Смех сквозь слезы

Что-то было не так. Но что, понять вначале было слишком сложно. С переездом все поменялось: Италия была очаровательна и нежна, и от этого стало еще хуже. Вечная улыбка бесследно пропала, а физическое состояние становилось все хуже с каждым днем — будто кто-то отрезал по маленькому кусочку души и сердца. Все сложнее было общаться с ребятами, тяжелее ходить в школу для мафиози. Внутри все разрывалось от тоски и какой-то непонятной опустошенности. Чувствовать и понимать, что тебе не хватает нежной улыбки и теплого взгляда карамельных глаз. Все четче осознавать то, что жить без всего этого невыносимо. Ведь без воздуха невозможно прожить, так и без нее стало невозможно даже дышать, словно кто-то переломал все ребра, и каждый раз при вдохе бил в солнечное сплетение. Дни превратились в настоящую пытку, а внутренний голос тянул в неизвестное направление подальше от Италии, Вонголы, ребят. И с каждым днем голос внутри звучал все настойчивее. Отец всегда учил его прислушиваться к своей интуиции, которую он слишком долго игнорировал. Возможно, он никогда не сможет исполнить обещание, данное своему старику — посвятить всего себя мечу, но он останется верен себе и интуиции. Спустя четыре недели тяжелых мук и мыслей Ямамото Такеши решил сделать то, что должен был сделать еще в самом начале: послушать себя, а не идти на поводу обещаний, лести и скрытой угрозы. Не идти за теми, кого считал товарищами. Не идти против своего сердца… Постучать по дереву с периодичностью в несколько секунд и услышать разрешение войти от Девятого. Зайдя, увидеть не только хозяина кабинета с усталой улыбкой, но и Реборна с Сальвадором. Возможно, сказать им всем сразу будет гораздо лучше, чем по отдельности?

