Встреча, дом и безразличие

В эту ночь я больше не спал.

Я прошёл на кухню включил свет и заново растопил печь. На часах было пол пятого утра. Я все ещё пробывал в прострации, мысли то и дело возвращались на ту лесную поляну. Но чем дольше я сидел около печи, тем больше возникало в моей голове вопросов, чем сильнее разгоралось пламя, тем сильнее закипала голова. «Кто эти дети? Что с ними не так? Почему я? Что им нужно? Откуда они взялись? Почему я не чувствую холода? Что со мной не так?» Заснеженный вид из окна только больше нагонял мрачности и тайны. В конце концов тупая боль пронзила мою голову. Отбросив все лишнее мысли, я отправился к крану набрать и выпить воды. Я решил оставить вопросы на потом и заняться готовкой завтрака, времени было предостаточно, так что выбор пал на блины по бабушкиному рецепту, просто и вкусно, да и ребята оценят. Вскоре блин за блином складывались в аккуратную стопку, да и аромат был потрясающий. На часах было полседьмого, как раздался крик Оли. Я бросил сковородку и бросился наверх сломя голову. Чуть не вышибая дверь, я ввалился в комнату. Оля сидела, уткнувшись Роме в грудную клетку, рыдая навзрыд, Пятифан, не зная, что делать, просто обнял ее. Катя положила руки на ее плечи и что-то шептала, пытаясь ее успокоить, Бяша сидел рядом с ними и, похоже, сам был готов заплакать от своей беспомощности. — Что случилось? — спросил я. Все разом повернулись на меня, Оля сразу вскочила и побежала на меня. — Тоша! — крикнула она, обнимая меня за пояс. — М-м-мне… Мне приснилось ч-ч-что ты стал… монстрам… и бросил нас. — Еле-еле проговорила она через слëзы и всхлипы. Я взял её на руки и начал тихонько качать. — Ну что ты как я вас брошу, я тут с тобой и с ребятами. Я не оставлю вас никогда. — проговорил я ей на самое ушко. — Правда-правда? — спросила она, поднимая голову от моего плеча, ее красные от слёз глаза смотрели в мои. — Правда-правда — сказал ей я, целуя ее в висок. Катя подошла ближе и положила свою руку на плечико Оленьки, в знак немой поддержки. — Всё будет хорошо, — тихо прошептал я. Все ещё держа Олю на ручках, я вышел в коридор и пошёл на кухню, остальные последовали нашему примеру. Запах блинчиков привел Олю в чувства и заставил слезть с моих рук и побежать за стол, Бяша и Рома последовали ее примеру, Катя же помогла налить всем чаю, пока я доставал одну из тех банок варенья, что она принесла. Вскоре все расселись за маленький кухонный стол, завтрак проходил тихо и спокойно, все уже и думать забыли о страшном сне Оли. Но идиллии не суждено было быть так долго. — Вы сможете тут остаться до пятницы, — проговорил я, попивая чай. — Почему? — спросил удивлённо Ромка, в его голосе слышалась лёгкая обида. — Родители приезжают, — Ромка понимающе кивнул, — ииии… — думал я, как сказать помягче, но в голову ничего не пришло — и после мы переезжаем. — все резко замёрзло, ложка Кати, что она ела варенье, упала на стол, Рома превратился в статую, Бяша хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. — Но я не хочу! — быстро проговорила Оленька, поджимая свои губки. — Мне тут нравится! — Знаю-знаю, солнышко. Но мы с тобой ничего не можем поделать. — после моих слов глаза Оли опять наполнились слезами. — О нет, ну пожалуйста, не плачь, дорогая моя, — я снова обнял ее. — Ну не плачь, пожалуйста. — Я не хочу — вторила она. — Я хочу остаться тут с Катей, Бяшей и Ромой… И с тобой! — тихо заплакала она в мое плечо. — Ну почему мы снова переезжаем…