Ангелы миллениума

Ряженый хлыщ на месте метрдотеля внимательно изучал её старое приглашение, кидая недоверчивые взгляды на грузную женскую фигуру в - вот потеха! - белом пальто.Конец февраля обманчиво ласкал теплым утренним светом. Весеннее настроение не желало уходить и с наступлением темноты. Одежда легче, наряднее. Если можно так сказать про прямого покроя тёмно-синее платье с коротким рукавом. А вы что хотели? Возраст. - Идите за мной, мисс. Сдавшись, молодой блондинчик повёл её в дальние залы ресторана отеля «Беркли». Где, по слухам, до сих пор сохранялся дух «Амбара Эсмеральды». По крайней мере окружающая её обстановка действительно напоминает декорации к фильму «Легенда». Освещённая сцена, деревянная добротная мебель. Антураж в духе «Фирмы». Захотелось вырядиться в кружевное платье и нацепить жемчужный гарнитур. Рыпаться было поздно. Её отвели на затемнённый балкон, в самый дальний угол. Холёная официантка в форме спешно поставила перед ней «Баунти мартини» и блюдо с фруктами, прежде чем оставить в одиночестве. С грустью таская кисло-сладкие дольки красного грейпфрута, Диана мысленно отпевала свои нездоровые потроха, для которых утренняя каша с ягодами и всякими семенами, так излюбленными любителями здорового образа жизни, была подвигом. Хотелось просто тёплого сладкого чая. Или молочного коктейля с клубничкой. Или бананового пирога, как у девушки за столиком снизу. - Инспектор Смит. Незнакомый тонкий хриплый голос вывел её из мечтательного транса. С видимым трудом по лестнице поднимался не молодой мужчина. Кожа его была бледно-белой, как наполненная молоком бутылка. Сине-зелёная дорожная карта вен. Неизбежные в старости печёночные пятна. Прилипшие к черепу пучки седых волос. Скулы, выступающие, как ножи. Большой крючковатый нос выглядел крупнее обычного. Водянистые серые глаза, моргая, неотрывно смотрели на неё. Кажется, Малышу Хамишу не до гостей. Поднявшись, Диана с удивлением обнаружила, что этот пожилой мужчина достаёт ей лишь до плеча. - Мистер Мауат Хамиш. Какая неожиданная встреча. Последний раз прославленного мецената Диана видела на одной из выставок. Издалека. Немногие офицеры отваживались приблизиться к Малышу Хамишу, чтобы в один прекрасный день не обнаружить случайную встречу в списке компромата на себя любимого. Успешный бизнес и благотворительность – лишь ширма для многих грязных делишек этого человека. Иногда его лестно называли наследником «Фирмы». Только работал он не так демонстративно, как Креи. Никогда не знаешь, кто у него в кармашке спрятан. И кто работает под его пятой. Но, глядя на болезненное лицо севшего рядом с ней человека, Диана с невольным страхом подумала, что блестящая эра Хамиша близится к закату. Бесцветные глазки оценивающе скользнули по столу, прежде чем остановиться на её лице. - Мой лечащий врач был категорически против гостей. - А потом ему провели операцию по удалению коленной чашечки пилой без анестезии, и он внезапно решил, что гости пойдут Вам на пользу? Несмотря на припекающий от волнения анус, Диана каким-то внутренним чутьём ощущала, что может нести всё что угодно. Мауату она зачем-то нужна. И действительно, тот отвлёкся, будто бы женщина вообще смолчала, на ожидающую в стороне официантку, дав ей знак. Они напряжённо молчали, пока девушка не принесла бутылку виски и не разлила по бокалам напиток. - Странная эта штука – жизнь. Успешный человек никогда не бывает один. Но одинок – почти всегда. Не с кем выпить за сержанта Макрая. Кажется, Вам он тоже был другом. Бесцветные глазки прямо взглянули в её лицо, прежде чем коротко приложиться к бокалу. Диана механически приложила бокал к губам, смочив их. Вкус, несмотря на большое количество оборотов, действительно был ярким. - Вы назвали Логана своим другом. Или