Семья Цзян в лице меня и моего молодого отца

      На паре преподаватель первым делом пошутил по поводу популярности танцора, что означало только одно - теперь даже преподаватели в курсе.       Цзян Чэн с тихим стоном разлёгся на парте, накрывая голову руками и бубня в сторону Фэнмяня, сидевшего рядом:       — Зачем я тебя вообще послушал и начал петь…       Всех фанаток и ненужных людей группа выперла из аудитории, под строгий взгляд препода.       К концу шестой пары Фэнмянь изрядно размялся в беге, потому что теперь страх потеряли и к нему и не стесняясь начинали даже приближаться и лапать где можно, а иногда даже где нельзя. А вот это уже было действительно страшно и грозило групповым изнасилованием. К такому Цзян Чэн его не готовил. Но судя по взгляду Чэн и сам выпал в осадок, побледнел словно труп, когда девицы начали, потянулись к паху его отца в обтягивающих джинсах, а тот не успел отскочить из-за преграды сзади.       После пар собралась особенно большая группа и они сумели сбежать только с помощью Вэй Ина, который резко втянул их вбок, в тупик за кофейным автоматом. Причём испугались они не на шутку, прижались в объятья друг друга и зажмурились, что бы слиться с автоматом. Фэнмянь уже был готов закрыть сына собой и спрятать его, тупо вжав в себя. Ну Вэй Ин, конечно это расценил по своему глядя на них с кислой миной. Фэнмянь выдохнул, и впервые раз в жизни проматерился при сыне, все еще тараща глаза в одну точку:       — Нет, это пиздец какой-то Цзян Чэн, они нас чуть натурально не изнасиловали всей группой. Так дело не пойдёт и надо охранников нанимать.       Он пытался успокоиться сам и успокоить сына, у которого аж коленки тряслись. Он гладил его по спине.       — Не смотри так, меня, в самом деле, успели три девицы схватить за член и сжать. Спасибо за помощь, — сказал Фэнмянь, глядя на Вэй Ина, у которого глаза округлились, а Цзян Чэна передернуло, и отец сильнее сжал его за плечи на мгновение, чуть ли не начиная его по-отцовски баюкать в руках. Ладно, он взрослый, но вот 18 летнему парню это могло бы стать психической травмой на всю жизнь. Он был очень рад, что впереди стоял он, а не А-Чэн.       Через 10 минут Цзян Чэн перестал дрожать. Фэнмянь вздохнул и чуть нахмурился: — Надо было мне не смеяться над этим, а сразу амбалов позвать. Я и не думал, что все настолько плохо и девицы так обнаглеют.       Он достал из джинс телефон последней модели правой рукой, нашёл в контактах водителя и попросил взять с собой двух охранников с главного офиса, чтобы приехать в универ и забрать их.       Брови Вэй Ина взметнулись вверх, он начал догадываться, что такой красивый перед ним стоит не парень мужика его мечты, а его отец, исходя из поведения.       Ведь этот мужчина даже не перешел ни разу границу дозволенного. А эти фразы, произнесённые только что, дали ему понять, что это большая шишка в банке.       К тому же Фэнмянь не очень удачно потёр глаз от нервов и линза чуть съехала открывая часть радужки фиолетового глаза.       Он усмехнулся, буквально читая его мысль, приложил палец к губам и попросил влажные салфетки. Которые потратил на то, что бы смыть смывкой макияж и тщательно протерев руки вытащить надоевшие линзы.       Вот тогда Вэй Ин окончательно убедился, открыв рот, а Фэнмянь не удержался от подмигивания.       — Если бы не ваши глаза, и поведение я бы никогда не понял, вы не особо были похожи с макияжем и слишком молоды,— тихо обронил Вэй Ин.       Цзян Чэн дернулся и чуть отстранился и повернулся к Вэй Ину. Он был растрёпанный, а глаза красные, будто бы ревел только что: —Что? Даже не думай никому подобное рассказать!— хрипло и дружащим каким-то голосом он выдал.— нет уже никаких «мистеров универа», хватит с меня,— он уткнулся в грудь отца опять, чтобы скрыть стыд.       — Нет же, если ты проиграешь, тебя перестанут так преследовать, поняв, что есть кто-то получше, — сказал Фэнмянь.       — А вот тут я с вами не согласен, чтобы вы не делали, такие бешеные не отстанут, адекватные да, перестанут обращать внимание. Но в той толпе таких точно не было. У вас все в семье такие красивые? Фэнмянь кивнул с тяжелым вздохом.       — Были, — добавил он тихо.       Он нашёл фотографию Юй Цзыюань в телефоне, которая держала на руках счастливую девочку с желтыми глазами, которая так же счастливо улыбалась и показал Вэй Ину, который подошёл ради этого по ближе и взял телефон что бы посмотреть. Отец так же приложил палец к губам и написал на телефоне сообщение: «Мать и старшая сестра Цзян Чена»       Вэй Ин издал тихое «О…» от шока, кивнул и встал на прежнее место, что бы закрывать даже малейший обзор на этих двух.       А ещё Фенмянь взял номер у Вэй Ина и отправил ему фотографии родителей Усяня с их же свадьбы и кооперативов, и наблюдал как сильно вытягивается в удивлении лицо мальчишки, казалось он был готов заплакать и сказал лишь тихое: «спасибо».       Охранники пришли за ними, они поблагодарили Вэй Ина. И отправились в любимую чайную, что бы выпить успокаивающего чаю с мятой и ромашкой. И послушать приятную музыку, которая там играла. Кажется, нужно было ещё подорожник приложить к их психике.

