Чёрный слизеринец

      Непрерывная память — это не только дар, но и тяжёлая ноша. Я понимаю, почему другие, в отличие от меня, сходят с ума. Я была создана, чтобы помнить всё это.       Нам говорили, что с каждой новой жизнью забывается то, что мы пережили в прошлой. Но, вероятно, это не мой случай. Стоило мне больше углубиться в те бесконечные сны, которые преследовали меня с момента обучения у Беллатрисы, я поняла, что судьба сыграла со мной злую шутку. Все то, что я видела во снах, были чьи-то воспоминания, а учитывая рассказ Себастьяна о том, что я реинкарнация одного из сильнейших опаснейших магов… Я не думала, что сущность Морганы будет сильнее моей собственной. Моргана умела доводить начатое до конца. Она знала цену любым словам и действиям. Она могла рассчитать всё до мелочей. Но, кроме всего прочего, к моему удивлению, она умела любить и сострадать, наслаждаться каждым мгновением и не жалеть о том, что упущено. Это противоречит тому, что я слышала о ней, даже в Истории магии куча несоответствий. Она видела смысл не в поиске чего-то, что больше нас, не в высоких идеалах, а в самой жизни — как она есть. Может, лишь поэтому я и не стала такой, как Беллатриса.       Перелистывая страницу за страницей, я пыталась склеить осколки паззла воедино.       В моменты отчаяния, когда я думала, что не достойна существовать, и что я ничем не лучше тех, с кем сражаюсь, я резала себя. Никто, даже палачи не знали об этом. Это был способ справиться с той болью, которая накопилась внутри. Я без колебаний шла на смерть. Надеялась кануть в небытие, чтобы всё это закончилось, но жизнь не давала мне этого сделать. Даже в случае с Оливией я не умерла, словно Моргана, ещё пока я не знала об этом, пыталась направить меня на верный путь.       Даже когда я искренне хотела умереть, я часто спрашивала себя: а чего хочу? Кем я сама хочу быть? Должна ли я быть палачом? Должна ли я быть членом Ордена, главой которого является тот, кто хотел меня продать? Могу ли я исправить свои прошлые ошибки как-нибудь по-другому? Могу ли хотя бы попробовать это сделать? В тот момент я не думала, чего бы хотела Моргана или что планировали её сторонники. Они возможно были хорошими людьми, но быть кем-то из них я не обязана. Именно в этот момент я перестала на них оглядываться. Я отпустила их.       — Мисс, вам чем-то помочь?       Из глубоких раздумий меня вывел приветливый голос официантки, которая подошла к моему столику, чтобы принять заказ. Я вышла из мыслей и максимально приветливо ей улыбнулась.       — Латте с двумя ложками сахара, тост с джемом и чизкейк, — сказала я.       — Хорошо, ожидайте! — быстро записав всё в блокнот, девушка удалилась, а я тяжело вздохнула и взглянула уже в свой блокнот, где набросала приблизительный план действий.       Я побывала в нескольких местах перед отъездом: Камертене (нынешняя территория Франции), на предполагаемом месте Камелота (хотя там ничего так и не нашла). Заключительной точкой была Великобритания, а именно магическая её часть: Шотландия, Ирландия и Новая Англия. Там мне предстоит посетить Вестминстерский дворец, Тауэрский мост, Лондонский глаз, Мост Миллениум, Трафальгарскую площадь и Сент-Панкрас. План, конечно, грандиозный, но в своё время здесь побывал Волан-де-Морт ещё в юности, а до него: Мерлин, Моргана и Артур. План, конечно, грандиозный и обширный, но я должна как можно больше узнать о той, чьей реинкарнацией являюсь, и вдобавок разузнать о деактивации обряда воскрешения, ведь мы так и не узнали, что будет, если все-таки Пожирателям удастся сделать то, что они задумали.       