Jekwan

꧁⸻◦❧❃☙◦⸻꧂ ***

Джисон не находил себе места. Он мерил комнату широкими шагами, нервно кусая ногти. — Хан, присядь, у меня уже голова кружится. Но он не послушал Минхо и продолжил своё занятие. Невероятное волнение в душе абсолютно не даёт покоя, отзываясь небольшим трепетом внутри. — А вдруг с ним что-то случится. — Если случится, то мы уж точно поедем на его похороны. Не волнуйся, — глаза Джисона были на мокром месте. Такие слова никак не успокоили бурю внутри, а наоборот — заставили воду выйти из берегов. А точнее, слёзы. — Джисон, это всего лишь шутка. — Плохие у тебя шутки, хён, — Джисон сел рядом со старшим, разочарованно смотря тому в глаза. — Я ведь вправду волнуюсь за Феликса. Зная, на что они способны, мне становится очень страшно потерять Ликси. Мы с ним только встретились спустя четыре года, и мне не хочется терять его снова, только теперь навсегда. — Ромео, я тебя прошу, попробуй меньше думать о плохом, — Минхо умоляюще посмотрел на собеседника. — Твои нервы не железные, да и мои тоже. Хан вытер тыльной стороной ладошки свои слёзы, стекающие по щекам. — Вот, я создаю всем проблемы. Ты не исключение, в ином случае не говорил бы так. — Это просто твой характер. Джисон, ты такой, какой ты есть. — Твои слова меня не успокаивают. Я как подумаю, что ты с ними общался, мне плохо становится. А осознание, что вчера могли убить не Ким Уджина, а тебя, охватывает меня снаружи и внутри неприятной болью. Вы с Феликсом мне так дороги. Хёнджин с ними общается уже долгое время, но я даже не мог допустить мысли о том, что ему разрезали руки эти сумасшедшие… — Джисон, ты… — Ли Минхо хотел хоть как-то угомонить истерику младшего, но он не успевает хоть что-то добавить, как его перебивают: — Я знаю, что чокнутый. Что слишком много думаю не о том. Что я очень зациклен на чужих проблемах и переживаю за всех подряд, но только не за себя. Минхо, ты мне об этом уже говорил, но я не могу ничего с собой поделать и просто… Но Джисону не дают договорить. Минхо аккуратно берёт лицо младшего в свои руки и, наклоняясь, нежно касается его губ. Волна жара резко прокатилась по телу Хана. Первые секунды он просто не мог понять, что творилось в тот момент. Но Джисон сразу расслабился и поддался искушению, также осторожно прикасаясь к затылку своего хёна. Появляется перехватывающее дыхание волнение. Зарываясь пальцами в длинных волосах Минхо, Джисон тонет. Тонет в этих невероятных ощущениях, наполненных невинной любовью и необратимым желанием, которое затмевало здравый разум. Минхо медленно отстранился от Хана, рассматривая его удивлённое лицо. — Это… — Мне же нужно было тебя как-то успокоить, Джисон-и, — начал оправдываться Ли. — Так ты просто меня успокоил, — как-то разочарованно повторил слова младший, нервно закусывая губы и бегая глазами по покрывалу кровати. И, беспокойно сглатывая, парень только сейчас в полной мере осознает всю масштабность своего поступка. Он поддался соблазну, в чём и винил себя. Закончить внутреннюю тираду ему не дал Минхо, который взял щёки парня в ладошки и уставился на младшего. — Успокоил, но не просто так, Джисон, ты… — Ты мне нравишься, Минхо, — еле собравшись с духом выпалил младший. Ему всё-таки удалось это сказать. Он смог найти в себе силы и перестал бояться своих чувств. Джисон открылся перед ним как книга, показывая всё содержимое своей души. Наконец-то у Хана упал камень с души, и он признался. Может, он пожалел об этом? Возможно. Может, хотел обратить время вспять и закрыть себе