Врата: Блицкриг в новом мире.

      Облако пыли преследовало движущиеся по тракту машины. Неделя выдалась засушливой и движению автомобилей больше не мешал раскисший грунт, так что колонна двигалась относительно быстро. С момента предыдущей разведки прошло три дня, и теперь Михаэль вновь вёл своих людей на задание по осмотру местности. На этот раз, цель операции была куда более простой — двигаясь вдоль дороги отметить все поселения, и места, подходящие для создания опорных пунктов, где другие подобные группы смогли бы пополнять припасы, не возвращаясь на сам Арнус, и как следствие, увеличив радиус своего действия. В этом плане, Вицлебен действовал аккуратно и неспешно, и пока в Берлине все торопились как можно быстрее подчинить новый мир, генерал лишь создавал фундамент для последующих операций. На брифинге, генерал Кортцфлейш назвал это подготовкой к рывку, который разом сокрушит неприятеля и позволит взять этот мир под немецкий контроль.       Некоторые офицеры считали подобное проявление осторожности излишним, поскольку враг явно доказал свою полную небоеспособность, в сравнении с силами вермахта, однако Михаэлю оно казалось вполне разумным. У местных уже обнаружились ездовые виверны, что были неуязвимы для стрелкового оружия, и требовали применения зенитной артиллерии, и никто не знал, какие ещё чудовища могут находиться в распоряжении противника. Из раздумий об этом, лейтенанта вывел лёгкий толчок локтем от Алисы, что начала тормозить: — Смотрите.       Михаэль поглядел на дорогу, и по началу не понял, в чём была причина остановки. Они и раньше встречали людей на своём пути, и просто проезжали мимо. Лишь пару секунд спустя, он осознал, что пара, идущая им на встречу, сильно отличалась от всех встреченных ими ранее людей: Седой рыцарь, в поблёскивающем на солнце доспехе, но почему то без шлема, сопровождал девочку примерно десяти лет отроду, одетую в красивое и дорогое, но совсем не подходящее для пешего марша, розовое платье. Заметив немцев они не остановились, но сбавили шаг и опасливо глядели на машины. То, почему такие люди идут пешком, да ещё и без сопровождения целого эскорта простых солдат и слуг, заинтересовало лейтенанта, и он вышел из машины им на встречу.       Приближаясь к странным путникам, Леманн поднял руки, демонстрируя мирные намерения. Кажется это действие их весьма удивило, но в конце концов, они всё же поняли его смысл и рыцарь кивнул и сделав ещё несколько шагов, остановился. К этому моменту, вся колонна уже остановилась, и пехотинцы занимали позиции вокруг машин. Броневик, согласно инструкциям, переместился с конца колонны в её начало. Вслед за лейтенантом вперёд вышла и Алиса, знающая местный язык куда лучше него, а потому страхующая его во время переговоров. Едва немцы оказались перед рыцарем, он сразу же заговорил: — Вам что-то нужно? — Просто стало интересно, почему так богато одетые люди идут пешком и совершенно одни. — И вы хотите предложить нам помощь, облегчив наши кошельки? — Кажется Леманна поняли совсем не так, как требовалось, и рука седого рыцаря уже легла на рукоятку меча. — Нет, мой товарищ просто не так выразился! — Вовремя вмешалась Алиса. — Он имел в виду, что вы выглядите слишком странно для обычных путников. Мы не бандиты, а солдаты, так что можете быть спокойны. — — Иногда, вы ведёте себя хуже разбойников. — Тяжело произнёс рыцарь, но заметив недовольство в глазах Михаэля, тут же поправился. — Не сочтите, что это обращено к вам, просто у нас уже были неприятные случаи. — — Ничего. Будем считать, что всё улажено. Так кто вы? — Не то, что бы Михаэля устроили эти "извинения", но зацикливаться на подобной грубости он не стал. — Моё имя Грей, а эта девочка, Графиня Фолмарская, Мюи де Рейвен. А вы? Воинов подобных вашим я ещё не видел. — Всё бывает впервые. Я Михаэль Леманн, командир этого отряда, а это Алиса Шнайдер, мы служим Германии.       