Без границ

Я проснулась, но не спешила открывать глаза. Лежала и пыталась понять, где бы мне все же хотелось проснуться. Надо проснуться, во что бы то ни стало. Если верить Леонардо, то я уже, наверное, добралась до глубинных слоев сна. Фантазии сна становились реальнее всякой реальности, и я утрачивала над ними контроль. Но самое опасное, что я и себе почти не контролировала, жила этой жизнью, как будто она была настоящей. Я открыла один глаз в слабой надежде увидеть мою прежнюю спальню, туманно помня, как она выглядит. И даже обозрев пространство вокруг себя одним глазом, я сделала вывод, что где легла спать, там и проснулась. То есть в нашей с Брюсом спальне. Пришлось открыть второй глаз, хотя это ровным счетом ничего не изменило. - Мадам? – в приоткрытую дверь заглянула миловидная женщина в строгом платье. – Доброе утро. Что-нибудь нужно? - Э-э..., мой халат и ванну, пожалуйста… - Аманда, мадам. Женщина исчезла за дверью. «Аманда? Экономка или горничная?» - я задумалась не на шутку. И как я должна себя с ней вести? Она появилась через несколько минут, разложила на краю кровати элегантнейший пеньюар из белого хлопка и стопку белых пушистых полотенец. «Утро дивы по первому разряду», - кисло подумала я. Во мне зрело какие-то непонятное раздражение, может, от присутствия в моем сне этой женщины, или отсутствие Брюса меня раздражало? Аманда удалилась в ванную, а я все лежала, вяло анализируя свое состояние. - Аманда, а вы не подскажите… Я даже не успела сообразить, о чем именно хочу спросить, как она живо ответила, словно ждала моего вопроса. - Мистер Брюс на террасе пьет кофе. - Без меня? – вырвалось у меня. - Он не хотел вас будить. – Строго сказала Аманда. Я смотрела на нее и думала, что за чушь мне снится. Какой-то дрянненький бульварный роман, в конце которого всех непременно ожидает счастье. Что-то мой черт совсем испортился, никаких тебе приключений, всучил мне этого «Оскара» и думает все – игра окончена. Что должно быть после фанфар? Я снова задумалась, не Аманду же спрашивать? А она стояла в ожидании. Конечно, милейший Брюс мог бы и сам потереть мне спинку в ванне, но он, похоже, каждый раз строго придерживался своего же сценария. Будет пить свой кофе и ждать, когда я спущусь, или смоется куда-нибудь без моего ведома? Что ж он получил, что хотел, впрочем, как и я. Дальше что, вот в чем вопрос, я не знала, чего мне ожидать дальше от моего непредсказуемого сценариста. Внутри росло убеждение: кроме падения уже ничего больше ожидать нельзя. На дне того, куда мне предстояло упасть, мне виделись только костры, котлы и огромные сковородки в окружение свинорылых жилистых чертей. Я попыталась представить Брюса, суетящегося возле сковородки с жареными грешниками. Представлять себя на ней мне не хотелось. За какие грехи он будет меня мучить? А не взяться ли мне за дело и не начать портить ему жизнь уже сейчас, раз меня такое ожидает? Я в предвкушении хихикнула. - Мадам? – встрепенулась статуя Аманда. – С вами все в порядке? - Мне нужно встать. Идите, идите, дорогуша! – я махнула рукой услужливой даме. Она уставилась на меня, не мигая, как будто я сделала нечто ужасное. И тогда я сделала еще более ужасную вещь: я встала, прихватила полотенца и как была в неглиже, так и двинулась в ванную. - Ступайте! – рявкнула я через плечо, застывшей Аманде. Она с каменным лицом удалилась. Утренний туалет не улучшил моего настроения. Представьте, вам сниться сон, в котором вы чистите зубы, принимаете ванну…, не впечатляет, правда? Накинув халат прямо на голое тело, и соорудив на голове белоснежную чалму, я удосужилась взглянуть на себя в зеркало. Мое отражение напомнило мне рекламу шампуня или геля для ванны. Я была какой-то ненатуральной, бывший восторг от собственной привлекательности куда-то подевался. Мне не нравился этот сон, и я в нем тоже себе не нравилась. Помниться мне удавалось исправлять свои сны. Хотя бы попытаюсь. Спустившись по лестнице на первый этаж, я оказалась в огромном холле. Огляделась. Обычная современная меблировка, ничего такого бросающегося в глаза…. Я была не права! На глаза мне попалась женщина, пересекающая холл с подносом в руках. И это была не Аманда! Кажется, этот дом