не забиваться в угол с криками о Чимине. Так он ему не поможет, а пока работает, может и план подвернётся. Через 15 минут приходит явно довольный чем то Дунг. Включает прожектор и все внимание присутствующих переключается на него. — Итак, по моим подсчётам в этом месяце у нас все очень даже неплохо, — на экране появляются разные сводки и статистики. — Заявлений на розыск крайне мало, число грабежей значительно уменьшилось и сама обстановка в городе была не столь напряжённо, как обычно. — Что же на это повлияло? — интересуется Инь. — В этом то и дело, что ничего. Власть никаких новых постановлений и законов не принимала, но люди почему то стали более снисходительными, — сам не веря своим словам произносит Дунг. — Плюс, Чон Чонгук не был столькь активен, как в обычное время. Как только Хосок слышит это имя, то кровь в его венах начинает закипать, а руки непроизвольно сжимают ручку, практически разламывая ее пополам. Он ненавидит его настолько сильно, что как только слышит хоть малейшее упоминание, по телу проносится сильнейшая реакция. Но, даже несмотря на эту реакцию, на смену приходит другое смешанное чувство, которое гибрид пытается понять последние пару дней. Вице президент компании Чон, правая рука Чонгука и по совместительству парень, которого Хосок пытается возненавидит также, как и Чона, но у него совсем не получается. Почему то именно Мин Юнги совсем не вызывает чувство ненависти, хотя разве он лучше чем тот, кто держит в своём плену Чимина? Нет, он совсем не лучше, но именно в его глазах он увидел малейшее сожаление и эту самую человечность. — Хосок, ты слушаешь? — из собственных мыслей его вытягивает Донхён. — Да, конечно, могу только добавить, что мой отдел совсем отдыхает. Заявления практически не проступают, а планы на следующий месяц уже разработаны, — отвечает Хосок и сразу продолжает. — Но я думаю, что расслабляться не стоит, вдруг это затишье перед бурей, стоит поглубже капнуть в корень проблемы, — заканчивает гибрид. — Я согласен с Хосоком, как либо расслабляться нам не стоит, тем более, пока мы не вернули в наши ряды Чимина, — после произнесённого вслух имени Пака, в глазах каждого проносится грусть. — Мы с Дунгом думали над этим, но после той провальной операции, ничего нового в голову не приходит. Ведь если брать дом штурмом, то к ничему хорошему это не приведёт, — безнадёжно произносит Инь. — Значит будем пробовать выходить на прямой контакт с Чоном или Мином, — Донхён удивил всех этим заявлением. — В каком плане? — спрашивает Дунг. — Будем пробовать договариваться с ними. Знаю, что будет не просто, но стоит попробовать. Пока можно последить за Мином, а там посмотрим. Хосок, если у тебя пока все спокойно, не хочешь установить слежку за ним? — Донхён переводит вопросительный взгляд на гибрида в ожидании ответа. Первое, что приходит в голову Хосока — отказаться. Но выглядеть это будет совсем странно и объяснить своё решение он не сможет. Соглашаться тоже желание нет, ведь придётся каждый день видеть того, кого хочешь выкинуть из головы и вспоминать то, что хотел бы забыть навсегда. Ведь их первую встречу помнит только Хосок. Но принять решение нужно. — Да, конечно, я приму это задание, — соглашается гибрид и Донхён кивком благодарит его. — Тогда на сегодня закончим, — подытоживает Донхён.