мне послышалось? - А Вы называли своей подругой мисс Слай? Славная была девчушка. Хоть я сразу и раскусил, что она не из наших. Нет в ней того самого злого умысла. Но, хоть и делали вы разную работу, вы друг другу доверяли, так? А доверие – базовая составляющая добрых отношений. Я запросто доверял Логану своих заигравшихся людей. Он не сдавал меня в обмен на них. Это был чудесный симбиоз. Хотя, для наших отношений это слишком грубое слово. Логан был мне как сын. Сухие губы жадно впились в холодный край бокала. Диана, воспользовавшись данной ей передышкой, грустно выдохнула. - Это тяжело, остаться без близкого человека. - Вы меня понимаете, мисс. Подчинённых может быть сколько угодно. Такие люди, как я, их даже не считают. А действительно близких людей немного. Это ужасает даже такую старую развалину, как я. Особенно перед лицом врага. Кажется, я слышал о том, что человек, приложивший руку к смерти моего названного сына, и Ваш враг тоже. Диане осталось только понимающе улыбнуться. Умирающего льва шакал не побоится цапнуть. Но жить самостоятельно он не сможет. Нужен новый хозяин саванны. Старому надо любыми путями показать, что он хоть что-то ещё может. В особенности против молодого и сильного соперника. Что ж, у Сикса есть ресурсы, люди, разрушительный потенциал. А у Хамиша есть опыт и мозги. - У Вас есть что-то для меня, мистер Мауат? - Как и у Вас для меня. Раньше мы с Логаном помогали друг другу. Но для Вас у меня припасено не пара барыг и неадекватных маньяков. Фигуры покрупнее. - Выпорхнувшие из гнезда пташки? - Рикки и Лора Уэлш, и мамаша Кэмпбелл. От резкого движения, с которым у Дианы отвалилась челюсть, у неё что-то хрустнуло в шее. Треклятая старость! Мауат предлагал ей двух не таких уж и мелких преступников. Мамаша Кэмпбелл, несмотря на закон, держала довольно крупную сеть борделей. Весьма успешно. Никто не мог её поймать уже лет семь. Чета Уэлш занимались контрабандой наркотических веществ. И их сбытом. Где-то здесь должна таиться связь с Сиксом. - Где же здесь скрывается месть Сиксу? Он взял их в оборот? - Верно. Он доверил им достаточно важные дела. У мамаши Кэмпбелл есть своя яхта. Насколько мне известно, завтра ночью она пристанет в порт Фалмута с грузом французских медицинских сестёр, выигравших путёвку на курорт. Вы, конечно же, понимаете, что по злому умыслу вернуться назад они не смогут. Диана мысленно простонала. Даже если она прямо сейчас бросится в участок, то шанс успешно провести операцию всё равно стремиться к нулю. Только потому, что самым коротким наземным маршрутом от Лондона до Фалмута больше четырёхсот километров. Правда, есть ещё кое-что, что её смутило. - Мистер Мауат, это я так удачно сегодня зашла на огонёк? - Я бы сказал, довольно поздно. Как у вас говорится? К шапочному разбору? Вы же не думаете, что это первый подобный рейс? Стиснув зубы, Диана мысленно дала себе пощёчину. Всерьёз она поругает себя после. Но первым делом ей надо собрать людей. Наверное, не только людей. - А что же Рик и Лора? Мауат пожал плечами, словно речь шла о какой-то ерунде. - Сикс спустил им крупную партию препаратов из своих исследовательских лабораторий. Думаю, Вы сами видели, что они могут. Мои люди сообщают, что вчера утром они прибыли в свой дом в Абердине. Не знаю, сколько они там пробудут, но начать с шотландского захолустья весьма недурная идея. Там их хватятся не скоро. Диана от души приложилась головой об стол. Конечно, она благодарна мистеру Мауату. Но, кажется, он над ней издевался. До Абердина от Лондона в два раза дальше, чем от Лондона до Фалмута. Ехать часов тринадцать-четырнадцать. Деревянная пробка со скрипом ввинтилась в бутылку, которую придвинули к ней. - Вам стоит поспешить, офицер. Потом выпьете в память о Логане. *** И речи не