Лето несбывшегося

Лето заканчивается, и заканчивается ничем. Лишь шлейф из неоправданных ожиданий и несбывшихся надежд оставляет оно за собой. И нет в этом ничего удивительного. Время проходит, но ничего не меняется. Понять это можно лишь взглянув на усыпанное звездами небо. Бескрайне огромное черное полотно, которое кто-то щедро усеял миллиардами разноцветных огоньков. Одни горят ярче, других и вовсе почти не видно, но это нормально – они и не претендуют на большее. Да, они не сияют, как Сириус, но и не тухнут совсем; просто живут себе тихонько где-то поодаль и не лезут на первый план. Так было, есть и будет, и даже когда одна из них взорвется, мы этого не заметим, да и не узнаем об этом ближайшую тысячу лет. Свет от них будет радовать наш глаз, даже когда они умрут. И это тоже нормально. Ведь небо – не просто вид на космос из слоя атмосферы. Оно словно зеркало отражает жизнь тут, на Земле. Благо, там, где я сейчас лежу, на него открывается отличный вид. Вновь я оказался на том самом перепутье между «тут» и «там», вот только выбор, куда идти, я уже сделал и назад не повернуть. Разумеется, никаких гарантий его правильности мне никто не давал, а потому знать наверняка, что из этого выйдет, не представляется возможным. Но разницы, в общем, не много. Ни одна выбранная нами дорога не может гарантировать успешный финал, так что остается лишь тыкать наугад и переть вперед, пока не свалишься без сил, но даже тогда будешь продолжать ползти, коли жизнь дорога. И путь этот, к слову, не асфальтированное шоссе, и даже не проселочная дорожка через лес; извилистый путь сквозь Джунгли несправедливости, отвесные проходы по-над Скалами вероятностей и, конечно же, для тех, кто не справился с последним – Ущелье отчаянья, куда простодушные ребята вроде меня падают штабелями. Щелкнув зажигалкой, подношу огонь к сигарете. За этот год я трижды бросал курить, но все бестолку. Ничто кроме этого не может вернуть мне спокойствие в такие моменты, а потому и отказываться от этого я не могу. Не столько сам факт курения мне нравится, сколько процесс. Пока сигарета тлеет в руке, можно обдумать множество важных вещей, слушая лишь потрескивание искорок. Да и что еще делать, когда больше душу греть нечем? Один из извечных вопросов крутится у меня в голове в этот момент: «Что же все-таки хуже, быть чужим среди своих, или своим среди чужих». Ни то, ни другое, отвечу вам я. Я пробовал оба варианта: становился чужим для людей, которым некогда был дорог, уходил туда, где меня принимали, хоть я и не был тому рад. Но все это не так страшно, куда хуже быть чужим среди чужих в мире, где всем правят связи. В такие моменты, когда понимаешь, что из полусотни номеров в телефонной книге ты можешь позвонить только родителям, становиться по-настоящему тоскливо и одиноко. Но и с этим можно справиться, да и привыкнуть к этому не так уж трудно. Вопрос только в том, стоит ли привыкать? Как бы то ни было, я не буду скучать по этому лету. Не собираюсь придаваться ностальгии по ушедшим денькам, ведь в них, по сути, ничего хорошего не было. Во всяком случае, куда меньше хорошего, чем плохого. И это касается не только меня – у всех, кого я знаю, так! И это прискорбно. Если раньше даже в самые тоскливые моменты своей собственной жизни я мог выйти на улицу и прогуляться по шумному городу, чтобы поднять себе настроение, то теперь даже это не помогает. Нет, город по-прежнему шумит, в парке гуляют мамаши с колясками, на лавочках обжимаются парочки, подростки катаются на скейтах и роликах… вот только происходит это все как-то вымучено, без радости, без улыбок. Люди напряжены, и это напряжение отдает болью в висках, когда смотришь на эту картину. Что самое ужасное, я не могу точно сказать, что изменилось, а может быть и я сам изменился – кто знает? Главное, о чем я вспоминаю в такие моменты, что жизнь продолжается, и нужно бежать с ней в такт, чтобы не рухнуть в то самое Ущелье. Но все это – лишь маленькие проблемы маленького человека. Никто не замечает их и это нормально. В конце концов, нас таких много, как звезд на небе, и кому какое дело, что одна из них этим летом слегка поблекла, а?