Шкаф

      Несмотря на шквал огня, что обрушила троица сестричек Де Мойн и присоединившиеся к ним эсминцы с лёгкими крейсерами внутреннего периметра ордера, им удалось только отогнать нового противника от авианосцев. И то, с какой показной ленцой сирена уклонялась от очередей восьми-, шести- и пятидюймовых снарядов разозлило довольно много ранимых сердечек морских воительниц. А когда та с ехидной ухмылкой на лице вправила себе нос, Ульяновск мог поклясться, что услышал скрежет зубов Салем поблизости.       У девочек на внешнем контуре успехи были куда ярче. Как только загрохотали первые выстрелы в центре строя, а по связи внутри флотилии неизвестные корабли отметили, как вражеские, все эсминцы пришли в движение. Действия эскорта в случае окружения глубинными отрабатывались на полигонах и в учебных классах регулярно, хоть до подобного никогда не доводили. Так что каждая Дева Флота прекрасно знала, что нужно делать.       С удивительной синхронностью целая сотня канмусу-миноносок разрядила по одному торпедному аппарату, широким веером отправив от трёх до пяти стальных рыбок навстречу врагу. В результате такой круговой атаки первую волну кораблей сирен буквально сдуло подводными взрывами. А там уже в небо поднялись первые истребители авианосцев, воспользовавшихся моментальным отзывом эскадрилий. Безвозвратная потеря звена в данной ситуации оказалась наименьшим из зол.       Ульяновск таким варварским методом истребители предпочёл не возвращать. Вместо этого четыре борта отправились в качестве сопровождения недавно взлетевшего самолёта-разведчика в направлении соединения Комсомолец. Ещё несколько пар развернулись в сторону Киров — парень хотел своими глазами оценить обстановку, не отвлекая девушку от боя. Остальные легли на обратный курс с целью пополнения боекомплекта.       — Умно, — прокомментировала действия эсминцев сирена. — Но бесполезно.       И тут же резко ушла в сторону, уклоняясь от пытавшегося атаковать её неуправляемыми ракетами истребителя. На конце одного из орудий, торчащих из крыльев механического ската за спиной сирены, загорелся огонёк, спустя мгновение превратившийся в ярко-жёлтый луч. Он пробежался по заходящим на атаку самолётам, оставив на их месте горящие обломки.       В такт щелчку пепельноволосой пришелицы ударил гром и над океаном вновь открылись порталы, исторгая вниз тускло светящиеся алым узором чёрные корабли.       У Тестер было что ещё сказать местным Девам Флота, но едва она открыла рот, сверху на голову упала зенитная ракета. Не замечая скатывающиеся по волосам куски горелого металла, она бросила недовольный взгляд на Ульяновска. Флагманский корабль окружённой эскадры весьма успешно расправлялся с авиацией, точнее, той её частью, что успела взлететь с немногочисленных авианосцев класса «Ферзь», прежде чем те оказались уничтожены неожиданной торпедной атакой вместе с другими кораблями.       Оценив интенсивность, с какой в её сторону запускались тяжёлые зенитные ракеты, Тестер решила внести некоторые коррективы в план Альфы. Что же, подавлять корабли ПВО ей было не впервой.       — Бета — главной консоли снабжения, — тут же был вызван центр планирования операции. — Снизить продукцию класса «Епископ» на тридцать процентов, перенаправить ресурсы на производство катеров-камикадзе класса «Нарушитель». Запрос на инициацию протокола «Прерыватель» количеством одна единица.       На формирование запроса ушли доли секунды. Столько же времени понадобилось адресату, чтобы сформировать ответ, получив который Тестер удовлетворённо кивнула головой. Отмахнувшись от летевшей в лицо ракеты, как от мухи, она поднялась чуть выше и отступила под прикрытие прибывающего из порталов флота.       — Развлекайтесь, — сирена послала воздушный поцелуй Девам Флота, после чего растворилась в воздухе.       