шло, чтобы, войдя в «Амбар Эсмеральды» Диана могла спокойно покинуть его. Да, она спокойно спустилась с балкона, но стоило лишь подойти к двери, которая не просматривалась с балкона, как чья-то крепкая пятерня вцепилась ей в локоть. Высокий мужчина с большим брюхом. Бородатое лицо покрыто шрамами. Тёмные, глубоко сидящие глаза. Нос в мешанине косых хрящей. Шикарный костюм, галстук, до блеска начищенные туфли. Мужчина улыбнулся, и на его лице сложилась гримаса, какая бывает у заходящегося от визга грудного младенца. - А я всё думал, кто же из копов шестерит Мауату. Да, абы кто у него в шестёрках не ходит. Диана поморщилась от усиленной работы мысли. Этот человек был ей отдалённо знаком. Лично не встречались. Да и светится не часто. Хотя не так удачлив, как Мауат. Так, контрабандист средней руки. - Рубен, давно за руку не ловили? Железная хватка на её запястье сомкнулась ещё сильнее. Крепкий ублюдок. И явно брезгует жевательной резинкой. Когда он приблизился к ней, гневно выдохнув в лицо отвратительную смесь алкоголя и протухшей рыбы, Диана поморщилась вновь, даже не став это скрывать. - Один мой человек попался. И начал болтать. А так как он носит фамилию «Фаулер», то считается надёжным свидетелем. - Дай угадаю. Ты хочешь, чтобы он умер мучительной смертью? Да так, чтобы копы и не вздумали расследовать это досадное недоразумение? - Никаких несчастных случаев! Он будет страдать и все будут знать об этом. Все будут говорить испуганным шёпотом об идиоте, который решил меня надуть! Диана улыбнулась. Профессор Хонджо был не прав на её счёт. Она не считала, что люди вокруг неё так же умны, как и она сама. Чем вот эта сцена не доказательство обратного? Рубен даже не потрудился узнать, по какой причине она говорила с Маутом. Наверное, решил, что это обычная встреча преступных партнёров. И, беря во внимание состояние Мауата, решил прибрать к рукам сторонника при больших звёздах. Принято считать, что преступники должны быть хитры и коварны. Увы. На одного профессора Мориарти приходится две тысячи идиотов, ухлопавших по пьянке соседа сковородкой. Профессор - исключение. А вот такие Рубены – правило. - Всё устроено по-другому, Рубен. «Крёстный отец» - это выдумка. Офицер полиции не может сделать так, чтобы результаты расследования пропали. Слишком много людей в этом задействовано. Тёмные глазки тяжело и тупо хлопнули, глядя вслед удаляющейся женщине. И всё же перед выходом в холл гостиницы женщина не удержалась и повернулась к своему нежеланному собеседнику. Некогда говорили, что его прикрывает сам Мауат. Похоже на правду. Тот держал в своём небольшом, но железном кулаке, очень много середнячков. Но с таким скудным умишком никакой Мауат не помог бы так подняться. Кто-то ещё прикрывает эту разожравшуюся задницу. *** Диана запустила руку в контейнер для хранения пищевых продуктов. - У нас ещё есть кусок сыра и овца, играющая на волынке. Думаю, подойдёт для сержантов криминальной полиции Макензи и Робертсона. - Пусть овцой с волынкой будет Макензи, она без конца ноет. А вообще, я впервые вижу, чтобы в полиции использовали магнитики. Диана опустила взгляд на другой контейнер. Ополовиненный. До того, как он попал в её руки, в нём были тёплые оладьи с черникой. Принесённые этой самой Макензи – не молодой, но опытной и неглупой женщиной-сержантом. Перед которой теперь было ужасно неудобно. И ей. И Сансону, судя по всему, тоже. Однако это была его идея – притащить на брифинг капитана береговой полиции. Капитан Харпер был из числа слишком уж правильных офицеров. А буква закона ничего не говорит о воплощённых Героических духах. Это минимум, о котором подозревала Диана. И всё же женщина прикрепила магнитики на карту береговой линии Фалмута. - Напомните мне, кто у нас Эйфелева