* * *

Гибрид уже два часа сидит в старом форде, хрустя чипсами. Сразу после совещания Хосок выяснил, что Юнги в офисе. Просидев около него час, учтя все ошибки прошлого раза, он увидел, как из главного входа выходит Мин, садится в машину и уезжает. Недолго думая, Хосок отправился следом, стараясь держать расстояние. Покинув центр, парень двигается в сторону одного из клубов сети Чонгука. Когда гибрид это понял, то притормозил и стал ехать ещё медленнее. Приехав на место, на парковке он сразу увидел знакомый автомобиль и остановился в тени под деревом, но чтобы в поле зрения был вход в клуб. Стрелка часов близилась к восьми, но Юнги, судя по всему, не спешил покидать заведение. Хосок начинал зевать, хотелось выйти, хоть как то размяться, но нельзя. Если его обнаружат, то на этот раз ему точно не дадут вольную просто так. Поэтому он продолжает сидеть в чёрной кепке с капюшоном не в своей любимой ауди, а форде, который ему выделил Донхён для слежки. Ближе к двенадцати, когда гибрид уже проклинал эту идею, Мин вышел из клуба. Сон Хосока как рукой сняло, он завёл машину и тронулся вслед за ним. Предположительно, он движется в сторону дома, но точного местоположения его апартаментов он не знает, поэтому пытается не терять его из вида, при этом не привлекая внимания. Юнги же, никуда не торопится, едет домой размерено, ведь запах цитрусов он почувствовал ещё в офисе. Сейчас его очень смешат его попытки быть незамеченным, но стоит признать, если бы не запах, то сразу он его бы не заметил. Мин въезжает в подземную парковку, чтобы оставить автомобиль, куда конечно же Хосоку не попасть, поэтому он паркуется неподалёку от выезда. Гибрид снова заглушил мотор и понял, что всю ночь придётся сидеть не смыкая глаз. Поэтому, немного подумав, он решает отойти в магазин, чтобы купить себе что-то кофесодержащие, иначе он точно уснёт. Юнги только приехал, поэтому навряд ли соберётся куда то ехать, а Хосок одной ногой здесь, другой в магазине. Выходит из машины и слышит сбоку небольшой шелест, обернувшись, видит перед собой того, для кого хотел остаться незамеченным. — А я ведь тебя предупреждал, — зло произносит Мин. Хосок не успевает ничего сообразить, поскольку кулак летит ему куда-то в район виска, Он на секунду теряет сознание, а когда начинает приходит в себя, чувствует, как его несут на спине. Он начинает пытаться вырваться, но в его состоянии все попытки выглядят жалко. — Не беси меня ещё больше, — слышит знакомый бас. Несмотря на свой характер, Хосок все же решает усмирить себя сейчас. Юнги быстро открывает квартиру и проходит внутрь вместе с названным гостем. Быстро закрыв дверь он проходит вглубь квартиры. Гибрид чувствует, как его отпускают и он с грохотом падает на холодный пол. Осмотреть полностью помещение он не может, поскольку свет везде выключен и разобрать в этой темноте хоть что-то помогает панорамное окно на город, но времени на это нет. Мин подхватывает за воротник Хосока, встряхивает и, продолжая держать, смотрит прямо в глаза. Парня пугает его взгляд, в котором отражается столько злости, сколько гибрид не видел никогда и ни у кого. — Я ведь столько раз говорил с тобой нормально, не бил, не кричал, так почему ты не понимаешь, что влезать туда откуда тебя уже вытаскивали, не нужно, — Юнги напряжен, это можно понять по тому, как тяжело он дышит и говорит еле сдерживаясь. — Но сидеть сложа руки я тоже не могу, — Хосок говори спокойно, пытаясь не провоцировать мужчину. Он никогда не видел Мина в ярости и теперь, гибрид понимает, что его не отпустят и провоцировать его совсем не хотелось. По какой-то причине, ему неудобно перед ним, будто он подставил Юнги тем, что снова полез на рожон. За окном пошёл дождь, после чего молния осветила все небо. Хосок очень боится молний, поэтому всегда прячется где то в глубине своей квартиры, включает музыку, чтобы не слышать гром и выжидает, когда это закончится. Забавно получается, перед ним стоит одна большая тучка, с которой сейчас он ничего не сделает. Ему остаётся только ждать, когда тучи развеяться и солнце пробьётся сквозь преграды. — Ты боишься грозы? — от Мина не скрылось то, как Хосок дёрнулся после раската грома. Он отпустил его воротник и получил положительный кивок на свой вопрос. Вот он. Настоящий. С виду весь такой смелый, будто на нем броня, что