Чем наделала немало шума в рядах канмусу. Удивление, тем не менее, продлилось ровно до того, как в воду рухнул огромный тримаран, который, судя по виду, несколько раз на полной скорости столкнули со стеной, чтобы укоротить носовую оконечность. Бронированный монстр спокойно выдержал попадание нескольких тысячефунтовых бомб, наводя орудия на девчат.       — Гиринг, Орискани, в стороны! — выкрикнула Куинси.       Находясь ближе всех, канмусу тяжёлого крейсера быстро определила, куда придётся выстрел. Однако никто не ожидал, что вместо привычных стальных болванок стволы изрыгнут ярко-красные лучи. От первого залпа удалось увернуться, но за мгновение нагретая до температуры кипения вода паровым взрывом раскидала Дев Флота, находящихся в зоне поражения.       Корабль неизвестных пришельцев крайне шустро, для своих размеров, развернулся бортом к флотилии. Однако, пытаясь ввести в бой максимальное число орудий главного калибра, он подставился под удар уже заходивших атакующим курсом торпедоносцев. Чьих конкретно — в череде вспышек выстрелов орудий и росчерков трассеров зенитных снарядов сказать не мог никто.       Дюжина «Эвенджеров», несясь подобно разъярённым шершням, выполнила буквально эталонную торпедную атаку. Но прежде чем торпеды дошли до цели, прорвавшаяся сквозь заградительный огонь эскадрилья бомбардировщиков один в один повторила знаменитую атаку Маккласки, положив все бомбы в сочленение бокового и основного корпусов вражеского тримарана. Не выдержав такого напора, конструкция разломилась и, потеряв остойчивость, корабль дал крен.       Сброшенные ранее торпеды угодили прямо в лишённую защиты часть борта. Со стороны показалось, что железный монстр подпрыгнул в воде, прежде чем рассыпаться на множество маленьких чёрных кубиков, которые бесследно испарились в воздухе.       — Орискани, Хэнкок — вы лучшие! — радостно прокричала Эссекс.       По слухам, ходившим среди девчат американского флота, старшая из семейства могла по звуку двигателей определить, кому из сестёр принадлежал самолёт. Поэтому спорить с ней никто не стал, да и обстоятельства не располагали. Ещё не до конца рассеявшийся остов павшего гиганта насквозь пронзили быстроходные катера, идущие прямо на Дев Флота.       Эсминцы встретили их шквальным огнём из всех стволов, даже зенитных. Две бомбы на корме каждого катера, с нарисованными спереди ухмыляющимися мордами, красноречиво говорили, что близко подпускать их не стоит. Благо, уничтожались они столь же быстро, как и появлялись.       К сожалению, с небес упало ещё несколько линкоров, похожих на ранее уничтоженный, и всё чаще и чаще по периметру начали появляться брандеры. В попытке как-то облегчить жизнь эскорта и поберечь его боекомплект, истребительная авиация тоже подключались к отстрелу падающих с неба судов неизвестных. Ульяновск вовремя определил среди противников авианесущие корабли, и теперь его самолёты, подобно хищным птицам, рыскали над головами канмусу, уничтожая успевшую подняться в воздух вражескую авиацию.       Лексингтон, пользуясь отсутствием самолётов неприятеля, выделила из подчинённых несколько девчат в качестве дежурных авианосцев ПВО. Остальным же приказала перезарядить истребители в штурмовую комплектацию и увеличить количество ударных звеньев. В итоге, враг терял корабли даже до того, как они успевали приводниться.       Приятно удивила пятая авианосная японок. Тем оказалось достаточно вступить в бой вдали от семпаев, чтобы начать воевать не хуже, а то и лучше Эссексов. Используя излюбленную тактику авианосного флота Японии, по очереди орудуя то торпедоносцами, то бомбардировщиками, они устроили самый настоящий фестиваль огня и разрушения в строю противника.       