Шкаф

      Пурифаир веселилась. До начала формирования сингулярности у неё имелись сомнения в целесообразности присутствия в этом примитивном мирке, всё-таки помимо Обсервера Альфы в симуляции участвовала ещё и Тестер, не считая вспомогательных программ. Этого уже было более, чем достаточно для выбранного Альфой захолустья.       Благо, никого из Арбитров и их ручных собачек привлекать не стали. Слишком уж своенравные программы, да ещё и с другим уровнем подчинения, хоть и делают по сути ту же работу, что и она с Тестер. С другой стороны, даже одного Исполнителя тут было слишком много, ведь задача сводилась к удержанию аборигенов на месте, пока Альфа проводит эксперименты.       Тогда Пурифаир посчитала это полной скукой, однако сейчас…       — Как же весело! — хохотала она, заложив резкий вираж в сторону.       Из кормы её биомеханического гидроцикла, сверх меры напичканного самым совершенным вооружением, вырвался бурлящий поток, окативший с ног до головы одну из Дев Флота с большими пушками. Хотя лично Пури считала, что чем больше стволов — тем лучше.       В спину полетело ругательство от искупавшейся дамы, судя по одежде — явно англичанки.       — Пошла нафиг! — обернувшись, крикнула сирена и показала девушке средний палец.       Затем пришлось подпрыгнуть, пропуская под собой целый рой снарядов калибра где-то четырнадцати дюймов. Не то чтобы они как-то ей могли навредить, местные кансен вообще были какие-то странные. Будто их вылили из пробирки раньше времени или для призыва использовали умственно отсталые катализаторы. А может всё сразу и ещё что-то в таком духе. Ну, хоть с отстрелом беспилотников справлялись более-менее хорошо, доказывая, что не до конца ущербны.       За то время, что она откровенно развлекалась в строю Дев Флота, в неё ни разу не прилетел массированный артиллерийский обстрел, коими обычно гордятся кансен-линкоры. Нет, плотность огня вызывала почтение, но чтобы хотя бы, как какая-нибудь Нельсон, усеять целый сектор падающими со свистом раскалёнными болванками… Ни малейшего намёка.       Про всякое шаманство, вроде летающих мечей, молний и другой флотской магии и говорить не приходилось. Лицо местной линкорихи, когда ей озвучили вопрос на данную тему, будет греть Пури сердце во время техобслуживаний серверов.       Впрочем, думать о всяких странностях — работа Обсерверов и Компиляторов, её же — бить лица. Это она делать умела и любила.       Чем и занималась, взяв дело в свои руки. Буквально, используя верного скакуна исключительно в целях кого-то искупать. Цель Альфы была не устроить резню, а всего лишь не дать мартышкам помешать выполнению некоего сверхсекретного плана мелкой любительницы групповух. Иначе зачем отращивать столько щупалец, хватаясь ими за всё подряд…       — А ну стоять-бояться! — крикнули сирене.       Окрик сопровождался крайне кучно положенными шестнадцатидюймовыми утяжелёнными бронебойками. Стрелял явно кто-то из класса «Айова», только они обладали настолько высокой точностью, хоть в чём-то прослеживались параллели. Да и светловолосая бимбо нравилась ей куда больше скачущей кроликом альтернативной версии, к сожалению, более привычной.       — Стою и боюсь, мешаю что ли? — нагло ухмыльнулась Пурифаир, картинно щёлкнув пальцами.       Снаряды, словно забыв о такой штуке, как гравитация, вдруг полетели вверх. А вот следом уже пришлось резко менять позицию, чтобы не намокнуть под градом глубинных бомб.       — Ты хоть понимаешь, какой геморрой потом вымывать соль из волос? — театрально оскорбилась сирена, держа в руках мокрую косу. — Да ещё и матроску всю мне испачкала!       В данный момент некогда пышный хвост сизых волос напоминал копну водорослей, а не пышный след кометы, как считала Пури. Слишком мощными для своих небольших габаритов оказались бомбочки. И крайне интересная девочка их запустила, которая ещё и активно ракеты использовала, пытаясь нанести хоть какой-то урон. Вполне могла добиться успехов, куда больших, нежели остальные сёстры по оружию, если бы не верная акула-гидроцикл. Защитные системы работали исправно, но дожди из осколков начинали порядком надоедать.       Однако, даже считавшаяся среди сородичей безмозглым берсерком, Пурифаир была вовсе не глупой. Как бы ни пытались держать в тайне механизм появления Дев Флота, в его основе лежали технологии сирен. И куб мудрости — основной инструмент для создания кансен — просто не мог сформировать образ корабля-носителя управляемого ракетного оружия, что пришли на смену стальным гигантам. Их отпечаток в ноосфере был даже меньше, чем у оставшегося на чертёжной бумаге проекта, у которого имелись отличные от нуля шансы обрести вторую жизнь в новом облике. Оружие несомненно смертоносное, но так и не успевшее испробовать что-то, кроме мишеней.       Достучаться до мирового суперкомпьютера здесь не получалось, слишком велико оказалось заражение потусторонними сущностями. Даже для простого визита сюда пришлось выделять отдельные сервера и привлекать множество арбитров для подстраховки. Чья вонь по этому поводу, по мнению Пурифаир, совершенно не соответствовала возможной выгоде. А уж как Альфе удалось полтора десятка лет терпеть такое — одному Создателю известно.       — Придётся мне принеси тебе возмездие во имя луны! — изобразила героическую позу сирена, отмахнувшись от града снарядов крейсерского калибра.       Поняв, что бледнокожая наездница указывает на неё, кансен-ракетоносец невольно напряглась. Пурифаир, видя это, предвкушающе улыбнулась и, перепрыгнув пытавшуюся протаранить её очередную линкориху, устремилась к цели.       Но даже хотя бы пощупать обвес ей не дали. Перед программой с позывным «Чистильщик» встала рослая загорелая девица в чёрной униформе.       — Мусаши, на счёт три! — окликнула ту не менее рослая кансен, но в белом и с тёмными волосами, вооружённая нагинатой.       — Три! — рявкнула пепельноволосая гьяру, попытавшись сократить дистанцию.       Пурифаир сделала это раньше.       — Нигга, чтобы быть Мусаши, ты недостаточно «Му-у», — оказавшись рядом с местной «Ямато», она отвесила той шлепок по груди.       Затем по другой, после чего отпрыгнула в сторону, пинком отбросив пепельноволосую блондинку назад в объятия похожей на неё девушки. Скорее всего из местного филиала Железной Крови, судя по кожаному кителю.       — Так, погоди, — заблокировав удар нагинаты раскрытой ладонью, Пури порылась в карманах узких шортиков. — А, во, нашла!       — Я не позволю тебе навредить ей! — несла какой-то бред негатив-версия откинутой в сторону очкастой блонди.       — Кто ты, воин? — прокашлявшись, Пурифаир начала зачитывать текст с бумажки. — В миг, когда Океан выбирает того, кто оденет Пенный Венец, не следует перечить воле Небес, ибо великое горе постигнет того, кто решит воспротивиться Порядку… — не закончив читать, она замолчала на несколько секунд. — Что это за чушня?       Затем просто развернулась и пошла в сторону, напрочь игнорируя врезавшиеся в её тело снаряды.       — У тебя есть отбеливатель? — сирена вдруг наклонилась к попытавшейся торпедировать её миноноске.       — Эм, нет? — ответила та.       — Жаль. Мне бы не помешало промыть глаза от очередного сочинения Альфы… Ладно, вернёмся к старому плану…       — Да кто ты такая? — не переставая стрелять, воскликнула очередная блондинка.       Увидев звёздочки вместо зрачков, Пурифаир сразу поняла, флоту какой страны принадлежит данная кансен, и решила не отвечать. Свои нервы дороже…       Когда в воздухе вдруг запахло озоном, а в небе засверкали фиолетовые молнии, она поняла, что игры кончились. Когда огромный фиолетовый клинок обрушился на строй боевых кораблей, ломая пополам крепкие «Ладьи», а простеньких «Пешек», и вовсе, испаряя, сирена на всех парах неслась к открытому флангу. Последовавший за этим дождь из сияющих копий, добивший уцелевшие суда, подтвердил её опасения.       — Приве-ет! — пробив своим телом остов беспилотного крейсера класса «Епископ», улыбнулась ей кансен.       Настоящая, не как те фальшивки, что остались за спиной.       — О, рулька, давно не виделись! — улыбнулась Пурифаир, прогревая лучевые орудия. — Или лучше назвать тебя окорок? На что больше похожа твоя причёска?       Огонь бешенства, вспыхнувший в глазах Роон, ласкал цифровую душу сирены.       — Сервер, выполнить приказ «Шесть-Бета», начать инициацию подпрограмм Люркер, Океана, Прерыватель, Нарушитель и Стратег, — направила она команду следящему за сингулярностью обсерверу.       Недо-кансен резко стали неинтересны, ведь в бой вступил куда более опасный противник.       Которого здесь и быть не должно.

***

      Появление нового действующего лица многими было воспринято двояко. С одной стороны, неизвестная немка — о её национальности красноречиво говорили кресты на шевронах — с ходу вступила в бой со странной глубинной, которая будто бы обладала иммунитетом к оружию Дев Флота. С другой — манера боя новенькой оказалась слишком схожа с безумием Ре-класса.       — Кто-нибудь может мне сказать, какого дьявола здесь происходит?! — не выдержала Худ, схватившись за волосы. — Откуда взялось всё вот это дерьмо?!       — Эй-эй, полегче, не одна ты на нервах, — попыталась утешить её Бисмарк. — Подумаешь, неуязвимую химе бьют лицом о… борт… корабля? — медленно проговорила она, пытаясь осознать происходящее.       Безумная немка действительно, схватив глубинную за хвост, как какой-то корнеплод, с размаху впечатала её лицо в бронепояс корабля пришельцев и потащила вдоль борта. По ней стреляли, в попытках отбить командную особь, но все выстрелы принимал на себя необычный щит, собранный из прозрачных голубых шестиугольников. Такой обычно рисуют во всяких фантастических фильмах, но чтобы им обладала Дева Флота… многие бы отдали за подобное несколько лишних органов.       — Да? А как ты это объяснишь? — указала британка на строй кораблей, позади которого разгорался самый настоящий пожар.       Приглядевшись, Бисмарк поняла, что это не ярко-голубое пламя несётся в сторону эскадры, а гигантский рой огненных бабочек. И в свете их крыльев отчётливо виднелись летевшие выше самолёты. Японские, американские, немецкие и, тут она удивилась, советские штурмовики. Тирпиц буквально каждую горизонтальную поверхность заставила своими модельками боевой техники, игнорируя замечания сестры о вышедшем из-под контроля хобби. И ладно бы сфера интересов лежала в области палубной авиации, но данный раздел Бисмарк-младшая откровенно презирала.       — Шайсе, — выдохнула она.       — Внимание! Разведка докладывает, что к нам прибыло подкрепление! — крикнула Киров, прижимая правую ладонь к уху.       — Откуда оно тут взялось?! — удивилась Миссури.       — Без понятия, — пожала плечами русская. — Ульяновск сообщил, неизвестные Девы Флота вступили в бой с точно таким же флотом, что окружил нас. Поэтому просит смотреть, куда целимся. Лично я считаю, что смотреть дарёному коню в зубы бессмысленно, а нам ещё с крупной стаей предстоит схлестнуться.       Спорить с ней никто не стал.       Тем временем огненный вал из насекомых докатился до окружавших флотилию кораблей, выжигая мелкокалиберные зенитные орудия и антенны связи. Канмусу же они вреда не наносили — некоторые на мгновение даже садились на головы эсминцам, вызывая у них восторг и благоговение.       — Так, девчули, я понимаю, что это всё красиво и так далее по списку, но нам ещё деблокироваться! — похлопала в ладоши Миссури. — Мне нужен стальной таран, так что шевелитесь!       — В строй! — подняла кулак вверх Мусаши.       Под свист падающих на противника бомб и шипение двигателей неуправляемых ракет, линейный флот начал перестроение. Лавируя между падающими в воду снарядами и росчерками лучевых орудий, каждая Дева Флота занимала место, согласно боевому расписанию. И пусть взаимодействие столь разнообразных по составу соединений отрабатывалось редко, в основном от случая к случаю, каждая канмусу знала своих подруг и понимала, куда нужно встать.       — Наша птичка говорит, что с нами, похоже, хотят поговорить, — Киров повернулась к Миссури.       Американка молча указала в направлении, откуда прибыла авиация неожиданных союзников, вопросительно выгнув брови. Атомная канмусу также молча кивнула.       — Буду знать, — глубоко вздохнула флагман ударного соединения. — Так, пока эту байкершу отвлекли, будем прорываться, раз нам любезно проделали брешь! — прозвучал в радиоэфире её приказ.       Набирая скорость, выстроившаяся клином флотилия двинулась к провалу в строю противника, в который тот спешно закидывал новые боевые единицы. Однако удар фиолетового клинка слишком сильно оголил фланг, а подкрепления врага очень быстро отстреливались, как идущими наружу канмусу, так и двигавшимся навстречу неожиданным союзником в лице неизвестных Дев Флота.       — Здаров! — подойдя на достаточно близкое расстояние, одна представительница дружественной эскадры помахала рукой.       Миссури буквально подавилась воздухом и бросила взгляд на старшую сестру. Та выглядела так, словно призрака увидела, что не удивительно. Та, кто к ним обратилась с приветствием, выглядела как почти точная копия Нью Джерси, только немного взрослее.       Волосы другого цвета, глаза чуть темнее оттенком. Комбинезон из непрозрачного нейлона плотно облегал почти всё тело девушки, подчёркивая каждый изгиб фигуры. Собственно, не считая короткой белой юбки и перчаток, на этом её одежда заканчивалась. Белый плащ, небрежно накинутый на плечи, держался не иначе, как при помощи магии или клея, а может и всего сразу.       — Линкор класса «Айова», Нью Джерси, бортовой номер «BB-62», — представилась незнакомка, не ведая о том, что ломает многим картину мира. — О параллельных реальностях поговорим позже, сперва вас надо вытащить отсюда.       — Линкор Мусаши, вице-флагман эскадры, благодарю за содействие, — не растерялась Мусаши.       — Мусаши? — мило наклонив голову набок, переспросила Нью Джерси.       После чего оглянулась назад, затем снова окинула загорелую японку взглядом. И посмотрела назад.       — Муся, сладенькая моя! Я нашла твоё альтер-эго! — радостно закричала она.       — Что? — хором воскликнули Мусаши и, что неудивительно, Ямато.       — Хм? — из-за спины Джерси показалась ещё одна девушка.       Первое, что пришло на ум всем канмусу, стоило увидеть говорившую — огромный. Вооружение Мусаши и раньше внушало уважение, здесь же…       Две гигантские механические руки служили креплениями для знаменитых башенных установок с орудиями калибра четыреста шестьдесят миллиметров. И выглядели они даже больше, чем сдвоенные пятьсот десяти миллиметровые орудия загорелой японки, хотя должно быть наоборот.       Сама девушка была под стать своему оружию. Выше ростом, с длинными тёмно-синими волосами и симпатичными лисьими ушками. Объёмная грудь была явно больше, чем у Мусаши, как и бёдра, но с ростом незнакомки всё смотрелось необычайно гармонично.       — Рада встрече, — по всем правилам японского этикета поклонилась она.       Стоило ей наклониться, взору предстали девять пышных тёмно-синих хвостов с белыми кончиками, по которым пробегали фиолетовые искорки.       — Богиня-нанодес! — потрясённо прошептала Иказучи.       Миссури даже не нашла аргументов против подобного заявления. Внешне девушка действительно походила на сошедшую с древних свитков легенду, что удивительным образом подходило к тому, какой корабль она воплощала.       — Позже, коль судьба будет благосклонна, обсудим наши впечатления, — предложила кицуне. — Сперва нам помощь оказать вам следует.       В бой вступали всё новые и новые канмусу, в некоторых из которых с трудом узнавались знакомые лица. Другие же походили на прирученных глубинных, сменивших адские порождения металла и плоти на механических монстров.       — Сестра, покажем мощь Ямато-класса, — девушка-лиса вытащила из ножен катану, на чьём лезвии тут же заплясали фиолетовые молнии.       Из-за её спины вышла ещё одна кицуне, отличавшаяся от первой, как день и ночь отличаются друг от друга. Она прошла мимо, направляясь вглубь ордера Миссури.       Проходя мимо Ямато, она приоткрыла глаза и окинула ту взглядом, после чего, не говоря ни слова, пошла дальше, демонстративно мазнув одним из серебряных хвостов по лицу.       — Шинано? — окликнула сереброволосую кицуне её тёмная сестра.       — Подросла девочка, — усмехнулась Мусаши.       Остановившись возле Киров, Шинано наклонилась к канмусу и прошептала:       — Эфес укажет тебе, куда нанести удар. Стань проводницей, не надейся на знаки свыше, — сказав всё, что хотела, она повернулась к сестре. — Я готова, онее-сама.       Во вспышке голубого пламени за её спиной появилось ожерелье из восьми сфер, изображающих фазы луны, а с левой стороны — три сегмента брони, к каждому из которых было прикреплено по огромному одати.       Легонько подпрыгнув, Шинано повисла в воздухе, словно сидя на невидимой скамье, и вытянула вперёд правую руку. В её ладони загорелся призрачный огонь, вытянувшийся вокруг парящей Девы Флота и превратившийся в объятый пламенем миниатюрный корпус оригинального авианосца.       — Помни, — сложив два пальца левой руки перед собой, обратилась она к потрясённо наблюдавшей за всем этим Киров. — Всё должно ударить в одну точку.       Звучало всё как-то слишком похоже на службу безопасности банка, которая однажды позвонила ей и пыталась узнать номер карточки. А вот вышедший на связь Ульяновск напрочь выбил все мысли о шарлатанах.       — Да, через две минуты смогу дать залп, а что?