Лейтенант не видел смысла, что-то скрывать. Как о их отряде, так и о немецкой базе на Арнусе, итак было известно всем вокруг. — Никогда не слышал о стране с названием Германия... — Вы и не могли, наша родина находится очень далеко отсюда. Так куда вы держите путь? — Мы идём за помощью империи... Нет, за помощью от кого угодно. — Помощью? Что у вас случилось? — Наш город был захвачен армией бандитов и дезертиров, после того, как объединённые армии имперских вассалов были разгромлены у Арнуса. — Значит кучка дезертиров смогла захватить целый город? — Глупо, знаю, но у нас не было опытных солдат, а эти бандиты бывшие воины регулярных армий. — Понятно... — Михаэль задумался. — Подождите немного, я должен поговорить со своим командиром. Быть может он захочет послать помощь вашему городу. —       Лейтенант вместе с Алисой вернулся в машину к рации, и Михаэль поделился с девушкой своими сомнениями. — Веришь ему? Звучит как бред сумасшедшего. — Он на такого не похож, да и девочка... — Может он один из тех, кто вернулся с Арнуса? Контузило, нашёл сироту и теперь ходит с ней, рассказывает байки... — А платье? По виду оно дорогое. Да и какой им смысл врать нам? — Не знаю, но... Просто вдумайся... Кучка дезертиров захватила целый город! Тоже самое, как если бы наше отделение взяло Рейхстаг штурмом!       Алиса бросила взгляд на, прижавшуюся к рыцарю, девочку, что боязливо глядела на гудящие машины и солдат, стоявших вокруг них. Михаэль последовал её примеру. Ефрейтор Кай улыбнувшись помахала малышке рукой, но ребёнок кажется расценил этот жест совсем не так, как хотела того Вайсс, и спряталась за спину своего седого защитника. Они действительно не были похожи на лжецов, но Леманн никак не мог взять в толк, каким образом могло случиться рассказанное. Радистка вновь повернулась к лейтенанту, протягивая ему наушники и глядя прямо в глаза. — Я уверена, они говорят правду... И даже если нет, то что будет, если на них наткнётся шайка бандитов? Думаешь этот старик сможет отбиться? — Я тебя понял, но это не зависит от моих желаний.       Михаэль тяжело вздохнул и наконец обратился к штабу. — Штаб, вторая сводная группа особого назначения докладывает: Мы обнаружили двух людей, рыцаря и маленькую девочку. Они говорят, что девочка дворянка и их городу нужна помощь. Нам кажется, что они говорят правду. Как нам действовать? Приём. — Рыцарь? Дворянка? Можете описать их подробнее? Приём. — Седой мужчина лет пятидесяти, в латах. Доспех на вид дорогой. Девочка лет десяти, может одиннадцати, в роскошном платье. Выглядят так, как себя выставляют, но оба пешие. Объясняют это тем, что сбежали из города тайным ходом и не смогли взять лошадей. Приём. — Принято. Доставьте их сюда немедленно. Если будут против примените силу, но аккуратно. Другие группы завершат ваше задание, как поняли? — Принято, штаб. Немедленно доставить их на базу, если откажутся осторожно применить силу. Конец связи.       