Дождь безудержной надежды.

      Антон вяло открыл глаза. Лишь день прошёл, а он уже задолбался ничего не делать. А казалось что целыми днями лежать и ничего не делать это круто, но это вовсе не так. На часах было 14:34. Спит он ну очень много всегда, а в связи с тем, что ещё и всё болит, то ещё больше. Он взял планшет. Хорошо, что перед сном поставил его на зарядку. Включил его. Он думал включить какой-то фильм, но смотреть ничего не хотелось. Положив планшет себе на живот, он потянулся за наушниками. Включив музыку, он прикрыл глаза. Стой.. Давай помолчи со мной.       Ему нравилась эта песня, он мог слушать её часами. Поднимаемся на самую высокую крышу..       Парень легко покачивал головой. Интересно Дима проведает его сегодня? Хотелось бы, но он же не может быть всегда рядом с ним.. У них и свои дела есть. Сделав музыку громче он тихо повторял за женским голосом. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. Стой.. Давай сыграем в любовь?.       Из-за легкого прикосновения, он вздрогнул открывая глаза. — Арсений. Парень спокойно выдохнул, выключая музыку и снимая наушники. Арсений с лёгкой улыбкой за всем этим наблюдал.       — Как самочувствие? — спросил врач.       — А как вы думаете? — Антон был немного недоволен.       Ну кто будет рад тому что на несколько недель, а может и месяцев, прикован к кровати. Зависит от того, как о нём позаботятся.       — Понял. Я пришёл повязку менять. — оповестил его Попов.       — А почему вы? Я кроме вас никаких врачей не видел.. — Антон и правда об этом задумался, почему именно Арсений всегда рядом.       — А тебе не нравится моя компания? Ладно, пойду Пашу позову. — с наигранной грустью сказал Арс.       — Да нет, нет! Не надо никого звать. — возразил подросток.       — Вот и славно. — улыбнувшись, он принялся менять повязки.

***

Хороший дядька, который меня кормит) Ел что то? 17:35

Вы:17:37

Нет, обеды здесь отвратные, я же говорил.. :<

Хороший дядька, который меня кормит) Понял, сейчас что-то принесу. 17:38

Вы:17:39

:3

      Антон в который раз убедился, что печатать одной рукой не легко.       Через десять минут пришёл Арс с пакетом в руках. Антон, довольно улыбаясь, наблюдал за этим.       — Салат и холодный чай с пончиками. —перечислил содержимое пакета Арсений. — Подойдёт?       Антон, не прекращая улыбаться, кивнул.       — Сам поешь или помочь? — спросил Попов, выкладывая содержимое из пакета на тумбочку.       — Сам. Спасибо вам, Арсений Сергеевич.       — Пожалуйста. — улыбнулся врач и покинул палату.       Антон довольно принялся есть. По сравнению с тем, чем кормят его здесь, это было божественно.