Однако если кто и чувствовал себя, как рыба в воде, так это Мидуэй. Её штурмовики идеально подходили для борьбы как с маленькими манёвренными целями на воде, так и с огромными крейсерами. Жаль, их оказалось слишком мало.       — Коми, ответь! — не оставлял попыток связаться с другой ударной группой Ульяновск.       Его самолёты только что отработали по авианосцу, который попытался встать на воду под прикрытием тройки крейсеров. Огромный катамаран успел принять горизонтальное положение, прежде чем скрылся в облаке взрывов двух десятков ракет, не долетев нескольких метров до воды.       Теперь «тридцать третьи» демонстрировали ещё одну странность, на которую в горячке боя никто не обращал внимания. Привычная процедура дозаправки и пополнения боекомплекта эскадрильи претерпела кардинальные изменения. Если раньше самолёту было необходимо сесть на корабль-носитель и развоплотиться, и только спустя пять-десять минут звено могло снова подняться в воздух, то теперь машинам оказалось достаточно просто пролететь над палубой. Торпеды, бомбы, ракеты — всё это появлялось на подвесах буквально из ниоткуда, а пилоты бодро рапортовали о неизвестно как наполнившихся баках. Хотя наблюдался данный эффект только у американских Дев Флота.       Несмотря на всё это, попытки перестроиться для прорыва окружения срывались.       — Наконец-то хоть кто-то ответил! — прозвучал в эфире недовольный голос Комсомолец. — Что у вас там происходит?       Ульяновск позволил себе облегчённо выдохнуть.       — Атакованы неизвестным противником. Линейная группа тоже, к ним курсом перехвата ещё движется основная стая глубинных. А вот к тебе идёт химе-цель, так что передай своим — пусть готовят оркестр для встречи.       Спустя несколько секунд молчания Коми вновь заговорила:       — Теперь понятно, что это орёт на весь океан. Такое чувство, что кто-то рядом с гидролокатором нонстоп «Шквалом» стреляет.       — Пробили брешь, строимся! — неожиданно закричала рядом с парнем Лексингтон.       — Киров, идём к тебе, держитесь! — заверив напарницу, он кивнул американке.       — Постарайтесь побыстрее, желательно до прихода стаи. Эту тварь на акуле Мусаши с Айовой долго отвлекать не смогут, — сквозь шипение донёсся голос атомной канмусу-крейсера.       Перестроившись на ходу, первое ударное соединение почти смогло вырваться из кольца неизвестных кораблей, расширяя брешь. Эссексы постарались на славу, проделав в строю противника дыру, которую тот закрыть уже не успевал.       Однако прямо по курсу эскадры в море ударила ярко-красная молния, а когда облако брызг развеялось, перед флотилией Дев Флота встало очередное препятствие. Оно имело облик высокой стройной девушки с, на удивление, здоровым оттенком кожи, одетой в бело-чёрный купальник. С негромким, но чётко слышимым сквозь канонаду выстрелов и гул двигателей самолётов, лязгом из-за её спины вытянулись десять металлических рук-манипуляторов, удерживающих футуристические орудия.       — Программа «Прерыватель», третий класс, запущена, — тихо произнесла она, открывая глаза.       Зрачки незнакомки вспыхнули фиолетовым, словно кто-то включил внутри неё свет. Таким же цветом засветились манипуляторы и окутанные кабелями стволы орудий.       В тот же миг на радаре Ульяновска за спиной седовласой девушки-осьминога появилось почти три десятка новых отметок, одна из которых на большой скорости приближалась к флоту. Прерыватель, как она себя назвала, успела только направить пушки в сторону Дев Флота, прежде чем её ноги оказались закованы в ледяную глыбу.       Рядом уже жужжали раскручиваемые стволы гатлингов Де Мойн и Ньюпорт Ньюс. Стоявшие впереди канмусу благоразумно освободили директрису огня «очень тяжёлых» крейсеров, но нажать на спусковой крючок и похоронить врага под градом восьмидюймовых болванок не хватило буквально секунды.       