Al otro lado de las montañas

       — А у вас есть ножницы?       Старик Собревивьенте отвлёкся от расчерчивания карты и удивлённо покосился на эту парочку: собака, высунувшая язык на бок, и до нелепости вежливый и воспитанный гость, смирно стояли перед ним так, будто ждали приказа. — Есть, — старичок вытаскивает из ящика древнего стола ножницы в форме птицы с раскрытым клювом, — У них ручки только ржавые... Но лезвие ещё сгодится. Смотря, конечно, что ты собираешься ими делать. — Большое спасибо, — Бруно бережно взял в руки инструмент и ушёл так же тихо, как и появился, не сказав больше ни единого слова. Собака, некоторое время ещё посмотрев умными чёрными глазами на своего хозяина, последовала за Мадригалем.              Сегодня он решил подстричь уши у Лари. На самом деле они были вовсе не такими уж и длинными — плоть доходила только до уровня шеи... Остальное же – чистая собачья шерстня. Она то и мешала псу бегать, и, если уж на то пошло, из-за неё он казался таким коротколапым. — Стой смирно, Лари, — приказал тот, и животное тотчас село на пол, слегка приподняв к нему нос в ожидании, — Вот так. Не шевелись. Хорошая собака...       В некоторых местах его шерсть уже сбилась в комья и колтуны. Что удивительно – он не нашёл у Лари блох, и потому дело оставалось за малым. Нужно было лишь состричь лишнее и, если пёс будет не против, искупать его в реке. — Вообще-то ему нельзя заходить в дом... — посредине процесса Вивьенте вдруг оказался в дверном проёме, так что и парикмахер, и клиент невольно вздрогнули, — Но по такому случаю можно сделать исключение для Лари. — Хах, хорошо, — он был рад, что старик не выгоняет их из дома, а только делает предупреждение, — Не волнуйтесь, я всё уберу за собой. — Буду на это надеяться. Ковров из собачьей шерсти мне только не хватало...       К его переодическим ворчаниям Бруно даже как-то попривык... Да это были и не то что бы ворчания, а скорее так, показное недовольство, чтобы поддерживать репутацию скряги...       Так, Мадригаль закончил с правым ухом и уже собирался перейти на второе... Как вдруг пёс злобно и свирепо зарычал.       Он испугался, что сделал ему больно: — Лари, извини! Ты как?       Но вскоре понял, что дело не в ножницах и не в том, что собаке не нравилась новая стрижка. Она почуяла запах другого человека в их доме.        Этим человеком был Раймонд: — Доброго утра! Смотрю, вы все заняты своими делами... — он мимолётно оглядел сидящего на полу провидца, а на ощетиневшегося Лари так и вовсе внимания не обратил... Больше заинтересовавшись лежащей на столе картой, на которой Вивьенте прорабатывал маршрут: — Что это у тебя тут, старик?       Раймонд быстро оказался возле стола, сначала разглядывая большой расчерченный лист со стороны, а затем не церемонясь вырвал его из под пера... Его проницательный взгляд серо-голубых глаз впился в работу Вивьенте, будто в ценнейшее сокровище на свете.       Сердце Бруно ушло в пятки. Он увидит карту и обо всём сразу догадается... Поймёт, что он хочет сбежать от него! И всё кончится прямо здесь и сейчас... — Разгребаю завалы документов. Нашёл вот старый маршрут, по которому двигался мой отряд, — спокойно и невозмутимо сообщает Вивьенте, даже не подняв взгляда со стола. — О, неужели, тот самый?... — как-то излишне восхищённо говорит Райм, рассчитывая привлечь внимание: — Эй, дружище, ты это видел?       Старик в это время незаметно кивает Бруно, и тот, стараясь не нервничать, выдаёт: — Нет... Я немного занят... — Ну, иди погляди! Это действительно очень занятная вещь! — Раймонд подзывает его пальцем к себе, не желая подходить ближе из-за по-прежнему рычащей собаки.       Неохотно, сдерживая принуждённый вздох, Мадригаль встаёт с колен и плетётся к открытой двери в кабинет Вивьенте. — Что это? — Смотри: вот здесь, по-идее, твой город, — шёпотом выдаёт ему Райм, чтобы только он его услышал, — Между восточным и северным хребтом... Только на этой карте их ещё здесь нет. — Тогда для нас она бесполезна, если ты вдруг хотел ею воспользоваться... — Бруно, вложив весь свой актёрский талант, разводит руками в стороны, надеясь, что его слова хоть как-то отобьют интерес усача.       Но нет. — Ну, конечно же для меня она ценности не представляет... Но вот для тебя, — Раймонд многозначительно и продолжительно посмотрел на Бруно, будто ожидая, что тот догадается о чём-то сам, — Эта карта была сделана до того, как произошла вся ваша заварушка... Представь: по ней ещё ориентировались пятьдесят лет назад солдаты, чтобы найти сбежавших в горы людей... Такой раритет... Очаровательно.       Да, это было очередной его провокацией. Ему было интересно посмотреть на то, как отреагирует Бруно. Наблюдать за его личной трагедией и тыкать в нос тем, что напоминало о горе его семьи и народа. — Ясно, — всё, что смог выдавить из себя после этого провидец... Плевать. Главное, что Райм недолго поиздевался и снова ушёл, ничего не заподозрив... Бруно же вернулся к Лари, успокаивая его: — Всё хорошо, братец. Не переживай... — Что он тебе сказал? — в проёме снова показалась маленькая сухая фигура старика. Голос его звучал, к удивлению, сердито: — Он угрожал тебе? — Нет... Только... — он отвёл взгляд. Бруно не мог ответить честно, потому что ещё не открыл Вивьенте всей правды о себе, — Он только сказал, что карта не точная. Там ведь должны быть горы? — Да, должны... Хорошо, что их нет, иначе бы он обо всём сразу догадался. — Да, но как же мне тогда найти нужный путь к дому? — Если на карте чего-то нет, это не значит, что ты сразу обречён заблудиться... Наш мир постоянно меняется. Уходят в прошлое города, страны, меняют своё направление реки, высыхают озёра... Никогда не будет точной карты мира. Границы не постоянны. Лучший способ знать наверняка – это спросить у людей... Так ты никогда не заблудишься. — Спросить у людей... — Бруно повторил это, как заклинание, но осёкся: — Стоп! Где же мне найти их в джунглях? — Возле вашей долины есть несколько поселений. Загляни в одно из них и узнай точную дорогу... Или спроси о местных легендах, притворившись путешественником, как сделал со мной.       От этой фразы тут же закололась совесть. Ну почему надо напоминать время от времени об его неумелом обмане?!        — А по-другому никак?...       Вивьенте строго зыркнул на него: — Нет, никак.       Мадригаля очень "обрадовала" эта новость. Просто потому, что с людьми из внешнего мира, кроме Раймонда и этого старика, он не разговаривал... Ах да, ещё же те солдаты, которые пытались их убить пару лет назад... Вот так опыт коммуникации.       Да... С таким багажом любое вступление в контакт покажется ему тяжелейшим испытанием... И правда: Бруно теперь кажется, что легче горы в одиночку перелезть, чем в незнакомом городе спросить у незнакомых людей дорогу... Но он уже всё решил.       Отступать слишком поздно.

***