***

      — Слава? — едва слышно повторила Комсомолец.       На мгновение девушке показалось, что мир вокруг погрузился в тишину. Канонада разнокалиберных орудий, гул двигателей сотен самолётов в небе, свист падающих снарядов и бомб — всё это словно исчезло. Пропала широкая спина Монтаны, которая пыталась загородить собой русскую канмусу от взбешённой химе.       Как в замедленной съёмке, глубинная повернула голову и встретилась взглядом с Коми. Пылающие алым огнём рубины будто пытались сжечь её дотла, но в бушующей буре эмоций что-то промелькнуло. Противник замешкался, на секунду прекратив огонь.       Этого оказалось достаточно для Монтаны. Белокурая американка скинула покрытый подпалинами плащ в воду. Два шагохода, в которые превратилось её вооружение, буквально сжали глубинную с двух сторон, не давая пошевелиться.       — Залп! — выкрикнула Дева Флота.       Двенадцать шестидюймовок на плечах роботов дружно взревели огнём, расстреливая цель почти в упор. С небольшой задержкой раздались выстрелы Рипалс и Ринаун, приданных соединению для обеспечения боевой устойчивости. Химе скрылась в облаке дыма и огня, но вместо кусков разорванной плоти, в какие та должна была превратиться, в стороны разлетелись обломки шагоходов с лопнувшими орудийными стволами.       — Знаете, вы меня разочаровываете, — раздался из-за завесы холодный голос.       А затем показалась глубинная, абсолютно невредимая, крутя в ладони один из шестнадцатидюймовых снарядов Монтаны. Другие, как и выстрелы британок, зависли рядом с ней, увязнув в толстом красном стекле, окутанные причудливым узором трещин.       — Вы же любите всё вынюхивать, прежде чем идти в бой. Результаты сводить в табличку, анализировать, — подкинув снаряд в руке, она резко швырнула его в одну из миноносок.       Храбрая девчушка попыталась незаметно выполнить торпедную атаку. Никто даже не видел её до самого момента пуска торпед, но скрытность её не спасла от брошенной стальной болванки. На выручку пришла одна из Кливлендов, дёрнувшая слишком храбрую канмусу класса «Бенсон» на себя.       — Вы не могли не знать, кто раньше правил этими водами, — продолжила химе, не глядя отбиваясь от атакующих её самолётов.       Висевшие в воздухе снаряды бессильно рухнули в воду. Повторный залп пары британских линейных крейсеров был принят на алый щит, от столкновения с которым в стороны разлетелась целая туча осколков.       — Варда была сильной, как у вас таких называют, линкором. Очень сильной. Её удары были куда страшнее двенадцати шестнадцатидюймовых болванок и такого же количества пятнадцатидюймовых. И вас не смутило, что Варда сдохла, а трон улуса принадлежит мне? — слегка наклонив голову на бок, спросила Альминар, подойдя вплотную к американке.       Монтана сжала в руках остаток своего снаряжения в виде самолётной катапульты. Дела у флотилии шли откровенно паршиво. Авианосцы отчаянно пытались хоть как-то поразить противника, но из-за её нахождения в центре ордера применить торпедоносцы не могли, а запасы бомбардировщиков и истребителей в ангарах постепенно таяли. По той же причине не могли атаковать и эсминцы. У неё самой вооружение вернулось в компактную форму после разрушения шагающих дронов.       — Она на прицеле, — по зашифрованному каналу обратилась к канмусу-суперлинкору Комсомолец. — Киров готова стрелять хоть сейчас, я подсвечу, но нужно её зафиксировать.       — Сделаю, — едва заметно кивнула Монтана.       Перехватив катапульту обратным хватом, она вложила всю свою силу, всю злость за павших союзников в удар, целясь в шрам на правом боку. Практически незаметный издали, вблизи он походил на наспех замазанную штукатуркой дыру в стене. Застонал металл, а скрежет зубов глубинной показался ей музыкой.       — Торпеды! — оттолкнувшись от воды, рявкнула американка.       