***

      Прошло уже больше недели, как он здесь. Антону казалось что если бы не его друг, то он бы точно сошёл с ума. К сожалению он не мог приходить каждый день, но хорошо что вообще приходил. Теперь его кормил не только Арс, но и Дима. Сейчас был тот самый скучный день без друга. Парень смотрел какой-то скучный фильм и жевал печенье, которое так бережно принёс ему Арсений Сергеевич.       Было безумно скучно, он всё никак не мог привыкнуть к одиночеству. Сейчас только пол второго дня, а он уже хочет спать. Вроде только проснулся, но уже охота спать, скорее всего это именно из-за скуки. Он решает отключить скучный фильм и поспать. Антон был рад только одному, ему разрешили гулять на инвалидной коляске. Сам он не мог на ней передвигаться из-за руки, поэтому только с кем-то, он надеялся что друга не затруднит его катать, хоть пол часа. Но, к счастью, уже через две недели гипс с руки снимут, а с ногой придётся помучатся ещё полтора месяца.       Антона безумно бесила его беспомощность, он не любил зависеть от кого-то. Первый раз он устроился на подработку в 13 лет, он хотел сам зарабатывать на свои нужды. После учёбы он целыми днями пропадал на работе, иногда даже в выходные, но ему было не сложно. Ему было приятно, что он сам зарабатывает. Немного, но сам, и это главное.       Антон прикрыл глаза, начиная засыпать, в теле чувствовалась лёгкая усталость, которая не пропадала ни разу. Неприятное ощущение. На удивление парень уснул быстро, хоть ему редко это давалось. Он очень сложно засыпал, то ему жарко, то холодно, мог только час крутиться на кровати, а потом ещё час просто лежать пытаясь уснуть. Ещё ему трудно удавалось спать без одеяла, даже если жарко, одеяло просто должно быть, он должен его чувствовать. Поэтому когда жарко он всегда спит с открытым окном, под одеялом ему тепло, а в комнате чувствуется приятная свежесть. Как же он хотел бы попасть дома, в своей комнате, в своей кровати..       — Нам не удалось его спасти. — тихо вздохнула женщина, в белом халате, снимая маску и перчатки. — Очередная жертва авиакатастрофы. Из тех, кто пришёл в себя только двадцать, да? И уже тридцать умерли в больнице, а пятнадцать не доехали. Это ужас.       — Мы делаем всё возможное. — тихо ответил ей мужчина, откидывая использованные перчатки в мусорку.       Арсений молча стоял и смотрел на тело. Его тревожил лишь один вопрос. Как, мать его, он сообщит об этом Антону? Это мог бы сделать кто-то другой, но ведь они с Антоном хорошо общаются, и если рядом не будет его друзей, то рядом должен быть Арсений. Мужчина, прикусив губу, покинул операционную. Идя по коридору он заглянул в палату, где была мать Антона. Её состояние было стабильное, хоть она всё ещё не пришла в себя. Он надеялся что хоть с ней всё будет хорошо. Попов не знал, сможет ли подросток пережить смерть отца. А что если они оба умрут..       Мужчина вновь бросил взгляд на женщину и покинул палату, направляясь к Антону. Лучше сказать об этом сразу. Войдя в палату он замер. Подросток тихо посапывал, сжимая здоровой рукой покрывало. Сердце сжалось, почему же ему было настолько жаль этого парня? Конечно ему жаль людей, у которых умерли родственники, но с Антоном всё не так. Его не просто жаль, ему хочется помочь, укрыть, защитить от неприятностей. Вздохнув, мужчина сел на кресло около парня. Сейчас у него не было назначено никаких операций, а значит, пока он свободен. Он просто будет сидеть. Ждать, пока Шастун проснётся и обдумывать, как лучше преподнести неприятную новость.

***

      Первое, что увидел Антон когда открыл глаза, это Арсений. Парню показалось, что тот спит, но как только он зашевелился, голубые глаз открылись и уставились на него.       — Как поспал? — тихо спросил Арсений.       Антон зевнул, посмотрев на часы — 18:15.       — Достаточно хорошо. — улыбнулся Шаст. — как работа?       — Плохо.. — тихо сказал Арс.       — Почему?.       — Я из-за этого и пришёл.. Я понимаю, для тебя это будет ударом, но ты должен знать, что мы делали всё возможное. Мы хотели его спасти, мы просто не смогли.. Прости.. — последнее Арсений сказал очень тихо.       Антон прикусил губу, дожидаясь продолжения.       — Твой отец умер. — тихо сказал Попов. — прости.       — П-папа? — дрожащий голосом прошептал Антон, на глазах парня наворачивались слезы.       — Тише, тише.. Прости, Тош. — Арсений подошёл к парню, обнимая его.       Шастун одной рукой обнял мужчину в ответ, пальцами сжимая его халат. Арс сел на край койки, чтобы было удобнее поглаживать спину Антона. Тот в ответ прижался сильнее, утыкаясь носом ему в шею, пачкая халат и рубашку слезами. Арсений не прекращал шептать, что всё хорошо и поглаживать Антона по спине, пока всхлипы не стихли.       — У тебя есть ещё какие-то родственники? — тихо спросил Арсений.       — Нет.. — очень тихо прошептал Антон, но мужчина услышал.       Арс не ответил. Он так же сидел, успокаивая Антона.       — Простите.. — шмыгнув носом, шепнул парень, отстраняясь.       — Всё хорошо. Ты главное держись.       — Спасибо..       — Пожалуйста Антош. Если что ты пиши, хорошо? А-то мне уже работать пора.       Антон лишь кивнул, наблюдая, как врач покидает кабину.       Антону было больно. Взяв телефон, он хотел сообщил об этом другу, хотелось поговорить с кем-то. Но не хотелось мешать ни Арсению, ни Диме. Удалив сообщения он взял наушники и включил музыку. Нужно отвлечься, не нужно думать, что с мамой будет так же.       Антон не спал целую ночь, он не выдержал и написал другу в четыре часа утра. Сказал, что ему очень плохо. Не выдержал, по глазам вновь покатились слезы. И так он пролежал ещё час, тихо всхлипывая в подушку. Ближе к шести ему удалось уснуть.