Пора первой любви и свободной юности.

***

— Такая история охуенная произошла, ты щас охуеешь просто… — Где вы были, я спрашиваю! — крикнул Пик. Он был взвинчен и рассержен на Вару за то, что тот не только сам нашёл приключений на свою голову, так ещё и Зонтика в них втянул. Вару испуганно втянул голову в плечи. М-да, нечасто на него кричали с такой злостью. — Короче, на нас гопники напали, — пытаясь сохранять спокойный тон ответил Вару. — Может потому что не надо поздно ночью гулять? — с наездом спросил Пик. — А может потому что выглядеть как педик не нужно? — нахальным тоном ответил Вару, показывая пальцем на Зонтика. — Но ты ведь сам меня позвал… — Я ещё и виноват, превосходно! — воскликнул Вару, однако быстро успокоился и продолжил с воодушевлением, — Не, ну ты бы видел, как я двоих в одиночку раскидал! Слабая в последнее время гопота стала, да-а. — Пошли, герой, — с иронией сказал Пик, — с тебя ещё всю грязь и кровь оттереть надо. — О, спасибо, великодушный Пик, за то что согласился помочь бедному раненному солдату! — переигрывая воскликнул Вару. Пиковые ушли на кухню. В это время Куромаку повернулся к Зонтику, аккуратно кладя руки ему на плечи. — С тобой всё хорошо? — серьёзно спросил он. — Да-да, со мной всё отлично. А вот с Вару… — начал было Зонтик, но его перебили. — Пожалуйста, не гуляй так поздно — я волнуюсь за тебя, — проговорил Куромаку. — Хорошо, конечно, раз так, — закивал Зонтик. — Пошли на кухню, — Куромаку кивнул в сторону двери. За столом сидел Вару, перевязывающий свои раны и яростно матерящий местную шпану. — Ты представляешь? Представляешь! Вот просто с нихуя напали! — ругался он. — Да не ори ты так, весь дом разбудишь, — шикнул Пик. Вару прошипел от того, что перекись попала в рану и поднял голову. — Пакет ты, надеюсь, не потерял? — спросил он у Зонтика. — Нет, вот он, — ответил Зонтик и поставил пакет на стол. — О-о-о, вот и отлично. Вару вскочил и достал две бутылки вина. — Серьёзно?! Ты что, собираешься всю ночь бухать? — с осуждением спросил Куромаку. — Какой бухать, тут градусов десять, не больше, тут даже опьянеть не получится, — возразил Вару. Он достал из шкафа четыре бокала (интересно, откуда они там вообще?) и поставил на стол. — Я не пью, — процедил Куромаку. — Я тоже, — отозвался Пик. Вару пожал плечами и убрал два бокала обратно в шкаф. — Я тоже… — начал Зонтик. — Так, слушай, я только ради тебя их покупал, а ты сливаешься, нехорошо так-то, — возмущенно прервал его Вару. Зонтик смутился и робко ответил: — А… Ну раз так, то ладно, наверное. — Так, ты, собака сутулая, даже не смей спивать Зонтика! Второго алкаша нам не хватало! — резко сказал Куромаку. — И не собираюсь! Всё абсолютно добровольно, — ответил Вару с той благородной улыбкой, какой обычно улыбаются только самым важным шишкам. Куромаку вдохнул, немного подумал, всё же пришёл к выводу, что Зонтик довольно взрослая и самостоятельная личность, и процедил, уходя из кухни: — Много не пей. Пик пошёл вслед за ним, не забывая прихватить с собой одну бутылку. — Ты куда её потащил? — с недовольством спросил Вару. — К себе, для сохранности, — ответил Пик. Вару фыркнул, оставаясь наедине с Зонтиком. — Ну так что, ты будешь пить? — После всего, что с нами произошло конечно буду, — легко усмехаясь ответил Зонтик. Вару улыбнулся, открыл бутылку и плеснул в бокалы напиток. В воздухе запахло виноградом. — Знаешь, я не пил ни разу, так что даже не знаю, что со мной будет, — с сомнением сказал Зонтик. Он взял бокал в руку и слегка покачал его. — Ой, да ничего не будет, максимум голова закружится, если перепьёшь. Ну, на брудершафт? — ответил Вару поднимая бокал. — На брудершафт? Зачем? И что это? — в недоумении спросил Зонтик. — Это значит, что два человека устанавливают крепкие дружеские или романтические связи. Побратимы короче, — цокнув языком ответил Вару. — Романтические? — тихо сказал Зонтик, так чтобы Вару его не