Лейтенант отложил наушники и уже было направился к встреченным путникам, когда Алиса остановила его, положив руку на плечо. — Почему ты не сказал о том, какая именно помощь им нужна? — Просто подумал, что генерал Кортцфлейш не поверил бы мне, скажи я, что кучка бандитов и дезертиров захватила город, и теперь они ищут тех, кто его освободит. Думаю, мне бы просто сказали, что они чокнутые. — А я уж думала, что ты просто некомпетентен... — Алиса показательно выдохнула. — Вы ошибались, надеюсь также как и я в том, что вас не учили дисциплине. — Нарочно официально ответил он на подшучивание.       Михаэля не задевали вольности с её стороны, ведь как близкому другу, он позволял Алисе обращаться к себе на "ты" вне боя, и при отсутствии других офицеров, однако подобные шутки могли постепенно отразиться на дисциплине, притом не только радистки, но и всего подразделения. Девушка намёк тоже поняла, так что кивнула и продолжила уже более уставным тоном: — Что вы будете делать если они откажутся?       Михаэль не знал этого. Он ещё мог приказать ефрейтору Вайсс взять девочку в охапку и держать её так вплоть до прибытия на базу, но что тогда делать с рыцарем не имел ни малейшего представления. Пытаться резко наброситься и связать? Вероятно, в случае отказа он будет ожидать подобного, а значит, конец может быть весьма плохим. Угрожать винтовками? Финал предсказуем, всё просто дойдёт до стрельбы. — Попытаюсь убедить их ещё раз.       Он уже приблизился к Грею и его спутнице, когда вдруг, до ушей лейтенанта донёсся быстро приближающийся топот копыт, и из леса выкатилась целая ватага всадников. Их доспехи явно принадлежали местным армиям, но наличие воинов разных стран в одном отряде, ясно говорило о том кто это. Группа дезертиров на мгновение остановилась, осматривая немцев, а затем рванула на них, обнажая мечи и копья. — Их прислали за нами, сэр Михаэль. — Произнёс седой рыцарь, готовясь вынуть свой меч из ножен. — Полагаю, они не сочтут нужным вести с вами переговоры. — — Не утруждайтесь, мы сами справимся. — Он повернулся к броневику. — Цвальке! Разберитесь с ними! — — Так точно!       Sd.Kfz.222 выехал вперёд, перекрывая дорогу приближавшимся всадникам, а затем открыл огонь. Автоматическая пушка молчала, стрелял лишь спаренный с ней пулемёт, но эффект был более чем ужасающим: один за другим, конники падали с лошадей, скакуны многих были убиты вместе с хозяевами, а те, что остались живы, убегали в поле, таща за собой трупы и раненые тела, удерживаемые стременами. Одному из бандитов, что попав под обстрел тут же пришпорил своего коня, убили лошадь и он рухнул вместе с ней на землю. К его счастью, немногочисленные товарищи уже проехали мимо и он сумел избежать копыт их скакунов, но придавленный тушей погибшего животного, воин не имел ни малейшего шанса к бегству.       Пару секунд спустя всё было кончено. Дюжина человеческих и лошадиных трупов лежала на дороге, уцелевшие кони уносились вдаль по полям, а последний всадник кричал, не вставая с земли. Слышавшая выстрелы, малолетняя дворянка, дрожа всем телом, прижималась к Грею, мрачно наблюдавшему за случившейся резнёй. Лейтенант с несколькими солдатами вышел вперёд, осмотреть тела и добить раненого. К его большому удивлению, он кричал вовсе не от боли: ран и кровотечений не было, лишь сломанная нога могла бы послужить источником криков, но это была точно не она.       