рот? Не без этого. Может, Джисон бы желал отстраниться от парня, как только тот его поцеловал? Может, именно так было бы правильно сделать? Да какие тут сомнения. Джисон бы никогда не отказался от этого момента и повторял бы его снова и снова, пока не закончится весь воздух в лёгких. Он до такой степени влюблён в Минхо, что наплевал на внутреннего демона, подговаривающего сдаться и даже не пытаться признаться Ли. Единственное, чего сейчас боится младший — это реакция. — Я уж думал помру, пока дождусь этих слов, — краешек губ дёрнулся в лихой ухмылке. К Хану быстро доходит смысл сказанных слов. Выражение лица быстро сменилось на бесконечное возмущение. Джисон взял подушку, которая лежала у него под рукой и зарядил в улыбающегося Минхо. — Так ты знал! — Конечно знал, — звонкий смех заливает всю комнату. — Зачем ты тогда меня выводил?! Знаешь же, что я всегда расстраивался из-за всех твоих «просто друзья». — И я буду вечно просить за это у тебя прощения, — Минхо взял руку Джисона и начал её массировать, параллельно рассматривая. — То, что ты не будешь на меня смотреть, не улучшит ситуацию. — Ну, значит, буду исправлять это. Минхо поднял глаза и с удивлением обнаружил, что его лицо находится почти вплотную к Хану. Старший сталкивается с пристальным взглядом, который будто гипнотизирует и затягивает его. Щеки просто пылают, а сердце, кажется, сейчас выскочит из груди. Звук чужого дыхания и дурманящая близость окончательно добили Хана и вскружили ему голову. А в следующую секунду Минхо касается его губ. От переизбытка эмоций тело покрылось мурашками. Младший почувствовал, как тот притянул его ближе, окольцевав руками талию. Ли мягко сминает податливые губы, наслаждаясь каждой минутой. Джисон судорожно комкал в пальцах одеяло, думая о том, что наконец-то он, несмотря ни на что исполнил своё самое заветное желание. — Хён, ты мне безумно нравишься, — проговаривает между поцелуями младший. — И ты мне, Джисон-и. И ты… — Минхо медленно отстранился. — Ты такой милый, когда смущаешься, когда дуешь свои щёки, — он прикоснулся к красному лицу Хана. — Когда отводишь от меня взгляд, пока я говорю тебе что-то двусмысленное. Как же ты можешь мне не нравиться. — И с какой целью ты разыгрывал это представление? — Хотел, чтобы ты первый признался. — И как долго ждал? — почему-то Хана эта ситуация очень забавляла, ибо он считал себя таким идиотом. — Ну, с самого начала учебного года, — примерно прикинул Ли. — Два месяца?! — крикнул парень в ответ и Минхо тут же закрыл его рот рукой, а палец другой руки подставил к своим губам. — Чш, не так громко, а то Шакал нас услышит. Шакал — местное погонялово проверяющей их общежития. Ведь эта женщина сидит высоко и видит далеко. Высматривает все нарушения в их пансионе и выносит наказание всем, кто нарушил комендантский час и попался ей на глаза. — Прости, — уже шепотом добавил Джисон и обнял старшего, положив голову на плечо. — Можно у тебя спросить кое-что? — тихо отозвался Минхо ему на ухо. — Конечно, хён. Спрашивай всё, что хочешь. Гладя стройную спину, Минхо поцеловал мочку уха парня и задал свой вопрос: — Давай будем вместе. Я не хочу тебя отпускать ни на секунду. Не хочу, чтобы ты ещё когда-нибудь плакал и переживал из-за меня, — Джисон аккуратно поворачивает голову, встречаясь с выжидающим взглядом Минхо. — Ты серьёзно? — Хан всё ещё не верит, что это спрашивают у него. Да и ещё кто — предмет его воздыхания Ли Минхо. Вглядываясь в лицо разомлевшего младшего, Ли отвечает: — Как никогда.