Когда мне принесли мой заказ, я поблагодарила официантку и решила перекусить. На самом деле, идея о «побеге», как выразился бы Рон, пришла ко мне сразу же, как я проснулась. Я знала, что нужна Пожирателям, и что они ни перед чем не остановятся, чтобы заполучить то, что хотят. Под удар попали бы все, а лишние жертвы никому не принесут пользы. Единственный выход был — увести врагов подальше. Поняв, что меня в Ордене нет, Пожиратели бы отступили и пошли бы по моим следам, хотя это были лишь мои догадки. Я уже полторы недели нахожусь в бегах, скажем так, ведь несмотря на свое быстрое и неожиданное решение, попадать в руки Пожирателей желанием не горю.       «До некоторого времени, а именно до принятия христианства, имя Морганы чаще всего имело положительный оттенок, а вот после распространения новой веры превратилось в определение коварной ведьмы…» — прочитала я. Интересно, связано ли это с её необычными способностями?       «В преданиях о короле Артуре, Моргана представлена как родная сестра короля, носящая фамилию Педрагон, то есть прямая наследница Камелота. Некоторое время она даже является его соратницей и подругой».       Даже забавно карты ложатся. Кровь ведь играет немаловажную роль, особенно в королевской семье, значит, являясь принцессой и наследницей, Моргана обладает незаурядными способностями, включающие в себя даже тёмную магию.       «В каждом из нас есть как светлая, так и тёмная сторона. Важно лишь то, какую ты выберешь сторону», — вспомнила я слова Северуса. Ладно, сантименты в сторону. Надо читать дальше.       «Когда Моргане и Артуру было по восемь лет, они познакомились с Мерлином, и все трое стали лучшими друзьями. Через три года, им пришло оповещение о том, что им выпала честь стать одними из первых учеников школы чародейства и волшебства Хогвартс…»       Стоп! Получается, что Артур и Моргана, в отличие от чистокровного Мерлина, чьи родители были чистокровными, являлись магглорожденными? Догадка настолько удивила меня, что я не сразу услышала очередной звон колокольчика, оповещающего о прибытии нового посетителя. Не обратив на это внимание, я вернулась к чтению.       «Уже будучи на шестом курсе школы, отношения между тремя некогда близкими товарищами ухудшились. Чувствуя личную обиду на Артура, Моргана становится его противником. Надо сказать, что врагом она была действительно сильным. Она очаровывает Мерлина, который рассказывает ей о слабых сторонах своего друга. После этого Моргана приступает к воплощению коварного плана. Она не один раз пытается погубить Артура, пока он был за пределами Камелота, ведь в своём замке они оба были под защитой. Сначала ведьма отправляет будущему королю отравленный плащ, потом заменяет волшебный меч подделкой. В некоторых версиях предания говорится, что Моргана похитила чудесные ножны меча Эскалибура, из-за чего во время боя у Артура не заживали раны…»

POV Автор

      Мельком, буквально на несколько мгновений, Гермиона ощутила что-то вроде дежавю. Зашедшие пару минут назад гости, произвели не самое приятное впечатление, особенно учитывая их движения, отмеченные девушкой машинально. Она выхватила палочку одновременно с ними. Сила испущенных Пожирателями смерти заклятий вдребезги разбила стенную плитку, в тот же миг Гермиона крикнула:       - Остолбеней! — струя красного света ударила громадного Пожирателя в лицо, и он, потеряв сознание, повалился набок. Его спутник, вовремя среагировав, выкрикнул другое заклинание, и из кончика его палочки вылетели поблескивающие черные веревки, однако Гермиона пригнулась, оказавшись под столом, так что с головы до ног был опутан один из посетителей. Пятеро посетителей завизжали, девчонки вскочили и ринулись к двери кафе, а Гермиона из-под стола метнула еще одно Оглушающее заклятие в связавшего маггла Пожирателя смерти со странно скрученным лицом, но неожиданно для самой себя промахнулась — заклятие, отразившись от витрины кафе, ударило в официантку, которая помогала людям выходить из кафе, и та рухнула на пол у самой двери.       — Экспульсо! — взревел Пожиратель, и стол, под которым сидела Гермиона, бросило взрывом на стену, а сама девушка почувствовала, как из её руки вылетает палочка.       — Петрификус тоталус! — услышала Гермиона чей-то голос. Пожиратель смерти рухнул, будто статуя, лицом вперед, с треском сокрушив лбом кофейные чашки, а заодно и поверхность стола. Гермиона, кое-как найдя свою палочку, встала на ноги, хотя её била мелкая дрожь, и вытряхнула из волос осколки стеклянной пепельницы. Оглядевшись по сторонам, слизеринка не могла понять, кто был её спасителем. Единственный оставшийся человек в кафе — это бармен, в ужасе стоявший у двери входа на кухню. Он крепко сжимал в руке свою палочку, даже не осознавая, что спас кому-то жизнь.       Стоило им друг с другом встретиться взглядами, как Гермиона направила палочку уже на него. Бедный парень поднял руки в характерном жесте. Из неоткуда появляется такой помощник, да ещё и так удобно, учитывая побег и разгром Министерства. Конечно, Гермиона находится далеко от Парижа, в одном из отдалённых городишек, и было удивительно встретить здесь ещё одного мага.       — Кто ты? — спросила спокойно Гермиона.       — Я Джеймс, — тут же ответил парень. Это был крепко сложенный молодой человек с бронзовой кожей, холодными карими глазами, торчащими ушами и тонкими бровями. Гермиона отметила, что у них даже примерный возраст, около 19-20 лет. У него вьющиеся черные волосы, синяк на шее, короткие жёсткие бакенбарды, множество татуировок на запястьях, — я не знал, что здесь будут волшебники.       — Я тоже… — сказала Гермиона, опуская палочку. — Ты быстро среагировал, молодец.       — Сочту за комплимент, — усмехнулся парень. Гермиона осмотрела всё кафе и увидела потерявшую сознание официантку. Не долго думая, девушка быстрым шагом направилась к ней и осмотрела на наличие травм.       «Жить будет», — подумала Гермиона. Джеймс в это время подошёл к двум нападавшим и забрал их палочки. Осматривая бессознательных магов, волшебник отметил, что ни одно из заклинаний не принесло им вреда, а значит, Гермиона не имела цели навредить, лишь вывести из строя.       Хватило пары секунд, чтобы Гермиону осенило. Она словно на мгновение окунулась в свои воспоминания и усмехнулась, понимая, кто перед ней.       — Самое необычное, что сегодня могло со мной произойти — это встреча с тобой, — неожиданно сказала Гермиона, и Джеймс замер, так и держа в руках чужие палочки. Гермиона повернулась к нему и направила свою, тот в свою очередь сделал то же самое, только уже тремя палочками. Гермиона внимательно осмотрела оружие: английский дуб, 12 дюймов, наверняка перо феникса.       — Давно не виделись, — сказал парень, — как Оливия поживает?       — У тебя ещё хватает смелости говорить о ней, — скривилась Гермиона.       — Естественно, я же хочу знать, что с моей обожаемой сестрой.       Перед Гермионой стоял Джеймс Блант — родной брат-близнец Оливии Блант, одного из палачей. Его появление было неожиданным, особенно учитывая то, что именно в том месте, где решила провести время Гермиона. В его глазах сияли и радость, и негодование, словно он сам не ожидал с ней встретиться. Джеймс был одним из претендентов на пост палача, но старшая на семь минут Оливия обогнала его и здесь тоже. Джеймс вернулся в Ильверморни, затаив обиду на сестру, но он никогда не поддерживал идеалы Волан-де-Морта — хоть в этом есть какой-то плюс. Их с Гермионой мало что связывало, разве что некогда тёплые братские чувства.       — Братские чувства… — усмехнулся Джеймс, на что Гермиона закатила глаза.       — Я совсем забыла, что ты легиллимент, — вздохнула девушка, — зачем ты вернулся сюда? Сестру искал? Чтобы отомстить?       — Ну что ты, я не такой мстительный, как ты думаешь, — сказал Джеймс и в подтверждение своим словам опустил все три поднятые палочки, — я знаю кто ты и когда узнал, что ты больше не с Орденом, решил тебя найти.       — Мерлинова борода! — воскликнула Гермиона. — Кто ещё не знает о том, что я реинкарнация… — Джеймс в мгновение ока оказался перед девушкой и закрыл ей рот рукой. Кивнув в знак понимания, Гермиона убрала его руку.       — Я видел, что ты читала информацию о Моргане, — сказал парень.       — Ну и?       — Я знаю одно место, где ты найдешь то, что тебе нужно.       — И, что же это?       — Библиотека семьи Гонтов.       — И как же мне поможет эта библиотека?       — Ты же в курсе, что Гонты — предки семьи Марксов? Да ещё и по одной из дальних веток пересекаются с линией ЛеФей?       Тут до Гермионы дошло. В этой библиотеке может быть разгадка к обряду, который хотят провести Пожиратели. Главное попасть туда.       — Ты для меня открыл Америку, — сказала Гермиона, — и, что ты хочешь за это?       — Скажешь мне, где Орден.       — Связаться с Оливией другими методами не можешь? Ты же анимаг, не мог найти решение?       — В отличие от тебя, я только пёс, а не птица, — огрызнулся Джеймс, — я не могу просто так её найти. После того, как Оливия стала палачом и прошла испытание, наша связь была разрушена.       — Связь близнецов нельзя разрушить, — сказала Гермиона, — только заблокировать.       — Больно умная — ничего не изменилось, — рявкнул Джеймс, — ну, так что?       — Ладно, я скажу, где скрывается Орден. А ты проведёшь меня в библиотеку. Если выкинешь что-то…       — Я в курсе, что при тебе окультум, причём не один, — перебил её Джеймс, — я похож на самоубийцу? — Гермиона отошла на пару шагов и изучающе осмотрела парня с ног до головы, щелкнула пальцами и улыбнулась.       — Учитывая то, что сразу не сказал, кто ты…       — Всё-всё, я понял! — отмахнулся Джеймс и повернулся к Пожирателям. Приведя их в некоторое подобие сознания, парень посмотрел на Гермиону. — Они приходили за тобой. Думаю, что стоит подправить им память. Это самое лучшее, так мы собьем их со следа. Убив их, мы дадим ясно понять, что ты была здесь.       — Вперёд, — сказала Гермиона.       — Я ни разу не использовал заклинание Забвения! — Гермиона скривилась. Затем глубоко вздохнула, успокаивая сознание, потом направила палочку на лоб Пожирателя и произнесла:       — Обливэйт! — глаза мужчины тут же разъехались в стороны, одёрнувшись сонной дымкой. То же самое было проделано и со вторым.       Приведя кафе в изначальное состояние, парочка затащили Пожирателей смерти в столовую и усадили лицом друг к другу. Решив использовать трансгрессию, Джеймс и Гермиона взялись за руки, раскрутились на месте и исчезли в снова стиснувшей их тьме. Несколько секунд спустя легкие девушки благодарно расширились, она открыла глаза: Джеймс привёл её на маленькую площадь, где стояло какое-то достаточно убогое здание.       — Это и есть библиотека? — удивилась Гермиона.       — Да.       — А, почему она такая…       — Убогая?       — Да.       — Потому что нельзя привлекать внимание, считай, что это те же чары, что и с Дырявым котлом в Лондоне.       Зайдя внутрь, Гермиона поняла, о чем шла речь. Это была почти идентичная библиотека маггловской в Оксфорде готического и романского стиля, даже внутри образующих отдельный библиотечный городок. В него входят библиотека братьев Гримм, Старый факультетский четырёхугольный двор с Великими Воротами и Башней, и здание Валенсия. Нижний этаж библиотеки был разделен на школы, на дверях каждой из которых на латыни написан ее предмет изучения.       