защитит его от всего, а на деле — котёнок с одним ухом, который вздрагивает от малейшего раската грома. Он кажется таким маленьким в сравнении с огромными апартаментами или даже самим Юнги, будто если взять его на руки, ты и веса не почувствуешь. Мин и сам не замечает, как дыхание приходит в норму, руки не сжимаются в кулак, а по легким уже спокойно циркулируют любимые цитрусы. Он делает шаг вперёд, чтобы стать вплотную к гибриду. Хосок стоит на месте, руки по бокам, а глаза опущены вниз. Сам не понимая того, он не делает шаг назад, чтобы не дать Юнги соприкоснуться лбами. А после того, как Мин берет его лицо в свои тёплые руки, он и вовсе перестаёт осознавать, что происходит вокруг. Ведь он впервые всем своим нутром почувствовал себя в безопасности. — Я так хотел, чтобы этого не случилось, — Мин говорит прерывисто, параллельно вдыхая аромат исходящий от гибрида, — зачем? Ответь мне, зачем ты пришёл в мою жизнь и убрал воздух из лёгких, заполнив их собой? — Юнги стоит с закрытыми глазами, ощущая нежную кожу лица под своими пальцами. — Ты не представляешь, как мне сложно, — Мин поднимает голову, чтобы полностью разглядеть лицо гибрида, — как сложно не думать о твоих губах, о твоих глазах, самого прекрасного в мире шоколадного оттенка, о густых ресницах. Но, если все это я мог бы забыть со временем, то это, — Юнги притягивает Хосока к себе, зарываясь в шею и делая глубокий вдох, — это никогда бы не покинуло мои лёгкие. Юнги продолжает стоять уткнувшись в шею гибрида, который не верит, что все сказанное было правдой. Будто это пытка, и что после таких слов, он начнёт его пытать или прямо сейчас зубами вцепится в шею.Перед ним же стоит тот самый опасный Мин Юнги, правая рука Чонгука. Но сейчас эта характеристика совсем не складывается у Хосока в голове. А может это все бред? Его стукнули по голове, вот он и ловит галлюцинации. А возможно и вообще сон? Все возможно, но, в глубине души он надеется, что это все по настоящему. Все что сейчас описал Мин Хосоку, он тоже чувствовал по отношению к Юнги. Сколько он отрицал, пытался не думать, но в голове всплывал этот бархатный голос с небольшой хрипотцой и холодные глаза, в которых иногда мелькали огоньки. Хосок также не хотел этого, как и Мин. Ведь это неправильно, человек и гибрид не могут быть вместе. Это запрет для обоих. Ведь они повязаны в этой ненависти к друг другу, но даже в этой ненависти они могут найти силы признаться себе. Ещё один раскат грома и сверкающая молния заставили гибрида резко обнять Юнги. Именно с ним он чувствовал себя защищённым от непобедимой стихи. Ведь своей любви к нему он боялся больше. Мин в ответ крепко обнял Хосока, пытаясь успокоить его. В данный момент Юнги проклинал своё панорамное окно, из-за которого гибрид пугался ещё больше. Поэтому, недолго думаю, он взял его в охапку и понес в спальню, где висели огромные шторы, которые не пропускали даже солнечного света. Теперь гибрид уткнулся в его шею, придерживаясь за неё руками. Толкнув дверь ногой, Мин прошёл в комнату, погружённую во мрак. Он без проблем подошел к огромной кровати и бережно уложил на неё Хосока. Юнги уже было хотел отпустить его, но гибрид продолжал держать его за плечи, боясь того, что если отпустит, окунётся во мрак. Благодаря своему зрению в темноте, парень без проблем находит губы Мина и в ту же секунду припадает прямо к ним, прижимая его как можно сильнее к себе. — Какой же ты глупый, — сквозь улыбку проговаривает Юнги и возвращается к самым сладким и желанным губам всего Гато. И в принципе, всего мира. — Пускай, но пожалуйста, давай проведём эту ночь только вдвоём. Я так устал от всего того, что происходит вокруг, я просто, — не успевает договорить, как его перебивают очередным поцелуем. Теперь Мин прижимает его к себе так сильно, что Хосок слышит хруст собственных костей. Но боль, которая проходит по всему телу от этого, такая приятная, что хочется сразу двойную дозу. Юнги перекатывается на бок, продолжая обнимать гибрида, накрывает их одеялом и зарывается в волосы Хосока. Тот же, в свою очередь, уже вдыхает аромат, который так успокаивает его. Эту ночь они уснули в объятьях друг друга. Каждый из них в своей голове перестал сопротивляться. Каждый просто наслаждается. Ведь как только гроза уйдёт, а солнце выпустит свои лучи, им снова придётся расстаться.