꧁⸻◦❧❃☙◦⸻꧂ ***

Соберись, тряпка. Они же тебя здесь не убьют. Возможно. — Почему же ты молчишь, Феликс? Тебе выпала такая удача, а ты даже не поблагодаришь, — продолжал настаивать Бан Чан. — А что мне говорить? — отозвался Ликс. Чан улыбнулся чему-то своему и подошёл к Хёнджину, проговаривая: — Я вижу, что у тебя боевой парень. — Мы не встречаемся, Чан, и ты это знаешь, — на что в ответ лишь самодовольно хмыкнули. — Правда есть у него один минус, — в разговор вступил Чанбин, — он слишком часто суёт свой нос в чужие дела. Уж очень много где он появляется по чистой «случайности». Чрезмерно много знает. — И что же я знаю? Ох, зря ты это, Феликс. Молчи, тупица! Все тут же перевели взгляд на через чур осмелевшего блондина, который был яблоком раздора «Калленов». Хван закатил глаза на то, что Ли выделывался, как только мог, блистая своим острым языком. Видимо, в голове Хёнджина было только одно: «Заткнись, прошу! Ну они же только того и ждут, чтобы найти причину к тебе доебаться». — Это ты нам расскажи, — отозвался огненноволосый парень. Видимо Чанбин и Бан Чан здесь самые разговорчивые. Сынмин и Чонин вообще абсолютно безобидно стоят и молчат в тряпочку. Хотя чего тут удивляться, Сынмин мне кажется уже родился с этим вечно каменным выражением лица. На недружелюбную атмосферу здесь можно топор вешать. — Кто же тебя просил вмешиваться в то, во что не просят, — медленно проговорил Со. — Поэтому они хотят держать Феликса ближе к себе? Что бы нигде ничего лишнего не сболтнул? — на пониженных тонах начал спрашивать Хёнджин у парня рядом. Сынмин бесстрастно повернул голову к Хвану, лишь на секунду одаряя его взглядом, после чего отвернулся обратно. — В первые дни знакомства я вообще думал, что он немой, — съязвил Чонин, закидывая руку на плечо Кима. Но заметив убийственный взгляд Сынмина, тут же отстранился, но не перестал улыбаться. — Ты никогда не отличался выразительными умственными способностями, Ян, — безразлично ответили парню. Прекратив небольшой спор, ребята продолжили наблюдать за следующими действиями Феликса. По нему было видно, что он безумно волновался. Это и понятно, кто бы не переживал, если бы тебя позвали в лес неадекватные сумасшедшие. Никто не мог предугадать следующих действий, поэтому Ликсу приходилось только догадываться, что задумали эти парни. — Теперь будешь с нами, дружок. Но… Не всё так просто, — Бан Чан достал из кармана своей куртки небольшой перочинный ножик. Ну нет, только не это. Я же обещал Джисону, что не поддамся, если они начнут меня тоже просить порезать руку. Бан Чан бросил взгляд на ладонь парня, намекая на то, чтобы тот предоставил её под эксплуатацию. Ли сразу сложил «два плюс два», понимая, что сейчас произойдет. И всё-таки, несмотря на свои обещания, Феликс протянул левую руку их лидеру. Не проронив ни единого слова, Бан Чан медленно провёл по бледной коже Ликса, на которой появлялись алые капли крови. Блондин лишь недовольно сморщился, но заметив угрожающий взгляд Чанбина, сразу же изменился в лице и показал свою незаинтересованность в происходящем. Красноволосый парень, закончив свои действия, взял из внутреннего кармана небольшую стеклянную бутылку, тут же подставляя её под струю алой крови. Жидкость медленно наполняла сосуд. Ладонь Феликса безумно болела, ведь порез уходил довольно глубоко. — Сынмин, — Бан Чан закрыл бутылку небольшой пробкой и передал ярко-бордовое содержимое в руки Кима. Он забрал стеклянный шкалик у главного и, недолго задержав взгляд на ней, положил в карманчик своей кожаной куртки. — Я надеюсь, что у тебя хватит ума не распространяться об этом, — подмигнул Феликсу Ян. — И зачем вам это? Хёнджин в очередной раз закинул голову назад, ведь не мог даже видеть Ликса, который говорит подобную чушь при этой компании. Чанбин хмыкнул и решил ответить на глупый вопрос парня: — Ты знаешь, что такое иерархия? — Феликс кивнул. — Так вот, здесь действуют похожие правила. Одно из которых — не задавать лишних вопросов людям, выше тебя по рангу. Можешь идти. Хёнджин, — произнёс он его имя и кивнул в сторону Ли. Хван сразу понял, что от него хотят и пошёл провожать перепуганного внутри Феликса. Как только двое парней отошли подальше от «Калленов», Хёнджин тут же дал сильный подзатыльник блондину. — Эй, за