Единственный выживший бился в приступе животного ужаса. По носимому снаряжению, Михаэль с уверенностью мог сказать, что это был один из тех, кто штурмовал Арнус, когда вермахт вторгся в этот мир: его шлем сильно отличался от тех, что носили имперские легионеры, но среди трупов, осмотром которых Леманну "посчастливилось" заняться на следующее утро, они были на каждом третьем воине. Вероятно, подобное состояние пленника могло быть вызвано психическим расстройством после увиденного в Арнусской битве, создавшим такую реакцию при повторной встрече с немецким оружием, если конечно, догадка Михаэля была верна. В конце-концов, он мог быть просто очень впечатлительным бандитом. Так или иначе, приказ командования был чёток: в случае боестолкновений брать как можно больше пленных для получения любой полезной информации. — Свяжите его и бросьте в грузовик.       Сам Леманн сомневался, что этот человек мог дать командованию полезную информацию, но приказ был приказом, да и простое убийство тоже не принесло бы никакой пользы. Два бойца разоружили и связали врага, но он не прекращал дёргаться и кричать, что-то нечленораздельное. Стоит сказать, в последнем лейтенант, был не совсем уверен. Быть может воин выражался вполне ясно, но знаний местного языка ему всё ещё не хватало, так что для него это был лишь поток звуков и отдельных слов. Рядовой Шульц, порядком уставший от постоянных дёрганий и ора, пнул пленника, да так удачно, что тот наконец успокоился. И свернувшись клубком на полу грузовика, тихо хныкал бормоча под нос какую-то местную молитву.       Михаэль приблизился к рыцарю. Как ни странно, он счёл появление шайки врагов более чем удачным. — Эти бандиты не дали нам договорить, так что продолжим. Мой командир согласился принять вас, так что если вы ещё не передумали просить нашей помощи, то отправляйтесь с нами на Арнус. — Арнус? Так значит это ваши войска разбили империю за вратами, а затем и на священном холме? — Именно. Ну, так каков ваш ответ? Вы отправитесь с нами? Меня просили передать, что моё командование очень настаивает на этом. — Понятно, значит как я и думал, спасаясь от одних врагов, мы пришли прямо в дом к другим. Как понимаю, выбора у нас нету? — Выбор есть всегда. — Михаэль развёл руками, и многозначительно улыбнулся. — Дело лишь в его последствиях. — — Мой ответ да. Но с одним условием. Графиня Мюи должна быть в безопасности и не подвергнуться насилию с вашей стороны. — Разумеется. Я гарантирую и ей и вам полную безопасность. — Лейтенант жестом подозвал к себе своего заместителя. — Ефрейтор Кай Вайсс будет сопровождать вас в дороге, если что-то потребуется обращайтесь к ней. Если возникнут недопонимания, сообщите мне. — — Хорошо, тогда выступаем? — Да, надеюсь, что вас не затруднит дорога с солдатами. В моём автомобиле недостаточно места, так что вам придётся ехать в машине с моими бойцами. Естественно, Кай проследит, что бы они вели себя соответствующе. — Авто-мобиль? Так называются эти самоходные повозки? Чудеса невообразимые... — Как-то отстранённо произнёс Грей.       Лейтенант в ответ лишь кивнул и направился к машине, оставив Кай саму разбираться с девочкой и рыцарем, что несколько недоверчиво глядели как на грузовик, кажется не понимая, что приводит его в движение, так и на солдат, уже погрузившихся в него.       Когда колонна двинулась обратно, кто-то из бойцов непроизвольно начал напевать Wenn die Soldaten, и вскоре ему начинали подпевать и другие солдаты. Ни Кай, ни Михаэль впрочем, не сочли это за какое-то нарушение, а блондинистая ефрейтор, видя, что лейтенант не против, вскоре и сама присоединилась к своим подчинённым. Впереди был не самый скорый путь, и песни сменяли друг-друга одна за другой, пока машины неслись по дороге, поднимая громадные облака пыли.