Джеймс повёл Гермиону в отдел, где изучались древние руны, письмена и др. Оглядываясь по сторонам, словно школьница, девушка не могла не восхищаться архитектурой, многообразием, словно она не уезжала из родной Великобритании, словно этих почти трёх лет и не было.       — Прежде чем ты найдешь то, что тебе нужно, ты должна найти подход к библиотекарю, — сказал Джеймс.       — В смысле? — удивилась Гермиона. Когда они подошли к дверям, ведущим в читальный зал и главный блок, парень развернул бывшую слизеринку к себе и внимательно посмотрел в глаза.       — Эта не та библиотека, к которой ты привыкла, Гермиона, здесь хранятся такие фолианты, о которых многие даже не догадывались. Венский Генезис, Синопский кодекс и даже Книга АмунРа. Тот, кого ты встретишь должен понять, что ты действительно достойна быть среди этих книг, действительно достойна узнать тебе тайны, за которыми пришла. Ты сможешь убедить её?       Гермиона застыла на месте. В чем её цель? Убить Волан-де-Морта? Расстроить планы Пожирателей? Просто спасти друзей? Или просто защитить саму себя, как истинная слизеринка. Девушке ничего не оставалось как кивнуть и следом за Джеймсом зайти в приёмную. Стойка регистрации новых читателей была в десяти метрах, но с каждым шагом Гермиона всё больше и больше ощущала на себе чей-то пристальный взгляд. Библиотекарь даже не подняла на неё взор, так что следить могли разве что стены. Такое чувство возникало лишь в доме Малфоев и Хогвартсе. Решив, что страх будет слабостью, девушка уняла дрожь, и когда они уже подошли к нужному месту, Гермиона была полностью спокойна.       Увидев парочку, библиотекарь внимательно посмотрела на них. Джеймса узнала, а вот глядя на Гермиону как-то подозрительно посмотрела то в правый глаз, то в левый, затем окинула взглядом весь стан и остановилась на волшебной палочке, крепко сжатой в руке. Усмешка озарила лицо женщины, которое не было покрыто даже толикой морщин. Молодое красивое тело так и жаждало чего-то большего, словно она считала, что Гермиона будет её сейчас умолять впустить в таинственные залы, будто будет даже сражаться, лишь бы отстоять это право.       — Тебе ведь объяснили правила, дорогуша? — настойчивым, но размеренным тоном, спросила библиотекарь.       — Да.       — Тогда, что же ты скажешь мне, чтобы я тебя пропустила?       Гермиона, ещё, когда они подходили к стойке, сразу размышляла о том, что скажет, какие слова подобрать, что именно сказать, чтобы убедить в своём достоинстве. Однако, когда библиотекарь открыла рот, все идеи улетучились из головы. Она всё поняла. Гермиона поняла, кто перед ней.       Облокотившись на стойку, подперев подбородок, слизеринка вызвала негодование на лице Джеймса и удивление вкупе с заинтересованностью у библиотекаря. Никто из них даже не подозревал, на что способна Гермиона, чтобы получить то, что ей нужно.       — Меня зовут Гермиона Джин Грейнджер, — сказала девушка, — и мне очень нужно воспользоваться вашей библиотекой.       Удивительное спокойствие, но напор в голосе заинтересовал библиотекаря ещё больше, а вот Джеймс был готов рвать на себе волосы, ведь такое поведение может кого-угодно разозлить. А когда ты очень стар, так вообще на всё про всё резко реагируешь. Удивительно, как библиотекарь вообще ещё держится.       — Как-то слишком слабо, тебе так не кажется? — улыбнулась женщина.       — Казаться будет на смертном одре, а сейчас мне нужно воспользоваться библиотекой.       — Ты не на того напала, милочка…       — Да неужели? — с улыбкой на лице спросила Гермиона, внимательно разглядывая ту, что стояла по другую сторону стойки регистрации. — Твоё лицо ей очень даже знакомо.       — Кому «ей»? — удивилась женщина.       — Не важно, — отмахнулась Гермиона, однако заинтересованность ещё больше нахлынула на библиотекаря, она была явно озадачена словами Гермионы. И именно этого слизеринка добивалась. — Это будет не тактичный вопрос, но сколько вам лет?       — Я родилась на год позже короля Артура, — ответила женщина.       — Значит, около девятисот с копейками? — уточнила Гермиона и получила одобрительный кивок в ответ. — Выходит, вы учились в Хогвартсе, вместе с ними. На год младше.       — Ты что творишь?! — зашипел Джеймс, но Гермиона лишь отмахнулась.       — Я знаю, кто вы, и я знаю, что вам известно о Моргане ЛеФей. Если мы обе не хотим её разозлить, лучше откройте проход прямо сейчас.       — Ты решила пройти благодаря угрозам? — усмехнулась библиотекарь.       — Думаю, что вы всё уже прекрасно поняли, просто в данный момент не хотите, чтобы постоянный посетитель узнал ваш секрет.       — Какой секрет? — удивился парень.       — Дария, я слишком низко пала, в самую пропасть. Я видела Ад. Я знаю, что это такое. Я непременно утащу вас за собой во тьму, если вздумаете сразиться со мной, — рявкнула Гермиона ей прямо в лицо.       Другой бы на её месте уже бы давно расплавился от стыда, или даже стал бы умолять не слушать, так как говорил на эмоциях, однако слизеринцы ничего никогда не делают просто так. Они всегда продумывают свой шаг и редко принимают решения, руководствуясь эмоциями — это главное их отличие от огненных гриффиндорцев.       Библиотекарь щелкнула пальцами, и проход в главный блок был открыт. Гермиона спокойно поблагодарила и пошла к двери.       — Погоди, — голос библиотекаря остановил её, — кто ты такая?       — Конкретнее ставьте вопрос, — повернувшись, усмехнулась Гермиона.       — Кем ты себя считаешь?       — Я Гермиона Джин Грейнджер, бывшая студентка школы чародейства и волшебства Хогвартс факультета Слизерин. Бывшая шпионка и информатор Ордена Феникса. Ученица Беллатрисы Лестрейндж. Палач «Чума» и один из лучших дуэлянтов свиты Волан-де-Морта.       — И всё? — уточнила библиотекарь. Гермиона подняла левую руку и показала ладонь.       — Я ликвидатор адского пламени, — добавила девушка.       Неизвестно, кто больше удивился — Джеймс или библиотекарь. Ответом на такое заявление стал пропуск в главный блок. Гермиона ничего не ответила, лишь спокойно пошла по намеченному пути.       Проходя между стеллажами, девушка задумчиво просматривала корешок каждой книги, чтобы заметить хоть что-то, что могло бы ей помочь. Однако в какой-то момент, неожиданно даже для неё самой, по вискам словно что-то ударило, в глазах резко потемнело. Понимая, что сейчас потеряет равновесие, Гермиона замахала руками, пытаясь найти опору, которой в конечном счёте оказалось твёрдое плечо Джеймса.       — Ты чего так неожиданно? — удивился парень, придерживая слизеринку под руки. Гермиона, пока чернота не ушла, пользовалась Джеймсом, а когда обзор, наконец, пришёл в норму, поняла, что в области декольте что-то жжёт кожу. Резким движением сорвав с себя цепочку, Гермиона увидела перстень, который даже покраснел от того, насколько раскалённым был. — Это то, о чем я думаю?       — Да, — кивнула девушка. За столько лет она впервые настолько ясно видела ограненный рубин, словно не снимала его. Впервые за эти годы Гермиона так спокойно надевает его на средний палец правой руки, и именно после этого жеста всё вокруг резко застывает. В груди что-то больно кольнуло, в проходе между стеллажей Гермиона увидела фигуру в плаще с капюшоном. Приблизившись к ней, девушка поняла, кто перед ней.       — Ты достаточно смелая, чтобы проходить этот путь в одиночку, — сказала Моргана, — и глупа, чтобы не воспользоваться помощью. Недолго думая, Гермиона приготовила палочку, чтобы в случае чего защищаться. Увидев этот жест, Моргана лишь улыбнулась. — Даже если я и захочу что-то тебе сделать, убить тебя не выйдет, — пожал плечами призрак.       — Почему я должна этому верить?       — Потому что я никогда не лгу, — ответила волшебница.       Моргана привела Гермиону в соседний блок, где хранились очень древние фолианты, среди которых Гермиона нашла немало книг о Мерлине и короле Артуре. Много информации о Ланселоте, также слизеринка увидела мемуары Гавейна, письма королеве от Герайнта, многие фолианты говорили о Персивале, Борсе Младшем, Ламораке, Кее, сэре Гарете, Бедивере, Гахерисе, Галахаде, и даже о самом малоизвестном — Тристане.       — Мерлин и вы не являлись членами круглого стола? — спросила Гермиона.       — Я по понятным причинам, а Мерлин был доверенным лицом Артура, так что в любом случае всегда был рядом.       — Что значит «по понятным причинам»?       — На момент создания круглого стола я уже не была в дружеских отношениях с Мерлином и Артуром.       — Все они были магами?       — До единого. Члены принадлежали высшему рыцарскому ордену. Этот орден существовал при дворе Артура. Такое название они получили из-за того, что обычно сидели за круглым столом. Арчи сидел рядом с ними, подчёркивая, что главенства за этим столом нет.       — Оригинально, — вздохнула Гермиона, — но как это поможет мне найти ответ на мои вопросы?       — Круглый стол всегда препятствовал мне в моих делах. Я неоднократно сталкивалась с ними в сражениях, двоих даже ранила. Артур был единственным, кого я не могла победить на дуэли, да мне кажется, он не особо то хотел меня побеждать. Если бы хотел, я бы уже сидела в крепости.       — Не понимаю…       — Обряд, о котором Себастьян рассказал тебе создан для того, чтобы в определённый момент вернуть любого мага к жизни, но при этом я сделала так, чтобы абы кто не мог вернуться. Тот, кто был убит Авадой или умер своей смертью вернуть невозможно.       — Так убивали в основном с помощью Убивающего, в чем тогда подвох? — удивилась Гермиона.       — Тебе что, подробно рассказать? — в ответ молчание. — Ладно, всё равно не отвяжешься. Обряд задумывался как крайняя мера, однако было несколько уловок. Ты же в курсе, что просто так обряд или проклятье создать невозможно?       — Да. Для этого требуются жертвы.       — Чтобы создать энергетическую яму, в которой можно было активировать нужный поток, я использовала самые редкие ингредиенты, какие только могла на тот момент найти. Медальон Бальтазара Блейка, кольцо Вероники, и кулон Хорвата, также был использован мой собственный перстень.       — Стойте, но, чтобы использовать эти вещи вы должны были…       — Да. Я убила учеников Мерлина, чтобы использовать их артефакты.       — Вы убийца, — рявкнула Гермиона, — ради своей выгоды вы убили тех, кого Мерлин любил и уважал!       — Не осуждай и тебя не осудят, — отмахнулась Моргана, — энергетическая яма поглотила дары, создав тем самым с их помощью обряд воскрешения. Но, чтобы действие реально сработало, требовалось ещё кое-что. Обязательным элементом была кровь создателя ямы.       — То есть ваша кровь?       — Именно. Я пожертвовала своей кровью, чтобы запустить процесс. Как только я это сделала, обратный отсчёт пошёл. Словно поняв, что я хочу сделать, меня нашёл Мерлин и попытался остановить. В ходе борьбы я не сдержала энергию ямы, рядом с которой мы сражались, и она поглотила силы Мерлина. То есть…       — Убила его.       — Да. Артур, прибывший на выручку, увидев это, в ярости едва не убил меня, но в последний момент остановился.       — Почему? — удивилась Гермиона. — Вы же убили его лучшего друга.       — Потому что Артур был в меня влюблен. Он не смог бы меня убить, даже если хотел. Однако и я сама не испытывала радости, даже когда поняла, что сотворила. В целом, смерть Мерлина не была на моей совести, ведь убила его энергия ямы. Но я создала её, поэтому груз вины лёг на мои плечи. Не передать словами те чувства, что я испытывала, когда увидела обезображенное тело Мерлина. Мы были друзьями, которые должны были закончить войны взмахом палочки, которые боролись плечом к плечу, но…       Гермиона никогда бы не подумала, что такая тёмная колдунья как Моргана может о чём-то сожалеть. Во многих источниках её описывали как злобную, кровожадную волшебницу, а оказывается, что всё это было лишь частью правды.       — И, что было потом?       — Я встала перед Артуром на колени и попросила убить меня.       — Убить?! — воскликнула Гермиона. — И он отважился на это?       — На тот момент я видела внутреннюю борьбу в его глазах. Он метался из стороны в сторону, понимая, что если сам не убьёт меня, это сделают рыцари круглого стола. Ведь за убийство мага в то время единственным наказанием была казнь. Все-таки одержав верх над разумом, Артур произнёс заветные слова и убил меня.       Перед глазами Гермионы словно пролетело дежавю. Стоящие на коленях родители, слезы матери, мольба в глазах отца, кровавые отпечатки на ладонях от зажатых пальцев. Никто никогда не задумывался, откуда появляются проклятья и метки. Сейчас Гермиона осознала страшную правду — Артур был источником.       — До этого ни один маг не убивал свою любовь? — спросила Гермиона.       — Никогда.       И вот подтверждение. Впервые за столько лет ношения метки Каина, Гермиона ощутила облегчение, если можно было это чувство таковым назвать. Каково было Артуру, когда он совершал это убийство? Что он чувствовал, убивая ту, которую любил всем сердцем?       — Прежде чем ты вернёшься с информацией, ты должна знать кое-какие тонкости обряда. Первое, он проводится не там, где вздумается, а именно возле непосредственного источника силы.       «Энергетическая яма», — догадалась Гермиона.       — Второе, тот, кто совершает обряд, должен оценивать риски. Ведь используя маховик времени, мы возвращаем душу из определенной временной ветки, неправильно расчитаешь, и всё. И, наконец, третье, прежде чем закончить обряд, нужно, чтобы прошло время. Значит, ты как таковая им пока что не нужна. Попав в сосуд, душа должна обжиться в теле.       — То есть, захватить разум?       — Пока моя кровь не попала в сосуд, душа полностью не возьмёт контроль. Но сразу нельзя обряд заканчивать, так как есть вероятность отторжения. Где-то в течение двух-трёх суток можно потерпеть. Однако, пока обряд не завершен, разум можно вернуть прежнему обладателю. Нужно постараться, проникнуть в разум и всё прочее. Но сделать это можно.       — Как отменить обряд? — задала Гермиона самый насущный вопрос, на что Моргана лишь усмехнулась.       — Обряд не просто так стал тёмным, как, например, Непростительные заклятья, — вздохнула женщина, — ты же сама прекрасно знаешь, что если проклятье уже наложено, отменить его действие невозможно.       Гермиона так сильно сжала кулаки от злости, что капли крови полетели на пол. Злость — сильная эмоция, которая охватывает настолько неожиданно, что даже сама волшебница не всегда может это контролирует. Осознание того, что отменить ничего не получится — самое страшное, что Гермиона могла узнать. И тут, переглянувшись с Морганой, Гермиона без промедлений начала переваривать информацию. Взгляда Морганы было достаточно, чтобы слизеринка всё поняла. Она только сейчас вспомнила, что Моргана была слизеринкой, и что именно они с Мерлином были первопроходцами всего первоначального колдовства, значит, закладывали свои законы, руководствуясь тем, чему их научил сам Салазар Слизерин.       — Твой взгляд говорит о многом, Гермиона, — с улыбкой на лице сказала Моргана, — значит, я в тебе не ошиблась.       Поняв, что нужно сделать, Гермиона должна была лишь принять это или отвергнуть. Осталось лишь решиться, а решимости у слизеринцев более чем достаточно.