что? Больно вообще-то, — начал возмущаться Ликс. — Ты идиот? Что за бред ты там нёс?! — Хёнджин в привычной манере изогнул правую бровь. — Всё ведь прошло нормально, чего ты начинаешь. — Я думал, что они тебя там закопают на месте, если бы ты продолжил говорить аналогичную чушь. — Хёнджин, успокойся. Ничего не произошло. Пошли обратно в комнату. Джисон там, наверное, уже в обмороке лежит, а как увидит, что они мне руку разрезали, так вообще на тот свет отправится. Поэтому парни решили не терять ни минуты и отправились к чёрному входу здания. Феликс шел первый по тёмному коридору, который освещал лишь свет луны. — Смотри, чтобы Шакала не было, — только стоило брюнету сказать эти слова, как вдруг послышался противный женский голос за поворотом: — Кто здесь ходит?! — Сука, — прошипел Феликс и буквально застыл на месте, не зная куда им деваться. Но выход быстро нашёл Хван, который мгновенно схватил Ликса за локоть и утащил в одну из ниш за деревянной колонной, прикрывая рот младшего своей рукой. — Потише, Малыш, — Хёнджин медленно выглянул из-за колонны, но тут же спрятал голову обратно. Видимо, проверяющая ещё ходит по коридору. — Как твоя рука? — Нормально, могло быть и хуже, — еле слышно ответил Ли, боясь быть пойманным. Феликс мог признать, что ему приятно внимание Хвана. Он даже чуть заметно улыбнулся, что не ускользнуло от внимания старшего. Хёнджин притянул парня к себе ближе, обхватывая обеими руками широкую спину Ликса под футболкой. А Феликса от этого безумно ведет. Брюнет дотрагивается к груди, пробегаясь по ней пальцами. — Прекращай, не до этого сейчас. Старший явно не собирался останавливаться на достигнутом. — Ты представь, что будет с Шакалом, если она увидит нас здесь вдвоём. Её пуританское сердце же не выдержит такой гейской атмосферы, — но заметив, что Феликс действительно переживает быть замеченным, убрал руки от торса младшего и, выглянув ещё раз из-за колонны, сообщил. — Она ушла, пойдём. Хёнджин разочарованно выдохнул и первым вышел в коридор. — Ты такой трус, Малыш, — невольно бросил блондин. — Сам себе перечишь. Говорил же пару минут назад, что я идиот, раз посмел так говорить с твоими «лучшими друзьями», — Феликс изобразил пальцами кавычки. — Да и если бы я был трусом, то не дал бы себе руки резать. Хван снова приподнял свою бровь и открыл дверь в комнату. — Твою дивизию! — начал ругаться Хёнджин, увидев перед собой забавную картину. Минхо и Джисон мирно сидели на кровати, обнимаясь и целуя друг друга. От громкого тона они тут же отстранились, вытаращив глаза на пришедших друзей. — Я вижу, вы времени не теряли, — ехидно усмехнулся блондин и подошёл к своей тумбочке. — Вы продолжайте, продолжайте. Мы за аптечкой. — Охренеть просто можно. Вы наконец-то начали встречаться? — привычка Хёнджина приподнимать бровь снова проявилась на его лице. Феликс достал небольшую коробочку с медикаментами и посмотрел на Хвана. — Пошли, поможешь мне, — настоял Ликс, заходя вместе с брюнетом в ванную комнату. — Мне это привиделось? — Хёнджин показал пальцем на закрытую дверь. — А чему ты удивляешься? — парень открыл коробочку и поставил её на бортик раковины. — Тому, что это свершилось. Я думал, что эти два олуха не допрут, что к чему, — Феликс не сдержал улыбки. — Промой рану сначала. Хёнджин сел на небольшую табуретку, на спинке которой висели полотенца. — Я, вообще-то, знаю. Брехня. Но Ли упорно делал вид, будто так и хотел сделать. Включил кран с холодной водой и подставил под струи повреждённую ладонь. Закончив, Феликс тут же потянулся к баночке со спиртом, но Хёнджин остановил его. — И что ты собираешься с этим делать? — Рану хочу промыть, не видно, что ли? — Я вижу ты прям эксперт в оказании первой медицинской помощи. Хочешь получить ожог тканей? Иди сюда, ребёнок. Не успел Ликс опомниться, как оказался сидящим прямо на колене старшего. Он осмотрел ладонь парня и тут же потянулся за марлей, чтобы промокнуть место травмы и очистить от остатков крови. Потом он открыл небольшой тюбик с йодом, взял ватную палочку и начал аккуратно обрабатывать края раны. Феликс лишь молча наблюдал за всеми его действиями, иногда бессовестно поглядывая на сосредоточенное лицо старшего. Даже несмотря на то, что ты такой придурок — ты безумно красив. Помогаешь, заботишься, волнуешься… Хёнджин, в