***

      Колонна вернулась на два часа раньше запланированного времени, но было уже двенадцать часов и девочка, порядком уставшая после долгого пути, спала, положив голову на колени ефрейтора Вайсс. Блондинка осторожно поглаживала её по голове, словно маленькую дочь или сестру, из-за чего поймала на себе ехидный взгляд "рядового-шутника" Карла Бекера, который впрочем, всё же не решился рисковать в попытке обыграть эту картину юмористически. Даже пленник, несмотря на не самое приятное положение и перелом, смог уснуть. Наконец, автомобили добрались до импровизированного плаца и пассажиры начали выгружаться. — Ефрейтор Вайсс, разберитесь с пленным, ефрейтор Цвальке займитесь транспортом, ну и покормите наших людей конечно, Алиса поможет вам. Я сопровожу гостей в штаб. — Быстро раздал приказы Михаэль, приближаясь к рыцарю и его спутнице. — Садитесь в мою машину, я отвезу вас к своему командиру. Там мало места, так что, надеюсь вы не против, если девочка будет у вас на коленях? —       Грей кивнул, и посмотрел на сонную Мюи, что была вынуждена покинуть свою импровизированную подушку, которая сейчас с двумя бойцами тащила пленного бандита в госпиталь. Графиня Фолмарская ответила ему коротким "Хорошо", и вскоре Horch 901 уже петлял по запутанным улочкам военного лагеря. Пассажиры с нескрываемым удивлением и восхищением глядели на фонари, ярко освещающие местность, проезжающую рядом технику, в особенности тройку лёгких танков Pz.2, что они назвали "стальными слонами", если лейтенант правильно понял их речь. Их привлекало вообще всё вокруг, включая даже непримечательные зенитные установки, чьи восьмидесяти-восьми миллиметровые орудия глядели в чёрное небо.       В штабе, Михаэля встретили совсем не так как в прошлый раз. Помимо Кортцфлейша, здесь присутствовал Рудольф Файель, командующий второй танковой дивизии, несколько офицеров помладше, а также, тот, кто привлекал больше всего внимания — Эрвин Вицлебен, главнокомандующий Германского экспедиционного корпуса. Лейтенант козырнул и по уставу доложился, после чего, его вежливо отвёл в сторону один из штабистов, расспрашивая о том, где и при каких условиях были встречены гости, как прошла транспортировка и тому прочее.       К тому времени, как последние вопросы были улажены, и Михаэлю, всё также вежливо, посоветовали поспешить к своим людям, за столом в противоположной части штабной землянки уже шёл активный разговор. Картина происходящего весьма характеризовала Вицлебена как личность: генерал сидел напротив седого рыцаря, вежливо расспрашивая его о чём-то. При этом на местном языке он говорил превосходно и практически без акцента. Мюи, сидящая рядом с Греем, была занята уплетанием булочки с горячим шоколадом, и в диалоге участия не принимала, а лишь отвечала на ежеминутные вопросы от Вицлебена, насчёт того, хочет ли она сейчас добавки, не болит ли у неё что-нибудь и прочее-прочее, словно генерал видел её не первый раз в жизни, а был ей едва ли не отцом или дедом.       Впрочем, сам Леманн пусть и был обрадован подобным приёмом гостей, поскольку ожидал чего-то куда более худшего, но думал о совершенно другом, а если быть точнее, то о проблеме ужина, о которой ему резко напомнил аромат, исходивший из чашки малолетней дворянки. Обратно колонна двигалась быстро, так что привал сделали только один, и то, лишь для дозаправки машин, а перекус шоколадкой едва ли можно было назвать полноценным приёмом пищи. Так что, лейтенант поспешил вернуться в распоряжение своего подразделения, где сейчас уже наверняка готовились ужинать.