башня? Диана заглянула в списки. Сложность состояла в том, что в эти ранние семь утра они всё ещё были в Скотланд-Ярде. План разрабатывался здесь с людьми, что были согласны в четыре часа утра на что-то большее, чем послать инспектора отдела негласной деятельности куда подальше. После команда Харпера перевезёт всех офицеров в Фалмут, где план будет представлен местной полиции. Конечно, доработан под реалии местности и условий. Но костяк уже будет на бумаге. - Инспектор Сингх. Вы, капитан, пингвин в сомбреро. Ренни – баржа. Местный сержант криминальной полиции Уэдерфорд – паровозик. Месье Сансон – рождественская ёлка. А старший инспектор криминальной полиции Стил – старый башмак. - Представляю, как будет польщён инспектор Стил. Диана, улыбнувшись Харперу, закинула в рот последний блинчик. - Инспектор Стил – женщина в высшей степени профессиональная. Если ей надо найти преступника – она ему по поимке свисток в задницу зашьёт. Так, на будущее. Ладно, пока по коням. - Мисс Смит, Вы уверены, что Вам надо ехать? Шарль Анри благоразумно дождался, когда они останутся вдвоём, чтобы весьма неделикатно намекнуть женщине на состояние её здоровья. Подальше от ушей подчинённых. - Я еду с остальными за Риком и Лорой. Путь более далёкий, чем до Фалмута. Выедем сейчас – приедем, хорошо если, в девять часов вечера. Операция по захвату готовится офицерами Абердина. Я еду лишь из-за связи с Сиксом. Если про препараты правда – часть их придётся доставить в Лондон для исследований. А юные француженки – дело Вашей чести, не так ли? Вздохнув, Шарль убрал с рукава чёрной боевой куртки женщины седой волосок. Диана подумала, что для такого чопорного джентльмена это даже милый жест. Благо, что не вошь на ней поймал. Вот это ему точно было бы привычнее. - Я не про разделение обязанностей. Здесь Вы абсолютно правы. Гоняясь по одному за известными нам сторонниками Сикса, мы, как показала практика, упустили остальных. Кемпбелл и Уолши – не большие величины. Но не посчитает ли Сикс нападение на них попыткой взять его в кольцо? А Вы – его потерянная игрушка. Не в Вашем состоянии что-то предпринимать. Диана ласково погладила голубое крыло «воксхолла». - Не уверена, что он так подумает. Это, как Вы сказали, мелкие величины. Для него совсем букашки. Несущественные. А для нас – возможные большие проблемы. Сейчас мы просто прикрываем одну из возможностей увеличить армию Сикса. Вот и всё. Ещё раз недоверчиво качнув головой, Шарль распахивает перед ней дверь автомобиля. Салон встречает зимним холодом. На пассажирское сидение тут же плюхается Ватсон, забрасывая на заднее сиденье термос и коробку с пиццей. К разочарованию инспектора, пахнущей овощами с сыром. Впереди восемьсот километров стылой дороги. Пара остановок на заправках для подкормки машинки и исправления малой нужды. Почти наверняка бессонная ночь на ногах. В её полные пятьдесят. Поясница – прощай. *** - Мне безразлично, сколько раз вы это слышали, но придётся прослушать это снова. Рикки и Лора Уэлш склонны к насилию, так что следите за собой. Вряд ли у них будет огнестрельное оружие, но Куджо по сравнению с их сенбернаром – безобидный йоркширский терьер. Тем, у кого нет с собой защиты от собак «BiteBack», не разрешается входить в дом до тех пор, пока собака не будет привязана или закрыта. Я ясно выразился? - Да, сержант. - Отлично, сержант Митчелл, покажите другим наглядный пример. Поднялась огромная фигура и водрузила на голову шлем. То же проделали и остальные – кроме Ватсон, Смит и сержанта, руководящего операцией – Спенсера. Местячковый сержант не то что не нравился Диане. Начали они, стоило признать, не с того. Не стоило и Диане заявляться в отдел в образе городского спеца, что приехал решить чужие проблемы, как не стоило и Спенсеру всем своим