тебе слишком много загадок. — Хватит раздевать меня взглядом, Малыш, — Хван не поднимал головы. Он наложил марлевую салфетку на рану и зафиксировал её бинтом. — Не туго? — Ли отрицательно кивнул, и брюнет начал складывать все предметы обратно в коробочку. — Ты давно в этой школе учишься? — Года три уже. Как только перешёл в старшую школу — переехал сюда. — Почему? — Хван взглянул на Ликса. — Думаю: моя причина не отличается от историй других ребят. Нас сюда всех сбагрили родители, не спрашивая хотим мы этого или нет. — А ты хотел? — старший откинулся на спинку стула. — Если честно, то не особо. Но потом понял, что здесь мне намного лучше, чем дома. Там вечные скандалы, проблемы, а здесь я себя чувствую как рыба в воде. Это моё место, — Хёнджин посмотрел в глаза собеседнику. — Больше скажу, я даже на лето здесь остаюсь. — Серьёзно? Даже на каникулы не уезжаешь? — Феликс не на шутку удивился этому. — А смысл? Потом снова сюда возвращаться. Тем более, я тут не один летом. Здесь остаются по желанию, пансион работает двадцать четыре на семь. Повисла тишина, во время которой был установлен визуальный контакт. Самая особая чувствительность человека — зрительная связь. Люди меняют свое поведение и делают иной выбор, даже не осознавая этого. Встреча взглядов имеет чрезвычайную силу. Глаза много рассказывают о нас самих, а зрительный контакт с другим человеком меняет впечатление о нем. Встреча глазами с Хёнджином так захватывает внимание Ликса, что он на мгновение действительно прекращает осознавать, что происходит вокруг. Это заставляет его сконцентрироваться на мысли, что перед ним другой человек с собственным разумом и взглядом на вещи. От этого осознания Феликсу становится немного не по себе. Длительный контакт заставляет его чувствовать себя неудобно от пристального внимания со стороны. — У тебя столько веснушек, — Хёнджин легонько прикоснулся к лицу, проводя по коричневатым пятнышкам пальцами. — Думаю, что нам пора. Спасибо за помощь, — Феликс встал с чужого колена и дёрнул ручку. — Чёрт! — крикнули двое парней за ней, которые чуть не попадали от резкого открытия двери. — Вы подслушивали что ли? — равнодушно на выдохе спросил Хван. — Что? Нет, — протянул Джисон. — Мы просто мимо проходили, — нервно улыбнулся Минхо и тут же посмотрел на Хана. — Я ведь верно говорю? — Конечно! А как же иначе. Мы не подслушивали, как вы разговаривали о Хёнджине. Минхо тут же ударил себя ладонью по лицу, изображая фейспалм. — Сделаем вид, что поверили, — Феликс вышел из ванной комнаты и сразу же открыл дверки большого шкафа, доставая от туда спальную одежду. — А вы как тут сами? Нацеловались вдоволь? — Хван подмигнул Джисону, который тут же покраснел. — А-ну не смущай моего парня. — Твоего парня? Даже так, — Ликс снял свою футболку и надел новую, чистую. Заметив то, что Хёнджин всё это время пялился на торс блондина, он решил его подколоть. — Челюсть подбери. — Это будет сложно, — Хван показательно схватился за сердце. — Налюбовался? — У меня ещё будет время рассмотреть и изучить твоё тело полностью. — Только давайте не как в прошлый раз изучать, — встрял в их беседу Минхо, по словам которого они мгновенно поняли, что тот имеет в виду. Феликс расстелил свою кровать и забрался под холодное одеяло. Как только светловолосый парень закрыл глаза, Джисон тихонько подошёл к нему и ткнул пальцем в щёку, чтобы тот обратил внимание на парня. — Хан, я знаю, что это ты. Уйди, — возмутился Ликс. — Что у тебя с рукой. — Споткнулся, упал и ударился об пень. — Не прикалывайся. Это они тебе руку разрезали? — Давай завтра об этом поговорим, я устал и хочу спать. — Кстати об этом… — Феликс медленно раскрыл веки. — На улице ночь, по коридорам ходит неадекватная женщина с тростью. Мир опасен. — Чтобы ты сейчас не сказал, я отвечу «нет». — Ну пожалуйста, пусть останутся! — Джисон сложил руки в мольбе, чтобы Ли с ним согласился и разрешил побыть эту ночь парням в их комнате. — Я не буду снова спать с Хёнджином. — Ты меня опять ранил, — и снова брюнет схватился за грудь, будто от выпущенной воображаемой стрелы. Не хочешь просто так отпускать Минхо, когда только-только признались в чувствах? Оно и понятно, но ведь с ним в комплекте идёт и Хван, ночь с которым я не переживу! Но