***

      Дюран проснулся привязанным к кровати, а на его ноге было нечто тяжёлое, замотанное бинтами, и совершенно не дающее пошевелить конечностью, что порядком побаливала. Королю пришлось напрячься, что бы вспомнить, как он потерял сознание прямо посреди резни под Арнусом, как просыпался, пока люди в белых халатах несли его на носилках по каким-то коридорам, а затем укололи чем-то, отчего он опять потерял сознание. Ему казалось, будто он потом приходил в сознание снова и снова, но совсем ничего не помнил. Он пытался добраться до этих воспоминаний, однако голова отвечала на эти позывы лишь мигренью.       Вдруг до Дюрана донеслись громкие, приближающиеся голоса, а затем дверь резко распахнулась, и в комнату быстро вошёл высокий человек в странной одежде: тёмно-зелёная шинель, фуражка с орлом и крючковатым крестом, сильно сдвинутая на лоб, и добротные чёрные, с зелёным отливом, сапоги. Прямое лицо и голубые глаза источали сильное раздражение. Несомненно, это был солдат. — Lüg mich nicht an! Er ist bei Bewusstsein und meine Männer sind kompetent genug, um ihm unterwegs keinen Schaden zuzufügen!       Вслед за первым мужчиной, в комнату ворвался и второй. В белом халате и очках, он похоже был местным лекарем. — Ich wiederhole noch einmal, er kann nicht einmal auf Krücken gehen! Geben Sie mindestens zwei Wochen für die Behandlung! Люди явно о чём то спорили, но король не имел понятия, что именно они говорили. Он лишь знал, что это несомненно касалось его. — Hitler will ihn morgen früh sehen. Außerdem muss der Gefangene nicht laufen. Wenn etwas passiert, kümmern sich die Ärzte in Berlin besser um seine Gesundheit als Sie! — Aber... — Das Gespräch ist beendet!       Человек в белом мог лишь подчиниться и отойти в сторону. Вскоре подошли два солдата, по крайней мере Дюран считал их таковыми, из-за схожей с их раздражённым коллегой, пусть и более скромной одежды. Они развязали оковы, сковывавшие короля, и весьма грубо перенесли его с кровати на специально прикаченное кресло, которое было снабжено колёсами. Несомненно, всё это было устроено так, что бы сидевший в нём человек, мог руками приводить себя в движение, однако металлические браслеты надёжно фиксировали руки Дюрана на подлокотниках, не давая ему такой возможности.       На этом самом кресле, короля тут же куда-то повезли, под недовольное ворчание лекаря. Петляя по коридорам, они покинули здание, и оказались на широкой улице, в окружении громадных каменных зданий, вокруг которых суетились десятки людей. Архитектура большинства зданий была проста, в отличии от жилищ имперской знати, однако их размеры и количество полностью компенсировали этот недостаток. Что больше всего удивляло и интересовало, так это вездесущий гул, издаваемый какими-то совершенно волшебными повозками, что двигались без коней, по широкой дороге в центре улицы. Одна из таких стояла возле входа в здание, которое они только что покинули.       Дюрана уже во второй раз за пару минут развязали, перенесли внутрь повозки, и вновь сковали. Человек, что недавно переспорил медика, и управлял остальными сопровождающими их людьми, сел спереди, рядом с извозчиком. Последний, управлял повозкой не привычными поводьями, а каким-то колесом и парой рычагов рядом. Чудесный транспорт двинулся вперёд, и в окошко, король мог видеть, как они мчались среди единообразных улиц.       Весь последующий день прошёл в дороге: вначале на самоходной повозке Дюрана доставили к некому огромному двору, где было полно людей, а затем, пересадили на целый дом на колёсах, узкий, но очень длинный, он стремительно нёсся по дороге из железа, гравия и досок, грохоча колёсами, испуская столб дыма над собой, и время от времени громко воя. К вечеру король и сопровождавшие его люди уже прибыли в другой, не менее громадный город, где остановились на богатом постоялом дворе. При этом, от Дюрана ни на минуту не отходили его "провожатые", и даже при справлении естественных нужд, один из них всегда стоял рядом.       Следующим утром, после весьма скудного, для пленника его уровня, завтрака, они вновь пересели на самоходные повозки. Число провожатых увеличилось, и повозок было уже несколько, так что двигались они чуть медленнее чем раньше. Людей на улицах было ещё больше, повсюду развивались алые флаги со странным крючковатым крестом. Дюрану казалось, что местные придавали своему знамени даже большее значение, чем рыцари и дворяне его мира. Стяги были видны отовсюду, небольшие флажки торчали из окон домов, постоянно встречались люди в чёрной, единообразной одежде с ярко-красными повязками на плечах, на которых были изображены всё те же крючковатые кресты.       