Эсминцам повторять дважды не пришлось и в спину глубинной с негромким шипением устремились десятки стальных рыбок. Им было куда легче прицелиться, нежели паре линейных крейсеров, против которых сейчас играла элементарная баллистика. А Монтана, как подхвативший на переезде легковушку локомотив, тащила химе вперёд, к краю ордера. Она не обращала внимания на удары когтистых рук и попадания из крейсерской пушки в упор. Столбы воды от подводных взрывов окатывали её водой, но даже закрывшие лицо мокрые волосы не стали помехой. Весь мир для Девы Флота сузился в одну цель — увести врага от своих, схватив его за горло.       Коми тихонько шла следом под бдительным взором Роанок и Вустер, готовых в любой момент устроить настоящий шквал из огня и стали, стоит только Монтане дать слабину. Стараясь не слушать бурчание девчат прикрытия, с неприкрытой завистью поминающих орудия Де Мойн, аккуратными прицельными выстрелами ста тридцати миллиметровой спарки сбивала с хвостов химе наросты, которые опознавала, как устройства постановки активных радиопомех.       — Энтерпрайз, нужно через три минуты устроить массовый налёт на противника. Навалитесь всем, что есть, нужно отвлечь её зенитки, — попросила она флагман потрёпанного ударного соединения.       — Не слишком ли ты близко? — переспросила американка, вопросительно посмотрев на русскую канмусу.       — Не для меня, — коротко ответила Комсомолец, кивком указав на юг.       Энтерпрайз перебрала оставшиеся эскадрильи и, громко свистнув, сделала несколько жестов. Оставшиеся на плаву авианосцы после недолгих раздумий ответили молчаливыми кивками.       — Сделаем, — уверенно заявила легендарная Дева Флота.       — Мне использовать ракеты? — робко поинтересовалась Шинано, доставая стрелу из колчана за спиной.       — Нет, — замотала головой Коми. — Ульяновск не сможет обеспечить целеуказание и они могут навестись на Монтану или кого ещё.       — Лучше атакуй торпедами из-за Монтаны, — подсказала ей Кага, натягивая тетиву лука. — Мы зайдём с флангов.       — Островитяне рыбками, Дядя Сэм чемоданами. Подскок — вы в дежурстве, экономьте самолёты, — ухмыльнулась Энтерпрайз, показав большой палец соотечественницам.       Йорктаун, Хорнет и Уосп бодро улыбнулись, повторив жест командира. Лексингтон и Саратога молча кивнули.       — Принято, — отозвалась Индепенденс, командовавшая сводной эскадрой лёгких авианосцев. — Но осуждаю.       — Полторы минуты, — предупредила Комсомолец. — Монтана, тебе нужно будет оттолкнуть её.       Прущая напролом, подобно тарану, американка не ответила, продолжая выталкивать противника из строя союзников.       — Тридцать секунд! — вновь произнесла Коми.       На горизонте уже стали заметны стремительно приближавшиеся тени, скользившие вдоль воды. Системы наведения самой младшей из русской эскадры заработали на максимум своих возможностей, передавая координаты цели. Одновременно к залпу по надводной цели готовились совсем недавно перезарядившиеся комплексы «Форт». Толку от такой траты боекомплекта девушка особого не видела, но так можно усилить плотность огня по химе, на что и была сделана ставка.       Услышав предупреждение подопечной, Монтана взревела не своим голосом и чуть согнула ноги в коленях, готовясь к броску.       — Пошла прочь! — в тон ей рыкнула Альминар, вздёрнув руку.       Кулак глубинной окутался алым пламенем и, описав в воздухе дугу, обрушился на плечо Девы Флота. Треск лопающейся кости и разрываемых мышц оказался настолько громким, что на мгновение заглушил гул двигателей кружащих в воздухе самолётов. Однако американка потерю конечности даже не заметила.       Молча, не успела оторванная рука упасть в воду, Монтана со всей силы вдавила рукоять своей сабли-катапульты в бок химе и резко выпрямила ноги. Белоснежная кожа покрылась алыми трещинами, но металл сдался раньше. Со звоном разбитого стекла рукоять разлетелась на куски, отправляя клинок в полёт в океанские глубины, но поставленную задачу он выполнил.       Сила броска оказалось достаточной, чтобы противница ненадолго подлетела в воздух. Секунда — и в другое плечо американки с противным звуком впивается пасть одного из хвостов Альминар, что пыталась таким образом удержать равновесие. Неподалёку громыхнул дружный залп крупнокалиберных орудий.       