* * *

Чонгук тушил очередную сигарету, сидя над бумагами об отчете работы офиса за месяц. Показатели росли, нули на счетах Чона тоже, но это давно перестало приносить ему эйфорию. Многие говорят, что он родился с золотой ложкой во рту и все, что у него сейчас есть, заслуга не его, а его родителей. Возможно, что раньше Чонгук бы и согласился с этим, но после пожара, когда он остался совершенно один, не считая Юнги, ему пришлось выживать в мире большого бизнеса в одиночку. Он не мог ни с кем поделиться своими переживаниями, придти к маме, как в старые добрые времена, чтобы она положила голову к себе на коленки, нежно поглаживая волосы и шепча на ушко любимую сказку Чонгука — «Маленький Принц». Ему всегда очень нравилась идея, что мы в ответе за тех, кого приручили. Вспомнив эти моменты из своего детства, Чонгук вышел из кабинета и направился в сторону комнаты гибрида. Открыв дверь, он увидел маленький клубок посередине кровати. Его освещал лунный свет. На секунду показалось будто луна освещает конкретно его, а остальная часть комнаты так и погружена в темные оттенки ночи. Потихоньку, подходя все ближе, Чон начинает чувствовать себя зверем, которому принесли в жертву этого котёнка. Подойдя прямо к краю кровати, Чонгук садится и опускается прямо к лицу Чимина. Благодаря лунному свету можно рассмотреть его полностью, хотя, кажется, что Чон уже запомнил каждую родинку на его лице, которое всплывает в голове слишком часто. Но, даже несмотря на это, каждый раз он поражается красоте этого гибрида. Настолько черты его лица были приятны взору, что смотреть на него, было сплошным удовольствием. Чонгук не раз подмечал, что был бы Пак человеком, то он точно не прошёл бы мимо него. Проведя рукой по щеке Чимина, Чон подметил, что кожа его была не такой нежной, как в предыдущие разы. Из-за слез, недоедания и отсутствие режима его организм действительно страдает. Про себя он подметил, что не хочет, чтоб его котёнок выглядел плохо. Он хочет чувствовать под своей рукой ту самую бархатную и нежную кожу, которую словно одним, даже самым лёгким касанием, можно повредить. Чонгук приблизился к нему, между их губами оставались ничтожные сантиметры, он уже хотел было поцеловать спящего гибрида, но в последний момент отдёрнул себя. Резко встал с кровати и покинул комнату. Ярость на самого себя дошла до кончиков пальцев, он быстро вернулся в кабинет, подошёл к столу, сжал руки в кулаки. Он ненавидел себя даже за мысль о том, что гибрид действительно вызывает в нем желание, которое с каждым разом все сложнее подавить. Это не просто жажда быстрее трахнуть его, а нечто большее. Хочется защитить его, спрятать и никому не показывать, ведь он полностью принадлежит ему. Но во всей этой цепи есть одно но — защищать нужно лишь от самого Чонгука. Это противоборство внутри Чона начинает ему надоедать. Нужно либо избавиться от чувства в самом Чонгуке, либо от причины — Чимина.