Вскоре, самоходная повозка приблизилась к огромным вратам. Превосходя Арнусские в размерах, они казались куда более лёгкими: громадная конструкция поддерживалась аккуратными колоннами, образовавшими пять проходов, центральный из которых был намного шире остальных. Украшенные резьбой, они выглядели куда более скромно, нежели некоторые произведения Имперского зодчества, однако испускали какое-то необъяснимое величие. Офицер, сопровождавший Дюрана, сделал знак извозчику, и тот заставил повозку снизить скорость. Несомненно, местные хотели заставить пленника получше рассмотреть это архитектурное чудо, что бы ещё сильнее продемонстрировать своё величие.       Наконец, колонна преодолела врата, и практически сразу же, дорога свернула на право. Перед взором Дюрана предстал настоящий дворец. Его размеры превосходили любое здание вокруг, на крыше возвышался огромный стеклянный купол, а углы венчались небольшими башенками. Массивную крышу, нависающую над главным входом, поддерживали шесть громадных колонн. Здание словно нависало над правителем Эльбы, а уже ставшие привычными, ярко-алые флаги с крючковатыми крестами каким-то неведомым образом добавляли дворцу ещё большей внушительности.       Вот чудо-машина остановилась, и два солдата подняли Дюрана с его места, и пересадили во всё-то же кресло и один из них покатил его вслед за своим командиром, что уже ожидал у ступеней дворца. Король на мгновение задумался о том, как его кресло будут поднимать по каменным ступеням, однако быстро обнаружил наспех сложенный из досок пандус на одном из краёв лестницы.       На входе в здание стоял почётный караул, вооружённый теми самыми стреляющими копьями. Солдаты стояли по струнке смирно, холодно глядя ровно вперёд себя, но стоило провожатому офицеру пройти мимо, как их взгляды перемещались на Дюрана, приобретая нескрываемое презрение. Небольшая "процессия" вошла внутрь, перемещаясь по коридорам, под молчаливые взгляды и тихое перешёптывание находящихся внутри людей. Провожатые остановились возле одной из дверей и отошли в стороны. Лишь один из них открыл дверь, и командир свиты покатил кресло с Дюраном внутрь.       Помещение было весьма большим, в центре стоял стол из тёмного дуба, а на противоположной стороне располагались два мягких кресла, где восседали два человека. Более дешёвые стулья, сейчас стояли возле стен. Комнату освещала люстра, где вместо привычных свечей и факелов, были установленные стеклянные шары, ярко светящиеся из-за какой-то неведомой магии. Провожатый подкатил кресло к столу, и король смог разглядеть людей на другой его стороне.       Первый, мужчина с аккуратными, прямоугольными усами, по возрасту сравнимый с самим Дюраном, сидел чуть позади своего товарища, закинув одну ногу на другую. Его руки были сцеплены замком, и он опирался на них подбородком, как бы нависая над собеседником, хотя был совершенно не большого роста. Носимая им одежда напоминала одежду человека, что всё время сопровождал короля, но отличалась от неё мелкими деталями, как и фуражка, что также была надвинута на лоб. Его весьма прямое и суровое лицо, сейчас не выражало особых эмоций, но одежда, и властная поза добавляли ему мрачности и весомости, а холодный взгляд заставлял пробегать мурашки по коже. Своей выправкой он напоминал бывалого военного, или жесткого правителя, управлявшего подданными железной рукой. С первого взгляда становилось ясно, что именно он главный в их паре.       Второй мужчина выглядел куда скромнее, и моложе. Аккуратная одежда, весьма пухлое лицо, очки и короткая стрижка, делали его похожим скорее на дипломата, или лекаря, нежили правители или командира. Поза тоже была куда менее царственной, а в руках он держал странное металлическое подобие пера и несколько листов бумаги с каким-то текстом на них. При этом, текст был написан неестественно ровно и единообразно, словно был создан не человеческой рукой. Дюран в очередной раз поразился миру, в который попал.       Человек, похожий на военного, коротко взглянул на провожатого, что стоял возле короля. — Verlassen Sie uns, Major Blaskowitz. — Jawoll, mein Führer!       