Рипалс и Ринаун целились в покрытый наростами хвост, лишённый пушек. Следом по нему открыли огонь крейсера и эсминцы.       — Энти! — крикнула Комсомолец, даже не удосужившись включить связь.       Её услышали. Самолёты в воздухе начали боевой разворот. С лёгким шипением из пусковых установок механического хвоста Коми выпрыгнули зенитные ракеты, оставляя за собой огненный шлейф. Застрекотала над головой артиллерийская спарка.       Затем пришёл тяжёлый гул и в химе влетел первый «Гранит». И ещё один, и ещё. В глубинную летел весь арсенал, имевшийся на вооружении флотилии.       Разнокалиберные снаряды, торпеды, глубинные и авиационные бомбы… Плотность огня была такой, что противник буквально скрылся за сверкающим алым пузырём.       В какой-то момент, не выдержав канонады, он лопнул. Рипалс метко положила залп, перебив хвост химе, освободив Монтану от захвата. Не успел кровавый фарш из хитина и плоти разлететься в стороны, последняя ракета из залпа Киров влетела в рану на боку глубинной, оставленную рукоятью сабли американки.       — Получилось? — робко поинтересовалась Вустер, не переставая палить по скрывшейся в облаке взрывов цели.       Комсомолец сразу не ответила. Почувствовав металлический привкус на губах, она вытерла лицо и с удивлением уставилась на кровавый след на своей ладони.       — Коми! — тряхнула её за плечо Вустер.       Голос канмусу-крейсера звучал словно сквозь вату.       — Не знаю, — сделала глубокий вдох Коми и вытерла руку о юбку. — Слишком много помех на радаре и гидрофоне.       — Ну, с этим помочь пока не можем, — хмыкнула Роанок, подойдя к Монтане. — Кроля, ты как?       Та молча стояла, как статуя, чуть откинувшись назад и наклонив голову вниз. Лицо было полностью закрыто мокрыми золотыми прядями, измазанных кровью.       — Монтана, — издав лёгкий смешок, произнесла девушка, сбросив оцепенение, — ещё может сражаться…       Здоровой рукой она зачесала волосы назад и от увиденного Роанок чуть не выстрелила по союзнику. Обычно равнодушное лицо блондинки сейчас исказилось в кровожадном оскале.       Следом материализовались два прямоугольных орудия, похожих на футуристические рельсотроны с парой миниатюрных башенок пятидюймовых орудий противоминного калибра в казённой части.       — Э, нет, — сурово произнесла хором подоспевшая четвёрка эсминцев, доставая ремкомплекты. — Тебе уже всё.       Монтана не сопротивлялась и позволила себя отбуксировать в сторону, не сводя глаз с места, куда продолжало лететь всё, что могло взрываться.       — Цель стоит на месте, либо уже ушла на глубину! — поймав на себе вопросительный взгляд Энтерпрайз, сообщила Коми.       В той мешанине звуков, которой сейчас гудел океан, разобрать что-то было невозможно. Радар же показывал сплошное неподвижное пятно.       — Прекратить огонь! — с видимым нежеланием скомандовала флагман.       Когда дым от взрывов рассеялся, Вустер разочарованно вздохнула:       — Да вы издеваетесь? Она, мать вашу, простой крейсер, а не супергавань!       Химе выглядела неважно. Вместо хвостов за спиной торчали два обрубка, орошающих волны густой чёрной кровью. Всё тело покрывали ссадины и кровоточащие порезы, но, в целом, глубинная не выглядела находящейся на грани смерти. За исключением глубокой раны в правом боку, которую она прикрывала ладонью, сквозь пальцы которой струился странный голубой дымок.       Однако стоило ей поднять взгляд, по спине Дев Флота пробежал холодок. Алые глаза с широкими чёрными зрачками смотрели на них с такой ненавистью, что даже повидавшая многое Энтерпрайз невольно сделала шаг назад.       — Дно… — с видимым усилием, прошептала Альминар, сжимая рану на боку.       В небесах сверкнула молния, на мгновение осветив поле боя ярким голубым светом. От последовавшего удара грома заложило уши. Поднялся ветер, вздымая вверх чёрные волны.       — Все на дно! — взревела глубинная, словно свеча вспыхнув ярко-красным огнём.       И океан подчинился.       — Какого!.. — выругалась Вустер, начав постепенно уходить под воду.