услышал. Идея выпивки всё меньше нравилась ему. Но отступать уже некуда, поэтому он перекрестил локти с Вару, поднося бокал ко рту. — Ну, за нас! — воскликнул Вару. — Ага, да, за нас, — в смятении ответил Зонтик. Он отхлебнул из бокала и поморщился. Не то чтобы на вкус оно было плохо, просто непривычно. Голова вроде не кружилась, да и ясность ума он пока сохранял. Пока. Пока Вару не начал подливать ему всё больше и больше, пока Зонтик не начал глупо хихикать с несмешных шуток, пока, после очередной шутки, Вару не приблизил к нему лицо настолько, что его дыхание щекотало щёки. — Э-э-э, — возмущённо протянул Зонтик, — что ты творишь? «Ебать, чё я творю? А блять, поцеловаться хотел! Да ну нахуй, плохая идея» — подумал Вару и наклонил голову набок, теперь смотря не в глаза Зонтика, а на стенку. — Да вот, видишь — паук! — попытался найти отмазку он. — Паук? Так они ж это, только в Австрии! — удивился Зонтик. — А, ну и впрямь. Значит показалось, — отстраняясь от Зонтика сказал Вару. И опять послышались шутки, шутки, шутки. Глупый смех Зонтика, тиканье часов, звон бокалов — словом, смешалось всё, мешая и без того пьяному мозгу нормально думать. Когда Вару пошутил про «запретное слово на букву С», то есть про секс, Зонтик внезапно, вместо смеха, спросил: — Вот ты шутишь, шутишь, а так-то похоже, будто ты мазохист! — Пф-ф, какой мазохист! Я садист больше! Хотя, если бы меня помучала какая-то красивая девчонка, я был бы не против, — с пошлой улыбкой проговорил Вару. Зонтику внезапно стало мерзко и противно. Кого это он имел в виду под «красивой девчонкой»? — Слушай, а я что, и впрямь похож на девочку? — спросил Зонтик, М-да, прозвучала как-то двусмысленно. Он отпил из бокала и тут же пожалел об этом, потому что тотчас же по голове словно мешком ударило. — Да хз, вроде нет, — пожав плечами ответил Вару, — А, а вот знаешь, переедем мы в Москву, так всё, и дразнить тебя перестанут! Вот, только подождать надо. А потом на этой, на повозке, так прям до Москвы. Или пешком! — радостно проговорил Вару. — Пешком, ик, долго, — заметил Зонтик, облокачиваяясь на стену, — И вообще, какое-то слишком хорошее у тебя представление, ик, о Москве. Сними эти, — Зонтик замялся, пытаясь вспомнить фразеологизм, — эти… О! Розовые очки! С лица Вару внезапно пропала улыбка. Он вскочил из-за стола и одной рукой сжал подбородок Зонтика. Трефовому стало очень страшно, он будто протрезвел за секунду. Зонтик с мольбой посмотрел на Вару, пытаясь не плакать от боли в лице. — Я. Не. Ношу. Розовые. Очки! — отчеканил Вару. Он резко развернулся, и, громко топая, ушёл на чердак. Испуганный Зонтик окончательно перестал адекватно мыслить из-за выпитого алкоголя, а потому не додумался сделать ничего лучше, чем просто допить вино прямо из бутылки, которого хватило буквально на один глоток, а затем просто сесть на пол и разрыдаться, коря себя самыми плохими словами, которые только знал. Что он сказал не так? Почему Вару ушёл? Почему он так напуган? Зачем, почему, что вообще происходит? Голова стала ватной. Он резко успокоился, вытер слёзы и неловко встал, посмотрев на часы. Все несчастные мысли ушли, будто их и не было. — Так-с, два… Сколько мы пили? С девяти… Это надо два плюс девять… Или минус два… Семь часов пили, ого! — заплетающимся языком промямлил Зонтик, направляясь к двери из кухни. «Так, а сколько пили? Сколько можно бокалов за 7 часов выпить? Так, если бокал по высоте как полбутылки, то…» — проносились несвязные мысли в голове. Зонтик шёл, почти даже полз, облокачиваясь на стенку. Перед ним неожиданно предстала лестница. Тихо простонав, он начал по ней забираться. «Хоть бы не упасть, не хочу умирать. О, так мы 117 бокалов выпили, тумач!» — подумал Зонтик где-то на середине пути. Еле как добравшись до двери, он постучался. Он уже не видел, кто ему открыл, не слышал, что ему сказали, а только невнятно произнёс: — Доброе утро, ик! И упал кому-то на руки.

