Твои мысли не считать

      — Чифую! — резко вскакивает с кровати Такемичи, тяжело дыша.       Оглянувшись, мальчишка понимает, что он вновь оказался в прошлом. Недавние события никак не укладываются в голове. Златовласый юноша громко стонет, прикрывая свои голубые глаза из которых тут же пошли слезы. После встречи с Мацуно на кладбище, ровно через пять часов, его тело было найдено в одном из заброшенных домов. Ханагаки не мог поверить своим глазам, когда увидел мертвого молодого человека. Пусть они и были знакомы не так долго, но его смерть все равно отразилась на бедном путешественники во времени. Только тогда Такемичи понимает, что Чифую что-то сделал наперекор Свастонам, раз говорил о том, что он нежилец. Теперь был белее понятен тот момент, почему он рассказал важную информацию, считайте, постороннему человеку. Казутора, которого парень увидел лишь из далеко и даже не успел что-либо сказать или узнать, так как тот скрылся в неизвестном направлении, был мрачнее тучи. Той же ночью Ханемия Казутора покончил жизнь самоубийством.       Наото же получил на электронную почту важные документы и видео с доказательствами о причастности «Токийской свастики» к некоторым событиям. Еще удалось узнать одну интересную деталь. Кисаки Тетта, о котором говорил Чифую, являлся второй главой банды, хоть по бумажкам нигде этого не указывалось, что, по сути, было довольно странно.       Если посудить логически, Манджиро не видели больше трех лет, если верить словам Мацуно, а человек просто так бесследно исчезнуть не может, какие-то следы да должно были остаться. Если же этот некий Кисаки просто использовал Майки в своих махинациях и действовал от его имени? Это было более вероятно. Также, благодаря полученной информации, Ханагаки теперь мог сложить кое-какие пазлы воедино, однако, этот пазл, все еще, был неполным.       А это значит, Такемичи просто надо не дать умереть семье Сано, чтобы подобного пиздеца не произошло. Не умрет семья Манджиро — «Токийская свастика» не станет преступной организацией.       Все довольно просто, не так ли?       — Чифую!       Парень со слезами на глазах набросился на бедного Мацуно, который, судя по всему, не ожидал подобного от своего одноклассника. Златовласый юноша сжимал в своих объятиях такого миленького и невинного друга. Живого.       — А, Таке… — мальчишка удивленно поднимает брови вверх.       Перед глазами внезапно пронеслась картина мертвого Чифую. Как тот лежал на холодном полу с открытыми, когда-то яркими голубыми глазками, которые стали совсем тусклыми и безжизненными, глазами. Все тело было в огромных ссадинах и ранах. Но больше всего пугала дыра во лбу.       Такемичи громко всплихнул, потираясь своим носом о плечо заместителя первого отряда.       — Чифую! Чифую! Чифую!       — Э, что с тобой? — парниша не на шутку испугался, а когда его сжали, чуть ли, не со всей силы, тот громко охнул, — Эй, ты слышишь?       — Я, конечно, блядь, извиняюсь, но, что ты делаешь с нашим Чифую?! — раздался грозный рык со стороны.       Баджи угрожающее уставился на едва знакового парня, сжимая свои кулаки и сцепляя зубы. Если бы этот ублюдок не жался к его возлюбленному, уже бы валялся на асфальте со сломанной конечностю. Он бы так и поступил в ту же секунду, как какой-то нахал налетел на Чифую, однако, Кейске переживал за то, что может ненароком задеть своего любимого, поэтому сдерживался, как мог. Ханемия выглядел не менее устрашающее, бросая явно недобрые взгляды на «парочку». И если гнев капитана первого отряда был виден невооруженным глазом, то с Казуторой все куда сложнее. Тот стоит с нечитаемым выражением лица и сканирует своими золотистыми глазами незнакомца. Ханагаки впервые думает о том, что его убьют явно раньше положенного, да еще и в прошлом.       — Будь добр, пусти нашего парня, иначе я за себя не ручаюсь, — слишком спокойно говорит со-капитан первого отряда, однако, путешественник во времени в этих словах ощущает явный намек на угрозу.       Становится не по себе.       — А я говорил, что он и к тебе лезть начнет, Чифую, — Майки громко фыркает, наблюдая за представлением со стороны.       — Манд… — Такемичи отстраняется от одноклассника и неверующее смотрит на главу «Токийской свастики», — Манджиро!       Сано явно не ожидал, что следующей целью «извращенца» станет именно он. Светловолосого мальчишку сначала заключают в крепкие объятия, а после вовсе берут на руки и начинают кружить. Кейске резко прижимает к себе Чифую и осматривает того, Мацуно закатывает глаза и недовольно цокает языком, предварительно щелкнув кареглазого по любопытному носу. Казутора подходит ближе к своим возлюбленным и кладет свой подбородок на плечо черноволосого молодого человека, обнимая за талию и внимательно наблюдая за действиями Ханагаки.       — Да что тебе надо?! — восклицает в ужасе мальчишка, — Фу, брысь от меня! Фу! Кыш! — Майки нагло чмокают в нос, — Кто-нибудь, ебните его чем-то, он явно не в себе!       — Манджиро, Манджиро, живой! — радовался, как совсем маленький ребенок, которому подарили на день рождение желанную игрушку, парень, — Манджиро!       — Нет, блядь, мертвый! — рявкает грозно Манджиро, пытаясь выбраться из железной хватки «похитителя первых поцелуев», — Изана, меня опять домогаются!       Такемичи останавливается, чем нагло пользуется светловолосый юноша, предварительно ударив кулаком в нос наглеца, освобождаясь от некого полона. Курокава прикрывает рот рукой, а Майки готов прибить своего старшего брата за то, о чем он подумал минуту назад. Так еще и специально об этом подумал, ведь знал, что младший прочтет его мысль.       Паразит.       — Что же поделать, когда у тебя личный сталкер, — усмехается Изана, поглядывая так хитро своими фиалковыми глазками на родственника.        «Ты погляди, как рад тебя видеть. Я уж думал, что прямо тут тебя засосет, а дальше…»       Сано посылает на беловолосого паренька убийственный взгляд.        «Ой, как страшно! Боюсь, боюсь!»       Кажется, Майки впервые жалеет о том, что рассказал этому паршивцу о своем даре.       — Такемичи?       Какучё, стоящий за спиной своего лучшего друга, удивленно косится на шипящего давнего знакомого, который морщась, потирал свой нос. Голубые глаза неверующее уставились на Хитто. Троица, в лице Чифую, Кейске и Казуторы, с любопытством наблюдает за назревающей драмой. Им бы еще что-то поесть да попить, да было бы кино в настоящих условиях. Правда, Баджи предпочитает оставаться зрителем, а не становится актером этого «фильма».       — Кто на что делает ставки? — тихо прошептал Кейске своим парням.       — Они явно не были любовниками, — задумчиво тянет Мацуно, — Хотя… Ставлю на то, что они учились в одной школе.       — Ставлю на то, что Какучё избил этого… Как там его звать? — Ханемия задумчиво хмурится.       — Да хрен его знает, — фыркает кареглазый юноша, — Ставлю на то, что они не поделили горшок, так и познакомились.       Раздалось два тяжелых вздоха.       — Кокосик, — радостно заулыбался златовласый паренек, — С младшей школы не виделись.       Чифую победно улыбается, хитро поглядывая на своих возлюбленных.       — Вы знакомы? — глава «Поднебесье» наклоняет голову в бок, — Неожиданно.       Хитто слегка краснеет, обращая свое внимание на Курокаву. Такемичи подмечает, что тот резко потерял к нему интерес и сейчас, чуть ли не сиял, разговаривая с Изаной. Манджиро закатывает свои оксидовые глаза, слыша очередной влюбленный монолог лучшего друга брата. Хотя, Сано даже интересно послушать очередную «историю». Неплохо так отвлекает.       — А, мы были друзья детства до того момента, пока я не переехал, — улыбается Какучё, протягивая беловолосому юнцу пакеты.        «И не встретил тебя. Это был такой ужасный день, но ты ворвался в мою жизнь и помог подняться. Ах, Изана, ты такой потрясающий. Король, который спустился с небес, чтобы помочь своему верному слуге. Тот день…»       Майки серьезно подумывает о том, чтобы начать записывать мысли Кокосика куда-то в тетрадку. Авось, и книга получится, а после и продать можно будет, если читателям зайдёт. А такое, по любому, зайдет.       — Вот как, что же, — кивает головой король «Поднебесье», забирая пакеты и поворачиваясь к младшему, — Манджиро, идем, нам еще к Шиничиро забежать надо, — после чего он обращается к влюбленной троице, — Спасибо, что проследили за моим братом. Какучё, — заместитель главы «Поднебесье» серьезно глядит в фиалковые глаза, — Проследи, чтобы наши там не устроили бардак пока меня не будет.        «И чтобы Ран не начал петь баллады, пока Риндо чистит картошку. Ох, а если Мадараме еще подключиться со своей оперой, а Мочизуки с балалайкой…»       Сано громко прыскает в кулак.        «Это, блядь, не смешно, Манджиро!»       — Интересно, Вакаса-сан все еще там? — решает переменить тему мальчишка, подбегая к брату и слегка улыбаясь, Какучё слегка вздыхает, — Вакаса-сан ведь больше всех сидит рядом с Шиничиро, не считая нас.        «Вообще-то, Такеоми и Бенкей частенько к Шиничиро заходят, если ты не заметил»       — Вы в больницу? — спрашивает Такемичи, догоняя братьев с другом детства и идя рядом с ними.       — Какая тебе разница? — хмурится глава «Токийской свастики», недовольно поглядывая на паршивца, — Чего ты вообще за нами тащишься?       — Я тоже!       — Еще чего, пошел нахер, — рявкает светловолосый парниша, — Чужих с собой не берем.       Хитто смущенно кашляет, идя с другой стороны от своего короля.        «А меня уже родным считают? Или он просто так сказал? Хотя, я ведь только доведу Изану до больницы и уйду. Ах, хотелось бы мне с ним побыть подольше…»       — Нет, я с вами!       Манджиро громко шипит, замахиваясь на паршивца, однако тот ловко укорачивается и так миленько улыбается. Сано готов сесть в тюрьму за убийство человека, лишь бы не видеть и не слышать это существо.       — Слушай, Какучё, а он всегда таким был? — заинтересовано спрашивает Изана, пока его брат «развлекался» со своим «парнем».       Хитто громко вздыхает.       Все же, Ханагаки увязался за младшими братьями Шиничиро. Заместитель «Поднебесья», как и думалось, провел своего друга до больницы и откланялся, ссылаясь на то, что ему надо проследить за «детьми».        «Манджиро, ты меня слышишь?»       Майки удивленно приподнимает бровь вверх, смотря на старшего братца, который задумчиво глядел на дверь. Такемичи же трется рядом с главой «Токийской свастики» и думал явно о чем-то своем. Правда, время от времени, голубоглазый юнец имел наглость трогать своими грязными руками чистые и прекрасные ладошки Манджиро! Вот ведь нахал, согласитесь?        «Тебе не кажется странным, что лекарства не действуют? Прошло два дня, а Шиничиро так и не пришел в себя. У меня такое чувство, что ему колют что-то не то»       Сано задумчиво мычит, чем привлекает внимание путешественника во времени. Ханагаки смотрит на подростка заинтересовано, ожидая, что тот явно что-то да скажет, однако, этого не происходит. Трое человек заходят в палату к Шиничиро, замечая рядом с кроватью сидящего на стульчике Вакасу.       — Вакаса-сан, — улыбается Изана, кладя аккуратно пакеты на небольшую тумбочку, — Как тут наш потерпевший?       — Да все также, — вздыхает Имауши, — Никак не хочет открывать свои глаза. Я уже думал какую-то девушку подговорить, что она пришла сюда и сказала, что согласна с ним пойти на свидание.        «Хах, ну да. Услышь Шиничиро подобное, он бы не то, что с бессознательного состояния вышел, он бы ради этого и ожил, если бы был мертв»       Светловолосый мальчишка слегка улыбается кончиком уст, рассматривая, то ли парня, то ли друга, Шиничиро. Об отношениях этих двоих довольно сложно судить, так как Вакаса особо не показывает свои эмоции и понять его намерения, даже, когда у тебя есть необычный дар в виде телепатии, довольно сложно, в то же время, когда старший Сано бегает за каждой юбкой.       Ханагаки подходит к различным бутылочкам и рассматривает каждую из них, пытаясь понять, возможно ли то, что какое-то лекарство, не совсем лекарство, а, допустим, яд? Он совсем не замечает, как локтем задевает один из бутыльков, стоящий на краю.       Раздается характерный звук.       — Ты что творишь?! — в ужасе восклицает Манджиро подбегая к юноше и отпихивая его в сторону, — Блядь! Это лекарство ведь нам только медсестры выдают, а в аптеках их нет!       — Как-то странно, что медсестры выдают лекарство, которого нет в аптеках, — бормочет сам себе под нос Такемичи, — Слушай, Ман…       — Это разве не барбитура? — подходит к подросткам Вакаса опускаясь к разбитому бутыльку и задумчиво касаясь странной жидкости, — И, как будто, что-то еще смешанное.       — Но в списке не было ничего подобного, — бормочет Курокава оказываясь рядом с другими людьми, — А что на бутыльке написано?       — Он без названия, — хмурится Сано, — Черт, я как-то об этом и не задумывался.       — Дедушке медсестра сказала, что это лекарство должно помочь быстрее прийти Шиничиро в себя, — беловолосой парниша прикусывает свою губу, — Он конечно интересовался, что же это за лекарство, но она лишь отмахнулась от этого и все. А наш дед такой человек, что привык врачам и медсестрам доверять.       — Разве подобное лекарство приписывает не врач? — хмурится путешественник во времени, — Это ведь странно, что медсестра сказала принимать не пойми, что, особенно, когда такого нет даже в аптеках.       Присутствующие в помещение задумываются.        «Манджиро, что ты думаешь насчет этого? Возможно, твой любовник в чем-то и прав, однако…»       Майки хотел бы сейчас кинуть несколько бутылок в лицо брата за то, что какого-то проходимца он называет его, Манджиро, любовником.       — У меня есть предположения, что кто-то специально хочет, чтобы Шиничиро-сан умер, — выдает свое предположение Ханагаки.       — У Шиничиро нет врагов, не смотря на то, что он бывший глава «Черных драконов», — закатывает свои фиалковые глаза глава «Поднебесье».       — Но они есть у вас двоих, — возражает Такемичи.       — То-есть, ты считаешь, что состояние Шиничиро связано с нашими бандами? — оксидовые глаза уставились в голубые.       — Ваши банды довольно знамениты и не могут не привлекать внимание, явно кому-то будет выгодно прибрать их к своим рукам, — кивает головой златовласый юнец, — А так как Шиничиро-сан важен как и Манджиро, так и Изане, то все кажется логичным.       — А если ты и есть т…       — Если бы я захотел прибрать к себе твою банду, — слегка улыбается молодой человек, — То ты бы у меня сидел сейчас связанный и с бантиком на голове. Грех что-то делать такой милашке.       — Что?!        «А он у тебя, видимо, извращенец»       — Возможно в его словах есть смысл, — хмурится Имауши до этого себе спокойно слушающий речь подростков, — «Токийская свастика» ведь находится сейчас в конфликте с «Мёбиусом», а эти ублюдки не жалеют никого. Им плевать, женщина или ребенок будет избит или вообще убит.       — Если так вспомнить, Па-чин говорил, что они пытались напасть на Мори Юми, но им ничего не удалось, так как она была с ним и Пэяном, — нахмурился светловолосый юнец тяжело вздыхая, — Блядь, а что, если все с самого начало было спланировано так, чтобы убить Шиничиро?       — Нобутака должен понимать, если это все его рук дело, то войны не миновать, — Курокава подходит к кровати старшего брата и аккуратно садится на ее край, — Тем более, численность «Токийской свастики» и «Поднебесье» намного превосходит «Мёбиус».       — Я попрошу Такеоми разузнать о деятельности «Мебиуса», — кивает головой Вакаса, — Тем более, подкупить врача или медсестру не составит особо труда, раз уже на то пошло.       — Эй, Ханагаки, если твои предположения окажутся правдой и после этого с Шиничиро будет все в порядке, — Изана слегка улыбается, — Я лично свяжу Манджиро и подарю тебе.       — Изана! — возмущённо восклицает мальчишка забавно надувая щеки, — Как ты можешь родного брата отдать извращенцу!        «Ой, да ладно тебе. Может с ним у тебя что-то да получится. Видишь, как за тобой хвостиком бегает. Думаешь это просто так, а?»       — А Эмма не с вами? — вдруг вспоминает о единственной девушки в семье Сано Такемичи.       — За Эммой приглядывает Кен-чик, — вздыхает Манджиро.        «Или же его опять пытает наша дорогая сестричка»       С этим Майки даже спорить не будет.