За спиной неизвестной взметнулась тень. Почувствовав опасность, та скрестила над головой два манипулятора и только это спасло её от удара катаны, высекшей сноп искр из металла, но не добравшейся до шеи.       С недовольным шипением Де Мойн увела оружие в сторону, нацелив его на появившееся на поле боя новое действующее лицо, пока младшая сестра держала на мушке сирену.       — Не поможет! — недовольно воскликнула девушка в коротком красном платье, буквально вдавливая мечом Прерыватель в воду.       Что не удивительно, ведь, если верить радару, на отметку размером с линкор свалилось что-то как минимум схожее по габаритам.       Белый плащ с широкими, как у девушек класса «Конго», рукавами раскрылся за её спиной подобно ангельским крыльями. Сдвинув брови от напряжения, она перехватила меч другой рукой и, ненадолго зависнув в воздухе, снова нанесла удар. И вновь тот был заблокирован манипуляторами, но теперь все «руки» с правой стороны развернулись к мечнице.       — Нью, одиночными по осьминожке сможешь? — повернулся Ульяновск к пулемётчице.       — Да без проблем, — ухмыльнулась Ньюпорт Ньюс, щёлкнув переключателем на своём гатлинге.       Однако мечница сориентировалась раньше. Проявив чудеса акробатики и пластики, опираясь одной рукой только на рукоять катаны, она извернулась и впечатала в лицо противнику обе подошвы ярко-красных гэта, отдалённо напоминавших берцы Зуйкаку но выступающим подобно шпоре рулевым пером. Пышный хвост каштановых волос, по длине и толщине способный посоперничать с причёской Ямато, описал красивую дугу, ненадолго открыв взору спрятанную за спиной модель палубы авианосца.       От силы удара Прерыватель отлетела в сторону. И пока кувыркалась по воде, Ньюпорт Ньюс вернула переключатель режима огня в исходное положение, присоединившись к сестре, что щедро заливала сталью «Доктора-осьминога», как неизвестную уже нарекли в радиоканале общей связи соединения.       Шатенка, мазнув взглядом по канмусу, крутанула катаной и ударила рукоятью по закреплённому на поясе макету. Стоявшие на его палубе самолёты, удерживаемые на месте разве что волшебством, стали двигаться к носовой оконечности, где буквально впитывались в меч. И с каждым новым огненным шариком пламя вокруг её клинка разгоралось всё ярче и ярче.       — Зуйкаку, не лезь на рожон! — окликнула мечницу показавшаяся за её спиной девушка, внешне почти один в один похожая на Сёкаку. — Оставь это линкорам!       — Э-э?! — в стороне от парня раздался возглас непонимания и откровенной зависти.       — Пока онее-чан со мной, мне ничто не страшно! — чуть присела мечница, готовясь к новому выпаду.       Наносить удар не потребовалось. Лёгкий свист, напоминавший падающую мину, ненадолго отвлёк всех от боя. С небес прямо на появляющийся из порталов флот неизвестного противника летел самый настоящий град из огромных синих сосулек и светящихся золотых копий.

***

      — Эта парочка… — со вздохом, покачала головой статная брюнетка с лисьими ушками. — Авианосцы, а ведут себя, словно Роон и Эгир.       Её короткая юката едва прикрывала бёдра и массивную грудь, однако никакого дискомфорта холодным декабрьским вечером Мусаши не ощущала. Небрежно накинутое тёмно-фиолетовое хаори не падало в воду только благодаря рукавам, на которых повис тяжёлый с виду предмет одеяния кансен. А от недоразумений, вызванных морозом, спасала меховая оборка верха.       — Что-то не так? — мило улыбнулась Роон, повернувшись к флагману эскадры Империи Сакуры. — Враг?       Добродушное лицо, полный нежности взгляд и строгий чёрный мундир сильно контрастировали на фоне снаряжения тяжёлого крейсера. Опираясь на четыре ноги, оканчивающихся бронированными шипами, скорпионоподобный механоид поднял зубастую морду, крепившуюся к концу хвоста, и недовольно зарычал. Восьмидюймовые орудия на его хребте с угрожающим скрипом начали поворачиваться, напугав пару эсминцев поблизости.       