так не хочется расстраивать Джисона… — Ладно, — в заключении выдал Ликс. — Так мне можно с тобой ложиться? — игриво спросил Хёнджин. Да! — Нет! На коврик давай. По классике жанра Джисон и Минхо улеглись вместе в обнимку, почти одновременно засыпая. Но вот не всё так просто было со сном у других людей в этой комнате. Хван недовольно улёгся рядом с кроватью Феликса, поглядывая на мирно спящего Феликса, по крайней мере, ему так думалось и казалось. У Хёнджина болела спина, единственное, чего ему сейчас хотелось — лечь на мягкий матрац и хорошенько выспаться. Но, благодаря Ликсу, его мечтам не суждено сбыться. Брюнет ёрзает на неудобном полу, чтобы найти подходящую позу для сна, но всё мимо. Ещё одна попытка — и снова промах. Прошло где-то минут десять. Хван пересчитал уже тысячу овечек в своей голове, чтобы побыстрее заснуть, но ничего не выходит. Что ж за день-то такой для Хёнджина. Будто кара небесная. — У тебя десять секунд, чтобы лечь рядом, иначе я передумаю, — ему не послышалось? Феликс только что сам решил позвать Хвана к себе? — Уже осталось пять секунд. Хёнджин торопливо поднимается с деревянного пола и рыбкой ныряет в постель, комфортно устраиваясь рядом с Ликсом. — Я думал, что не предложишь. — Ты помог мне с рукой, а я помогаю тебе. Да кого ты обманываешь?! Тебе просто хочется быть с ним рядом. Не ври хоть самому себе. — На полу не очень удобно, у меня болит спина, — начал жаловаться старший. — А ещё там холодно и рядом не лежат светловолосые красавчики. — Какие тебе там красавчики нужны. Я думал, что ты заинтересован только во мне. — Прости, Малыш, оговорочка получилась, — Хёнджин повернулся к Ликсу лицом к лицу. — Ты устал? — Если собираешься запустить руку мне в трусы, то я не в настроении, — Хван хмыкнул. — Вообще-то, я просто поинтересовался твоим самочувствием. А у тебя только одно в голове, Ликси, — светловолосый мгновенно открыл глаза. — Я тебе не Ликси. — Прости, Малыш, не буду больше так называть, — помолчав с секунду, парень продолжил. — Феликс, я замёрз. — Ну так иди к себе и спи там, раз тебя не устраивают мои условия, — Ли махнул рукой на выход. — Обними меня. Ликс уставился на него как баран на новые ворота. — С каких это пор я подрабатываю обогревателем? — но Хёнджин лишь умоляюще выставил руки вперёд, подзывая младшего к себе. — Ну пожалуйста. Мне холодно, обними. Вдруг из соседней кровати послышался низкий голос слегка сонного Минхо. — Да обними ты его уже! Задрали постоянно меня будить, с вами невозможно нормально поспать. Феликсу больше ничего не оставалось делать, кроме как успокоить истерику Хвана и заключить парня в свои объятия, чтобы унять его возмущения. Старший прильнул к блондину и крепко его обнял, не намереваясь отпускать. Их конечности переплелись под тяжёлым одеялом. — Феликс, — шепчет парень. — Что? — еле слышно бормочет Ли. Младший спокоен в своей привычной манере, и слова не путаются. Хёнджин просто его рассматривает, будто не делал этого недавно в ванной. Лежа перед ним, Хван действительно не знает, как правильно себя вести. Вот вроде бы и хочется потянуться за желанным поцелуем, но он видит, что Ликс этого сейчас не хочет. — Я могу вечно на тебя смотреть. В тебе нет изъянов, Малыш. Повисла пауза. Кожа Феликса от таких слов покрывалась мурашками. Он ощущал нежность и тепло, когда Хван прижимался к нему ещё ближе, утыкаясь лицом в его шею. Брюнет оставил на ней краткий поцелуй. Ликс улыбался, чуть изгибаясь, словно подставляясь под ласки старшего. Хёнджин закрыл глаза и снова поцеловал тонкую кожу. Он не мог перестать отвлекаться на другие участки тела, ведь ему была доступна только шея. Феликс почувствовал, как бешено начало стучать его сердце. Дыхание прерывистое, но тихое. Это было сделано, чтобы не выдавать своего волнения. Он расслабился, поддаваясь внутренним ощущениям, когда Хван сильнее сжал пальцы на его теле. Всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Но никто не был против, ибо в их планы сегодня точно не входило перецеловать друг друга с головы до ног. Ликс здоровой рукой коснулся мягкий тёмных волос старшего, чуть поглаживая их. Хван положил свою голову на бицепс парня, используя его вместо подушки. — Тебе больше не холодно? — Совсем немного, — улыбнулся Хёнджин и тут же уснул.