***

Вару проснулся довольно рано, весь дом ещё спал в это время. Голова после попойки чуть болела, но не настолько сильно, как сердце внутри. И болело оно явно не от алкоголя, а от чего-то в голове. «Кошки на душе скребут» — вот как это объяснить. Какое-то необъяснимое чувство стыда и одновременно ненависти к кому-то. Кому? К Зонтику что ли? Да не, Зонтик ведь и мухи не обидит, какая уж тут ненависть? Хотя, вспоминая вчерашнюю попойку, на ум приходили мысли, как они поссорились. Или не поссорились, а он на что-то обиделся… Решив сначала избавиться от похмелья, а потом уже думать о Зонтике, Вару решительным шагом отправился на кухню. Сейчас он был достаточно трезв, чтобы мыслить логически. Придя на кухню и налив себе воды, Вару начал вспоминать, что же они вчера делали на кухне. На ум пришло только воспоминание о несостоявшемся поцелуе, инициатором которого был сам Вару. М-да, странно это. Отхлебнув воды, Пиковый почувствовал невероятное желание разыграть кого-то. Такого не было с ним две недели, а потому он решил наверстать упущенное. Он прошёлся по дому, намазал ручки дверей маслом или зелёнкой, перекрыл горячую воду в ванне (чтобы сонные клоны сразу же проснулись от прохладного душа), по классике поменял сахар с солью, приклеил тапки Пика к полу (потому что достал своими скороходами по полу шлёпать), а напоследок нашёл кусок какой-то тряпки, сделал из неё что-то похожее на крысу и повесил в холодильник. — Мышь в холодильнике повесилась, Ха-ха! Пока он вешал эту тряпку, его взгляд упал на банку солёных огурцов. Он решил поделиться своей находкой с Зонтиком, наверняка у него сейчас тоже похмелье. Забравшись по внешней стене в окно к Трефам (Вару всё ещё побаивался заходить в дверь к ним, боясь выселения), он начал кидать в Зонтика мелкие камушки, пытаясь разбудить.