так и кишел женщинами. Ну-ну… Увидев меня, она притормозила. Я поманила ее пальцем. - Вы кто? И куда направляетесь? - Моника, - она уставилась на меня в волнении, быстро добавила, - мадам. На террасу… - Я в этом доме никто!? Я вас спрашиваю! - Мисс Эстер… - Ах, мисс Эстер! Всего лишь какая-то мисс Эстер? Кажется, назревал скандал. Может, даже не по сценарию Брюса? Я моментально воодушевилась. Экспромт – вот чего мне не хватало! - Давайте это сюда, - я кивнула на поднос и заверила ее, - у меня хватит сил все донести и может даже ничего не уронить. И чтоб глаза мои вас больше здесь не видели! Понятно? Она сунула поднос мне в руки и немедленно исчезла, не в прямом смысле, конечно, говоря нормальным языком – очень быстро убежала. Нести поднос полный посуды оказалось не так уж и просто, я даже пожалела, что слишком рано отобрала его у Моники. Надо было дать ей донести его хотя бы до двери на террасу. Брюс ни о чем не догадывался, развалился в кресле, положив ноги на другое кресло. На столе стоял только пустой стакан, и в нем, естественно, не было и следов кофе. Потому как кофейник и чашки стояли на моем тяжеленном подносе. Брюс удивленно смотрел на меня. И его удивленная физиономия очень хорошо сочеталась с черным шелковым халатом. Тоже мне антураж! Мог бы и не демонстрировать в одежде свою принадлежность к силам тьмы. - Этот дом полон женщин. – Сказала я ему совершенно спокойно. - Вот именно! Поэтому не стоило таких трудов… - Стоило. Мог бы заменить их кем-нибудь. – Продолжила я еще спокойнее. И поставив поднос на стол, села в соседнее кресло напротив. - Кем? – еще больше удивился он. - Хотя бы китайцами, их много, вдруг они ищут работу. – Я невозмутимо налила кофе в свою чашку. – На твоем месте, я бы поостереглась с утра портить мне жизнь. Ты так уверен во мне, что ничего не боишься? - Шенди? Ты серьезно? – естественно, он не поверил мне. - Сегодня мне не до шуток! Может быть, даже прямо с утра я в агрессивном настроении! Я подняла чашку, Брюс немедленно отстранился от стола, но остался на месте. - В чем дело? – на этот раз мило улыбнулась я. - Я думал, что ты собираешься свою агрессию швырнуть в меня! Кофе горячий. - Фи! Это банально, большинство героинь так и делали: швырялись по утрам посудой в своих незадачливых сожителей или в еще более незадачливых мужей. – Мне стало смешно. – Мне бы хотелось отличаться от них, хотя бы в этом. Я встала, в два счета скинула с себя халат, скомкав, запустила его прямо в лицо Брюсу. Такого он явно не ожидал! - Можешь пить свое виски или свой кофе, как тебе больше нравится. И в одних туфлях я гордо удалилась с террасы, плохо, что никто этого не видел! Не знаю, успел ли Брюс стащить с себя мой халат? Не слишком ли быстро я шла? Наверное, все-таки не слишком я торопилась, не успела хлопнуть дверью спальни, как послышались торопливые шаги. И это были точно не шаги Аманды или Моники. - Не думал, что на тебя это так подействует! – произнес он, запыхавшись. – Зато как подействовало на меня! - Что именно? – спросила я, тоном Клеопатры, уже успев принять посредине кровати царскую позу. – Мой халат? - Твоя обворожительная задница, черт тебя побери! – усмехнулся он недвусмысленно. - Бери или не можешь? Кто тянул меня за язык? Завораживающая игра слов или атмосфера удачно сыгранного скандала? А может, отсутствие каких-либо желаний внутри. Но я не думала, что это так подействует на меня! - И возьму, - сказал он, тоном Цезаря, развязывая пояс своего халата так, как будто бы вынимал меч из ножен. Война миров? Что ж и этого мне как раз не хватало! Время бежит даже во сне. Не то, чтобы бежит, но некоторая последовательность событий все же прослеживается. Хотя может быть всякое, например, следствие поменяться местами с причиной, или завтра будет то, что должно было быть вчера. Было, будет…, человеку трудно понять состояние безвременности. Я без всяких мыслей уставилась в потолок. О чем можно думать и говорить после согласованных действий на кровати? Что-то смутное бродит в голове, такое неопределенное, неуловимое. - Не хочешь закурить? – глупый вопрос, но мне хотелось слышать свой голос. - Я не курю. – Последовал ленивый ответ. - Да? А мне хочется, - может, мне не