DANGEROUS

Алекс сидел на кровати в своей комнате, а на ковре что-то рассказывал Тимо. Он так оживлённо, используя жесты, пытался упомянуть каждую деталь с вечеринки в клубе, что даже не обратил внимания на задумчивый вид своего друга. Темноволосый заострил свой взгляд на трещине в стене и прокручивал всё, что осталось в голове от прошлой ночи. Всплывали флешбэки; светомузыка, встреча с Эриком, а после покупка каких-то наркотиков, путаница с напитками и первый в жизни глоток алкоголя. Заворожённый взгляд Олли, который чуть ли не поедал Алекса, а после вспышка и Каунисвеси в туалете, вспышка и Матела прижимает его к стене, вспышка и парень получает настолько желанное наслаждение, что хочется остановить время. Засос на шее потемнел, но темноволосый до сих пор не может его чем-то скрыть, остаются только рубашки и кофты с воротниками. — Хэй! Ты чего завис? — Тимо начал махать рукой перед глазами друга, чтобы вернуть его в реальность. — Батарейки что ли сели? А как их поменять? — Что? Прости, я немного отвлёкся. О чём ты говорил? — помотав головой в стороны, Алекси взглянул на Ковисто. — Да уже не важно, — задумчиво протянул шатен и присел поближе к кровати. — Что с тобой? В клубе что-то произошло? — с загадочной улыбкой спросил парень, а Каунисвеси пытался увернуться от вопроса, но не вышло. — Сознавайся, мне очень интересно. — А… ладно, — застенчивость полностью накрыла тело темноволосого и тот думал, как лучше сказать. — Я… как бы так сказать… лишился девственности. — Чего? Правда? Везёт же некоторым! — взорвался в эмоциональной вспышке Тимо и поднялся на ноги, начиная ходить из стороны в сторону, размышляя о своём паршивом невезение. Алекси же не знал, зачем он решил кому-то открыться, хотя может и стоит с кем-то делиться не совсем страшными фактами из своей жизни. Всё-таки он же умолчал об экстази, что лежало в прикроватной тумбочке. — Ну, и как? Как её зовут? Красивая? — на этих вопросах темноволосый снова завис, продолжать ли говорить правду? — Ну не совсем она… — В смысле? — не понял Ковисто, а потом его глаза начали расширяться, и он растёкся в фирменной улыбке. — Кто этот парень? Красивый? — Ты только не подумай ничего плохого, ладно? — Мне уже начать волноваться? — Нет, — резко остановил друга Алекс. — Господи, как же неловко. Ладно, — он глубоко вздохнул и прикрыл глаза. — Это был Олли Матела. Похоже, что не стоило так резко называть имя их одноклассника, который большую часть старшей школы избил за то, что они в его сторону не так посмотрели. Тимо застыл. Он не знал, как реагировать, но решил снова вернуться в реальность и сел на кровать рядом с другом. — Так, ладно. Тебе понравилось? Как вообще было? Как вообще так произошло? — Он был немного пьян, а я… перепутал стаканы и выпил чей-то виски, ну вот меня сразу и унесло. А потом он сам завёл меня в кабинку туалета… Я был не против, и да, мне понравилось. — Ну это хорошо, что всё хорошо прошло. Он жёсткий, да? — Алекси не совсем понял вопроса, поэтому приподнял бровь. — Ну я имею ввиду, что он думал только о себе, а на тебя ему было плевать, так? — Нет! Не хочу его защищать, но он был очень нежен и… заботлив? Волновался, больно мне или нет. — Подожди, мы точно об одном и том же человеке говорим? — И много ты знаешь парней по имени Олли Матела? — взмахнул руками Каунисвеси. — Знаю, в голове эти слова и его поведение в школе вообще не сочетаются, но я не вру! — Я верю тебе, просто… это очень странно. — А знаешь, что ещё самое странное? — друг кивнул головой, будто ожидая ответа. — За несколько дней до этого он меня избил, а потом… вот, — Алекси всё-таки показал засос на шее Тимо, а тот с интересом что-то разглядывал. — Да он чокнутый! По любому потом будет издеваться. — Я так не думаю, — в этих словах темноволосый был уверен на все сто, даже не зная почему. *** Алекси никогда не думал о близости с кем-то, по большей части ему было плевать на это. Его не интересовал гендер человека, он считал, что влюбляться стоит в того, с кем комфортно, кто любит тебя также. И не важно, что парень ни разу не влюблялся, ну не появился этот человек в его жизни. Вообще влечение к сексу у него не