***

Зонтик проснулся от резкой боли в виске. Всхлипнув, он закрыл руками голову, пытаясь хоть как-то унять её. Но когда боль прошлась и по руке, он понял, что боль идёт извне. Покачиваясь он сел в кровати и посмотрел в окно. Он прищурился, пытаясь сфокусировать взгляд. Но перед глазами были только неясные сине-зелёные пятна. Наконец проморгавшись, Зонтик аж вздрогнул, увидев в окне Вару. — Чего… тебе, — еле промямлил он. — Я тебе рассола принёс, опохмелиться! Его голос звучал резко и громко, заставляя и без того болевшую голову болеть ещё сильнее. Да и чувствовалось, что что-то не то произошло сегодня ночью. — Уйди, — тихо сказал Зонтик, накрываясь одеялом. Его немного подташнивало и не давала покоя больная голова, поэтому он быстро провалился в сон, не услышав тихий вздох со стороны окна. В следующий раз он проснулся от того, что его трясли за плечо. С трудом открыв глаза, он отмахнулся от будящего. — Пьяница, а ну вставай! — это был голос Куромаку. Зонтик резко вскочил, от чего у него потемнело в глазах. Кажется, пьян он уже не был, а потому мог относительно ровно сидеть на кровати. — На, попей воды. Зонтику протянули стакан. Он с чуть ли не животной жадностью схватил его, быстро глотая воду. — Не подавись, — забирая стакан сказал Куромаку. Зонтик, «вернувшись к жизни», посмотрел на Короля, а потом стыдливо опустил взгляд, тихо спрашивая: — Что вчера было? — Что вчера было! Я тебе расскажу что было! — возмущённо воскликнул Куромаку, но, посмотрев на грустного Зонтика, сбавил тон, — Ты вчера пришёл пьяным в стельку, когда на часах было два часа ночи, и молча упал мне на руки. Зонтик покраснел от стыда, пытаясь отвернуться от взгляда Куромаку. — Прости… Прости, мне очень стыдно, — всхлипнул Валет. — Успокойся. Я не ругаю тебя, ты уже достаточно взрослый для того, чтобы самостоятельно принимать решения и думать о последствиях. Просто учти, что в следующий раз можешь даже не стучаться в дверь, — с лёгким укором сказал Куромаку, — На тумбочке таблетки от головы. Поспи ещё немного, — указал он и вышел из комнаты, прикрывая дверь. Он спустился на кухню. Там сидел Пик, а около него, на столе, стояли две кружки кофе. — Доброе утро, — сказал он. — Не сказал бы что доброе, — проворчал Куромаку, присаживаясь рядом, — ты чего босиком? Холодно ведь. — «Я нюхал клей, а потом его нужно было куда-то деть, поэтому я приклеил твои тапки к полу» — процитировал Пик. — Бо-о-оже, — простонал Куромаку, — где этот придурок? Мне нужно серьёзно с ним поговорить. Пик лишь пожал плечами. А дальше началось «шоу». В кухню вошёл Феликс, пребывающий в очень хорошем настроении, поздоровался с Королями и прошёл к холодильнику, открыл его, а после с громкими воплями отпрыгнул от него. — Ты чего орёшь? — недовольно спросил Куромаку. Феликс молча достал из холодильника ту самую банку огурцов с приклеенной на неё фотографией лица какой-то бабки. — Забавно, — сурово произнёс Пик. — Очень забавно! Очень! — в сердцах воскликнул Феликс, — Две недели не было и вот опять! Ну-ка, дай сюда сахарницу, — попросил Червовый у Пика. Взяв сахарницу, он попробовал чуть-чуть порошка с пальца, а потом с громким стуком поставил её на стол. — Это грёбаная соль! Злой Феликс вышел из кухни, проклиная Вару на чём свет стоит. «Виновник торжества», то есть Вару в это время влез в окно, тихо посмеиваясь. Его встретили осуждающие взгляды. — Смешно, правда? — задал вопрос Валет. — Ни капли, — в унисон ответили Пик и Куромаку. Вару фыркнул, сдувая со лба прядь волос. — Ой, душнилы вы конечно. — Присядь, пожалуйста, нужно серьёзно поговорить, — процедил Куромаку. Сказать, что Вару не любил серьёзных разговоров, так это сказать ничего. Он ненавидел их всем сердцем. Но, делать нечего. С невозмутимым видом он развалился на стуле, нахально смотря на двоих. — Ну? — У нас к тебе очень много претензий, — начал Куромаку, — во-первых, почему Зонтик притащился пьяный как сапожник, хотя я сказал вам: «много не пить», во-вторых… — Ой, а мы много и не пили, я вот откуда знал, что он с двух бокалов пьянеет, — хмыкнул Вару. — Не перебивай меня! — со злостью хлопнув ладонью по столу и вставая сказал Куромаку, — Какие ещё два бокала! Много не пить — это значит один! Один бокал! А не два! Вару тотчас же сел прямо, хмуря брови. Сейчас он не в лучшем положении, ещё и один против двоих, ещё и сбежать как-то не по-мужски. В конце концов, он решил дослушать Куромаку. — А во-вторых, ты обещал, что повзрослеешь. И что я вижу? Опять твои идиотские шутки! — уже кричал Куромаку. — Успокойся, — положив руку на плечо другу сказал Пик, — он безнадёжен. Оставь его. — Ты за него заступаешься? — с негодованием спросил Куромаку. — Ты только нервы себе вытреплешь, а до него, как до стенки, — ничего не дойдёт. — Не могу не согласиться, — садясь обратно сказал Куромаку. — Я ещё и безнадёжен, прекрасно! — возмутился Вару. — Уйд… — начал Пик. — Да пошли вы оба нахер! — крикнул Вару, выбегая из дома. Пик и Куромаку молча переглянулись. — Пиздец, — отпивая из кружки сказал Куромаку. — Пиздец, — согласился с ним Пик.

