Золотая ворона и Нефритовый кролик

Сквозь окно по комнате россыпью метались обезумевшие тени. Они скользили по стенам, слизывали мелких рыбешек, украшающих потолок, и стелились по полу, образуя темные лужи. Се Ван лежал на кровати в церемониальной одежде и прислушивался к биению собственного сердца. Сейчас Скорпион испытывал невероятное возбуждение: за столь длительный период абсолютного покоя его корень ян наполнился желанием и требовал внимания к себе. Се-эр блуждал руками по собственным бедрам, задевая слегка тяжелые ткани, скрывающие стонущую неудовлетворенную плоть. Он был взбудоражен и одновременно раздавлен: тот, кто вызвал такой яростный отклик, был не досягаем и отвратителен для него. Когда на пиршество в честь признания Се Вана сыном лорда Чжао были приглашены все почитаемые гости, среди них мелькнуло пару раз белоснежное одеяние статного мужчины. Перетолки о строившихся храмах с богинями, исполняющими желания, но лишающими разум, были прерваны заливистым девчачьим смехом. И вот тогда перед глазами пригубившего терпкое вино Се Вана предстала та, от которой он дважды не смог избавиться. Бросив испуганный взгляд в сторону сидящего рядом ифу, Скорпион осознал, что тот не узнал в Тао ту самую девчонку. Хотя Се Ван сам не сразу распознал в этой девушке ту, которую было приказано ему убить два раза. Малышка Тао после их последней встречи заметно выросла: на смену ребяческим мягким чертам лица пришли заостренные скулы и ясный взгляд, в котором легко можно было распознать желание убивать. Точно так же и сам Се Ван взирал на всех остальных, кроме своего ифу. - Господин Чжао, - Тао обратилась к хозяину поместья и приподняла несколько выше позволительно принятого этикета чашу, - Тао хотела бы выпить за ваше здравие и процветание школы Золотого Карпа. Весьма надеюсь, что все принятые ученики будут строжайше следовать вашим правилам! Тао улыбалась – открыто и без тени неприязни. Но Байи поглощал вибрации, исторгаемые из ее тела. Она была на грани, и монах не мог понять, что послужило причиной. Девушка сама изъявила желание явиться на этот бесплатный пир. Посмотреть на будущего главу школы, а заодно и отдохнуть пару дней. Байи пару раз бросал незаинтересованные и скучающие взгляды на гостей, но среди них не было ни одного сильного воина или заклинателя. Гости кичились своим внешним убранством тел, но внутри были пусты. По меридианам сонливо перетекали мысли о быстро растущем богатстве и желания были столь приземисты, что монах полностью перенес свое внимание на яства, что пестрели ароматом перед ним. Но Бессмертный чувствовал осторожный взгляд на себе. Юный господин изучал его. И Байи ощущал плохо скрываемую враждебность, исходящую обжигающими всполохами от него. Лорд Чжао поднял чашу и приветственно кивнул малышке Тао. - Юная дева... в знак почтения нашего поместья странствующей целительницы. Взоры гостей с толикой заинтересованности перетекли на девушку. Тао захлопала в ладоши и звонко проговорила: - Господин, вы слушали? Слава о Тао опережает наш путь. Монах не обратил на нее никакого внимания. Шумная и крикливая – он уже привык, но сейчас они искали нечто иное… - Так господин рядом с вами… - начал кто-то из гостей. - Бессмертный с горы Чанминшань, - Се Ван поднялся, и знакомый цветочный аромат проник в легкие монаха. Он замер с куриной ножкой у рта и обратил свое внимание на юношу. - Это он, - Байи пронзило нехорошее предчувствие. Как все это время, находясь в одном помещении с этим человеком, он не смог его сразу узнать. - Позвольте поднять чашу в честь нашей встречи. Весьма редки встречи со столь просветленными людьми в наше время, - гости разом, словно поток, одобряюще закивали и поспешили поднять свои чарки. Байи недовольно фыркнул, но внезапно ощутил под собой нарастающий гул. Бумбумбум… Он бросил резкий взгляд в сторону веселящейся Тао, и девушка опустилась подле него. - Лорд Чжао, - подала она голос. - Скажите, подают ли у вас кроликов? Мой господин обожает их в жареном виде, - Тао облизнулась и уставилась немигающе на Се Вана. Юноша открыто смотрел в ее сторону, а внутри пытался всеми силами погасить нарастающее раздражение. - Юная дева, для столь дорогих гостей будут исполнены все пожелания, - Чжао Цзин улыбался ровно так же открыто, как это делала Тао. Она удовлетворительно покивала и обратилась к Байи. - Господин, вам определенно стоит попробовать их кролика. Тао слышала, что в этой местности они самые сладкие. Бессмертному и Тао выделили две смежные комнаты в южной части поместья. Вид из окна открывался во внутренний дворик с небольшим прудом, где вольготно себя чувствовали упитанные карпы. Полюбоваться на них можно было с небольшого резного моста, дугой возвышающегося над водой. - Тао нравится здесь. Много пустых оболочек. А Господину понравилась здешняя еда? Кажется, они пересолили утку, - задумалась Тао. Она осматривала комнату Байи и не спешила отправиться в свою. - Ты ведь изначально знала, кто он такой. Тао проигнорировала замечание господина и продолжила ходить по комнате. Она ощущала небывалый подъем сил, но в то же время предчувствие неминуемой развязки несколько огорчало ее. Тао знала, что могла бы отсрочить встречу этих двоих, но ее появление в судьбе людей былр преднамеренно. Она могла бы рассказать монаху о своей истинной природе, но зачем пускаться в пространные рассуждения перед человеком, прожившим всего несколько сотен лет. За спиной она услышала тихий вздох, а после гармоничная прохладная волна заполнила помещение. Байи погрузился в глубокую медитацию, накапливая силы. Его волнение было едва ощутимым, но и от него необходимо было избиваться перед последней встречей. Он смутно вспомнил свой первый сон про кролика Се Вана; ощутил на губах горьковатый вкус полыни и внезапно перед его глазами всплыла странная картина. На вздыбленной влажной земле переплелись тела двоих: юноша, полностью обездвиженный, распластался под нависающим над ним мужчиной. Тот шептал запрещенные слова из Вечного трактата, возвращая истинные силы сосуду. - Единым став, два тела сольются в конце. Слова, исторгаемые из гортани мужчины, перетекли неосязаемым потоком в уста зажмурившегося обнаженного юноши под ним. - Единым став, два тела сольются в конце, - вторило тело. Их тела обволакивали белесые путы, проклюнувшиеся, подобно молодым побегам, из земли. Они сковывали движение задыхающихся людей, соединявшихся в определенном ритме друг с другом. Байи открыл глаза. Тао, приложив руки к груди, насвистывала мотив из прошлого занятого ей тела. Когда-то матушка успокаивала девочку этой мелодией в дни, когда непризванные духи пытались овладеть сосудом. Почему-то сейчас эти воспоминания будто зависли в воздухе. Тао покачивалась и находилась на грани сна и яви: она видела конец и начала, ощущала незыблемость и быстротечность жизней всех тех, кто окружал ее. Тао прислушалась к звукам, доносящимся с кровати, и вырвала себя из воспоминаний. - Господин?.. Байи молчал. Его взгляд пролетел мимо нее и остановился на одинокой фигуре, застывшей на мостике. На Нефритовом Кролике, подкармливающем жадных карпов. На Се Ване, ставшем преемником лорда Чжао. На Скорпионе, потерявшем свое королевство, но не былое величие. На юноше, судьбой предначертанном остановить наконец течение ци в теле Бессмертного Байи.