———————————————

      На следующий день Цзян Ваньинь приходит в университет с двумя охранниками. И все его поклонницы обходят амбалов за метр, тяжело вздыхая. Охранники сопровождают Ваньиня только в коридоре, предусмотрительно оставаясь снаружи аудиторий и других комнат. А Ваньинь теперь старается садиться на вторую парту по ближе к преподавателям, которым нет дела до привязанности юных девушек, им важно, что бы лекции проходили в тишине и спокойствии.       На перерыве Вэнь Цин с Вэнь Нином идут на встречу Цзян Чэну и девушка махает ему рукой. Охранники преграждают ей путь, но после короткого: «пустите ее», Ваньинь махает в ответ.       — Что, звезда, пошёл на крайние меры? — Вэнь Цин придирчиво оглядывает охранников с головы до ног.       Чэн на это лишь мотает головой:       — Отец вчера настоял на таком решении, получилось так, что даже его чуть не изнасиловали эти девицы.       — Его? Да у кого же мозгов то хватило! Увидь я выходящего мужчину из дорогого авто, встречающего своего сына, в жизни бы не подумала начать клеиться ещё и к нему! Видимо, твой отец сильно похож на тебя…       Цзян Чэн неловко пожал плечами, не рассказывая всей правды: —Загугли, узнаешь.

———————————

      На следующем перерыве его нагнал Не Хуайсан: — Ну, наконец-то я могу к тебе нормально приблизиться, Цзян-сюн! Пойдём вместе сходим в столовку!       Хуайсан заговорщически наклонился к его уху и хитро прищурился: — Скажи честно, Цзян-сюн, это ведь был твой отец? Тогда, на вечеринке.       Цзян Чэн ощутимо вздрогнул и остановился. Затем удивленно посмотрел на друга:       — Но как ты…?       — Это было довольно просто. Я уже видел и слышал твоего отца в жизни, когда даге пытался привить мне любовь к этому скучному бизнесу, — махнул рукой Хуайсан, а затем тяжело вздохнул, — я бы, конечно, предпочёл быть дизайнером-архитектором, а не эти бесконечные таблицы чисел в экселе…       —Вот как… значит, ты догадался…. Ты говорил уже это кому-нибудь?       — Обижаешь! Конечно, я не сказал это никому! Однако я видел вчерашний ужас, как трое девиц облапали твоего отца.       Они оба вздрогнули от воспоминаний.       — Так что я даже не удивился, увидев возле тебя сегодня охрану.       — Поня-я-ятно.       — Так ты будешь участвовать в конкурсах? С такой защитой тебе все нипочем будет.       — Ну, в конкурсе талантов я точно буду учавствовать, а вот во втором… Отец говорил лучше там проиграть, что бы от меня хоть немного отстали, но я все еще сомневаюсь.       — Я слышал, что уже подали анкеты Цзинь Цзысюань, Лань Сичень с братом и Вей Усянь, остальных я не знаю.       — О-о-о-о какой там тандем набирается, кажется, ты только что убедил меня отказаться. Сам-то ты, я смотрю, тоже не подавал анкету.       — Знаешь, Цзян-сюн, я не слишком люблю такое внимание и предпочитаю отмахиваться от него двумя руками. Обычно я говорю, что я ничего не знаю, оставьте меня в покое.       Цзян Чэн на это лишь рассмеялся:        —Знаешь, Незнайка, тебе бы в друзья Вэнь Нина.       — А кто сказал, что я не вожу с ним дружбы? Раз ты тоже с ним знаком, предлагаю позвать его с собой на обед тоже.       — Ладно, зови, может быть, он в кой-то веки отцепиться от сестры, которая вообще должна обитать в других корпусах.