***

А дальше… А дальше всё шло ровно так же, как и до того «гениального плана» Вару. Он все так же глупо разыгрывал соседей, которые вскоре научились обходить его ловушки. Наступило лето. Вару уже и позабыл как-то о всех, проводя всё своё время на улице вместе с такими же хулиганами как он. Правда, в отличие от всех предыдущих лет, без Пика. Себе Вару говорил, что так даже лучше, но в глубине души понимал, что на самом деле как-то не очень. С Зонтиком они с того дня так и не поговорили нормально. У обоих была необъяснимая обида друг на друга, причину которой ни Зонтик, ни Вару, вспомнить не могли. Так прошли недели две июня. В тот день было холодно и моросил дождь, а потому все несовершеннолетние панки сидели по домам, в том числе и Вару.  — Скучно-о, — протянул Вару, сидя на чердаке. — Книжку почитай, может хоть поумнеешь, — ответил Пик, не отрываясь от самоучителя по гитаре. За последний месяц у него стало получаться намного лучше, и он даже иногда играл по вечерам на пару с Куромаку. — Под твоё бренчание-то? — проворчал Вару. Однако какую-то книгу из кучи хлама на полу он всё же достал, пытаясь сосредоточиться на чтении. М-да, какая-то нудятина про эльфов и драконов. Откуда у них вообще книги на чердаке? — Поговори с Зонтиком в конце концов, а то что-то не вижу прогресса в твоём розыгрыше. Или всё уже произошло той ночью? — откладывая гитару спросил Пик. Вару вздохнул и откинулся на кровать. — Да нихуя. Он че-то от меня бегал после той ночи, а я и забил. — А что ночью было? — Я чё, помню что-ли? Сам знаешь, у меня память отшибает, так хоть с пистолетом у виска спрашивай, ничего не скажу. — Ясно, — ответил Пик, возвращаясь к гитаре. А-а-а, опять скука! Ну почему у всех было какое-то развлечение, а у него, Вару, вообще ничего. Боже, как же он ненавидел дожди. И когда ему запрещают разыгрывать других, пока идёт дождь. Вообще-то никто формально не запрещал этого делать, но Вару понимал, что стоит ему сделать какую-нибудь пакость, так тут же отхватит леща от Пика и выговора от Куромаку. И даже неизвестно что хуже! Нет, всё же с Зонтиком было лучше. Он конечно слишком мягкий и бесхарактерный, но за этим интересно наблюдать. Надо бы с ним поговорить нормально, а то скоро от скуки хоть вешаться можно будет. И тут в голове Вару ка-а-ак щёлкнуло! Опять ему на ум пришёл гениальный план! Боже, вот оно, прозрение! Вскочив с кровати он начал кругами ходить по комнате, бормоча себе под нос. — Опять светлые мысли посетили твою голову? — с насмешкой спросил Пик. Вару только отмахнулся рукой от него, продолжая думать. Так, значит, нужно будет только дождаться подходящего момента, когда Вару с Зонтиком останутся наедине без возможности сбежать. Всё! Он гений, как и всегда!

***

К счастью, удачный случай подвернулся совсем скоро, буквально через два дня. Была глубокая ночь. Из комнаты Трефовых тихо выскользнул Зонтик, намереваясь пойти на кухню, чтобы попить воды. За ним неслышной походкой двинулся Вару, карауливший несколько ночей на лестнице с чердака на второй этаж. Зонтик вошёл на кухню. Он решил не включать свет, поскольку нормально ориентировался в темноте. Внезапно его схватили со спины, зажав рот рукой. Замычав от страха, он попытался вырваться из «объятий ночи», как вдруг на ухо ему тихо и спокойно прошептали: — Зонтик, успокойся и не кричи. И выпустили. Зонтик упал на пол, мельком замечая знакомый силуэт. Черт, это был Вару! Пиковый протянул ему руку. Зонтик осторожно поднялся, держась за неё. Его тут же крепко обняли за плечи, разворачивая лицом к лицу. — Давно мы с тобой не разговаривали, — тихо прошептал Вару. Зонтик поспешно отстранился, недоуменно глядя на Вару. — Что ты делаешь? — всё так же тихо спросил Зонтик. — Я пришёл поговорить с тобой, говорю же. Зонтик ни сейчас, ни когда-либо ещё не видел глаз Вару, однако сейчас был уверен, что выражение в настоящий момент у них очень грустное. — Мог бы и получше место выбрать, — отводя взгляд сказал Зонтик. — Ты ведь всегда от меня убегаешь. Так что не мог, — заметил Вару. — Так о чём? Говори быстрее, я спать хочу. — О нас. Голос Вару звучал слишком непривычно и так… нежно? Зонтик потряс головой. Нет, ему кажется. Вару аккуратно взял Зонтика за руку и приподнял её. — Почему ты от меня убегаешь? — спросил он. Зонтик попытался отнять свою руку и уйти, как вдруг его резко прижали к стене. Зонтик обмяк, крепко жмуря глаза. Ему было страшно, страшно с той самой ночи, когда он окончательно понял, что Вару абсолютно непредсказуем и от него можно было ждать чего угодно. — Мне страшно с тобой, — тихо всхлипнул Зонтик.