видом демонстрировать свою мысль в стиле «посиди, старушка, мы всё сделаем сами». Сидеть, к слову, было тяжело. В фургон их набилось немало. И стоит ли говорить, что сиденья предназначены для людей среднего роста? Диана едва ли слышала вводный инструктаж, ибо колени почти касались её ушей. - Парни, стартуем. Ругнувшись, Диана переползла на кресло ближе к проходу. Роста своего она не стеснялась. Но ряд возникающих неудобств она была вынуждена признать. Когда половина офицеров уже была на улице, она, наверное, раз в третий ударилась головой о потолок. Из кинологического фургона выскочили офицер-кинолог и её напарница, одна из них открыла раздвижную боковую дверь, чтобы вывести собак. Взмах универсальным полицейским красным ключом, и – банг – дверь коттеджа с грохотом открылась. Другой боец- кажется, её называли Кэрол, - взмахнув монтировкой, разбила окно в гостиной, затем провела монтировкой вокруг рамы, удаляя осколки стекла и срывая венецианские шторы. Только после этого Диана выпала из фургона на улицу. Офицер-кинолог пробежала мимо, держа на поводке, обмотанном вокруг руки, здоровенную немецкую овчарку. Все спешили. Планировка коттеджа была типичной. Тёмный дом. Узкий коридор с дверями по обе стороны. Одна парадная. Другая – на задний двор. Не став терять время, Диана, в числе немногих офицеров, перемахнув через невысокую зелёную изгородь, обогнула коттедж. Огромный мохнатый сенбернар уже валял кого-то из офицеров по снегу, остервенело вцепившись в рукав защитной куртки. Из двери выскочил Рикки Уэлш и помчался в направлении каменной стены на заднем дворе. Диана нащупала в кармане куртки жестянку «BiteBack», вытащила её и распылила средство на морду сенбернара. Тот заморгал и огласил двор мяукающими звуками. Отошёл назад, тряся головой. Запах гвоздики, перебивший запах снега. Из кухни выбежали офицер-кинолог и её овчарка; пёс лаял, натянув поводок до отказа. Диана указала на стену высотой шесть футов, верхняя часть которой, несмотря на конец февраля, покрыта шестидюймовым слоем снега и льда. - Инспектор Смит! Диана, было рванувшая вслед за кинологом, остановилась, привлечённая окликом Спенсера. Мужчина махнул рукой, зовя её в дом. Видимо, молодой сержант решил, что Рикка будет кому поймать. Лора лежала в гостиной носом в пол и громко ругалась. - Инспектор. Мне кажется, что Вам нужно это. Рука сержанта очертила пространство вдоль стены, заставленное коробками. Одна из них уже была вскрыта, чтобы убедиться, что там не сложены тарелочки для переезда. Вовсе нет. Ампулы и таблетки. Какие-то растворы. - Опишите здесь всё. Препарат каждого вида в трёх экземплярах соберите мне. Их ждёт путь в Лондон в исследовательский центр. Оставив местных ребят, как они того и хотели, работать самостоятельно, Диана вышла на улицу отдышаться после забега. Всё прошло быстро. Без лишнего шума. Как и должно было быть. Утром она возьмёт трофеи и отвезёт их в Лондон. Если препараты Сикса хлынут на рынок, то фармацевты и врачи не будут тыкаться вслепую. Да, сначала формулу препаратов надо расшифровать, потом создать антидот. Многие месяцы. Здесь, как и в деле полиции, время – важнейший ресурс. Ей действительно есть за что поблагодарить господина Мауата. *** Пустое полумрачное помещение в стиле «фирмы». Один стол занят немолодой парой, ведущей тихую беседу под неспешную трапезу. Хамиш Мауат постоянно отвлекается от своего морского окуня на пару, прикладываясь к бокалу вина. - И пусть Сикс теперь мечется и ищет себе новых шестёрок. Диана, скорбно ковыряющая пасту с томатами черри, подумала, что шестёрок у Сикса всегда было в достатке. Его ужасающее обаяние влекло к нему людей, принижая их до рабской покорности. И люди были счастливы служить ему. - А так как Малыш Мауат напомнил, сколь