Офицер козырнул и удалился. Усатый мужчина посмотрел на человека перед собой, явно не собираясь представляться первым. Его спутник, поправил очки, откашлялся и заговорил на всеобщем языке, с на удивление малозаметным акцентом. — Моё имя Генрих Гиммлер, а это, Фюрер Германского Рейха, Адольф Гитлер. — Пленник хотел было представиться в ответ, но мужчина жестом остановил его. — Не стоит, нам прекрасно известно ваше имя, и не только, в конце концов, ваши предшественники быстро вас узнали. Насколько мы знаем, вы, Дюран, являетесь королём некой страны под названием Эльба, верно? — — Теперь уже бывший король, полагаю. — Что вы имеете в виду? — Скорее всего, Империя уже нашла покорного лизоблюда на моё место. — У вас что, нет законного наследника? — Он погиб четыре года назад.       На него тут же нахлынули горькие воспоминания о прошлой войне с империей. В решающей битве с имперской армией, сын Дюрана, Ганон, возглавил атаку кавалерии на главные позиции врага. Ему практически удалось смять центр неприятельских войск, но именно здесь имперцы задействовали свой главный козырь. Выступавшая на их стороне, высокомерная и до безумия жестокая жрица Эмроя в одиночку остановила натиск всадников, прорубаясь сквозь них, как жнец прорубается сквозь выросшие посевы. С момента появления её на поле боя, продолжение сражения теряло всякий смысл, апостола нельзя было убить. Любая рана затягивалась на ней за мгновение ока, самые смертоносные удары едва ли причиняли боль полубогу. И всё же, Ганон вызвал её на дуэль, не желая отступать. Поединок не был благородным, это вообще не был поединок. Простое убийство, не более. Апостол Эмроя, одним взмахом секиры, разрубила рыцаря надвое и безумно хохоча прошла мимо, продолжая резню. Именно так, Эльба и стала вассалом империи.       Спасаясь от жестоких воспоминаний, король задал самый очевидный вопрос из тех, что мог. — Позвольте спросить, что вы говорили о моих предшественниках? — Да, пару месяцев назад войска из вашего мира вторглись в наш город. Часть из них мы захватили в плен, и среди них был некий легат Тигурий. Он вас быстро узнал, когда наши солдаты доставили вас с поля боя. — Пару месяцев назад? А после этого, перед тем сражением, где вы разбили мою армию, никто больше не приходил к холму? — Нет, когда мы наткнулись на вашу армию прямо за вратами, то были удивлены не меньше вашего. — Проклятье! — Дюрану хотелось ударить кулаком по столу, но браслет не позволил ему это сделать. — Значит это правда! Имперцы обманули нас, и просто использовали как пушечное мясо! Они знали, что нам не победить! Клянусь, если я доберусь до императора, то убью его на месте! — — Что же, если это поможет заключить мир, то я готов привести вас к этому императору хоть сейчас же. — Гиммлер слегка подался вперёд. — Мир? И вам нужен мир?! — Король Эльбы мрачно засмеялся. — Вы нас просто размазали, но хотите мира? Неужели мы смогли убить вам так много солдат? Вы что, смеётесь надо мной, это просто невозможно! Если вы захотите, империя падёт к вашим ногам за неделю! — — Конечно же нет, нам нужен мир совсем не из-за потерь в армии. Буду с вами честен, мы потеряли больше людей от простуды, нежили действий ваших войск. — Гиммлер говорил холодно и прямо. — Видите ли, мы не единственная страна в этом мире, и наши соседи желают вторгнуться в ваш, не меньше, чем мы, просто у них нет такой возможности. Сейчас они поддерживают нас, но чем дольше будет идти война, тем больше они будут протестовать против неё. А это, совсем не выгодно для Германии. И вот здесь и наступает ваше время! —       Дюран понял, чего от него хотели. — Я не могу заключить мир от лица Империи... — Но можете от лица вашего королевства. — Генрих развёл руками. — Это на время удовлетворит соперников Германии и даст нам необходимые возможности разделаться с Империей. — — Империя сюзерен Эльбы, мы не имеем пра... — Значит вам нужна свободная Эльба? — А вы можете сделать её свободной от империи? — Разумеется.       В душе Дюрана, что-то загорелось, едва он услышал эти слова. — Тогда, что от меня требуется?       Молчавший до этого Гитлер улыбнулся, приподняв козырёк фуражки.       Продолжение следует.