было. В нём не бушевали гормоны, мысли не были заняты этим, а различные фильмы для взрослых его не завлекали, он даже считал это противным. Было предположение, что подобное состояние из-за стресса и постоянных депрессивных этапов, которые затягивались на месяца. Исключать это нет смысла, но и не воспринимать за диагноз. Что с ним творилось, он не знал, да даже если бы и знал, то не стал бы исправлять. После секса с Олли также ничего не изменилось. Да, было удивительно видеть такого злого, агрессивного и высокомерного человека в роли нежного, заботливого и взволнованного, но больше ничего не было. Алекси знал, что это был момент и как-то на нём зацикливаться бессмысленно. *** Школьные дни не менялись. Было также невыносимо скучно, такие же нудные преподаватели, которым всё равно на своих учеников. Алекси вообще считал эту школу очень своеобразной с полными взаимоотношениям, всем просто наплевать на всех, что сотрудникам учебного заведения, что ученикам. Каунисвеси продолжал изводить себя и свой организм; он, уже не задумываясь бежал к унитазу после каждого показушного приёма пищи перед родителями, и также без задней мысли пихал два пальца себе в рот, дабы вызвать рвоту. Организм не получал нужную порцию энергии и витаминов, единственное, что стало получаться, так это спать непрерывно в течение четырёх часов. *** Ровно через неделю после похода на вечеринку, Тимо удалось затащить друга в очередной клуб Оулу. На улице холодный уже снежный октябрь 2013 года. Алекси был хорошенько закутан в куртку и шарф с шапкой, а вот Ковисто похоже не сильно волновался за своё здоровье, потому что на голову он накинул капюшон куртки, который держал красными руками от холода. Да ещё и в кроссовках! — Ты точно всю жизнь здесь прожил? — спросил Каунисвеси, а друг уверенно кивнул. — Верю. Они дошли до заведения, от куда уже гремела музыка. Люди стояли перед сценой и подпрыгивали под песни неизвестной группы. Кто-то же просто пришёл посидеть в компании своих друзей, чтобы отдохнуть. Сцена была освещена яркими прожекторами в отличие от зала, где по стенам расплывалась цветная подсветка. На диванчиках за столиками сидели люди, попивая свои напитки и о чём-то громко разговаривали, лишь бы перекричать музыку. На сцену заведения ежедневно выходили группы с разными жанрами музыки, в разнообразной одежде, которая между собой совершенно не сочеталась, с непонятными причёсками и инструментами. Каждый из них пытался завлечь народ, затронуть их сердца, влюбить в себя, чтобы те начали двигаться под их музыку и запоминали музыкантов. Алекси с Тимо прошли к бару, где заказали по газировке, так как алкоголь им в любом случае не продали бы. Обычная деревянная столешница, стенки которой светили мягким жёлтым светом, на стеклянных полках стояли разные бутылки с цветными жидкостями, а рядом располагался холодильник с безалкогольными напитками в стеклянных бутылках или жестяных банках; барные стулья со спинкой, основа которых была из металлических прутьев, покрашенные в чёрный, а сидушка была из такого же дерева, что и столешница, на них и сели парни. — Сегодня вечер рок-музыки. Должны выступить DefRage, — пояснил Тимо. — Это эстонская метал-рок-группа. Не припомню, чтобы ты увлекался роком, — нахмурил брови темноволосый и посмотрел куда-то вверх левого угла. — Зато тебе нравится. Да и вообще, ты не знаешь, что ли? Девушки всегда клюют на рокеров. Я что, — шатен снял куртку, — думаешь, я зря кожаную куртку надел под пуховик? — Действительно, ты гений. Смотри, чтобы девчонки за тебя не подрались, — посмеялся Алекси и отпил из банки немного колы. Группа на разогреве завершила своё выступление, поблагодарила слушателей и, помахав, ушла со сцены. Люди ради вежливости начали провожать их аплодисментами, ожидая хедлайнеров шоу с надеждой. Свет погас и из-за кулис раздался низкий мужской голос: — К сожалению, мы вынуждены сообщить, что DefRage не смогут выступить. Группа не смогла прибыть на концерт и посетят этот клуб в другой день в этом месяце. Вся информация будет сказана после шоу. Из-за такой ситуации хедлайнерами сегодняшнего шоу согласилась стать рок-группа из Оулу — Blind