Все знали, что не стоит верить глазам. Грозный ручной монстр Роон на самом деле являлся ласковым котёнком, страшным снаружи, но добрым внутри. А вот его хозяйка… Горе было тем, кто решил встать у неё на пути.       — Мусаши беспокоится о своих девчатах, — успокоила её флагман Кригсмарине.       Фридрих, по-матерински улыбаясь, потрепала макушку Роон. Какие бы слухи не ходили о любимом берсерке флота Железной Крови, девочка отличалась умом и никогда бездумно в бой не бросалась.       — С ними пошла Гинденбург, Эссекс с сёстрами и четвёрка Советов, не считая крейсеров и малышей, — наклонилась к ладони «мамы флота» Роон. — Всё с ними будет в порядке, с таким избытком огневой мощи. Хватило бы и одной Гинденбург.       — Но всё равно Мусаши волнуется. Правда, я не могу понять, что беспокоит Шинано, — Фридрих перевела взгляд на сереброволосую кицуне.       Сестра суперлинкора Сакуры выглядела необычайно бодро, что подметили все. Джерси, не выдержав, прямо спросила, что к чему, но от неё просто отмахнулись.       — Может, её любимую дакимакуру кто-то постирал с цветным бельём? — заговорщицким шёпотом высказала предположение Нью Джерси, подплывшая поближе к немкам. — Но ладно, пусть дуется. Рано или поздно сама расскажет. Связь с нашими отделившимися девочками устойчивая, и это меня пугает.       — Советы давно научились обходить системы подавления сирен, так что ничего удивительного, — равнодушно произнесла Роон.       — В том-то и дело, что глушилки не работают внутри Зеркального Моря, — присоединилась к поглаживанию немецкого крейсера американка. — Кроня с этого и бесится, и я её прекрасно понимаю.       — А вот это действительно странно, — протянула Мусаши, задумчиво смотря вдаль.       Вдруг её одати резко выскочил из рук и принялся вытанцовывать перед темноволосой кицуне, словно пытаясь выпрыгнуть из ножен. Вздохнув, брюнетка несильно ударила ладонью по рукояти, поймав беспокойный меч.       — Тихо, — с осуждением в голосе шикнула Мусаши, смотря на клинок.       В воздухе возле цубы заплясали фиолетовые молнии, складываясь в плачущий смайлик.       — Прямо по курсу флот сирен ведёт бой с другими кансен, — неожиданно заговорила Шинано, открыв глаза. — Окружение плотное, с нашими силами прорываться будет тяжело.       Мусаши, Нью Джерси и Фридрих дер Гроссе обменялись удивлёнными взглядами, после чего все трое покосились на Роон.       — Насколько плотное? — поинтересовалась Мусаши, проведя пальцем по рукояти одати.       — Много линкоров и авианосцев, построение, как во время их рейда на нашу Бриллиантовую Твердыню. Вижу Пурифаир, но где-то в тени прячутся ещё несколько командных единиц, — наблюдая за колыханием крылышек бабочки из синего пламени на своей ладони, ответила Шинано.       — Хм… Секунду, девочки, — Мусаши выпустила из рук клинок.       Тот завис перед ней в воздухе, чуть ли не вибрируя, словно от возбуждения. Девушка сделала небрежный пас ладонью вверх и меч, повинуясь её воле, с лёгким шелестом вышел из ножен. Едва на свободе оказались первые несколько сантиметров стали, вокруг него заплясали фиолетовые молнии.       Вооружение японской кансен, похожее на две гигантские руки, двинулись. Пальцы правой руки с лязгом сжались вокруг рукояти гигантского меча, закреплённого на предплечье левой механической руки. В воздухе запахло озоном, а пространство вокруг наполнилось гулом яркого фиолетового лезвия, покинувшего ножны.       — Фридрих, не соизволишь ли ты аккомпанировать мне?       — С превеликим удовольствием, — улыбнулась немка, взмахнув своей дирижёрской палочкой.