столько хотелось курить, сколько хотелось противоречить. Я не чувствовала себя победительницей, вот в чем дело. Хотя если рассудить, то он правильно реагировал на мои непредсказуемые действия. Очень даже логично реагировал, как обычный мужчина. А мне все время хотелось его поймать на чем-нибудь, чтобы убедиться в правильности моего предположения в его чертовой природе. А ведь он ни разу серьезно не подтвердил, что так и есть. Шутливые отговорки и полунамеки могли быть его обычной ироничностью. Все могло быть игрой моего воображения. Воображать во сне? Не слишком ли я увлеклась? Кого я пытаюсь оправдать? - Разве ты куришь? – запоздалая без всякого удивления фраза. - Нет, но мне хочется, - сказала я упрямо. - Это необходимо? – еще одна ленивая фраза, ему не хотелось говорить. - Что есть необходимость? – мое умение цепляться к словам порой напрягало меня саму, пусть и его теперь напряжет. Брюс вздохнул и развернулся ко мне лицом – нормальная реакция, если женщина желает поболтать после секса, то почему бы ей не уделить немного внимания. Сейчас будет объяснять мне прописные истины, как последней дуре! А разве это не так? - Чтобы понять необходимость чего-то, нужно представить, что этого нет, как бы не существует. – В его голосе еще чувствуется некоторая леность. - Например? – догадывается ли он, что во мне сейчас тоже сидит бес? - Представь, что меня нет в твоей жизни! Ну, не мерзавец ли? Мне совсем не понравился его пример. - Как это нет? – разозлилась я. - Ну, если ты спишь, и все это сон, то когда ты проснешься, меня не будет. – Он мило улыбнулся, волне довольный своим объяснением и моим застывшим лицом. Мой мозг заметался в поисках выхода. Осознать, что ничего этого нет на самом деле, когда все видишь, все можно потрогать, почувствовать? Я уставилась на него. Но я же знала, что я сплю! Ужасное противоречие! Я последовала совету и представила, что Брюса нет. Может быть, я смогу проснуться? И Брюса не будет. Как не будет? Приходилось ли вам когда-нибудь просыпаться в полном разочаровании? Разочарованность оттого, что был замечательный сон, а вы вернулись в обыденную действительность, в которой ничего подобного не существует. Мне приходилось, но я могла повторить свой сон и даже не один раз, каждый раз добавляя деталей, уточняя роли действующих лиц и свою собственную, доводя сон, если не до совершенства, то хотя бы до устранения того, что мне не нравилось. Мне не хотелось повторять этот сон еще раз, не потому что он мне не нравился. Он был так похож на действительность, а, проигрывая его и переигрывая, я каждый раз убеждалась бы, что это всего лишь сон. - Это просто пример или уже выбор? – мне захотелось уточнить серьезность его намерений. - Разве у тебя есть выбор? - А разве нет? – я вдруг перестала понимать, о чем мы вообще говорим. - Выбор – это когда есть из чего выбирать. - Выход и вход? – спросила я больше у себя, чем у него. – Начало… - Шенди…, - умирающим тоном, - ты о чем? Заунывная скрипка, как будто смычком по нервам, вытягивающая жилы, выкручивающая суставы и выворачивающая мозги. Краем глаза сполохи воображаемого костра, нервно раздуваю ноздри, пытаясь уловить запах дыма. Захотелось вынырнуть на поверхность и глотнуть глоток свежего воздуха. Не оглядывайся, Брюс, имей терпенье! - Глюк…, - произношу машинально. - Сен-Санс…, - отвечает он тоже машинально, - Капричиозо. - Каприз, маленький капризик, - разочарованно умирающим голосом выдыхаю я. Я в тупике и никаких вопросов у меня больше нет, закрываю глаза в надежде проснуться в полном разочаровании и отчаянии. Нежнейший поцелуй в губы и три слова на ухо шепотом. Три слова, требующие ответа. Можно и не требовать, я уже на все согласна. - Генри… - У нас постельный режим на весь день? – вдруг говорит он. Открываю глаза. Вот так, можно всего одним словом отрезвить. Чего же он хочет? Наверное, чувствует, что в глубине души я еще сопротивляюсь. Я уже не чувствую, а он чувствует? Чувствительный какой. Скрипки звучат игриво. Припоминаю, Бах «Шутка». Ничего не буду говорить, пусть сам догадается. - Есть варианты? – говорю я в тон скрипкам – игриво. - Нет, подъем! – кричит Брюс. И что я должна думать обо всем этом? Кто кого переигрывает?