Channel! — никто не знал этих ребят, но зал снова начал аплодировать незнакомцам. Из кулис вышли пятеро музыкантов, которые сразу разбрелись по своим местам, хотя двое из них о чём-то переговаривались. Парень с коричневыми волосами, его причёска была в стиле One Direction, встал перед стойкой с микрофоном, а в руках держал гитару, ремень которой был перекинут через его плечо; он был довольно высоким, поэтому пришлось отредактировать стойку. Одежда на нём была абсолютно не рокерская, скорее обычная: чёрная майка с каким-то принтом, оголявшая плечи, на которых были татуировки: лабиринт на правом и сердце с музыкальным ключом на левом; тёмные джинсы обтягивали худые длинные ноги и поношенные вансы. Другой парень с такими же короткими шатеновыми волосами наматывал на руку длинный шнур от микрофона; на нём была белая футболка с чёрной надписью, тёмные потёртые джинсы и испачканные кроссовки, а на голове, козырьком назад, надета чёрная кепка. Алекси подумал, что образ смахивает на рэперский прикид. А вот гитарист показался Алексу очень знакомым; немного вьющиеся блондинистые волосы были прикрыты чёрным капюшоном от джинсовой куртки, а под ней была тёмная футболка, чёрные немного рваные на коленях джинсы и кроссовки. Когда парень оглядел зал, то немного улыбнулся и Каунисвеси понял кто это. К барабанам прошёл высокий парень с барабанными палочками, одну из них он покрутил в руке, а после уселся на стул. Одет он был в серую немного растянутую футболку, а поверх надета чёрная лёгкая кофта, а также тёмные кроссовки. У него одного в группе была аккуратно подстриженная короткая борода и красиво уложены волосы, по любому парень был старше своих согруппников. И куда-то ближе к глубине сцены к барабанщику подошёл парень в чёрном кардигане с капюшоном на голове, такого же цвета футболке и в тёмно-синих джинсах. На его плече висела гитара на ремне, как оказалось он был басистом рок-группы. Когда все настроились, то уже решили начать концерт. Видно было, что они волнуются, но куда без этого. Вокалист с гитарой первый очнулся и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, как его перебил второй вокалист. — Привет Оулу, — скромно произнёс он, а люди немного похлопали. — Это наш первый концерт. Похоже мы сильно везучие парни, раз на дебютном выступлении стали хедлайнерами, — усмехнулся высокий гитарист, а кто-то в зале также посмеялся. — Ладно, проведите этот вечер с нами и нашей необычной музыкой! Басист поднял голову и посмотрел куда-то вдаль, именно это позволило Алексу узнать в парне своего одноклассника, а гитарист оказался его другом. — Это Олли и Йоонас? — произнёс темноволосый, как рядом оказался Тимо. — Офигеть! — шокировано протянул Ковисто. — А ты идти не хотел! Вон твой ненаглядный стоит, — посмеялся шатен и получил подзатыльник от друга. — Дебил. Я вообще понять не могу, как человек так может скрываться. Ожидать, что Олли басист в рок-группе, это тоже самое, что и ожидать лета с зелёной травкой и цветочками в Антарктиде, то есть невозможно. На концерте он не выглядел жестоким парнем, который мог избить кого-то. Матела был довольно милым, даже красивым. Серёжка в левом ухе, пальцы, которые мастерски перебегали по грифу гитары, то, как он прыгал на сцене и крутился вокруг себя — всё это заинтересовывало Алекси. — Это точно он? Вдруг у него брат-близнец есть? Как думаешь? — поинтересовался Тимо. — Чего у меня-то спрашиваешь? — Каунисвеси взглянул на друга и нахмурился. — А кто с ним спал? Я что ли? — Не знаю, я особо его не разглядывал, тем более он меня к стене прижимал лицом. — Ой, не хочу знать всех подробностей. С точки зрения как музыкант Алекс сделал вывод, что музыка действительно необычная. Сочетание вокальной партии и рэп-части отлично звучали, так ещё и текст с уклоном в лирику. Тяжёлый метал и электронная поп-музыка создавали интересное звучание, которое немного смахивало на музыку Linkin Park. Конечно, обработка очень прихрамывала, Алекси посчитал, что мог бы сделать круче, но для первого концерта это определённо было неплохо. Группа выступала с каверами, а также со своими песнями, одна из них Каунисвеси запомнилась сильнее — «Save Me». Довольно глубокая и нежная, но в тоже время быстрая, дерзкая и драйвовая. Люди прыгали и были не против такого рода музыки, но были и сторонники, которые начали выпивать в два раза больше, чем до этого. Концерт прошёл неплохо. Всем всё понравилось, а парни со сцены ушли счастливые под аплодисменты народа. Алекси решил дождаться Олли, чтобы просто сказать «Привет», правда он не знал зачем, просто спонтанное задание, которое нужно сделать. Людей в клубе становилось всё меньше и меньше, Тимо уже устало сидел на стуле и рассматривал жестяную банку с разных сторон. Дверь, на которой написано «Гримёрка» вышла группа Blind Channel, они направились к выходу. Олли шёл впереди всех и, когда он хотел пройти мимо бара, то резко остановился и сделал пару шагов назад и в шоке уставился на одноклассников. — Твою мать, Матела, нахер так резко останавливаться? — проворчал высокий вокалист, а затем с группой отошли немного в сторону, смотря на друга. — Вы какого дьявола здесь делаете? Вам кто разрешил? — процедил сквозь зубы Олли, но смотрел разъярённым взглядом только на Тимо. — Ух ты! А где этот переключатель, который ты сейчас использовал? — Ковисто начал оглядывать блондина, но столкнулся с шокированными взглядами других участников группы. — А с чего вдруг нам нужно твоё разрешение? Ты этот клуб купил или что? — Алекси заметил немного провинившиеся глаза, но не стал подавать виду, что он сам в шоке. — Вот когда купишь, тогда и будем тебя слушать. Аривидерчи. Взяв под руку своего друга, темноволосый направился к выходу, чувствуя на себе пристальный взгляд Олли. Выйдя на свежий воздух, ему резко стало не очень хорошо; начала кружиться голова и немного подташнивало, а внутри была непонятная паника. — Знаешь, я даже не буду спрашивать кто это, — сказал высокий вокалист басисту. — Но тот факт, что он тебя поставил на место… — У чувака определённо есть характер, — усмехнулся Йоонас и похлопал по плечу своего друга. *** Дома Алекс облокотился руками о стену; его шатало из стороны в сторону, внутри что-то давило. Он снял шарф, казалось, тот стягивается и пытается задушить парня, но это не помогло; была сильная отдышка, которая превратилась в прерывные вдохи, не способные надолго задержаться в лёгких. Желудок скручивало от дискомфорта, словно произошло что-то волнительное, но это не так. Еле волоча ногами Алекси, поднялся по лестнице на второй этаж, ухватываясь руками за поручни; в глазах темнело, а кожа стала влажной и потной, руки охладели, а лицо побледнело. Каунисвеси не открыл дверь, он ввалился в свою комнату и упал на колени. Почему-то в голове промелькнула отличная идея на счёт экстази, те самые разноцветные таблеточки, лежавшие в прозрачном пакетике под горой хлама в шкафчике. Темноволосый дополз до прикроватной тумбочки и дрожащими руками зацепился за ручку, потягивая её на себя. Пошарив рукой, он нашёл то, что нужно. Парень высыпал одну голубенькую таблетку с узором в виде бабочки, держа её на влажной ладони, которая нехило так тряслась. Без воды, газировки или другой жидкости, Алекси закинул одну таблетку в рот и проглотил её вместе со слюнями. Он упал на пол и глубоко вдыхал; глаза перестали фокусироваться на предметах, но со временем это прошло. Внутри разлилось спокойствие и лёгкость, а голову затмила пелена наслаждения, а именно кайфа. Мозг перестал генерировать различные идеи для чего-то, мысли, которые загоняли в тупик и философские размышления.

«Для каждой головы свои «таблетки»…»

Спустя пару часов, когда Алекси смог прийти в себя и действие экстази немного выветрилось, он собрался с силами и вышел из своей комнаты, чтобы наконец погулять с Риллой, как он это любил раньше. Снова одевшись и прицепив поводок к ошейнику у собаки, парень открыл дверь и направился в парк, который был неподалёку. На улице уже было темно, а людей так вообще не встретишь. По дорогам время от времени проезжали машины, ненадолго освещая местность яркими фарами, хотя в парке горели уличные фонари. Рилла бегала где-то впереди, мордочкой ныряя в сугробы, а потом снова куда-то бежала, отряхиваясь. Алекси спокойно шагал по дорожкам и смотрел вокруг.