***

Суперби Скуало был в ярости. Даже Бельфегор не отпускал никаких колких замечаний в его адрес, что уже было нонсенсом для всей Варии, который не сулил ничего хорошего. Как? Как этот чертов щенок посмел переметнуться на сторону этого ничтожного мусора? Только мечник признал в этом парне потенциал и даже более того, проникся уважением к нему, как тот послал все к чертовой матери. Суперби заскрипел зубами и прибавил шаг. То, что после Конфликта колец офицеры Варии стали уважать «мелочь» в роли Десятого босса было неоспоримо, только никто в этом не признается напрямую. Даже Занзас глубоко в душе тоже проникся уважением к Саваде, слишком глубоко, что, конечно, никто не заметил, кроме Скуало. Уж он знал чертового босса давно, да и изменения в нем произошли и явно не без помощи мелкой, которая «Прорывом точки нуля» поставила мозг боссу на место, что радовало. Счастье всего Десятого поколения в том, что Скуало был на миссии все это время, а то он бы не только не остановил босса, но даже подал ему пистолет в тот момент, когда он узнал обо всем. Вария не была примером высоких ценностей и идеалов, но в ней присутствовало то, чего не было у «чистеньких» верхушек Альянса — они не прощали предательство и всегда держали свое слово. Они восемь лет выжидали, чтобы вытащить Занзаса и остались верны ему после всего этого маскарада. Офицеры со своим главой побывали в таких дерьмовых ситуациях, что другие бы давно сбежали. Вот щенки и удрали, только не от дерьмовой ситуации, а к дерьмовому павлину. Однако Занзас не был бы Занзасом. Подключив всех офицеров, он решил возобновить битву за кольца, однако его идея потерпела фиаско: нет крови Вонголы — нет притязаний на место, что, несомненно, бесило брюнета. Но и тут обладатель пламени ярости не опустил руки. Сообщив с широкой ухмылкой, что аж Луссурия сам лично снял свои очки, что Вария послала нахуй Эстенцио и выдвинула ультиматум: если он станет боссом, то Занзас с радостью поджарит его на медленном огне. Также подчиняться Вария будет только Девятому, но если он уйдет… То ни Занзас, ни Вария не могут гарантировать спокойную жизнь мусорному Десятому. То, что война была объявлена, было понятно всем. Но Тимотео не спешил ее развязывать с новой силой, в надежде, что его сын одумается. Поэтому варийцы были не в курсе даты церемонии, чтобы не смогли ей помешать. Дождь Варии усмехнулся. Будто это остановит оппозицию в виде разъяренного босса и их в придачу. А пока офицеры бегали как сумасшедшие в поисках любого компромата на Эстенцио, Скуало решил навестить одного бейсбольного кретина и врезать ему пару-тройку раз, для очистки совести. Подойдя к двери Девятого, которая была чуть приоткрыта, он услышал то, что резко поменяло его планы: — Такеши, ты что-то хотел? — спросил Реборн, внимательно смотря на мечника. Он явно догадывался, что тот пришел сюда с какой-то проблемой. — Привет, малыш, — кивнул ему Дождь. — Ты как раз вовремя. Мы обсуждали скорую церемонию наследования, — с удовольствием сообщил Сальвадор, который не мог дождаться этого дня. Парень был серьезен, что не укрылось от Аркобалено Солнца. — Девятый, я отказываюсь от титула Хранителя Дождя семьи Вонгола, — спокойно сказал мечник, отчего внутри стало свободнее. Суперби хмыкнул. Да, все-таки капля мозгов у этого Ямамото осталась, хоть он и понял все слишком поздно. Реборн, сидевший до этого в кресле, спрыгнул на пол. Посмотрев снизу вверх на мечника, он сразу же превратил Леона в пистолет и направил на него. — Ямамото, ты понимаешь, что из мира мафии можно уйти только одним способом — вперед ногами? Ни один мускул не дрогнул на лице, а карие глаза серьезно смотрели на киллера. Он был готов к такому ответу. Он знал, на что идет. Только без Тсуны он и так умрет — медленно и мучительно. — Тогда выхода нет. Стреляй, малыш. Скуало удивленно смотрел в чуть приоткрытую дверь. Этот взгляд он помнил с их последней битвы, который был пронизан уверенностью и спокойствием. Мысленно выругавшись, он пинком открыл дверь. — ВРОЙ! Мусор, какого хрена я должен тебя ждать? Уже бывший Дождь Вонголы удивленно уставился на Второго Императора мечей. Что за цирк тут Скуало собирается устроить? — Скуало? — на вопрос мечника, вариец только наставил клинок на Реборна. — ВРОЙ! Только я могу его избивать и отправлять на тот свет. Напряжение витало во всем кабинете. Взгляды черных и серых глаза пытались убить друг друга, а будущий босс старался подавить досаду и раздражение. Лишаться такого перспективного Хранителя он никак не собирался, но вмешательство Варии играло не в его пользу. Тимотео вздохнул. Он понял причины отказа Такеши и принял его решение. — Ты уверен? — единственное, что он спросил. — Да, — без колебаний ответил Такеши, снимая с шеи цепочку с кольцом и кладя его на стол. — Хорошо, — кивнул на его действия Вонгола, и Реборн со Скуало опустили оружие. — Спасибо, — а затем с улыбкой добавил: — удачи, Сальвадор. И два Дождя покинули кабинет. Только когда он собрал вещи и вышел на улицу, Ямамото обратился к варийцу: — Эм, — почесав затылок, улыбнулся Ямамото, — спасибо, что помог. «Он прежний», — отметил капитан Варии. — ВРОЙ! Не обольщайся, щенок, — сообщил ему Суперби. — Считай это возвратом долга за попытку моего спасения. После этой фразы Дождь Варии сел в машину и направился в поместье. Видимо, Ямамото Такеши не потерян для общества и ему не требуется реанимация. Но то, что Вонгола осталась без Хранителя Дождя явно отсрочит церемонию наследования. «Чертову боссу придется эта новость по вкусу», — Скуало хмыкнул. Фортуна явно в кой-то веки повернулась к ним нужным местом. Такеши, проводив его машину взглядом, сел в подъехавшее авто. — Куда едем, дон? — В аэропорт, — на итальянском ответил Ямамото. Его путь не будет легким, и он это знает. Больше он не допустит такой ошибки и не свернет со своего пути, несмотря ни на что.