The Scarred Vampire

      — … по результатам сегодняшней поисковой операции известно следующее: Рауль Медина самостоятельно вышел на связь — он в порядке, но с ним будет проведена профилактическая работа в связи с нарушением положения восемнадцать поведенческого кодекса; Виктор Барнс был найден с тяжёлыми физическими увечьями в районе Юниверсити Сити, однако он жив и находится в критическом состоянии в больнице; Дункан Кэмпбелл был найден обезглавленным в парке Виссахикон, его тело отправлено на экспертизу для уточнения времени и обстоятельств смерти.       Зик смотрел на Сару, вещавшей перед толпой вампиров и людей, и чувствовал подкатывающую к глотке тошноту. Дышать нечем, а пальцы уже не щёлкали после бесконечных разминок. Коротко оглядел зал. Все сидели друг у друга на головах: ищейки, другие члены «Дома теней», — Зик знал некоторых из них лично, — кто-то ещё и… Форман. Он смотрел на Сару и перешёптывался с кем-то из «Тринадцатых». Зик резко отвернулся, вжал голову в плечи, скрестил руки на груди и опустил взгляд в пол. Его тошнило: чужие голоса превращались в разнородный шум, давивший на мозги, любая попытка сконцентрироваться отдавалась болезненными ударами в затылке.       «Господи, сейчас бы отвлечься… Ни о чём подумать не могу. Сейчас бы в потолок уставиться, хотя бы шея не так болеть будет… Блядский Форман, лишь бы только меня не заметил. Я ничего не сделал, а всё равно огрёб. Ну вот какого хера, спрашивается? Этот мудак всё объяснил, как сам знает, но ведь нихрена он не знает, что я вообще не при делах… Господь, сейчас бы аспирин и поспать, а не тут торчать».       Зик прикрыл глаза и тут же открыл их. Стоило только условно расслабиться, как мозг подсовывал свежие воспоминания и одну-единственную картинку — отрубленную голову Кэмпбелла, и приступ тошноты только усиливался, приходилось делать усилие, сжимать зубы и сглатывать. Мысли всё равно возвращались к проклятой голове и к изуродованному телу в соседней яме.       «Надо отвлечься, надо отвлечься, надо отвлечься…».       — Благодаря содействию мистера Лэйна, будут официально открыты дела по расследованию обстоятельств убийства мистера Кэмпбелла и нападения на мистера Барнса, — голос Марроу привлёк внимание Зика, и он поднял голову. Самочувствие лучше не стало, просто мозг перестал зацикливаться на мыслях о трупе. — Однако официальное полицейское расследование — это немного о другом. Все мы обязаны докопаться до правды и найти преступников и отплатить им соразмерно тому, что они сделали с мистером Барнсом и мистером Кэмпбеллом. Именно поэтому я попрошу всех вас набраться терпения, подумать и выдвинуть свои предположения о случившемся. В первую очередь, хотелось бы выслушать поисковые группы, нашедшие Барнса и Кэмпебелла. Прошу высказываться.       И Зик только сейчас заметил, что всё это время на стене неровно висела белая ткань, заменявшая экран для проектора. Ткань колыхалась от малейшего сквозняка.       Вдруг на ткани появились две пустые таблицы. В одной колонке «Дункан Кэмпбелл», в другой — «Виктор Барнс». Под именами было написано «Версия первая: нападение мертвяков. Причина — желание заполучить подконтрольного мага (вампира) в свои ряды насильственным способом». Воспоминание об отрезанной голове, о подрубленных запястьях и лодыжках снова ударили, в этот раз намного больнее. Это не боль ударила, это резкое осознание.       — А почему сразу мертвя…       Тихий голос Зика утонул в общем шуме чужих голосов, обсуждений, возгласов и агрессивного шипения.       — Призываю к тишине, — голос мистера Марроу эхом отскочил от стен. — Я понимаю всеобщее негодование, но мы должны рассмотреть все версии достаточно объективно. И, если мы говорим об объективности, то нам стоит признать, что все мертвяки и урождённые вампиры, которые не состоят в рядах «Дома» или «Тринадцатых», относятся к нашему образу жизни отрицательно. Это если не сгущать краски…       В это время на куске ткани появилась карта Филадельфии, на ней быстро нарисовались три точки с подписями: район Манаюнк, кладбище Маунт Мория, район Хантинг Парк. Зик вспомнил, что Рэйден когда-то говорил ему про Хантинг Парк, что это второе место по концентрации мертвяков — район неблагополучный, легко найти еду. Остальное даже вспоминать не пришлось.       — … Мы не сможем и не будем проверять лично всех урождённых вампиров, которые не являются нашими союзниками или которые не заявили прямо о своей нейтральной позиции, миссис Хиллари. Мы должны проводить расследование, но не должны устраивать вокруг него шум. Большинство настаивает на версии о причастности мертвяков и, должен признать, я сам склоняюсь к этому. Мы все знаем в той или иной степени, насколько мертвяки склонны к магическому мышлению, ввиду их происхождения. Мы не могли бы предъявить им претензию за это, если бы они не устраивали раскопки могил и целых захоронений в попытках увеличить свою численность. И если бы они не пытались нападать на самых ценных из нас, которым обстоятельства дали нечто большее, чем желание сожрать ближнего своего. И если бы не пытались разыскать магов для обращения в себе подобных — увы, нужный способ обращения человека в сознательного вампира, а не упыря, они нашли. Вопрос теперь будет состоять только в том, как кто-то из мертвяков узнал, что Дункан — маг, учитывая его скрытный образ жизни…       Зик зажмурился. В этом помещении, переполненном людьми, ему резко запахло плесенью, разложением и сыростью. Новый приступ тошноты.       Хотелось вскочить на ноги и вырваться отсюда, убежать домой и постараться всё забыть. Может быть, даже схватить Монику посреди ночи и без долгих объяснений уехать с ней в другой город, а может и вовсе в другой штат, прихватив с собой только самое необходимое. К чёрту всё. К чёрту вампирские сообщества и всю эту мышиную возню. Зик никогда не хотел быть вампиром, он никогда не хотел жрать людей, — а он и не жрёт и не будет жрать, — не хотел никогда участвовать в подобных разборках. Он всегда хотел какой-то обычной, понятной и благополучной жизни. А не вот этого вот. Но обратно человеком ему не стать, он уже смирился. Но со всем, происходящим прямо сейчас в этой комнате; со всем произошедшим сегодня или уже вчера ночью, Зик не готов был сосуществовать. Не желал.       Зик поднял голову, чтобы высказаться, собирал разрозненные мысли в единый бугристый ком, осматривался — и наткнулся взглядом на Формана. На Формана, который смотрел в его сторону, так и не сняв проклятые солнцезащитные очки. А рядом с ним девушка, укутанная в чёрную одежду, тоже в солнцезащитных очках и в чёрной медицинской маске, полоски бледной кожи едва заметны. Неужели эта та самая, которую…       Голос Формана сильнее и громче, чем голос Зика, — это очевидно с самого начала, но Зик этого не учёл.       — Прошу прощения, что прерываю вас, мистер Марроу, но как один из официальных представителей «Тринадцатых», я хотел бы обратить внимание всех на Зика Мэя. Ровно пять дней назад, девятого марта, он был вместе с группой мертвяков на Маунт Мории, где он чуть не убил одного из мертвяков, а те в отместку напали на члена нашей семьи. Откуда мы знаем? — Форман выдержал короткую паузу и, не получив нападки от Мэя, продолжил. — Мы нашли тех сукиных детей и от них же узнали, что Мэй был с ними на кладбище. Что он представился другим именем…       — Как они назвали моё настоящее имя, если они меня впервые видели? — на Зика смотрели только Форман и Марроу и, возможно, две женщины из «Тринадцатых». Но не другие вампиры, они смотрели на Формана. И тут у Зика в голове щёлкнуло. — Постойте, давайте позвоним На…       Его игнорировали.       — Скажите мне, что нужно живчику от мертвяков? Да ещё и на кладбище, где они разрыли очередную могилу?       — Я могу всё объяснить, я…       Толпа загудела, синхронно обернувшись к Зику. Ему показалось, что на него вот-вот накинутся и раздерут на куски этими самыми вампирскими клыками, начав с многострадальной шеи.       — Интересный… инфоповод в наших масштабах, мистер Форман, — Марроу посмотрел на мужчину в глухих солнцезащитных очках, потом перевёл взгляд на Зика. На губах широкая бескровная улыбка. — Вы могли бы рассказать об этом, когда мы остались бы одни. Но раз это происшествие стало достоянием общественности, то стоит и мистеру Мэю высказаться. Не так ли?       Форман промолчал, опустился на своё место. Вместо него заговорила высокая рыжеволосая женщина с расслабленно-сердитым лицом, сидевшая рядом с ним:       — Мы внимательно слушаем. Узнаем всё от реального действующего лица.       Та, закутанная во всё чёрное и скрывавшая лицо, молчала.       Зик безмолвно чертыхнулся. Хотелось плюнуть на всё, на всех, повернуться спиной и уйти. Его уже избили до кровавых соплей и рвоты, а они хотят «узнать от реального действующего лица» сейчас. Сейчас.       Но он не двинулся. Остался стоять.       — Я слышал, что общение с мертвяками не поощряется. Я знаю. Но я не ходил к ним на эту чертовщину, тем более я не раскапывал чью-то могилу. Я даже не знал, сколько там вообще мертвяков было и чем они хотели заниматься. Я просто связался с Наной и спросил, есть ли у неё те, кто умеет читать память, залезать в прошлое и что-то в этом роде…       Последние слова Зика утонули в разрозненном гуле присутствующих, стоило только упомянуть Нану.       — Призываю к тишине. Почему вы обратились не к нам? — поинтересовался Марроу. Тон без эмоций, без нажима. Зик не знал, был ли это просто вопрос или скрытая нападка на него.       — Я не знал, есть ли здесь такие… специалисты.       Присутствующие снова тихо, тяжеловесно загудели.       — Тишина. Что же… наше упущение при работе с новыми кадрами. Продолжайте.       — Нана меня и позвала, сказала, что с ней есть такой. И мне тогда даже не интересно было, что они там делают. И Филадельфия не настолько огромная, чтобы не столкнуться с кем-то нос к носу.       — Ага, конечно, что ещё вампиры могут делать на кладбище, — вякнул Форман. — Филадельфия такая маленькая, что ты легко столкнёшься с пятью мертвяками сразу. Какое совпадение.       — Мистер Форман.       Тот заткнулся. Зик проигнорировал обвинение. В Манаюнке-то наткнуться на толпу мертвяков в каком-то баре легче лёгкого, но Форман как будто бы этого не понимал.       — Я встретился тогда только с Наной и тем мертвяком. Мы ушли в склеп, чтобы нам не мешали. Ничего не вышло, потому что тот мертвяк на меня напал и… — взгляд Мэя зафиксировался на широкой, острозубой усмешке Формана. Хотелось дать кулаком в рожу. Сломать глухие тёмные очки. — И я его избил. Быстро. Просто самооборона, не больше. И сбежал. Я вернулся к себе и больше ни с кем не пересекался. У меня даже свидетели есть.       Зик резко умолк. Он хотел восстановить справедливость, оправдать себя, но последняя фраза — лишняя. Не хотелось втягивать Монику, которая явно специально отгородилась ото всех. Не хотелось снова втягивать в свои проблемы Рэйдена. Рэйдена… резко вспомнилась его фраза, когда они пришли в «Дом теней»: у «Тринадцатых» сегодня тоже движуха. Охота на ведьм и все дела, неэффективная с точки зрения достижения цели. Однако командный дух укрепляет.       Охота на ведьм.       На него в том числе?..       — Раз уж есть свидетели того, что вы не участвовали в насилии над нашей коллегой из «Тринадцатых», то я рад буду выслушать их, так как возьму ситуацию под личный контроль. Прямо сейчас. Сара, передаю тебе право опроса групп. Мистер Миллер, выскажитесь насчёт того, как вы обнаружили труп мистера Кэмпбелла.       С этими словами Марроу вышел из-за кафедры и кивнул головой в сторону выхода. Зик, поколебавшись долю секунды, всё-таки пошёл за Марроу, стараясь не оборачиваться — не хотел видеть за спиной ни Формана, ни девушку в чёрном, ни рыжую женщину с расслабленно-сердитым лицом.       Они все вошли в бело-чёрный кабинет. Вампиры в солцезащитных очках имели абсолютное преимущество.       — В целом и общем, мистер Мэй, вы всё рассказали, теперь хотелось бы знать, кто ваши свидетели.       «Чёрт. Всё-таки спросил. Ну на что я надеялся? Хотя, это может меня и оправдать хоть немного. Не буду говорить о родителях или Закари, не нужно их впутывать».       — Мои свидетели это мистер Лэйн, моя девушка и, собственно, Нана. Если опрашивать кого-то из них, то лучше Нану или мистера Лэйна.       Зик стрельнул взглядом в Формана и уставился на стол, не поднимал головы. Здесь и сейчас он всячески пытался показать, что он с Рэйденом не на короткой ноге. Да, Рэйден привёл его сюда буквально за руку. Рэйден выхаживал его, тренировал и вообще проявлял заботу. Но здесь и сейчас Зик не хотел давать ни малейшего намёка на то, что они могут быть хоть как-то ближе друг к другу, чем вынужденные знакомые, которых свели обстоятельства. Ему-то неведомо, насколько близко общаются Рэйден и Форман. Ему неведомо, что творится в башке у этой сволочи Формана, который точно прожигал ему спину взглядом — Зик кожей чувствовал, как чужие зрачки уставились между лопаток.       — Не будем беспокоить мистера Лэйна… у него и без вашего инцидента хватает забот. Позвоните Нане и включите громкую связь, — мистер Марроу обернулся к девушке в чёрном, стоявшей в углу комнате, вдалеке ото всех. — И, если я правильно помню вас, мисс Райт… Я хотел бы послушать обстоятельства того, как мертвяки наткнулись на вас рядом с Маунт Морией в пять часов утра. Всё-таки «Тринадцатые» устанавливают молодняку комендантский час, если я правильно помню.       Зик быстро набрал номер Наны, выключил громкую связь и положил телефон на стол. Долгие гудки. Наконец-то последний раздражающий звук — и она ответила.       — Зикки? Снова за какой-то услугой, за которую ты опять не отплатишь?       Мэй ответил быстро, без запинки, фраза звучала практически единым длинным словом:       — Мистер Марроу попросил, чтобы ты рассказала о том, почему одну из «Тринадцатых» вы решили разорвать в клочки.       Секунда тишины. И тут же взрыв громкого смеха, смеха почти истерического. Зик живо представил, как Нана по ту сторону телефона загибалась от смеха, утыкаясь лицом в розовую стену своей спальни… он был уверен, что Нана была дома, ведь фонового шума не слышно.       — Ах, ну раз Марроу просит… — она хрипло отдышалась, поправила голос и продолжила, — Неожиданно, что ты под опекой «Дома». Я-то думала, что Лэйн швырнёт тебя в свободное плаванье. Кстати, добрый вечер, мистер Марроу. Надеюсь, что вы хорошо меня слышите. Что ж… тогда сразу скажу, что этот новообращённый неудачник не при делах. Он нам только настрой сбил: бедный Артур вылез из склепа с разбитым лицом и сломанным клыком, и нам пришлось все подношения скормить ему, чтобы успокоился. А вы и сами знаете, что нет подношений — чёрт кто из могилы полезет. Так что Зикки не виноват, что он такой тупой и плохой актёр, увы-увы. А ещё я ребятам сказала, что ты им соврал насчёт имени.       — Зачем?       — Чтобы знали, что с такой мелко-лживой сволочью им водиться не стоит.       — Попрошу далеко не уходить от темы, — вклинился Марроу.       — Ах, ладно. Только один вопрос: «Тринадцатые» нас слушают?       Зик коротко зажмурился, думая, отвечать или нет. От этой необходимости его освободил Марроу:       — Да, мисс Райт, мистер Форман и миссис Карнеги здесь.       Из телефона послышался смешок.       — Добрый вечер, миссис Карнеги! Я правильно понимаю, что ваша самоуверенная овца жива-здорова?       — Жива, — сухо ответила женщина с расслабленно-сердитым лицом.       — Чудесно! Ничего, кроме ножей, на ней не использовали, честно, так что пусть не строит из себя психотравмированную, ведь с дураками поступают и хуже, — Нана глухо хохотнула. — И с каких пор молодняк у вас обзавёлся светошумовыми гранатами, м?       Все обернулись к девушке в чёрном, даже Зик.       — В смысле светошумовыми гранатами? Почему тогда в новостях ничего не писали?.. — пробормотал Зик, даже не надеясь, что его услышат. — Они же не бывают в свободном обороте…       — А мы девчонку отпинали, за шкирку потащили и свалили. Сторожа на Маунт Мории вечно пьяные, наверняка даже ничего и не поняли. Вот на нас бы не нападала, то мы бы её и не тронули. А зачем вообще, если у нас и свои дела есть?       — То есть мистера Мэя с вами не было в тот момент и к произошедшему он не причастен. Что ж, тогда прошу простить за беспокойство. Я перезвоню вам позже и предварительно обозначу, что хотел бы организовать встречу…       — Мы не придём, — тихо влез Форман.       — Мы придём, — чуть громче сказала миссис Карнеги и перевела на Формана тяжёлый взгляд. Потом посмотрела на Зика и кивнула, добавив совсем тихо, — Приносим свои извинения за ту ситуацию.       — Не приносим, — вякнул Форман. — Меньше с мертвяками будет шастать.       Зик решил игнорировать вообще всё, кроме главы «Дома теней».       — Организовать встречу? Уверяю, всё будет в лучшем виде. На нейтральной территории? — послышался фоном голос Наны.       — На нейтральной территории. Спасибо. Держите меня в курсе, что вам скажут. До связи.       Зик вскользь посмотрел на девушку из «Тринадцатых» и сдержал улыбку, отметив, что наконец-то хоть кому-то, кроме него, достаётся от Формана. Пусть и в словесной форме, пусть и не так сильно, но всё-таки достаётся.       Мистер Марроу кашлянул, и Зик быстро обернулся к нему.       — Я очень ценю Нану, как человека очень ответственного и целеустремлённого с точки зрения добычи информации, — Мэй прикусил щеку до боли, до вкуса крови, лишь бы не ляпнуть что-нибудь лишнее. — Но мне потребуется ещё один человек, который мог бы подтвердить ваше алиби… показав какие-то более или менее вещественные доказательства. К примеру, переписку.       — Хорошо. Я… я могу привести Монику Альфаро, мы встречаемся, она подтвердит моё алиби. Она… она урождённая, если это играет хоть какую-то роль, — Зик неохотно открыл переписку с сестрой и перемотал на ту дату, где начинался диалог о приезде в Филадельфию в гости. Марроу быстро прочитал диалог и кивнул. — И, если вас это не убедит, то обратимся к мистеру Лэйну.       — Думаю, мнения мисс Альфаро мне может вполне хватить. А теперь уходите тихо и ни с кем не говорите. Не отвечайте на провокации. Ошибки иногда случаются. Приходите ночью, желательно после двух часов. И предварительно напишите Саре, пожалуйста.       Слова Марроу звучали даже немного ободряюще, однако по спине у парня всё равно побежали мурашки. Может, от страха, а может, просто от нервного напряжения и усталости. Может, именно из-за всего этого у Зика получилось совсем уж невнятно пробормотать «до свидания» перед тем, как уйти из бело-чёрного кабинета.       На воздухе, на одиноких плохо освещённых улицах дышалось легче, но между тем возникло желание встать посреди улицы и кричать. Скинуть напряжение. Но Мэй пошёл дальше. Лучше вместо еле слышного крика, — максимум выйдет пятьдесят децибел, — принять душ и в прямом смысле смыть всю грязь прошедшего дня, завалиться спать, обнять Монику и прижать к себе… Моника.       «И как я всё ей объясню? Что труп обезглавленный нашёл? Что с мертвяками сцепился? Что из-за этого по ошибке меня отпиздил Форман так, что дышать нормально я начал только сегодня?.. Блин, а реально, может объяснить всё, как было? Не врать же?.. Нет-нет-нет, врать нельзя. Моника будет наверняка расстроена, но хотя бы честно скажу. Не придётся краснеть потом, что где-то там соврал и забыл, запутался… Чёрт, вообще не хотелось бы ничего объяснять, но точно придётся. Ладно, Моника меня поймёт — в конце концов она и сама… умеет косячить. Как она сама говорила. Но ведь не так же, как я, да?», — Зик остановился, открыл диалог с Моникой. В последний раз в сети была в двадцать три пятьдесят три. На электронных часах без десяти три ночи. — «Наверное, уснула. Не буду будить, прокрадусь».       С этими мыслями он доплёлся до автобусной остановки и, уткнувшись лбом в фонарный столб, понадеялся, что к нему, перепачканному в земле и смертельно уставшему, никто не подойдёт. Иначе рявкнет. Нет, укусит… точно укусит… боковыми зубами, чтобы клыки не травмировать.