Холодной тёмной ночью, Среди заснеженных дорог, Душа, пропитанная болью, На скамье лежит тревог…

Парень хотел продолжить, но он действительно заметил человека, лежавшего на скамейке. Он был закутан в куртку, шапка натянута на лицо, а под головой лежал рюкзак, причём руки были закутаны в шарф, видимо так было теплее. Без всякого стеснения и с заигрыванием к незнакомцу подбежала Рилла и начала нюхать его. Человек завозился от постороннего шума и рукой отодвинул собаку, прогоняя её. — Эй, не надо с ней так, — это было сказано настолько детским обиженным голосом, что и, не поверишь, в настоящий возраст Алекса. — Что она тебе такого сделала? Немного приподняв край шапки, незнакомец выглянул и убедился в своих предположениях. Усевшись ровно на скамейке и поправляя одежду, он взглянул на Каунисвеси и зажмурил один глаз, так как в него светил фонарь. — Когда я сплю и меня кто-то будит, я становлюсь злым и раздражительным, — пояснил он, а Алекси расширил глаза, его удивлению не было предела. — Олли? Что ты здесь делаешь? Почему ты спишь здесь? — Домой не хочу идти, там мать своих друзей привела. Не хочу с ними пересекаться. Ты чего тут делаешь так поздно? — С собакой гуляю. А что парк тоже твой? — Алекси махнул кончиками шарфа и пошёл вперёд, больше не обращая внимания на одноклассника. Олли усмехнулся; эта ребячливость его раздражала в людях, но темноволосому парню она идеально подходила. Матела не знал, почему именно этот человек, этот школьник с кучей проблем, действует как-то слишком подозрительно на него. Когда Каунисвеси ушёл, с ним ушла и какая-то светлая атмосфера. Пересилив себя, Олли подбежал к однокласснику и шёл рядом. — Чего? — с подозрением спросил младший. — Ничего, просто. Что за мания появляться везде, где нахожусь я? — Что за мания сначала избивать, а потом к стене прижимать в каком-то клубе? — ответил тем же Алекс. — Во-первых, я был пьян, а ты под кайфом. Во-вторых… — Мне понравилось? — закончил фразу старшего темноволосый. — Да! Или нет, — Матела внимательно посмотрел на парня. — Ну, как бы… — Вот сейчас ты меня оскорбил, — серьёзно ответил блондин, а Алекси почувствовал вину на душе. — Я имею ввиду, что мне не с чем сравнивать, — Олли резко остановился и просто смотрел прямо. — Ты был девственником? — ошарашено спросил блондин. — Ну… да, — с неким стеснением произнёс парень, смотря в глаза одноклассника. — Твою ж мать. Ты нихрена не выглядел девственником! — Оу, не знал, что ты по такому признаку людей различаешь. И что? Жалеешь теперь? — Нет, но ты не жалеешь, что твой первый раз был в клубе с человеком, который тебя избил? — Эм, — Алекс немного задумался, — нет. Я бы жалел, если бы ты нагло лез. Темноволосого дёрнула Рилла за поводок и тот пошёл за ней, а Матела чуть позже очнулся. Блондин ничего не знал об этом парне, да и тот о нём тоже, но так хотелось залезть к нему в голову и узнать, что с ним твориться. Алекси был абсолютно непонятным человеком для Олли, ведь всех людей старший мог видеть насквозь после первого знакомства, а тут это. — Что с тобой не так? — Каунисвеси с непониманием на него взглянул. — Ты же был другим в начале года. — И давно ты за мной следишь? — посмеялся Алекс, хотя не мог понять причину таких эмоций. — Нет, просто… ты странный, даже через чур, это пугает. — Послушай, тебя не должно пугать, что я долбанутый. Как минимум, тебя должно настораживать, что тебе комфортно со мной, — темноволосый развернулся назад и помахал рукой, направляясь домой. — Олли, иди домой и закройся в комнате с наушниками в ушах. Блондин смотрел на удаляющегося парня, который ровной походкой шёл по дорожке, а рядом бегала его собака. Его застали врасплох, указали ему на нужную точку. Он ещё не ощутил того комфорта, о котором говорил Алекси, но было желание это почувствовать. Олли Матела впервые не хотел избивать определённого человека, он лишь хотел… unknown.