длинны его руки, они ещё много раз подумают, прежде чем вспорхнуть из гнезда. - Вы преувеличиваете моё значение, инспектор. Как и другие. Я, скорее, символ. Хотя, не скрою, я и сам приложил руку к созданию своего имиджа. Даже неправедный человек может повести за собой миллионы. Надо попросту крикнуть громче остальных в нужный момент. Помните историю Эндрю Уэйкфилда? Его исследования о связи прививки от краснухи с развитием аутизма? Ведь все поверили. И верили, несмотря на ряд вспышек эпидемии кори в мире. Хотя первые опровержения этих данных уже были в две тысячи четвёртом. - Шесть лет с момента публикации. Достаточный срок, чтобы коллективный иммунитет был подорван. Диана запросто могла поддержать подобную беседу. Несмотря на напряжённость. Мауат ничего не делал просто так. Не просто так он ведь выбрал медицинскую тему при диалоге с медиком? - Просто мистер Уэйкфилд был врачом. Несмотря на многочисленные промашки, есть люди, которым будут доверять всегда. Врачи в их числе. Не так, как в Средние века, но у церкви до сих пор есть репутация безгрешности. Хотя, своим правом убежища они подорвали свой авторитет ещё в Средние века. Неплохо, конечно, скрыться от убийства в церкви покрупнее, и безбедно жить на подаяния. Хотя, и среди церковников попадаются самокритичные фигуры. Вы знали, к слову, что среди современных монахинь считается дурным тоном выбирать имя «Тереза»? - Не интересовалась этой темой. - Символизм, несмотря на развитие человечества, до сих пор играет большую роль. Несмотря на яркую жизнь османской госпожи Хюррем-султан, никто не называл представительниц династии её именем. С именем наследуется и судьба. Много ли счастья в жизни бывшей рабыни? Убийство семьи, рабство, унижения. Кто желает подобной судьбы своей дочери? - Это ассоциации. И предрассудки. - Наверное. Но мать Тереза подверглась жёсткой критике после своей смерти. Несмотря на то, что имя её стало нарицательным, добродетели там было крайне мало. Антисанитария и отсутствие профессиональных медиков в приютах «Сёстры миссионерки любви». Накормленные бедняки и подобранные сиротки были лишь на словах. Зато подаренные машины скорой помощи активно использовались. Для передвижения самих монахинь. А сказать, что авария на «Юнион карбайд» - кара Господня и надо просто смириться и молится? Современный человек много знает. Кто пожелает себя ассоциировать с подобным чудовищем? Сложив приборы на тарелке, Диана тяжело посмотрела на собеседника. Мауат умный человек. Факт. Он любит пустословить? Никогда. Да и была одна знакомица у неё самой. - Зачем Вы мне это всё рассказываете? - Это моя маленькая благодарность, детектив. Все мы под Богом ходим. Бог – есть дух и поклоняющиеся ему должны поклоняться в духе и истине. Если забудете – откройте Евангелие от Иоанна. Стих двадцать третий четвёртой главы. Мой человек отвезёт Вас. Неприметный человек, отделившийся от тени, любезно подал ей пальто, подводя черту под этой поздней встречей. В теплом салоне «Астон мартин Винтаж» Диана даже придремала на какое-то время. Усталость, болезни и возраст дали о себе знать. К её разочарованию, автомобиль остановился явно не у её дома. Заспанными глазами женщина осматривала какой-то бизнес-район. - Где это мы? - Бишопсгейт, мисс. Закравшиеся на мог подозрения никуда не делись, но приобрели иную форму. В лобовом стекле она видела руины несостоявшейся стройки. Это место ей было знакомо. Если повернуть голову, она увидит церковь святой Елены. - Зачем мы здесь? - Помолиться за упокой клирика Иннокентия. По крайней мере, эту причину мне назвал мистер Мауат. Потерев ладонями лицо, Диана нервно усмехнулась. Малыш Мауат пустых слов на ветер не бросает. А ещё он бывает благодарным. А уж что делать с этой благодарностью – решать теперь ей.