***

      Комсомолец убрала ладонь от уха и с беспокойством посмотрела на юг. Даже на расстоянии в сотню километров она могла рассмотреть загадочное зарево, то и дело появляющееся над головами другого авианосного соединения. Восточнее и вовсе сверкало самое настоящее светопреставление всех цветов радуги.       — Есть новости? — обратилась к ней Энтерпрайз.       — К нам идёт наша цель. Одна, — хмуро ответила Коми.       — Это же прекрасно! — повеселела Арк Роял. — Бой на пять минут от силы, наприключались уже в этом блюдце. Откуда встречаем? — щёлкнув тетивой блочного лука, британский авианосец стала всматриваться вдаль.       Стоявшая рядом Ринаун обречённо покачала головой, перекрестив соотечественницу.       — Не могу сказать точно, но, судя по звуку, ждать осталось недолго. Вон, эсминцев уже корёжит, — кивнула русская канмусу на ближайшую девчушку класса «Флетчер». — Минута от силы и она вынырнет.       — Флот, внимание! Готовимся к встрече. Эскорту через один стрелять осветительными, будем слепить! Акаги, ты знаешь, что делать, — Энтерпрайз посмотрела на японскую лучницу из первой авианосной. Та кивнула в ответ. — Дежурное крыло — истребители в воздух!       — Бомбардировщики! Тора-тора-тора! — скомандовала Акаги, запуская вверх стрелу.       Пролетев пару метров, стрела превратилась в четвёрку «Суисеев». Следом в небо начали подниматься эскадрильи ударной половины соединения, кружа над головами Дев Флота в ожидании появления глубинной.       Та не заставила себя долго ждать. Авианосцы успели поднять в воздух только половину самолётов, как перед флотилией из воды выпрыгнула высшая глубинная, сходу производя торпедную атаку.       — Твою мать, «Шквал» у этой дряни откуда?! — выругалась Комсомолец, безуспешно пытаясь сорвать атаку химе бомбомётами.       К сожалению, на столь малом расстоянии идущая на скорости триста километров в час торпеда означала мгновенное поражение. Десять пусков — десять крейсеров резко потеряли ход, получив повреждение ходовой. К раненым тут же выдвинулись эсминцы прикрытия, но по ним начала работать артиллерия химе тяжёлых крейсеров.       Попытка атаки пикирующих бомбардировщиков окончилась и вовсе плачевно. Пятёрка импов, всплывшая рядом с хозяйкой, буквально покрошила атакующие самолёты, разом лишив ударное крыло половины авиагруппы.       — Сперва мелочь! — выкрикнула Монтана, наводя орудия на глубинную.       Что осложнялось необычайной манёвренностью противника. Осыпая Дев Флота снарядами и выстрелами бомбомётов, химе даже не удостаивала эсминцев вниманием, ударами хвостов и необычайно сильных рук превращая несчастных в изломанные куклы. Однако американский суперлинкор тоже была не лыком шита и, выждав подходящего момента, дала полный бортовой залп.       Когда химе скрылась во взрывах, каждая из канмусу уже посчитала бой оконченным. Высшая всё-таки относилась к классу крейсеров и попадание двенадцати шестнадцатидюймовых снарядов должны были вывести её из строя. Но спустя секунду химе выпрыгнула из облака дыма, окутанная алой сферой.       Посмотрев на окровавленные останки четырёх импов под ногами, она кровожадно улыбнулась, окинув взглядом защитниц человечества. Один из хвостов резко выпрямился, чешуйки бронепластин отогнулись в сторону и, игнорируя врезающиеся в энергетический щит снаряды, глубинная атаковала.       Из него, одна за другой, освещая океан факелами двигателей, вылетели шестнадцать продолговатых объектов, напоминавших разумные торпеды химе-субмарин. Зубастые морды, громко рыча, сфокусировали взгляд на своих целях, но не успели отлететь от хозяйки, как их встретили зенитные ракеты Коми. Часть удалось сбить, а те, что всё-таки смогли долететь, оказались куда мощнее всего того, что знала русская канмусу о ракетном вооружении.       Двух снарядов хватило, чтобы Рейнджер скрылась под безжалостными волнами. Ещё одна ракета — и из левой половины экипировки Такао вырвался ярко-жёлтый столб пламени. Из-за сосредоточения внимания всех на химе, атака оставшегося торпедного импа прошла почти незаметно. Комсомолец с трудом удалось спасти Энтерпрайз своими шестиствольными тридцатимиллиметровками, но флот продолжил нести потери.       — Ты, — впилась взглядом в неё глубинная.       Голос был настолько пропитан злобой и ненавистью, что русскую Деву Флота пробил озноб.       В памяти Альминар снова возникли воспоминания прошлого, которые она старалась всеми силами забыть. Шторм, холодное море, дождь, словно оплакивающий её раны. И насмешки, терзавшие душу сильнее пожара, бушевавшего внутри корпуса. Отрёкшаяся сестра, молчаливо терпевшая глумление над собой.       — Так ты снова спуталась с ними? — как от мухи, химе отмахнулась от залпа Ринаун. — Снова предательством платишь за милость, да? Совсем тебя история ничему не учит, — покачала головой она, не глядя превратив в щепки эскадрилью бомбардировщиков.       Монтана, интуитивно осознав угрозу своей подопечной, загородила её собой.       — Вустер, Роанок, уводите Коми как можно дальше! — не оборачиваясь, приказала она лёгким крейсерам.       — Мерзавка безродная! — из глаз химе вырвались языки алого пламени. — Трижды я прощала тебе предательство, теперь же я не оставлю от тебя и воспоминаний!       — Коми, валим! — потащила в сторону русскую канмусу американского лёгкого крейсера.       Тело глубинной покрылось узором трещин, внутри которых тлело пламя. За один прыжок она преодолела расстояние, отделявшее её от Комсомолец, ударом когтей превратив в кровавую кашу несколько вставших у неё на пути канмусу. Остановила её только Монтана, буквально бросившись на таран, отстрелив снаряжение, которое превратилось в два шагохода, несущих по паре орудийных башен.       Оттолкнув плечом химе, американка материализовала в руке катапульту для запуска гидросамолётов и наотмашь ударила ею противника. Та увернулась, но следом громыхнул выстрел главного калибра суперлинкора. Снаряды снова бессильно упали в воду, встретившись с алой преградой.       Альминар фыркнула, оскалив клыки, совершенно не замечая атакующие самолёты. Снова из её хвоста вылетело шестнадцать полуразумных снарядов. Другой выстрелил несколько десятков сгустков алого огня, которые устремились ввысь и уже сверху обрушились на Дев Флота.       Однако спокойно обстреливать коллег американка ей не дала. Ударом импровизированной дубины из паровой катапульты отбросив глубинного импа в сторону, она кинулась на химе.       Коми оставалось только бессильно наблюдать, как тяжёлые ракеты выводят из строя союзников. Зенитные установки ближнего радиуса оказались совершенно бесполезны, а шестистволки-металлорезки не успевали навестись.       Последнего мелкого шустро расстреляла пара «Кливлендов», что окончательно вывело глубинную из себя.       — Монтана, уходи! — окликнула канмусу-суперлинкор Энтерпрайз, вместе с Акаги пытаясь навести бомбардировщики.       — Бей! — сквозь зубы протянула дева-линкор. — Выдержу!       Она уже приготовилась ощутить на себе дождь из авиабомб, но вместо этого из-за спины выскочила Комсомолец, сумев стряхнуть с себя девчат сопровождения. Поливая химе огнём из статридцатимиллиметровой спарки, девушка выпустила торпеды.       — Убью! — рыкнула глубинная.       С силой, совершенно нехарактерной для тяжёлого крейсера, Альминар отбросила канмусу-суперлинкор в сторону, словно в той не было семидесяти тысяч тонн водоизмещения. Со свистом, характерным для реактивного бомбомёта, один из хвостов выплюнул в воду горсть снарядов. Между двумя крейсерами возникла стена водяных брызг, ненадолго скрывшая их из виду друг друга. Но визуально никому из них видеть не требовалось, радары безошибочно нашли цель.       Хвост с торчащими из пасти орудийными стволами выгнулся дугой и открыл огонь по русской канмусу. Трассеры малого калибра подобно перу редактора вычёркивали из канвы реальности самолёты, постепенно опустошая ангары авианосцев. Однако буйство глубинной остановили сестрички класса «Вустер», шквальным огнём вынудив её прекратить перестрелку с ракетным крейсером и сменить позицию.       — Куда ты лезешь, жить надоело?! — недовольно прокричала Роанок, оттаскивая Комсомолец за спину подоспевшей Монтаны.       Коми не сопротивлялась. В голове девушки мешанина ранее известной информации о цели и увиденное сейчас постепенно выстраивалась в чёткую картину. С поправкой на влияние Бездны, цепочка фактов постепенно выводила результат, в который она просто отказывалась верить.       Тем не менее, ехидный шепоток на краю сознания говорил, что та, кто с кровожадной улыбкой хладнокровно рвёт на части эсминцы и ломает авианосцы, делает всё правильно. Ведь именно для этого их и создавали — уничтожать авианосные группы.       Эхом прозвучали слова химе, сказанные в лицо.       — С… — язык Коми внезапно онемел. — Слава? — едва слышно произнесла она.